Уважаемый господин Президент! Дамы и господа!

Наши переговоры прошли в конструктивной и взаимоуважительной атмосфере, были весьма обстоятельными и полезными.

Хотел бы ещё раз поблагодарить моего американского коллегу за предложение приехать на Аляску. Вполне логично встретиться именно здесь, ведь наши страны, хоть нас разделяют океаны, на самом деле близкие соседи. И я, когда мы встретились, вышли из самолётов, я так сказал: «Добрый день, дорогой сосед. Очень приятно видеть Вас в добром здравии и живым». И по-соседски это очень звучит, по-моему, по-доброму. Нас разделяет только Берингов пролив, да и то там два острова, между российским и американским островами всего четыре километра. Мы близкие соседи, это факт.

Важно также, что с Аляской связана значительная часть общей истории России и США, многие позитивные события. Так, здесь и по сей день сохраняется огромное культурное наследие эпохи русской Америки: православные храмы, множество, более 700 географических названий, имеющих русское происхождение.

В ходе Второй мировой войны именно на Аляске начиналась легендарная авиамагистраль для поставок боевых самолётов и другой техники по договору ленд-лиза. Это был опасный, сложный маршрут над громадными ледяными пространствами, но лётчики и специалисты двух стран делали все, чтобы приблизить победу, рисковали, отдавали свои жизни для общей победы.

Я сейчас, только что был в городе Магадане в России, там памятник стоит российским и американским лётчикам, и флаг на памятнике – российский и американский. Я знаю, что и здесь тоже есть такой же памятник, на военном кладбище всего в нескольких километрах отсюда захоронены советские пилоты, погибшие при выполнении той героической миссии. Признательны американским властям и гражданам за бережное отношение к их памяти. Это выглядит достойно и благородно.

Мы всегда будем помнить другие исторические примеры, когда наши страны вместе громили общих врагов в духе боевого товарищества и союзничества, оказывали друг другу помощь и поддержку. Это наследие, уверен, будет нам помогать восстанавливать, выстраивать взаимовыгодные равноправные связи уже на новом этапе, даже в самых непростых условиях.

Как известно, российско-американские встречи в верхах не проводились более четырёх лет. Это большой срок. Минувший период был очень непростым для двусторонних отношений, и, скажем прямо, они скатились до самой низкой точки со времён холодной войны. И это не идёт на пользу ни нашим странам, да и миру в целом.

Очевидно, что рано или поздно нужно было выправлять ситуацию, переходить от конфронтации к диалогу, и в этом плане личная встреча глав двух государств реально назрела – конечно, с условием серьёзной и кропотливой подготовки, и такая работа в целом была проделана.

У нас с Президентом Трампом установились очень хорошие прямые контакты. Мы неоднократно и откровенно разговаривали по телефону. К нам, как известно, в Россию, несколько раз приезжал спецпредставитель Президента США господин Уиткофф. Регулярно контактировали наши помощники, главы внешнеполитических ведомств.

Как вы хорошо знаете, понимаете, одним из центральных вопросов стала ситуация вокруг Украины. Мы видим стремление Администрации США и лично Президента Трампа содействовать разрешению украинского конфликта, его желание вникнуть в суть и понять его истоки.

Я не раз говорил, что для России события на Украине связаны с фундаментальными угрозами нашей национальной безопасности. Более того, мы всегда считали и считаем украинский народ, я говорил об этом неоднократно, братским, как это ни странно прозвучит в сегодняшних условиях. У нас одни корни, и всё происходящее для нас – это трагедия и тяжёлая боль. Поэтому наша страна искренне заинтересована в том, чтобы положить этому конец.

Но при этом мы убеждены, что, чтобы украинское урегулирование носило устойчивый и долгосрочный характер, должны быть устранены все первопричины кризиса, о которых говорили неоднократно, обеспечен учёт всех законных озабоченностей России, восстановлен справедливый баланс в сфере безопасности в Европе и в мире в целом.

Я согласен с Президентом Трампом, он сегодня говорил об этом, что, безусловно, должна быть обеспечена и безопасность Украины. Конечно, мы готовы над этим работать.

Хочется надеяться, что достигнутое нами понимание позволит приблизиться к той цели и откроет дорогу к миру на Украине.

Мы рассчитываем, что в Киеве и европейских столицах воспримут всё это в конструктивном ключе и не станут чинить никаких препятствий, не будут предпринимать попыток за счёт провокаций или закулисных интриг сорвать намечающийся прогресс.

Кстати, с приходом новой Администрации США двусторонний товарооборот начал у нас повышаться. Всё это носит пока символический характер, но все-таки плюс 20 процентов. Я говорю о том, что у нас много интересных направлений для совместной работы.

