Если Афганистан не вернёт авиабазу Баграм тем, кто её построил, — Соединённым Штатам Америки, — ПРОИЗОЙДУТ ОЧЕНЬ ПЛОХИЕ ВЕЩИ!!

Мы сейчас ведем переговоры с Афганистаном, и мы хотим вернуть Баграм, и вернуть как можно скорее, немедленно. А если они этого не сделают, если они этого не сделают, вы узнаете, что я собираюсь сделать.

— Нет, но мы живём в очень опасное время. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы сохранить мир и свободу в Европе. Именно поэтому мы с такой решимостью укрепляем наши оборонные возможности. Перед лицом растущей враждебности мира мы должны предпринять все необходимые меры для защиты демократии, процветания и мира.

ЕС хочет играть более значимую роль в сфере обороны, хотя почти все полномочия в этой области принадлежат государствам-членам (и НАТО). Какую роль, по-вашему, должен играть Союз в будущем, чтобы стать настоящим оборонным союзом?

— Европейский Союз отвечает за единый рынок для наших отраслей, исследований, инноваций и малого бизнеса. Это включает оборонно-промышленную базу. Мы берём на себя свою долю ответственности за защиту Союза. Мы должны смотреть реальности в лицо: мир радикально изменился, и мы должны быть на высоте этих вызовов. Для этого нужно доказать самим себе, нашим союзникам и нашим противникам, что у Европы есть воля и способность защищаться. И если взглянуть на меры, которые мы приняли после вторжения России на Украину в 2022 году — в сфере энергетической безопасности, оборонной готовности, — мы движемся в правильном направлении.

— Эти инциденты, в частности произошедший в Польше, очень показательны. НАТО должно оставаться в центре нашей коллективной обороны, но нам нужен гораздо более сильный европейский столп. Европа должна быть более автономной и более независимой в сфере безопасности. У нас есть программа «Подготовка к 2030 году». Мы устраняем пробелы в возможностях, ускоряем процедуры, мобилизуем до 800 млрд евро для оборонного сектора. Мы защитим каждый сантиметр территории Европейского Союза.

— Давайте будем честны: государства-члены всегда будут нести ответственность за собственные войска — от доктрины до развертывания и определения потребностей вооружённых сил. Нельзя забывать, что 30 из 32 стран НАТО — европейские. Таким образом, укрепляя европейский столп НАТО, мы одновременно усиливаем военные возможности Европы и её способность к обороне.

— Глушение GPS стало повседневной проблемой во многих регионах, граничащих с Россией. Морской трафик в Балтийском море часто сталкивается с перебоями, растёт риск столкновений. То же самое касается воздушного движения над Чёрным морем. Россия, похоже, готова мириться с тем, что рано или поздно могут произойти смертельные аварии. Мы воспринимаем это очень серьёзно, как и все гибридные атаки и кибератаки России против нашего Союза. Эти атаки ясно показывают: амбиции России не ограничиваются Украиной. Единственный путь Европы к безопасности и стабильности — сильное и достоверное сдерживание.

— Европа твёрдо намерена укреплять энергетическую безопасность. Для этого мы создаём прочную базу чистой и локальной энергии, сокращая и, в некоторых случаях, полностью устраняя стратегическую зависимость от ненадёжных поставщиков. Мы ускоряем отказ от российских ископаемых ресурсов. Мы инвестируем в европейские возобновляемые источники энергии, используя атомную энергетику как базовую. Сегодня более 70% нашей электроэнергии уже поступает из источников с низким уровнем выбросов углерода. Только за первое полугодие 2025 года инвестиции в европейскую ветроэнергетику достигли рекордного уровня — более 40 млрд евро. Но речь не идёт о полной независимости. Полная автономия от мировых рынков нереалистична и нежелательна. ЕС остаётся взаимосвязанным, и импорт нефти, СПГ, а в будущем — водорода продолжает оставаться частью нашего энергетического баланса. США — надёжный партнёр и важный элемент нашей стратегии диверсификации.

— ЕС будет принимать собственные решения. Это требование связано с желанием президента усилить давление на Россию, чтобы заставить её прекратить войну. Это давление должно привести Россию к переговорам. Именно поэтому я предложила 19-й пакет санкций, амбициозный и значительный. Мы, конечно, продолжим координировать действия с США и странами G7, и мы приветствуем усилия США по прекращению войны. В то же время мы укрепляем партнёрства на основе общих интересов — например, с Индией. Учитывая её роль в Индо-Тихоокеанском регионе, сотрудничество ЕС и Индии сегодня важнее, чем когда-либо. Мы объявили новую стратегическую программу ЕС–Индия, одна из её приоритетных задач — укрепление нашей взаимной обороны и безопасности. Мы планируем заключить новое соглашение о свободной торговле до конца 2025 года.

— Пошлины — это налоги. Большинство экономистов считают, что их будут платить американские компании и потребители. Наша приоритетная задача — чтобы европейские компании сохраняли доступ к крупному рынку. Каждый год ЕС экспортирует в США товаров более чем на 500 млрд евро. Миллионы рабочих мест зависят от этих связей. При общем потолке в 15% наши компании будут в более выгодном положении по сравнению с мировыми конкурентами. Это лучшее соглашение, которое мы могли получить. Альтернативой была бы торговая война с нашим главным партнёром в момент экономических потрясений и угроз у границ. Я никогда не буду рисковать рабочими местами и средствами к существованию граждан.

