Руководителя «Ириды» Артёма Фокина осудили по уголовной статье за «организацию деятельности экстремистской организации» (Дело № 2) почти за два месяца до того, как «Ириде» присвоили этот статус.

Такой вот судебный интерстеллар.

Меня не отпускала история с гостьей. Все преподаватели признавали существование гостьи, но все также говорили, что слово не используется.

Русскоязычные говорят: ну всё понятно, это слово общего рода. Но это ошибка, потому что слово общего рода меняло бы артикль в зависимости от контекста: der Gast для мужчины и die Gast для женщины. Но этого не происходит, да и вообще в немецком все существительные имеют конкретный грамматический род. То есть тут просто не существует такой категории существительных.

Я знаю только одно исключение — Aushilfe (или образованное тем же способом Sprechstundenhilfe), которые могут получить der или die в зависимости от контекста, но есть нюанс, даже три:
• слово образовано от глагола (а гость — нет),
• по умолчанию имеет женский грамматический род (так же, как в русском сирота или убийца склоняются по женскому типу) (а гость — нет),
• никто не говорит der Aushilfe, это будет считаться некоторой причудой; такой вариант признают любители языков типа моего первого преподавателя

Одно слово есть сразу: персона. И она интересная персона, и он интересная персона. Второе слово я нашла перебором русских нейтралитивов: сирота. И она сирота, и он сирота.

Возможно, гость тоже относится к таким словам, где и она гость, и он гость. Вот только персона и сирота имеют женский грамматический род, а гость — мужской. И к персоне, и к сироте маскулятивов нет. А гостья есть, словари её признают. Она даже в словаре братьев Гримм есть.

С другой стороны, глава (в смысле голова) тоже имеет мужской род, однако и она всему голова, и он всему голова.

Нооооо с другой стороны, «голова» — это конкретная часть тела, значение которой используется в переносном смысле. А «гость» никакого переносносго смысла не имеет.

И ещё просто статья к туда же: https://www.journalistinnen.de/wp-content/uploads/2022/02/220119-Boersenblatt-Interview-Olderdissen-Genderleicht.pdf

Если приблизить фото, можно увидеть надпись Love is love с припиской all day :)

Фото с того дня, когда «экстремистской организацией» признали не несуществующее абстрактное «ЛГБТ-движение», а Парней+, частью которых мне приятно себя считать. В тот день я гуляла и думала, что здесь всё похоже на Приморье, только ухоженнее. И я никак не могла собраться, чтобы отреагировать публично на эту новость.

Я, конечно, и часть ЛГБТ+ движения тоже, куда ж без этого. Но оказалось, ощущения разные. Не страх. Ненависть, безусловно, но это всегда. Отвращение? До сих пор не могу подобрать слов.

Разные ощущения в ситуации, когда «экстремизмом» признают некую сущность, к которой я принадлежу, — и когда группу конкретных людей, к которым я принадлежу.

«Чеченец в Платформе российских демократических сил при ПАСЕ оправдывает убийства чести (женщин и ЛГБТ людей), вот ссылка на видео»,

— написал мне подписчик в личку.

Я такая: да не, ну не может же быть, пойду посмотрю, наверняка он просто выразился неудачно.

Как же я ошибалась.

Как же меня ВЫБЕСИЛ этот ответ. Невероятно.

С праздником, ЛГБТ+ Россия!

Российскую ЛГБТ-сеть признали «экстремистской организацией» именно сегодня. Совпадение? Не думаю!

Я теперь ещё меньше понимаю, кто я в связи с этими статусами. Я — участница Российской ЛГБТ-сети. Но партбилетов у нас, разумеется, нет. Имеет этот статус ко мне отношение или нет? Что это вообще означает лично для меня?

Я привыкла сначала хоть как-то разбираться, прежде чем писать, но эти экстремистские статусы настолько безумные [с самого начала, ещё с несуществующего «международного движения ЛГБТ»], что я просто в ловушке какой-то, в липкой паутине странных судебных решений, и каждое движение порождает только новые вопросы.

Репощу для тех, кому неудобно смотреть видео.

СК SOS процитировали дословно и выбрали достаточно много цитат. Лишнее убрано, но точность при этом не нарушена, нельзя сказать, что что-то вырвали из контекста.

Приятно, что в этот раз у широкого поля оппозиции есть более-менее единодушие. Не осудили Кутаева только Ходорковский, Латынина и СВТВ.

Ходорковский, считай, поддержал: пост начинается с оговорки «Кутаев наговорил много разных сентенций, от некоторых впечатлительные могут в обморок упасть, но сейчас не об этом», — и это просто попытка прикрыть неосуждение ширмой «я ж о другом говорил».

