Лет в 14 со мной подрался мужчина [ну то есть лет 25], которого я назвала пидором. Орал, что я вообще не знаю, что это за слово, «это — не просто слово!», за слова нужно отвечать и щас он меня жизни научит.

Пидором я его назвала, потому что он повёл себя несправедливо и вообще по-мудачески. Я тогда, как многие, вообще не связывала это слово с сексуальными предпочтениями, а он, наверное, как более близкий тюремной культуре, связывал. Парень был мне хорошо знаком, и ему, видимо, было норм напасть на подростка «в воспитательных целях».

В то время в моей жизни много чего было «норм», от чего хотелось иногда убежать в какую-то другую реальность. Та драка не была каким-то особым событием, так что вспоминаю я о ней редко и обычно только в связи с тем, что на следующий день ко мне на улице подходил знакомиться парень и унижал меня, что у меня синяк на лице (да, такие вот подкаты).

Так вот, это был примерно 2003 год. Уже тогда мне казалось, что это устаревшие представления об оскорбительных словах. Со временем я таких людей видеть как-то перестала и мне всегда трудно поверить, что они на самом деле есть, а не шутят в интернетах.

Каждый раз, как читаю все эти новости про «в порыве эмоций убил друга за то, что тот меня пидором назвал» (как позавчера), заново сталкиваюсь с реальностью. Мне ведь действительно казалось, что весь мир изменился. А оказывается, это просто я действительно смогла куда-то вырваться.

Примерно такое же неприятное осознание у меня было, когда я услышала от новых 12-летних, как к ним пристают мужчины на пляже, лезут купаться слишком близко, прижимаются в автобусах.

Я хорошо знала, как это происходит, а потом оно постепенно перестало происходить за относительно редкими исключениями. И я честно-честно думала, что этого стало меньше.

А оказалось, что просто я стала старше. Дети — более удобные жертвы.

И отдельно мерзко, что чем дальше, тем меньше я могу списать творимые людьми мерзости на «другое поколение».

Потому что эти мерзости делает МОЁ поколение.

Не было у нас никакого «другого воспитания», мы вообще с некоторых пор не особо отличаемся друг от друга в плане поколений.

Ну то есть — просто в обществе много мудил. В любом поколении. Разница может быть только в том, насколько остальные обстоятельства им способствуют.

В Москве суд по требованию прокуратуры заблокировал «сайт с инструкцией гей-знакомств». Об этом рассказал канал «РЕН ТВ»

Преступление 6.21

Есть такая типично СМИшная корявость: не называть конкретных брендов / марок / торговых имён.

Трудно даже сказать, с каких времён это пошло. С очень древних. «Как бы чего не вышло». «Чтоб не рекламировать». «Чтобы не нарушить случайно закон о клевете или типа того». Много причин, но из-за этого я регулярно читаю классику про размещение чего-то «в социальной сети» (сами гадайте, в какой) или вовсе безумные заголовки типа «суд оштрафовал книжный магазин из-за книги» (это реальный пример: в конце поста название указано, но до конца ещё надо дочитать).

Когда речь о каких-то привычных вещах, это ещё можно пережить. Но «сайт с инструкцией гей-знакомств» будоражит фантазию куда сильнее, чем другие мутные намёки.

ХОЧУ ВИДЕТЬ ИНСТРУКЦИЮ ГЕЙ-ЗНАКОМСТВ

В Чите вынесли приговор за «ЛГБТ-экстремизм» владелице ночного клуба: 4 года лишения свободы в колонии общего режима. Четыре года лишения свободы за абсолютно законную деятельность.

«Клубные» дела стали самой известной темой «ЛГБТ-экстремизма». Конкретно в Чите — Дело № 4. Это первый приговор в делах против ночных клубов.

Возможно, дел намного больше, чем мы знаем, — для «ЛГБТ-экстремизма» нет отдельной уголовной статьи, это просто «экстремизм». Если никто не обмолвится в новостях, если дела тихие и против неизвестных людей, если люди сами боятся дополнительного внимания — мы просто об этом не узнаем.

Всего сейчас известно 16 дел. Я собираю их в отдельном посте, и если добавится ещё хоть одно — придётся делать новый пост, потому что в этом больше нет места.

Контент экстремистской направленности по мнению террористического путинского режима

Надеюсь, все эти гомофобы, как менты, так и подментованные, единодушные с путинским режимом в преследовании ЛГБТ+ людей, действительно знают, чем они занимаются.

