Последнее перемирие, объявленное президентом Путиным по случаю Пасхи, тоже не было соблюдено киевским режимом. Были зафиксированы многочисленные нарушения режима прекращения огня.

Также перемирие, предложенное президентом Трампом в виде моратория на удары по объектам энергетической инфраструктуры, соблюдалось российской стороной в течение 30 дней. Но это никак не повлияло на агрессивные действия Киева — лишь зафиксировано порядка нескольких сотен нарушений. Эти списки нарушений были направлены и в ООН, и лично Марку Рубио.

Поэтому мы прекрасно понимаем цену этим призывам к перемирию.

Лидеры Евросоюза, Кая Каллас и другие представители требуют, чтобы Россия безоговорочно согласилась на прекращение огня — только потому, что они терпят поражение на поле боя. Но их планы по нанесению России стратегического поражения никогда не сбудутся.

⚡Наше предложение, озвученное президентом Путиным, — это начало прямых переговоров без предварительных условий. Перемирие сейчас рассматривается как предварительное условие, которое киевский режим будет использовать для дальнейшей военной поддержки и усиления.

Напомню случай, когда президент Лукашенко находился с визитом в Москве. На пресс-конференции спросили президента Путина о его отношении к идее американцев о 30-дневном перемирии. Путин поддержал эту идею, но уточнил, что перемирие должно быть сформулировано так, чтобы не провалиться, как все предыдущие попытки.

Для этого необходимо обеспечить чёткий, повседневный, объективный и транспарентный мониторинг поведения на линии соприкосновения. Ведь способности украинского режима организовывать провокации хорошо известны, и нет сомнений, что провокации продолжались бы при любом перемирии.

Одним из вопиющих примеров стала организация террора против российского генерала — подлый и трусливый акт, на который Запад предпочитает молчать. При этом украинские лидеры, включая главы парламентских комитетов, поддерживают такие действия, заявляя, что уничтожать врага нужно без оглядки на перемирие.

Поэтому мы не собираемся больше попадаться на эти трюки. Президент Путин очень чётко об этом сказал.

Здесь нет никакого противоречия, позиция не менялась. Это ситуация подобна той, что возникает с Уставом Организации Объединённых Наций. Устав хороший, он в полной мере отвечает требованиям укрепления многополярности в мировых отношениях.

Однако западные страны либо применяют его выборочно, как им удобно, либо вообще игнорируют, продвигая свой порядок, основанный на собственных правилах.

То же самое происходит и с Всемирной торговой организацией. Принципы, заложенные в её основе, если бы соблюдались полностью, безусловно отвечали бы интересам всех государств-членов ВТО. Но на деле эти принципы не соблюдаются.

Работа ключевого органа по урегулированию споров долгие годы блокируется, прежде всего Соединёнными Штатами, которые не хотят, чтобы данный орган рассматривал справедливые претензии, предъявляемые им в связи с протекционистскими и другими незаконными мерами.

Поэтому сегодня важно вернуться к основам. Именно в этом ключе говорится о необходимости реформирования Всемирной торговой организации. Реформирование предполагается не для того, чтобы перечеркнуть принципы равноправия, взаимной выгоды и честной конкуренции, а наоборот — чтобы укрепить их и договориться об эффективном исполнении.

Чтобы не допускать попыток заявлять о приверженности этим принципам на словах и при этом заниматься прямо противоположным на деле. Именно эта позиция очень чётко сформулирована в итоговом документе нашей встречи.

Президент Владимир Путин настаивает на том, что Россия должна взять под контроль четыре региона Украины, которые она не контролирует полностью, в рамках любого соглашения о прекращении войны, по словам трёх человек в Москве, знакомых с ситуацией. Это требование наносит удар по попыткам президента США Дональда Трампа добиться прекращения огня и окончательного завершения войны на фоне растущего недовольства Белого дома отсутствием прогресса в переговорах.

По словам двух человек, которые попросили не называть их имён, чтобы не разглашать конфиденциальную информацию, во время длительных переговоров в Кремле в пятницу представитель Трампа Стив Уиткофф пытался убедить Путина в том, что Россия должна согласиться на прекращение огня, которое остановит боевые действия на нынешних линиях фронта. Вместо этого, по их словам, российский лидер сохранил свою максималистскую позицию в отношении территории.

На данный момент переговоры зашли в тупик, и для дальнейшего продвижения требуется прямой контакт между Путиным и Трампом, сказал один из собеседников.

