На фоне растущего ужаса на Ближнем Востоке мы действуем, чтобы сохранить возможность мира и решения на основе двух государств. Это означает безопасный и защищенный Израиль рядом с жизнеспособным палестинским государством. На данный момент у нас нет ни того, ни другого. Обычные люди, израильтяне и палестинцы, заслуживают жить в мире, пытаться восстановить свою жизнь, свободную от насилия и страданий. Именно этого отчаянно хотят видеть британцы. Однако спустя почти два года после варварских нападений 7 октября заложники все еще удерживаются террористами ХАМАС. Недавние кадры показывают страдающих и истощенных заложников. ХАМАС отказывается выдать даже тела погибших. Я встречался с британскими семьями заложников. Я вижу мучения, которые они переживают каждый день. Эта боль глубоко ранит сердца людей по всему Израилю и здесь, в Соединенном Королевстве. Заложники должны быть немедленно освобождены. И мы продолжим бороться за их возвращение домой. Будем откровенны. ХАМАС — это жестокая террористическая организация.

Наш призыв к подлинному решению на основе двух государств прямо противоположен их ненавистническому видению. Поэтому мы четко заявляем: это решение не является наградой для ХАМАС, поскольку оно означает, что у ХАМАС не может быть будущего, никакой роли в управлении, никакой роли в обеспечении безопасности. Мы уже признали ХАМАС террористической организацией и ввели против него санкции, и мы пойдем дальше. Я поручил в ближайшие недели подготовить санкции против других деятелей ХАМАС. Между тем, рукотворный гуманитарный кризис в Газе достигает новых глубин. Непрекращающиеся и усиливающиеся бомбардировки Газы израильским правительством, наступление последних недель, голод и разрушения абсолютно невыносимы. Десятки тысяч человек были убиты, в том числе тысячи, когда они пытались добыть еду и воду. Эти смерть и разрушения ужасают всех нас. Это должно прекратиться. Мы эвакуировали первую группу больных и раненых детей в Соединенное Королевство для лечения в нашей Национальной службе здравоохранения и продолжаем увеличивать нашу гуманитарную поддержку, но помощи по-прежнему поступает крайне недостаточно.

Мы вновь призываем израильское правительство снять неприемлемые ограничения на границе, прекратить эту жестокую тактику и позволить гуманитарной помощи беспрепятственно поступать. Действия ХАМАС, эскалация конфликта со стороны израильского правительства и ускорение строительства поселений на Западном берегу угасают надежду на решение на основе двух государств. Но мы не можем позволить этому свету погаснуть. Именно поэтому мы формируем консенсус с лидерами в регионе и за его пределами вокруг нашей концепции мира. Это практический план, призванный объединить людей вокруг общего видения и ряда шагов, включая реформу Палестинской администрации, которые приведут нас от прекращения огня в Газе к переговорам о решении на основе двух государств. Мы будем продолжать продвигать этот процесс. В рамках этих усилий в июле я изложил условия, при которых мы, в соответствии с нашей предвыборной программой, будем готовы признать палестинскую государственность. Этот момент настал. Итак, сегодня, чтобы возродить надежду на мир и решение на основе двух государств,

я, как премьер-министр этой великой страны, четко заявляю, что Соединенное Королевство признает Государство Палестина. Более 75 лет назад мы признали Государство Израиль как родину для еврейского народа. Сегодня мы присоединяемся к более чем 150 странам, которые также признают палестинское государство. Я заверяю палестинский и израильский народы, что лучшее будущее возможно. Я знаю, какие чувства вызывает этот конфликт. Мы видели это на наших улицах, в наших школах, в разговорах с друзьями и семьей. Он внес раскол. Кто-то использовал его для разжигания ненависти и страха, но это ничего не решает. Мы должны не только отвергать ненависть, но и удвоить наши усилия по борьбе с ней во всех ее проявлениях.

21 сентября киевским режимом совершена преднамеренная террористическая атака по гражданским объектам на территории Республики Крым.

Около 19:30 мск в курортной зоне Республики Крым, где нет никаких военных объектов, вооруженными силами Украины нанесен террористический удар с применением БПЛА, снаряженных фугасными боезарядами. В результате террористического акта, по предварительной информации, погибли два гражданских лица, 15 человек получили ранения различной степени тяжести.

У нас сегодня несколько вопросов, в том числе вопросы миграционной политики. Но хотел бы начать сегодня с другого вопроса – с вопроса, который имеет исключительно важное, принципиальное значение для защиты наших национальных интересов, суверенитета России, для обеспечения международной безопасности в целом, без всякого преувеличения. Имею в виду ситуацию в сфере стратегической стабильности: она, к сожалению, продолжает деградировать, что вызвано совокупным воздействием целого ряда факторов, причём негативного характера, провоцирующих обострение имеющихся и появление новых рисков стратегического порядка.

