Три. Три! ТРИ опечатки было в посте с карточками. Две опечатки и один артефакт переписываний текста.

Я хотела написать, как мне некомфортно каждый раз писать «мы» в Маяке — это же не мы, это буквально я, и я смею говорить от лица всего движения (которое вообще не имеет единого лица). Хотела рассказать, как переживаю о формулировках, стараясь делать их максимально корректными. Но опечатки как-то перебили все переживания о высоком.

Жесть как пугает обнаружить, что кто-то зачем-то сохраняет контакты моих близких как _контакты моих близких_. Определяет людей через меня.

Остальные теги обычные, человеческие.

Мы проверяем время от времени, и это что-то новое. Что-то изменилось с недавних пор, и я не знаю, что. Это гомофобы после обращения в месяц прайда? или что-то другое? что им может быть нужно? чего ждать?

Невозможность быть рядом с семьёй 24/7 — очень страшное чувство. Много моих страхов посвящено тому, как кто-то кошмарит мою маму, или портит жизнь моему брату, или доставляет неприятности моей племяннице, или терроризирует моего друга. У меня нет никакого контроля над чужой безопасностью, и не может быть, и увидеть подтверждение, что я притягиваю угрозу, — это страшно, даже если не сюрприз.

Илья Шепелин @ilyashepelin в новом «Зомбоящике» собрал ЛГБТ+фобные новости за последнее время в один сюжет, и я вдруг задумалась, что гомофобы видят нас примерно так. Это объясняет, почему они всё время желают нам Доктора.

Подробный анализ чудовищного приговора (7 лет колонии общего режима) муниципальному депутату Алексею Горинову от Сергея Будылина.

Читать - здесь.

Пост не про бифобию

С посторонними людьми обсуждение закона о расширении запрета пропаганды чего-то нетрадиционного всегда приводит к точке: «Но ты-то нормальная, тебя этот закон не касается». И дальше я пытаюсь убедить их, что —

Я — нормальная.
И этот закон хотят принять именно про меня.

Я не исключение, не случайная жертва, ИМЕННО ПРО МЕНЯ, это не ошибка.

Я, я, именно я, вот эта известная вам личность, именно я — цель этого закона.

Просто. Представь. Говорю я. Что кому-то понадобилось продвигать закон именно против таких, как я. Против таких нормальных.

Я пытаюсь объяснить своим собеседникам и собеседницам, что предлагают и принимают законы у нас ДЕЙСТВИТЕЛЬНО такие безумные.

Я вчера ночью слушала, как по телевизору построили большой сюжет вокруг фразы «люди, способные рожать». Был диалог:

— Вы хотите сказать, рожают не только женщины?
— Нам нужно признавать, что есть трансгендерные мужчины и небинарные персоны.

Это была цитата из какого-то интервью какой-то иноязычной политикессы, а журналист продолжал задавать вопросы в наглой манере, и постепенно перешёл на «вы считаете, что даже вопрос оскорбителен», но политикесса старалась оставаться спокойной, как могла.

Мне показалось, она дала нормальный ответ: действительно же, приходится признавать, что из всех людей, способных родить, не все назовут себя женщинами.

Как отреагировали пропагандисты? Сказали, что это и есть та противоестественная система ценностей, которую навязывает Запад и которая никому не нужна. И с которой борется Россия.

Дети в своих рассказах врут меньше и иначе, чем взрослые, но и видят меньше, и понимают иначе.

Например, в детстве в мой дом переехала семья, родители с сыном. Отношение к ним было настороженное, взрослые обсуждали про эту семью слухи, — не конкретные, а что-то, что никогда не высказывается, но будто бы все всё понимают, и это «всё» — что-то плохое. С мальчиком никто почему-то не играл.

Со мной тоже никто не играл, меня дразнили китаянкой (в грубой форме), и мы подружились. Как в детстве быстро заводят друзей, просто гуляли вместе.

Он позвал в гости, я пошла — у меня в детстве это было нормально среди всех детей. Но его родителей мой приход как-то явно озадачил. Во-первых, ему сделали выговор (не по-русски, так что я даже предположить не могу). Во-вторых, родители по-русски не говорили. Мне сказали буквально пару фраз: чтобы я не боялась, и ещё извинялись за нерусский язык.

Иностранный язык меня скорее заинтересовал, чем смутил. И бояться мне даже в голову не пришло — они же не с топором вышли. Но было очень неловко, что передо мной извиняются. Больше я, кажется, не приходила (а он не звал).

О первой чеченской войне я узнала много лет спустя, и даже значительно позже второй. Что за история была у моих соседей по дому, я не знаю. Это частное свидетельство, я бы не стала его переоценивать. Но и выбросить не могу: каждая личная история складывается в большую картину.

К чеченским дневникам Полины Жеребцовой я отношусь примерно так же. Ей сейчас 37, она примерно одного возраста с моими друзьями.