Администрация Трампа также хочет, чтобы Москва вернула Украине Запорожскую атомную электростанцию, крупнейшую в Европе, которую она захватила в начале войны. Тогда объект перешёл бы под контроль США для обеспечения энергией обеих сторон. В рамках предложений США, которые были озвучены европейским союзникам в начале этого месяца, стремление Украины вступить в НАТО будет исключено, санкции против России в конечном итоге будут сняты, а Киев получит надёжные гарантии безопасности, чтобы обеспечить выполнение любой сделки. Ожидается, что требования, необходимые для заключения соглашения, также будут включать в себя признание Россией права Украины на развитие собственной армии и оборонной промышленности.

Послушайте, я считаю, что Лавров сильно заблуждается. На данный момент у нас с украинцами довольно хорошее положение. И я думаю, что президент Трамп за свои первые 100 дней достиг гораздо большего, чем предыдущая администрация за 1200 дней. И не только администрация Байдена — я имею в виду всех мировых лидеров. Мне все равно, говорите ли вы о бывшем канцлере Германии Меркель или о президенте Франции Макроне. Президент Трамп прав. На прошлой неделе мы были в Лондоне.

Мы сформулировали 22 очень конкретных пункта, и после откровенных, честных и сложных переговоров с украинцами мы считаем, что находимся в очень, очень выгодной позиции. Им не все понравилось, но никто не будет доволен окончательным вариантом, которого ты достигаешь в переговорах — это нормально. Но я думаю, что мы в очень хорошей форме с ними. А трехдневное перемирие — это абсурд. Президент хочет постоянного, всестороннего прекращения огня — на море, в воздухе, на суше и с инфраструктурой — минимум на 30 дней, а затем можно будет его продлить.

Он абсолютно прав. Президент попал в точку. Именно к этому мы и стремимся. И когда смотришь на все, что украинцы готовы принять, теперь очередь за Россией и Путиным: у нас есть одна сторона, теперь вы должны прийти навстречу другой. И я думаю, мы близки. Это последние 100 ярдов до цели в военном деле — самые трудные 100 ярдов. Это как марафон: первый километр не самый тяжелый, самый тяжелый — последний километр. Мы на последнем километре. Мы почти там.

Мы в хороший позиции. Президент Трамп привел нас сюда. И я считаю, по крайней мере с точки зрения украинцев, мы чувствуем себя очень уверенно там, где находимся сейчас.

Россия не выигрывает эту войну. За последний год и половину Россия не сделала ни одного значительного продвижения. Она не взяла Киев — столицу. Она не продвинулась западнее реки Днепр, которая представляет собой серьезное препятствие. Не взяла Одессу. Потеряла сотни тысяч солдат и на самом деле не сдвинулась с места. Сдвигается всё в метрах, а не в милях. А украинцы сражаются на своей земле. Они сражаются упорно.

Так что, когда Россия говорит, что побеждает — нет, не побеждает. Если бы она выигрывала, она уже бы выиграла эту войну за три года, а сейчас мы находимся в четвертом.

Так что, я думаю, им стоит отступить и осознать это. Украинцы находятся в хорошей позиции. Европейцы действительно встали на защиту. Когда я был на прошлой неделе в Лондоне и неделей ранее в Париже, было видно, что украинцы значительным образом активизировались и очень серьезно настроены добиться прогресса. Они формируют так называемые силы устойчивости под руководством британцев и французов, без участия американских войск. И они действительно очень готовы сейчас усилить поддержку Украины, если потребуется.

Таким образом, ситуация застопорилась. Никто не выиграет эту войну военным путем. Она будет решаться дипломатией. И я думаю, что украинцы теперь это прекрасно понимают, после прошлой недели. И я считаю, что россияне тоже должны это понять. Президент Трамп абсолютно верно определил, к чему нужно стремиться.

В своей инаугурационной речи президент Трамп заявил, что его самой значимой наследием станет роль «миротворца и объединителя». Это стремление проявилось особенно ярко в его руководстве по прекращению бессмысленной бойни на Украине. После многих лет неэффективной стратегии администрации Байдена только президент Трамп смог привести Россию и Украину за стол переговоров. Недели дипломатии привели к взаимопониманию обеих сторон относительно того, что потребуется для достижения мира. Теперь и Россия, и Украина должны поспешить с достижением соглашения, прежде чем у президента Трампа иссякнет терпение.

Принял участие в работе саммита инициативы «Трех морей» — одного из форматов, объединяющих наш регион. От Чёрного моря до Балтийского и Адриатического. Правильный формат, который приближает нас к Европейскому Союзу. Наше предложение — сделать этот формат более практичным. Политика в нем уже отражена достаточно. Теперь стоит добавить конкретики, и не только в вопросах, касающихся логистики и транспортных путей.

