Игорь Кочетков @ivkochetkov сегодня провёл прямой эфир о новом законе о запрете так называемой ЛГБТ+ пропаганды. Так что — #ЦитатыБезКонтекста, ещё и перемешанные:

꧁꧂

То, как закон будет применяться, зависит от нашей реакции на него. Этот закон рассчитан на самоцензуру, как многие другие российские законы.

Когда мы говорим об угрозах, в первую очередь нужно стараться конкретизировать: что именно нам угрожает. «Сотрут ЛГБТ+», «лишат права на личную жизнь» — это очень общие слова. Не понятно, что с этими абстракциями делать.

Слишком далеко я бы не советовал загадывать, но никто не собирается сажать ЛГБТ+ людей в тюрьму, выбрасывать из окон, стирать их и так далее. Штрафы — это конкретика. Любое обсуждение сводите к конкретике, и тогда станет понятно, какие можно принять меры предосторожности.

Я не согласен, что если вы не активист и сидите тихо, закон вас не коснётся. Он всё равно может коснуться. Меры предосторожности — это не для того, чтобы перестать высказываться. Это как раз для того, чтобы не переставать высказываться.

Нужно продолжать публично возмущаться этим законопроектом, чтобы сохранять градус напряжённости. Чтобы показать им берега. Чтобы они задумались, стоит ли связываться с этим законом. Проявлять публичную солидарность, искать инфомрацию, скидываться на штрафы, выражать публичную поддержку пострадавшим от этого закона. Не пропагандируйте ЛГБТ+, просто пишите, что закон безобразен, нарушает ваши права, мешает бизнесу...

Закон вводит некие запреты на распространение информации. Поиск и получение информации законом никак не регулируются.

Что делать людям, которые боятся ответственности за пропаганду, понятно. А что делать людям, которые не боятся? — Пропагандируйте 😏

Жить с VPN условно продолжительное время придётся в любом случае по многим причинам.

Ничто не признают пропагандой «в целом». Оценивается каждое конкретное изображение, каждое высказывание. Наша задача — сделать так, чтобы «пропаганды» стало только больше, чтобы они сбились с ног.

С точки зрения КоАП административным правонарушением признаются только действия, совершённые на территории Российской Федерации.

Это не значит, что мы должны сейчас все собраться и уехать из России. Но создавайте команду. Пусть ваши тексты, ваши видосы, ваши замечательные картинки постят те, кто за рубежом. Не подвергайте себя унизительной самоцензуре. Вы можете создавать контент, но публиковать его не обязательно вам.

Не отчаивайтесь, не бойтесь и берегите себя.

P.S. «Лето в пионерском галстуке» — это не пропаганда, это художественное произведение, где изображение однополых отношений является частью художественного замысла.

Госдума РФ во втором чтении одобрила законопроект о полном запрете так называемой пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений.

Обычно после второго чтения сюрпризов не бывает. [Но Россия сейчас вся — один большой сюрприз, так что я не уверена. Продолжаем.]

О чём я хочу напомнить: закон будут применять избирательно — так же, как закон о дискредитации российской армии, или об иноагентах. В первую очередь он нацелен на то, чтобы заткнуть самых громких, самых неугодных. А также на то, чтобы не самые громкие заткнулись сами.

Разумеется, побочные жертвы тоже будут — протоколы за дискредитацию армии составлялись в том числе на случайных людей. Будет и личная удача эшников, и доносы недоброжелателей. Никто не в безопасности — но мы в ней и не были.

За публикацию поцелуя однополых пар в инстаграме на Анастасию Панченко составили протокол за пресловутую пропаганду среди несовершеннолетних — потому что «у несовершеннолетних есть доступ к её инстаграму». И всем нам понятно, что дело не в пропаганде, а в том, что Анастасия — бывшая координаторка краснодарского штаба Навального. Вот и с новым законом будет так же. Мы не были в безопасности — и продолжаем быть не в ней.

Предыдущий закон о запрете «пропаганды» среди несовершеннолетних не работал, потому что все его игнорировали, а игнорировали его, потому что он не работал. Мы можем сделать это и с новым законом. И сделаем.

Лет десять назад люди намного сильнее боялись говорить о своей идентичности. Лет семь назад помню, как уговаривала @dod_mayak завести инстаграм — и не уговорила: наше маленькое движение боялось публичности. Собственно, так и появился наш старый бложик — мне хотелось показывать, что можно открыто быть мной. Со временем таких, как я, становилось больше, и мне хочется думать, что я этому способствовала.

Возможно, сейчас мы в точке, когда люди снова будут осторожными. Но это не повторение прошлого: люди намного более свободны, чем тогда. И есть уже очень много бложиков, которые не остановятся (включая меня).

Если вы думаете, что из Стамбула это писать легче, чем из Владивостока, — так и есть. Но об этом и речь: люди не обязаны приносить себя в жертву. И вы не обязаны, и я, и никто.