Дневник — это ещё и не совсем правда. Правду нельзя писать. Если тебя кто-нибудь найдёт, то наверняка будет меня шантажировать или смеяться, или убьёт. Приходится писать в тебе лишь малое из того, что происходит. Так что я принимаю за данность, что Полина Викторовна писала не обо всём, а иногда что-то приукрашивала о своих эмоциях. И всё-таки это хорошее частное свидетельство.

Читать о других войнах немного отвлекает от чтения новостей про эту.

Читаю книжки. Мало стала играть. Раньше мы строили города из камней и цветов. Сейчас просто играем в историю. История о том, как что-то случилось. Потом об этом забыли, и оно случилось снова.

С топором и большой собакой (без поводка, придерживали за ошейник) выходили соседи моей подруги из младших классов, то есть уже попозже, чем та история с походом в гости.

Они боялись ограбления. Возможно, это было не лишено смысла в то время. А я боялась людей с топором и мимо их двери старалась ходить тихонько.

Со временем авторка начинает писать всё лучше и подробнее, и читать тяжело, и перестать невозможно.

Прервала чтение, чтобы вынести мусор, и не могу смотреть на окружающий мир, как на обычный. А потом наваждение прошло, увидела обычный, и он не лучше, хотя и другой :(

Пока я жду нового закона о расширенном запрете невнятной хуйни, Екатерина Мизулина говорит, что и со старым законом можно усилиться. А то ведь плохо же, когда закон есть, а дел по нему не открывают.

Ошибок Володина она не повторяет: комментарии закрыты, а из реакций-эмодзи доступны только положительные (и одна неоднозначная 😱).

Можно подумать, меня только этот закон и волнует. И он волнует, конечно! Не каждый день мой народ хотят официально объявить недолюдьми.

• Полный запрет на распространение информации, которая направлена на «отрицание семейных ценностей» и «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений».

Вообще, наша работа состоит обычно в том, чтобы напоминать людям про семейные ценности. Про то, что детей нужно любить. Что браки заключаются в сердце, а не между письками. А как пропагандировать ориентацию, я без понятия. Хотя я искренне удивлена, почему не все люди бисексуальны, и считаю, что всем нужно оставлять для себя такую возможность 😏

• Пропаганда ЛГБТ приравнивается к пропаганде войны, разжигании национальной, расовой или религиозной розни.

Если исходить из этой формулировки, законопроект пропаганду ЛГБТ+ как раз разрешает)) Учитывая, как активно телевизор пропагандирует мне войну и разжигает национальную рознь прямо сейчас.

• Необходимость запрета «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений» вызвана популярностью движения «чайлдфри», педофилией, угрозой для демографии и экономического роста, защитой семьи и духовных ценностей.

Тут вообще всё смешалось, даже так сразу и не прокомментируешь...

• Также законопроект предполагает запрет «на выдачу кинотеатрам прокатного удостоверения на фильмы, допускающие пропаганду нетрадиционных отношений».

На этом моменте я расхохоталась. Какие фильмы, ебанаты? Китайские? Индийские? Ну кстати, я видела, в индийских фильмах иногда показывают ЛГБТ+. Ох, горе-то какое, что их нельзя будет посмотреть на большом экране. Раньше-то мы только их и смотрели.

...

Меня действительно очень волнует этот закон. Но это не про страх. Российская Федерация отучает меня бояться. Так вышло, что клоуны никогда не были моей фобией. Я их просто не люблю.

И с каждым днём открываю новые пределы своей злости.

Страшно, конечно.

Но знаете, я буквально сегодня [до новости] обсуждала, примут ли подобный законопроект до осени. И мы как-то склонились к выводу, что не примут, не до того им. Внеурочные собрания — они всё-таки для другого. Просто тема хайповая, внимание отвлекать.

И, хоть этот законопроект выглядит отвратительно, на данный момент не известно, что с ним будет.

А Юрия Дудя оштрафовали по уже имеющейся статье на вообще пустом месте. В общем, извините, у моего страха есть предел.

Бесплатный урок: если хотите, чтобы людям было страшнее, оставляйте им надежду. Чтобы казалось, что есть какой-то способ избежать изнасилования, если правила безопасности какие-то соблюдать, или пальцы особым образом скрестить.

А когда просто какая-то херня творится, это не страшно, это как дождь, как снег, как стихия 🤷🏻‍♀️ Как вероятность встретить динозавра, 50:50. Так какой смысл бояться и перестраховываться, если ничего нельзя предсказать?

Давно искала повод репостнуть @voplmedia куда-нибудь. Это небольшое (новое) медиа, за которым я наблюдаю и которому желаю расти.

Екатерина, ты охуела. Ты пишешь пост с угрозами всему ЛГБТ-сообществу, прямо говоришь, что собираешься на нас стучать, чтобы на нас заводили административные дела по нелепому и шовинистскому закону, но когда я даю моральную оценку твоим действиям — что ты грешница и тебе дорога в ад, если ты веришь в христианского бога — ты называешь это угрозами? На себя посмотри сначала!

Теперь мне очень интересно, если писать о Екатерине Мизулиной, она всех будет репостить, или только тех, у кого несколько тысяч подписчике уже набралось?

Также мне интересно, можно ли написать на неё заявление о распространении персональных данных.