Сейчас, после блэкаута в Испании и Португалии, после всех российских ударов по нашей энергетике, после объективно непростых изменений на газовом рынке Европы, для всех в Европе очевидно, что необходимы больше совместных проектов, большая взаимопомощь именно в энергетике. В других вопросах критической инфраструктуры — связи, трубопроводов, безопасности портов. Украинский вклад в это может быть значительным, и мы предлагаем партнерам вместе делать больше именно в этих направлениях. Сегодня также обсуждали подготовку нового решения Совета национальной безопасности и обороны.

Важно и дальше усиливать давление на российские сети влияния, а также на все их производства и торговые операции. Украинские санкции стараемся максимально синхронизировать со всеми в Европе, чтобы это была общая позиция. И уже имеем хорошие результаты, в том числе в закрытии российских производств, которые работали на их оборону. Готовимся также к переговорам с Америкой по новым санкционным шагам. Выбираем именно такие «боевые точки» России, которые максимально побудят Москву к дипломатии. Они должны сделать четкие шаги к завершению войны. Мы настаиваем, что безусловное и полное прекращение огня должно стать первым шагом. Россия обязана это сделать.

Сейчас они переживают, что у них под вопросом парад. Правильно переживают. Но должны переживать и за то, что эта война продолжается. Они должны закончить войну.

Ситуация с Украиной чрезвычайно серьёзная и крайне сложная. Это война Байдена, а не моя. Но я хочу понять, смогу ли я её решить, потому что, по приблизительным данным, каждую неделю погибают около 5000 молодых солдат — и среди них и русские, и украинцы. Мы тратим огромные средства на поддержку Украины, а Европа должна вкладывать гораздо больше, но она этого не делает — там расходы намного ниже. Администрация Байдена с этим плохо справилась. Ситуация выходит из-под контроля со всех сторон.

Гибнут бесчисленные люди. Это ужасно. Мне очень тяжело видеть это. Этой войны бы не было, если бы я остался президентом — за мои четыре года не было даже малейших предпосылок для такого конфликта. По моему мнению, Путин хотел бы остановить войну. Если бы не я, я уверен, он попытался бы лично захватить всю Украину. Когда я ушёл, даже мысли об этом не было. С приходом Байдена всё изменилось, и, честно говоря, ситуация развивается очень плохо — началась война.

Путин вошёл в Украину и развязал конфликт. Я уверен, что с самого начала его целью была вся Украина. Частично причиной вторжения стало то, что он увидел, что произошло в Афганистане — насколько некомпетентно там действовали Милли и его команда. Это был один из самых серьёзных позоров в истории страны.

Путин воспользовался этой возможностью. Если бы я не выиграл выборы, он бы уже захватил всю Украину. Никогда со мной этого не произошло бы. Он не стал бы рисковать с этой группой неудачников. Видя, что случилось в Афганистане, он сказал: «Вот мой шанс», потому что Украина всегда была для него предметом особого интереса. Я убеждён, что Путин хотел всю страну. Но я верю, что именно из-за меня он готов мириться с прекращением боевых действий. Думаю, он хочет мира, хотя его мечтой был полный контроль над Украиной. Но благодаря мне это не произойдёт.

Я ему доверяю? Я — нет. Я не доверяю многим, и тебе тоже не доверяю. Ты приходишь на интервью, улыбаешься, но потом задаёшь мне фальшивые вопросы, пытаясь опровергнуть очевидное. Это нечестно.

Доверяю ли я? Нет, не доверяю. Но думаю, что Путин с уважением воспринимает меня. И я уверен: благодаря мне он не сможет захватить всю Украину. Эта война — результат некомпетентности, и она не должна была начаться. Если не будет мирного соглашения, прекратят ли США военную помощь Украине? Я не собираюсь пока делиться своим решением, чтобы не навредить переговорам. Но меня очень волнует, когда я вижу, как Путин запускает ракеты по мирным городам и селам — это ужасно и неприемлемо. Сама эта война — ужасная ошибка.

Этой войны не было бы, если бы выборы 2020 года не были сфальсифицированы. Если бы выборы были честными, этого конфликта не было бы. Не было бы позора с Афганистаном, не было бы событий 7 октября с Израилем, не было бы нынешних проблем и высокой инфляции.

Граждане по всей Испании, Португалии и в некоторых частях Франции столкнулись с беспрецедентным отключением электроэнергии. Я хочу выразить им благодарность за спокойствие и вежливость, которые они проявили в разгар этого крайне сложного инцидента. Они проявили коллективную ответственность и солидарность с теми, кто внезапно оказался не в состоянии вернуться домой. Особенно я благодарна полиции, пожарным и регулировщикам движения — во всех странах они работали под огромным давлением, чтобы защитить граждан и поддерживать порядок.