Латынина как бы осуждает Кутаева, но не лично Кутаева, а в целом ну типа не любит она Кавказ, и видите же, заслуженно! Но осуждает не происходящее, а либеральную оппозицию и всю ПАСЕ целиком.

СВТВ вообще никого не осуждают, написали «выдержанно нейтральный» текст, добавив в конце хер пойми к чему какую-то ироничную фразу (которая вообще не вписывается в текст).

Все остальные, кто высказывается, пока что высказываются с осуждением. И даже специально просить о комментариях в этот раз не приходится (не то что в 2023 по куда более значимому поводу). Даже те, кто не смотрели интервью Кутаева: например, Любови Соболь это не помешало сказать, что такие заявления чудовищны и она их не разделяет.

И даже в мониторинг — через который я читаю самые разные правацкие каналы всех мастей — мне принесло пока только один пост с прямым одобрением убийств.

Что ж, убийства не одобряют, — и на том спасибо.

Есть тут одна очень важная оговорка для меня.

Заявления Кутаева чудовищны: ни у кого не поворачивается язык публично сказать «нужно преследовать и убивать неугодных женщин и ЛГБТ+ людей». А вот под фразой «права меньшинства не должны нарушать права большинства» часто готовы подписаться уже довольно многие люди — пусть и не в этом контексте.

Может, потому что это звучит, как что-то «за всё хорошее против всего плохого»: мы же действительно не хотим, чтобы нарушались чьи-то права. Но фраза «права меньшинства не должны нарушать права большинства» тоже чудовищна. Сама по себе. В любом контексте. Любой, кому нравится эта фраза, потенциально находится в том же лагере, что и Кутаев.

«Права меньшинства» никак не нарушают «права большинства» — ЭТО ОДНИ И ТЕ ЖЕ ПРАВА.

Столкнувшись с критикой, Кутаев заявил, что его слова «неверно интерпретировали», и лишать жизни может только Бог.

— Меня же как эксперта спрашивали, какова ситуация там. Я же не говорил, что я думаю. Я же не говорил про позицию «Ассамблеи народов Кавказа». Там вопрос стоял: какова ситуация в чеченском, кавказском обществе. Я пытался максимально честно [объяснить], какая ситуация, какими категориями там мыслят, — сказал Кутаев корреспондентке «Новой-Европа».

Он подчеркнул, что сам выступает против лишения человека жизни.
— Ни один человек не имеет права посягать на жизнь другого. Моя позиция: совершеннолетние люди имеют право строить свою жизнь по собственному разумению. А отнять жизнь — это право Господа, который сотворил нас. Я как религиозный человек считаю, что никто не имеет права лишать жизни никого, — добавил он.

Так вот: нет, интерпретировали мы его верно. Никто его «как эксперта» не спрашивал, «какова ситуация». Его спрашивали, помогает ли он уязвимым и преследуемым людям. Потом спросили, можно ли убивать людей. А он, в свою очередь, не рассказывал про ситуацию, а как раз высказывал своё собственное мнение (что несколько раз подчёркивал).

Если человек в ответ на вопрос, можно ли убивать,

• задаёт встречный вопрос, а можно ли позорить семью,
• рассуждает, что у «нормальных людей» такого нет, это всё только в испорченных кругах власть предержащих,
• называет борьбу с ЛГБТ+ людьми (в его терминах «отщепенцами» и «извращенцами») абсолютно такой же борьбой, как и с оккупантами,
• говорит, что ЛГБТ+ не имеют права называть себя чеченцами и чеченками,
• говорит, что это семейные дела, и никто в них не вправе лезть, если семья решает убить,

— такой человек одобряет убийства. Мы всё интерпретировали правильно.

Когда просят обозначить своё мнение по ситуации, а вместо этого человек начинает объяснять, почему такая ситуация сложилась, очень распространены. Люди часто так делают, в том числе в разговоре со мной, я и сама так делаю — и понимаю, как это происходит.

Есть больше одной причины, почему у людей есть потребность это делать.

Ни одна из них не подходит в случае Руслана Кутаева чисто по формальным признакам его ответа: он говорил от первого лица («я являюсь носителем именно такой идеологии») и подчёркивал, что это именно его личное мнение («скажу откровенно», «не буду кривить, не буду лицемерить — я не сторонник», «очень рад, что у меня в семье этого [ЛГБТ+ людей] никогда не происходило»).

Я не хочу, чтобы после таких высказываний все удовлетворились отмазкой «меня не так поняли».