Я говорила это раньше: нет «обязанности» каминаута, «долга» активной деятельности, «обязательства» отстаивать свои права. Их не было раньше и нет сейчас.

Я не могу советовать, как вести себя в экстремальных условиях. Есть разные стратегии выживания. Какую выбрать вам — решать вам, в зависимости от ваших ресурсов и обстоятельств.

• Публичность — отличная стратегия. Вы — светлячки, вас нельзя будет убрать незаметно для других, к тому же вы освещаете мир другим людям.

• Скрытность — отличная стратегия. Вы — спящие агент_ессы, вас нельзя просто так выявить, и когда будет надо, вы вступите в игру, как новая неожиданная сила.

Делайте то, что можете, сколько можете и как можете. В любом варианте вы принесёте пользу, оставаясь живыми, на свободе и умеющими радоваться жизни.

Через девять месяцев войны с Украиной Госдума разродилась принятием в окончательном чтении закон о запрете «пропаганды ЛГБТ, педофилии и смены пола в рекламе, книгах, кино и СМИ».

Теперь новорождённого должен осмотреть Совет Федерации, а потом отметить своим клеймом человек, занимающий пост президента РФ.

Это не очень быстро, до месяца. Так что прямо сейчас можно ничего не делать, а только подумать, что именно делать. Например, самое время перестать призывать других людей стать лесбигеями и сменить пол.

Можно сделать приватными свои паблики. И подписаться на тех, кто ещё не стали приватными, — скоро распространять информацию смогут только те, кто могут.

Я продолжу быть мной.
Думаю, вы тоже останетесь собой.

А это главное.

Знаете, довольно трудно писать содержательные комментарии в личный блог, когда нужно писать содержательные комментарии куда-то ещё и не повторяться.

Но могу выразить мнение одной карточкой.

Бороться и толковать законы в свою пользу — говорит Игорь Кочетков. Ориентироваться на высшие суды, а не на бытовых гомофобов. Это активистская позиция — за неимением лучшего слова назову её так.

Это двойное выигрышное положение: я делаю только то, что можно делать. Если мне не мешают жить — я работаю на общее благо (победа). Если мне мешают жить — это выставляет абсурдность и незаконность репрессий напоказ, что тоже работает на общее благо (победа).

Позиция борьбы — не то же самое, что «намеренно подставляться». Наоборот, это учёт всех возможных рисков и мониторинг актуальных новостей.

Противоположная стратегия поведения: затаиться — исходит из того, что попытки «обойти» закон безуспешны. Об том, откуда мы это знаем, подробно написала, например, Лена Климова (даю ссылку на первый пост из серии). Соответственно, если нет ресурса бороться, можно удалить старые публикации, не делать новых, «не отсвечивать» и открываться только тем, в ком мы более-менее уверены.

Эти два крайних настроя проявились в ЛГБТ+ России под угрозой нового репрессивного закона (ещё не принятого), но я помню, как они обсуждались и после принятия старого. Это не дословное повторение — мы тогда в интернетах спорили, существует ли вообще ЛГБТ+ сообщество, — но в целом примерно тот же круг обсуждений.

Мой моральный вектор неизменен: делают те, кто могут, а «могут» включает в себя не чисто физическую возможность написать публичный пост (например), а ещё и внутренние силы на это.

Я считаю, что между позициями «бороться» и «таиться» нет противоречия. Это наша командная игра. У нас разделение функций. Возможно, пикеты и публичные посты не ваша функция, зато вы можете донатить фондам, спорить с коллегами или даже ходить на суды.

Мне кажется, что в последние годы у многих людей ЛГБТ+ России не было _страха_ делать посты в соцсетях, хотя технически угроза репрессий под предлогом «пропаганды» был. Но страх исчез далеко не в первые дни после подписания закона. И сейчас тоже, очевидно, исчезнет далеко не в первые дни.

[На самом деле даже нельзя сказать, что страх исчез на 100%, — есть много людей, для которых просто быть где-то уже ощущается вызовом обществу. Но его точно стало меньше.]

Россия — полицейское государство. Борьбой в ней является даже сам отказ добровольно ложиться в могилу. Страх — нормальное чувство в этих условиях. Главное, чтобы он не заставлял нарушить главное правило выживания. Не нарушайте его, и я уверена, что следующее избавление от страха займёт значительно меньше десяти лет.

Затаиться — это не пораженческая позиция, а выжидание возможностей. Важно сохранить себя, чтобы быть теми, кто может воспользоваться возможностями.

Мне несимпатично, когда людей принуждают к позиции «взять свои права». Конечно, мне бы очень понравилось, если бы все просто взяли, преисполнились храбрости и захватили права. Но я точно знаю, что _все_ этого не сделают. Никогда не делали и не будут. У всех свой вход в гражданскую активность, и пока он не наступит, намёки, будто это «финальная битва» за права, звучат неубедительно или дополнительно невротизируют, накладывая вину «за бездействие».

А битва-то не финальная. Никакая из битв не финальная. Мы не собираем войско для «последнего удара», тут вообще нет линейного сюжета.