Очевидно, что российско-американское деловое и инвестиционное партнёрство имеет огромный потенциал. России и США есть что предложить друг другу в торговле, энергетике, цифровой сфере, высоких технологиях и освоении космоса.

Актуальным видится и взаимодействие в Арктике, возобновление межрегиональных контактов, в том числе между нашим Дальним Востоком и американским западным побережьем. В общем, нашим странам важно и нужно перелистнуть страницу и вернуться к сотрудничеству.

Символично, что неподалёку, на границе России и США, как я уже говорил, проходит так называемая линия перемены дат, где можно буквально перешагнуть из вчера в завтра. И надеюсь, что у нас так и получится в политической сфере.

Я хотел бы поблагодарить господина Трампа за совместную работу, за доброжелательный и доверительный тон беседы. Главное, что с обеих сторон был настрой на результат. Мы видим, что Президент США имеет чёткое представление о том, чего хочет добиться, искренне заботится о процветании своей страны и в то же время проявляет понимание наличия у России своих национальных интересов.

Рассчитываю, что сегодняшние договорённости станут опорной точкой не только для решения украинской проблемы, но и положат начало восстановлению деловых прагматичных отношений между Россией и США.

В завершение хотел бы вот что добавить. Я помню, что в 2022 году, во время последних контактов с прежней Администрацией, я тогда пытался убедить своего прежнего американского коллегу в том, что не нужно доводить до ситуации, после наступления которой могут наступить тяжёлые последствия в виде боевых действий, и прямо сказал тогда, что это большая ошибка.

Сегодня мы слышим, что Президент Трамп говорит: «Если бы я был Президентом, то войны бы не было». Я думаю, что так бы на самом деле и случилось. Я подтверждаю это, потому что в целом у нас с Президентом Трампом наладился очень хороший, деловой и доверительный контакт. И у меня есть все основания полагать, что, двигаясь по этому пути, мы можем дойти – и чем быстрее, тем лучше – до завершения конфликта на Украине.

Благодарю вас за внимание.

Огромное спасибо, господин Президент. Это действительно очень глубокое выступление. Я хотел бы сказать, что у нас была очень продуктивная встреча, мы обсудили многие вопросы. Я считаю, что некоторые из них были действительно существенными.

Мы не смогли найти полного понимания. К сожалению, пока сделки нет. Я буду созваниваться с представителями НАТО, я буду созваниваться и говорить с необходимыми лидерами, с президентом Зеленским, я проинформирую его о сегодняшней встрече.

Я согласен с Министром иностранных дел Марко Рубио, спецпосланником Уиткоффом и их позицией. Я благодарю вас за вашу работу и содействие, вы проводите прекрасную работу.

У нас также здесь присутствуют прекрасные представители сферы бизнеса и другие. Если вы хотите с нами сотрудничать, мы с нетерпением этого ожидаем, мы с нетерпением ожидаем работы вместе. Мы хотели бы закончить этот конфликт как можно быстрее.

Сегодня мы достигли существенного прогресса. У меня с Президентом Путиным очень хорошие взаимоотношения. С Владимиром Владимировичем мы провели многие сложные встречи, хорошие встречи. Мы знаем, что фейковая ситуация о «вмешательстве России» в американские выборы… Он это прекрасно понимает, принимая во внимание его карьеру, и он знает, что это всё неправда. «Россия, Россия, Россия». Он понимает, что всё то, что было сделано, это криминальные усилия.

Конечно, мы будем иметь хорошую возможность работать вместе. Я хотел бы очень быстро сказать, что я проведу несколько телефонных звонков, сообщу европейским лидерам, что было обсуждено.

У нас были продуктивные переговоры. И первое, самое главное, наверное, – это то, что у нас неплохой, хороший очень шанс достичь мирного урегулирования. Пока мы его не достигли, но я благодарю Президента Путина и его команду за то, что вы, сидящие здесь, сделали всё необходимое для этого.

Я вижу ваши лица в газетах. Вы на самом деле практически так же известны, как и ваш начальник, особенно вот этот господин здесь.

Мы провели много продуктивных встреч на протяжении многих лет. И действительно, мы провели продуктивную встречу сегодня.

Тысячи людей погибают каждую неделю, и Президент Путин хотел бы завершить этот конфликт так же, как и я. Я благодарю Вас, господин Президент, мы будем общаться с Вами очень, очень вскоре. Я надеюсь увидеться с Вами вскоре.

В следующий раз в Москве.

Очень интересное предложение. Наверное, меня будут осуждать, но я думаю, что это вполне возможно. Я благодарю Вас, господин Президент. Благодарю всех вас.

Спасибо большое.