— Каждая институция несёт свою ответственность. Я работаю в интересах всех европейцев. Ультралевые и ультраправые депутаты имеют право на свои взгляды и парламентские процедуры. Я убеждена, что Европа справится с любым вызовом, если останется единой. Я сотрудничаю с проевропейскими демократическими силами в Европарламенте, чтобы отвечать ожиданиям граждан.

— Нет. Я полностью посвящаю себя работе председателя Комиссии и недоступна для других должностей.

— Мы должны обеспечить безопасность Израиля и одновременно настоящее и будущее палестинцев. Это значит: освобождение заложников, неограниченный доступ гуманитарной помощи, немедленное прекращение огня. Но долгосрочно ясно: единственным решением остаётся формула двух государств. Израиль с гарантированной безопасностью, жизнеспособная Палестинская автономия, отсутствие места для экстремизма и ликвидация ХАМАС. Но последние события тревожны: голод, финансовое удушение Палестинской автономии, планы поселений в зоне «Е1», которые отрезали бы Западный берег от Восточного Иерусалима. Это попытка подорвать решение о двух государствах. Поэтому Комиссия предложила меры: расширение санкций против ХАМАС и палестинских джихадистов, а также против насильственных поселенцев; частичное прекращение поддержки правительства Израиля (сохраняя работу с обществом и борьбу с антисемитизмом); приостановку части торговых положений соглашения об ассоциации.

— Найти большинство сложно. Для одних меры чрезмерны, для других — недостаточны. Все институты должны нести свою долю ответственности — парламент, Совет и Комиссия.

На фоне растущего ужаса на Ближнем Востоке мы действуем, чтобы сохранить возможность мира и решения на основе двух государств. Это означает безопасный и защищенный Израиль рядом с жизнеспособным палестинским государством. На данный момент у нас нет ни того, ни другого. Обычные люди, израильтяне и палестинцы, заслуживают жить в мире, пытаться восстановить свою жизнь, свободную от насилия и страданий. Именно этого отчаянно хотят видеть британцы. Однако спустя почти два года после варварских нападений 7 октября заложники все еще удерживаются террористами ХАМАС. Недавние кадры показывают страдающих и истощенных заложников. ХАМАС отказывается выдать даже тела погибших. Я встречался с британскими семьями заложников. Я вижу мучения, которые они переживают каждый день. Эта боль глубоко ранит сердца людей по всему Израилю и здесь, в Соединенном Королевстве. Заложники должны быть немедленно освобождены. И мы продолжим бороться за их возвращение домой. Будем откровенны. ХАМАС — это жестокая террористическая организация.

Наш призыв к подлинному решению на основе двух государств прямо противоположен их ненавистническому видению. Поэтому мы четко заявляем: это решение не является наградой для ХАМАС, поскольку оно означает, что у ХАМАС не может быть будущего, никакой роли в управлении, никакой роли в обеспечении безопасности. Мы уже признали ХАМАС террористической организацией и ввели против него санкции, и мы пойдем дальше. Я поручил в ближайшие недели подготовить санкции против других деятелей ХАМАС. Между тем, рукотворный гуманитарный кризис в Газе достигает новых глубин. Непрекращающиеся и усиливающиеся бомбардировки Газы израильским правительством, наступление последних недель, голод и разрушения абсолютно невыносимы. Десятки тысяч человек были убиты, в том числе тысячи, когда они пытались добыть еду и воду. Эти смерть и разрушения ужасают всех нас. Это должно прекратиться. Мы эвакуировали первую группу больных и раненых детей в Соединенное Королевство для лечения в нашей Национальной службе здравоохранения и продолжаем увеличивать нашу гуманитарную поддержку, но помощи по-прежнему поступает крайне недостаточно.

Мы вновь призываем израильское правительство снять неприемлемые ограничения на границе, прекратить эту жестокую тактику и позволить гуманитарной помощи беспрепятственно поступать. Действия ХАМАС, эскалация конфликта со стороны израильского правительства и ускорение строительства поселений на Западном берегу угасают надежду на решение на основе двух государств. Но мы не можем позволить этому свету погаснуть. Именно поэтому мы формируем консенсус с лидерами в регионе и за его пределами вокруг нашей концепции мира. Это практический план, призванный объединить людей вокруг общего видения и ряда шагов, включая реформу Палестинской администрации, которые приведут нас от прекращения огня в Газе к переговорам о решении на основе двух государств. Мы будем продолжать продвигать этот процесс. В рамках этих усилий в июле я изложил условия, при которых мы, в соответствии с нашей предвыборной программой, будем готовы признать палестинскую государственность. Этот момент настал. Итак, сегодня, чтобы возродить надежду на мир и решение на основе двух государств,

я, как премьер-министр этой великой страны, четко заявляю, что Соединенное Королевство признает Государство Палестина. Более 75 лет назад мы признали Государство Израиль как родину для еврейского народа. Сегодня мы присоединяемся к более чем 150 странам, которые также признают палестинское государство. Я заверяю палестинский и израильский народы, что лучшее будущее возможно. Я знаю, какие чувства вызывает этот конфликт. Мы видели это на наших улицах, в наших школах, в разговорах с друзьями и семьей. Он внес раскол. Кто-то использовал его для разжигания ненависти и страха, но это ничего не решает. Мы должны не только отвергать ненависть, но и удвоить наши усилия по борьбе с ней во всех ее проявлениях.