Они ДОЛЖНЫ знать, чем занимаются.

Они штрафуют людей на сто тысяч рублей за аватарку в соцсетях.
Они заводят уголовные дела, проводят террористические обыски и выносят приговоры с лишением свободы за законную предпринимательскую деятельность.
Мы публиковали аватарки, покупали радужные носочки и лучше других знали закон, чтоб даже случайно его не нарушить. Старались общаться только с теми, кто уже разделяет наши предпочтения, чтобы лишний раз ни с кем не конфликтовать. Они назвали всё это «экстремистская деятельность».

Всё люди хотят быть хорошими. В собственных глазах собственное зло можно оправдать великой идеей или хотя бы обстоятельствами. В этих репрессиях же нет ни того, ни другого. Громкие слова типа «пропаганда» или «национальные интересы» есть, но в реальности ничего этого нет ни в приговоре за ночной клуб, ни в штрафе за аватарку, ни в других делах.

Они ДОЛЖНЫ это понимать.

Когда я говорю «будут гореть в аду», для меня это ничего не значит. Ада не существует.
Но я абсолютно уверена, что люди хотят быть хорошими, и те, кто творит неоправданное зло, не могут быть счастливыми. Такие люди находятся в аду ещё при жизни.

Я бы им сочувствовала, если бы меня это не касалось. Но раз уж это непосредственно меня _касается_, пусть горят в своём прижизненном аду так сильно, чтоб им захотеть побыстрее оказаться в аду посмертном.

Посочувствую им, когда мы поменяемся ролями.

— Ну нет. Я не рада, что такие мнения есть в парламенте, но споры в парламенте это не очень плохо. Есть вещи гораздо хуже.
— Какие, например?
— Диктатура 🤷🏻‍♀️

Заметила, что у меня есть одна повторяющаяся шутка. Как любая шутка, это шутка наполовину. Но шутка. В реальности-то я далеко не любую ебанину в парламенте готова сходу оправдать.

— Расскажите, как будете справляться со стрессовыми ситуациями. Например, если гость недоволен и кричит на вас
— Честно говоря, не нахожу такие ситуации стрессовыми. Бывают куда стрессовые вещи
— Какие, например?
— Например, обыск 😁

Я действительно не стрессую на работе, но конкретно это — шутка! Я ШУЧУ ТАК.

— У меня вроде нет фобий. Да и в кошмарах снятся с некоторых пор не монстры, а более «взрослые» вещи.
— Какие, например?)
— Например, репрессии 😏

Думаю теперь, что однажды окажусь в чьих-нибудь воспоминаниях, как «бабушка, которая пережила путинизм». «Он оставил в ней такой след, что до конца жизни повторяла, что нет вещи хуже войны», — будут рассказывать обо мне.

Думаю теперь, сколько такой же больной иронии было в высказываниях переживших войну бабушек. В конце концов, шутки людей, которых жизнь калечила, часто вызывают улыбку только у других таких же людей, а остальным непонятны.

Дело № 17 об «ЛГБТ-экстремизме» появилось.

В пост, где собраны остальные 16, не влезает. Я перепишу пост так, чтобы влезало всё, но чуть позже.

Это первый раз, когда заводят дело от «участии в экстремистской организации», и это не связано ни с каким бизнесом и ни с каким известным мне активизмом. Просто за посты в соцсетях.

Предварительным следствием установлено, что А. используя сеть Интернет, зарегистрировал на онлайн-платформе для социального взаимодействия и общения - «ВКонтакте» страницу, обозначив ее условным именем, где размещал в период времени с 30 ноября 2023 года по 29 декабря 2025 года, времени фотографии и видеоролики, в которых содержится пропаганда идеологии международного общественного движения ЛГБТ и побуждения к участию в деятельности данного общества.

Человек, о котором мы ничего не знаем, просто что-то публиковал, вообще без ведома каких бы то ни было организаций, а ему шьют «участие в организации».

Переписала закреплённый пост, отправила всю информацию в телеграф. Закреплённый пост останется актуальным.

Так как теперь мне не нужно экономить символы, постараюсь на следующих выходных найти время, чтобы оформить текст получше. Как минимум, указать конкретные части 282 или добавить ещё какую-нибудь информацию.