Знаете, у меня всегда были прекрасные отношения с президентом Путиным, и мы вместе могли бы совершить великие дела. Их земля там — невероятная. Нефть, газ, всё это. Это действительно колоссально. Самый большой участок земли в мире как нация. Кажется, у них одиннадцать часовых поясов — можете себе представить? Это очень много. Но мы могли бы сделать много великих дел.

Однако у нас был обман — «Россия, Россия, Россия», который помешал нам всё это реализовать. Мы бы всё сделали просто замечательно. Но мы столкнулись с величайшей из мистификаций. Конечно, были и другие, например, сами выборы, о которых вы, как знаете, рассказывали лучше всех. Но это были сфальсифицированные выборы, и в 2020 году произошло нечто ужасное.

Тем не менее у нас были бы прекрасные отношения. И всё же, несмотря на всё это, мы справились удивительно хорошо, учитывая, что он посмотрел бы и увидел: мы словно сошли с ума из-за этой выдуманной мистификации «Россия, Россия, Россия».

Сегодня у нас была очень хорошая встреча. Но посмотрим, что будет дальше. Важно заключить сделку. Мы договорились по многим пунктам. Я хочу, чтобы люди перестали гибнуть на Украине. А именно это сейчас и происходит. Мы теряем 5, 6, 7 тысяч человек — в основном русских, украинских солдат. Есть и люди, которые погибают в городах, когда там пытаются взорвать заводы по производству ракет и другие объекты.

Не знаю, знаете ли вы, что именно там происходит, но людей гибнет много. И если мы сможем положить конец этой войне, это будет очень хорошо. Я был очень рад услышать, как он сказал: «Если бы я был президентом, этой войны бы никогда не было».

Сейчас это не имеет значения. Но эта война не должна была случиться. Знаете, многие войны вообще не должны были случиться. Происходили глупости, говорили не те люди. Но Байден был ужасным президентом во многих отношениях. Он не должен был допускать этого. И это всё-таки случилось. Погибли миллионы людей. Я имею в виду: это худшее, что произошло со времён Второй мировой войны. Я вижу, как все говорят — это худшее, безусловно. И ничего подобного не происходило ранее.

Но сегодня у нас была очень хорошая встреча, и, я думаю, многие пункты были обсуждены — как с точки зрения Украины, так и с точки зрения всего НАТО, где мы очень хорошо взаимодействуем со многими зарубежными странами, которые являются прекрасными европейскими странами. Так что, с моей точки зрения, пока нет соглашения, нет и речи о нём. Но мы действительно добились значительного прогресса.

Но я бы предпочёл об этом не говорить. Думаю, кто-то собирается публично это сделать. Они разберутся. Но нет, я не хочу этого делать. Я хочу посмотреть, сможем ли мы это осуществить. Знаете, это ещё не решённый вопрос. И Украина должна согласиться. То есть, президент Зеленский должен согласиться. Но это ужасная война, в которой он много проигрывает, как и они оба. И, надеюсь, её удастся завершить. Это было бы для них большим достижением.

Наша встреча — это совсем не то же самое, что разговор по телефону. Это вообще не то же самое. Мы провели вместе почти три часа, разговор был очень обширным, и мы пришли к согласию по многим пунктам. То есть, по многим вопросам мы договорились, но, знаете, не так уж много по одному-двум действительно важным пунктам. Но я думаю, что сейчас с ними можно договориться. Всё зависит от президента Зеленского — как именно это сделать. И я бы также сказал, что европейские страны должны немного вмешаться.

Но решать это президенту Зеленскому. Думаю, мы, если они захотят, я буду на следующей встрече. Сейчас, наверное, они организуют встречу президента Зеленского, президента Путина и меня. Знаете, я даже не спрашивал вас об этом. И не то чтобы я хотел там быть, но я хочу убедиться, что это будет сделано. И у нас есть неплохие шансы на это.

Я думаю, сегодняшняя встреча прошла на 10 баллов в том смысле, что мы отлично поладили. И это хорошо, когда, знаете ли, две крупные державы ладят, особенно если это державы ядерные. Знаете, мы — номер один. Они — номер два в мире. И это большое дело. Это действительно большое дело. Никогда не захочешь даже упоминать слово «ядерный», но у нас огромный ядерный потенциал. Я его перестроил, когда был президентом в первый срок, и мне не нравилось это восстанавливать. Это было единственное, что я ненавидел перестраивать, но нам пришлось это сделать. У нас сейчас самые мощные ядерные силы и самые мощные вооружённые силы в мире. У них тоже большое ядерное присутствие.

Ты всегда должен это уважать. Никогда нельзя этим пользоваться. Потому что если ты это используешь, это может стать концом света. Вот о какой силе мы говорим.