В результате ранее предпринятых странами Запада достаточно разрушительных шагов был существенно подорван фундамент конструктивных отношений и практического взаимодействия между государствами, обладающими ядерным оружием. Оказались расшатанными основы для ведения диалога в соответствующих двусторонних и многосторонних форматах. Шаг за шагом была практически полностью демонтирована система советско-американских и российско-американских соглашений по контролю над ракетно-ядерными и стратегическими оборонительными вооружениями – система, работавшая как на стабилизацию обстановки между государствами – обладателями двух крупнейших ядерных арсеналов, так и в целом на укрепление всей глобальной безопасности.

Вновь повторю: о причинах и возможных последствиях такого положения вещей нами говорилось неоднократно. Множественные проблемы, накопившиеся в стратегической сфере с начала XXI века, связываем с деструктивными действиями Запада, их дестабилизирующими доктринальными концепциями и военно-техническими программами, нацеленными на подрыв глобального паритета, на обретение, попытку обретения, абсолютного, подавляющего превосходства.

Мы последовательно и подробно останавливались на этих вопросах, критиковали данную позицию, не только подчёркивали крайнюю опасность дальнейшей деградации ситуации, но и неоднократно выдвигали конкретные идеи по её совместному выправлению. Однако наши предостережения и инициативы не получили внятного отклика.

Подчеркну, и в этом ни у кого не должно быть сомнения: Россия в состоянии ответить на любые существующие и вновь возникающие угрозы, ответить не на словах, а путём применения военно-технических мер. Пример тому – наше решение об отказе от одностороннего моратория на развёртывание наземных ракет средней и меньшей дальности. Это был вынужденный шаг, продиктованный необходимостью адекватно реагировать на программы по размещению в Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе аналогичных вооружений американского и иного западного производства, что прямо угрожает безопасности России.

Наши планы по укреплению обороноспособности страны строятся с учётом меняющейся обстановки в мире, реализуются в полном объёме и своевременно. Мы уверены в надёжности и эффективности наших национальных сил сдерживания, но в то же время не заинтересованы в дальнейшем наращивании напряжённости и подстёгивании гонки вооружений. Россия всегда исходила и исходит из предпочтительности и приоритетности политико-дипломатических методов поддержания международного мира на основе принципов равноправия, неделимости безопасности и встречного учёта интересов.

Напомню, что последним значительным политико-дипломатическим достижением в сфере стратегической стабильности стало заключение в 2010 году российско-американского Договора о стратегических наступательных вооружениях. Однако в дальнейшем из-за крайне враждебной политики администрации Байдена, нарушившей базовые установки, на которых был основан данный договор, его полноформатное осуществление было в 2023 году приостановлено.

Тем не менее обе стороны заявили о намерении добровольно продолжать соблюдение центральных количественных ограничений по договору о стратегических наступательных вооружениях до завершения его жизненного цикла.

Таким образом, вот уже на протяжении почти 15 лет это соглашение продолжает играть значимую позитивную роль в поддержании баланса сил и определённости в сфере стратегических наступательных вооружений.

Срок действия ДСНВ истекает 5 февраля 2026 года, что означает скорое исчезновение последнего международного соглашения о прямых ограничениях на ракетно-ядерные потенциалы. Полный отказ от наследия данного соглашения стал бы со многих точек зрения ошибочным и недальновидным шагом, что в том числе негативно сказалось бы, по нашему мнению, и на обеспечении целей Договора о нераспространении ядерного оружия.

Чтобы не провоцировать дальнейшую гонку стратегических вооружений, обеспечить приемлемый уровень предсказуемости и сдержанности, считаем оправданным попытаться сохранить на нынешнем достаточно турбулентном этапе сложившийся благодаря ДСНВ статус-кво. Поэтому Россия готова после 5 февраля 2026 года продолжить в течение одного года придерживаться центральных количественных ограничений по Договору о СНВ.

В дальнейшем на основе анализа обстановки нами будет приниматься определённое решение о последующем сохранении указанных добровольных самоограничений. Полагаем, что данная мера станет жизнеспособной только при том условии, что США будут действовать аналогичным образом и не предпримут шагов, подрывающих или нарушающих существующее соотношение потенциалов сдерживания.

В связи с этим прошу профильные ведомства продолжить тщательно отслеживать соответствующую деятельность американской стороны, прежде всего применительно к арсеналу СНВ. Особое внимание надо также уделить планам наращивания стратегических компонентов системы противоракетной обороны США, включая подготовку к размещению средств перехвата в космосе. Будем исходить из того, что практическое осуществление подобных дестабилизирующих действий способно обнулить усилия нашей стороны по поддержанию статус-кво в сфере СНВ. Соответствующим образом мы и будем реагировать.

Полагаю, что реализация российской инициативы могла бы стать существенным вкладом в создание атмосферы, благоприятствующей предметному стратегическому диалогу с Соединёнными Штатами Америки, – естественно, при формировании условий для его полноформатного возобновления и с учётом всего комплекса усилий по нормализации двусторонних отношений, устранению фундаментальных противоречий в области безопасности.