Дорогие друзья, чуть больше года назад я стояла перед вами в Бухаресте, прося вашей поддержки. Я помню, как делилась с вами уроком моего отца: Европа — это больше, чем рынок, больше, чем набор институтов, больше, чем союз. Европа — это наш дом. Наша первейшая миссия — защитить это место, которое мы называем домом. Речь идет о процветании, безопасности и демократии. Именно это мы, как ЕНП, обещали народам Европы, и они доверили нам выполнение этого обещания, зная наше лидерство.

Друзья мои, мы не можем допустить обратного. Мы должны удвоить наши усилия в поддержке политики открытых рынков, взаимовыгодного торгового и инвестиционного партнёрства, свободной и честной торговли. Как отметил Кристиан Стокер, в каждом кризисе есть и возможность.

Наш единый рынок — крупнейший в мире благодаря своей открытости миру, превышающей даже открытую экономику США и Китая. Мы — мировые чемпионы по экспорту в ВВП. Нашим компаниям нужны глобальные рынки. В момент кризиса именно надежность и предсказуемость Европы становятся решающими. У нас уже есть крупнейшая в мире сеть соглашений о свободной торговле с 76 странами.

С прошлого года мы заключили новую волну торговых сделок — от МЕРКОСУР до Мексики и Швейцарии. Мы сотрудничаем с Индией, Индонезией, Эмиратами, Таиландом, Филиппинами, Малайзией и странами Тихого океана. Все они хотят работать с нами, потому что мы честны, надежны и играем по правилам.

Так что, друзья мои, давайте будем придерживаться курса — хладнокровно и вместе, потому что таков европейский способ торговли. Но ключ к нашему процветанию — навести порядок в собственном доме и облегчить ведение бизнеса здесь, в Европе. Это время, чтобы поддерживать не только наши сильные стороны, но и наши ценности. Мы не вмешиваемся в дела соседних стран и не наказываем их. Напротив, 12 стран непременно стремятся стать членами Европейского Союза.

В Европе дети могут ходить в хорошие школы независимо от дохода своих родителей. Дебаты в университетах по спорным вопросам приветствуются. Мы ценим свободу науки и исследований как фундаментальную ценность, потому что именно так процветают выдающиеся достижения и инновации. Поэтому Европа открыта для лучших и самых ярких. Мы предлагаем им выбрать Европу своим домом, чтобы сделать Европу снова домом инноваций. Сейчас самое время действовать. Дорогие друзья, именно сейчас нужно привлекать лучших и самых ярких. Выбирайте Европу.

И, наконец, безопасность Европы — это также наша оборона. Угроза, исходящая от России, не исчезнет. Мы знаем, что внимание Америки постепенно смещается в другие регионы. Поэтому нет сомнений: мир в Европе требует от нас брать на себя гораздо большую ответственность за собственную оборону.

Уже на нашем Конгрессе в Бухаресте мы обсуждали ускорение развития оборонно-промышленных мощностей. Никто не ожидал, что за год мы достигнем таких результатов: до 800 миллиардов евро инвестиций направлено на общую оборону. Все 27 государств-членов поддерживают эту инициативу. Налажено новое оборонное партнёрство с Норвегией и скоро будет с Великобританией.

ЕНП всегда была партией европейской обороны. Сегодня мы — партия, реализующая Европейский оборонный союз, мечту де Гаспери, Шумана и Аденауэра. И теперь их мечта становится реальностью. Народ Европы массово поддерживает это. Но крайне левые и крайне правые всегда выступали против. Сейчас с периферии вновь пытаются саботировать европейское пробуждение, утверждая, что Россия не угроза, и Европа не достойна ответа.

Позвольте мне быть предельно ясной: только сильная Европа может защитить мир на нашем континенте. И крайне правые, и крайне левые не за мир — они просто на стороне Путина. Мы не позволим этому случиться.

Мы все видели, как Путин ведет переговоры — точнее, неоднократно демонстрировал, что ему нельзя доверять, его можно только сдерживать. Всего две недели назад, в Вербное воскресенье, он запустил баллистические ракеты по людям, идущим в церковь.

Для справедливого и прочного мира мы должны продолжать поддерживать Украину — с большей военной и финансовой поддержкой, с усиленным давлением на Россию и с ясной дорогой для Украины в Европейский Союз. Наше послание Украине очень чётко: ваша свобода — это наша свобода, ваша безопасность — наша безопасность, и ваше будущее — в нашем Европейском Союзе. Дорогие друзья, в ЕНП мы выступаем за демократическую Европу, где люди принимают решения и сами являются хозяевами своего будущего.