НАТО теперь платит 5% вместо 2%, и они действительно платят именно эту сумму. И, знаете, посмотрите: возглавляет альянс, как вы знаете, Марк, вы его очень хорошо знаете. Это отличный человек и отличная команда. Лидеры — я познакомился с ним очень хорошо около шести недель назад. У них прекрасные отношения с НАТО, с европейскими странами, в целом действительно прекрасные отношения. Я не хочу сказать, что его кто-то заставил — он очень умный человек, и никто не вынуждал его садиться за стол переговоров.

Думаю, теперь он уважает нашу страну. При Байдене он её не уважал, скажу вам прямо. Совсем не уважал. Я был так рад, когда он сказал: этого никогда бы не случилось. Все эти жизни были бы спасены, если бы у нас был компетентный президент. Если бы у нас был компетентный президент, эти жизни были бы спасены. Это так печально.

Знаете, я вёл переговоры по пяти войнам, которые были очень тяжёлыми конфликтами. На самом деле их было семь. Я не хотел включать уничтожение ядерного арсенала, потому что не считаю это окончательным. Но мы сделали нечто потрясающее: на протяжении 22 лет ни один президент не был готов на это пойти. Мы уничтожили ядерный потенциал, потенциальный ядерный потенциал, который, я думаю, реализовался бы уже в течение месяца в Иране. И это было очень важно.

Мне нравится видеть, как эта страна снова становится великой. А Владимир совсем недавно сказал: «Я никогда не видел, чтобы кто-то делал так много и так быстро». Он сказал: «Ваша страна горяча, как пистолет». А ведь год назад он считал, что она мертва. Все считали, что она мертва.

Я просто хочу спасти мир — это номер один. Спасти жизни во всех случаях, потому что войны есть войны. Посмотрите, что могло бы случиться сейчас с Камбоджей, например. Я не участвовал там напрямую, но участвовал в переговорах по торговому соглашению и сказал им: если вы, ребята, будете воевать, то мы не договоримся. Таиланд, Камбоджа… Так много разных ситуаций. Посмотрите на Индию, посмотрите на Индию и Пакистан. Они уже сбивали самолёты, и это, возможно, было бы ядерным… Я бы сказал, что это было бы применение ядерного оружия. И мне удалось это остановить.

И номер один — это жизни. А номер два — всё остальное. Войны — это очень плохо. И если их можно избежать, а у меня, кажется, есть способность положить им конец, объединить людей — я использую силу Соединённых Штатов. Мы построили великую страну, у нас сейчас самая сильная экономика в мире. У нас триллионы, не миллиарды, а именно триллионы долларов — или миллионы, триллионы долларов текут в нашу казну.

Мне звонят люди из правительства и спрашивают: откуда у меня 29 миллиардов долларов? Я отвечаю: почему бы вам не попробовать ввести пару тарифов? И знаете, например, европейские страны заключили отличную сделку. Они платят нам буквально триллионы долларов. Япония — очень много. И знаете что? Мы им нравимся больше. Они нас уважают. Раньше они нас не уважали. Они нам ничего не платили, ничего. Мы им платили. Они нам не платили.

А я всё исправил, и теперь мы действительно очень богатая страна. Знаете, я всегда говорил, что моё любимое слово — это «тариф». Я его придумал чуть позже, потому что меня критиковали за фейковые новости, понимаете? Они спрашивали: «А как же религия? А как же семья?»

Мы создали, я бы сказал, 12 или 13 крупных сделок. Другими словами, мы заключили крупные сделки, а для остальных просто установили тариф. И мы делаем это интуитивно. Мы делаем это, исходя из того, как в целом выстраиваем отношения. Мы также оцениваем дефициты. Если мы теряем много денег из-за какой-то страны, вы должны платить нам пошлину. Мы должны уравнять расходы. Мы хотим это компенсировать.

И я был щедр ко многим. С некоторыми странами мы теряем столько денег, что, честно говоря, вы никогда не наверстаете. А если есть те, кто сделал нам доброе дело, как стране, то я отношусь к этому снисходительно. Но годами мы были посмешищем для всего мира, потому что нас использовали.

В свой первый срок я это исправил, но нас поразил COVID. В мой первый срок у нас была самая сильная экономика в истории нашей страны. Но в конце срока пришёл COVID. Возможно, вы слышали о нём. И он опустошил мир. Весь мир. То, что мы сделали, мы сделали блестяще, но это была огромная проблема для всех. Я имею в виду — каждая страна, даже Китай. И, честно говоря, Китай пострадал гораздо позже. Люди думали, что они избежали этого, но они пострадали очень сильно. Все пострадали.