2025

Такой странный был год, и при этом такой крутой. Оказалось, что крутой год — это не обязательно хороший год. И не обязательно счастливый. Такому году вообще не обязательно тебе нравиться, он крут сам по себе, без твоих оценок. Вот у меня был такой.

Сначала — всю его первую половину — мне казалось, что я страшно деградирую, просто кошмарно. Ничего не получалось написать, творчество больше не работало, мне казалось, что я теряю самое важное в своей жизни. А потом — бац — и выяснилось, что это была не потеря, а приобретение: способность к творчеству всё время была при мне, просто теперь мне стало понятно, чего оно стоит. И многое из того, что было мной создано, не стоит, на самом деле, ничего.

И мне кажется, весь этот год оказался годом такого осознания — не только про творчество, но вообще про всякие вещи. Многое, что было мной сделано, ничего не стоит. И многое, что было мной выбрано. Многие решения, слова, поступки на поверку оказались гораздо дешевле, чем выглядели в момент, когда выбирались.

Это был вообще такой год — про сожаления. Я всегда была человеком, который на вопрос, жалею ли я о чём-нибудь, отвечала: «Нет», но, видимо, только потому, что меня всегда устраивала точка, в которую меня привели мои выборы. Оказывается, когда она не устраивает, отвечать на этот вопрос: «Нет» гораздо сложнее. Я бы смогла составить такой длинный список сожалений, что мне надоело бы писать ещё на середине.

Но я не буду, конечно, его составлять. Я понимаю, что правильней не сожалеть, потому что все мои выборы привели меня в эту точку зрелости и роста. Другой вопрос, что в ней неприятно находиться. Даже не так: это приятно и неприятно одновременно. Взросление, наверное, всегда такое: оно перемалывает тебя в кого-то другого — и я прямо чувствую, что в другого. Что я вообще и не очень-то теперь понимаю прежнего: как будто я делила тело с другим человеком. Он мне даже кажется чужим, хотя я знаю, что он — тоже я. Но мне, наверное, долго придётся его прощать.

В то же время, прощать его не за что, потому что он был честен. У меня с честностью похуже — или даже не столько с ней, сколько с искренностью. Меня так мало теперь везде — во всех соцсетях, — потому что говорить о своих изменениях с прежней искренностью я не могу. Я хочу, но не могу, мне страшно. Вы оказали мне столько поддержки на мой камин-аут, многие называли это смелостью, а для меня сделать его было наименьшим из всего страшного. Я боюсь, что многие другие мои изменения такого отклика не найдут, и если я буду о них говорить, то буду и неизбежно терять.

Но этот год научил меня играть против себя. Иногда нужно просто развернуться и пойти в другую сторону — и это будет самым правильным решением. Поэтому, хотя мне и очень страшно, в 2026 году я постараюсь говорить больше.

Ну и по мелочи:

— Мне нравится одна история, написанная в этом году, и это здорово;

— Я уже полгода три раза в неделю играю в теннис, и это одно из лучших моих финансовых вложений в себя (потому что это, конечно, очень дорого);

— Я снова начала учиться, и у меня впервые в жизни появился педагог, ценность которого я осознаю на 200%. И вообще я сама себе завидую, что он у меня есть, и что он именно такой, а не какой-то другой;

— Я побывала в четырёх новых странах и шести новых городах;

— Посмотрела 23 сериала и 20 фильмов, вот это ж ничего себе. Был мой лучший киногод ever;

— Прочитала две книги, обе стоят двадцати, поэтому мне с таким количеством норм;

— У меня всё ещё нет друзей ближе, чем на 3000 км, но я уже меньше из-за этого переживаю.

До встречи в 2026 🤝

Главные фоточки прилагаются.