Фридрих Мерц переизбран председателем ХДС с результатом более 91%.

Низкие рейтинги и противоречивое отношение к его политике уступили нежеланию христианских демократов проходить трудную процедуру переформатирования внутреннего лидерства. Переходный период от Меркель к Мерцу дался партии нелегко и повторять его спустя несколько лет никто не хочет. Недаром канцлерин почтила съезд своим присутствием.

От Мерца уже не ожидают "консервативного поворота", да и других прорывных инициатив во внутренней и внешней политике. Ему поедстоит абсорбировать негатив избирателей, пока ХДС будет пытаться укрепить свои позиции перед выборами 2029 г. и искать новые подходы к меняющейся конфигурации политических сил.

В большом материале Berliner Zeitung о перспективах возобновления работы газопроводов СП-1 и СП-2 мой комментарий по ситуации:

Artem Sokolow, Deutschland-Experte am Moskauer Institut MGIMO, hält eine Wiederinbetriebnahme technisch und politisch nicht für ausgeschlossen. Wenn politische Hindernisse beseitigt würden, könne mindestens eine unbeschädigte Leitung als Szenario betrachtet werden, sagt er der Berliner Zeitung. Wegen der schwierigen Lage deutscher Industrieunternehmen und hoher Energiepreise gebe es Nachfrage nach russischem Gas; er verweist dabei auch auf deutsche Politiker wie Kretschmer.

Eine US-Beteiligung an Nord Stream 2 sei möglich, aber die Details wären entscheidend: Das passe zum Trump-Geist „guter Geschäfte“, allerdings könnten Europäer unter den derzeitigen Bedingungen gegenüber Washington nicht genug Vertrauen haben. Zugleich betont Sokolow einen Interessenkonflikt: Der Versuch der USA, Russland aus dem EU-Energiemarkt zu drängen, mache beide zu Konkurrenten; eine Kontrollfunktion Washingtons würde amerikanische Lieferanten priorisieren, was nicht im russischen Interesse sei.

Eine Rückkehr zur Energiekooperation liege aber im Interesse Russlands und Deutschlands; das Bedürfnis in der deutschen Gesellschaft sei größer, als manche politische Kräfte, Thinktanks oder Medien darstellten, so Sokolow. Russland habe die Zweckmäßigkeit konstruktiver Zusammenarbeit nie infrage gestellt.

Текст статьи доступен на русском языке.

Нескромно. Или это про однополярный момент?

Ветеран отечественной дипломатии Сергей Крылов сравнивает переговоры прежде и теперь, в том числе и с теми, с кем сегодня они наиболее тяжёлые.

https://globalaffairs.ru/articles/stavit-czely-krylov/

Показательная самоуверенность значительной части немецкого истеблишмента и лично Фридриха Мерца основана, среди прочего, на отсутствии внятной культуры поражения в современной ФРГ.

Само собой, разгром Германии в 1945 г. внимательно изучался как непосредственными участниками тех событий, так и последующими поколениями. Однако статус национал-социализма как главного зла мировой истории сам по себе делал поражение гитлеровской Германии закономерным и неизбежным. Невозможно представить, чтобы такая система имела историческую перспективу. Отчасти такое представление перебрасывалось и на Германию вильгельмовскую.

Современная ФРГ существует в отрыве от исторического континуитета Германии. Поражения 1918 и 1945 гг. – не её поражения. Новая Германия не может проигрывать, потому что она часть правильной стороны истории, идеального мира будущего. Если страны с таким резюме могут терпеть неудачи, то какая же это правильна сторона истории?

Иначе выглядит российский подход. Большие победы зачастую приходят именно после тяжелых поражений. Лермонтовское «мы долго молча отступали» рифмуется с советской киноклассикой о Великой Отечественной войне («Когда мы научимся воевать?» в «Они сражались за Родину» или «Страшным было начало войны» в «Битве за Москву). Показателен фильм «Офицеры», где становление Красной Армии показано со всеми малоприглядными эпизодами, вплоть до скудного продуктового довольствия командного состава. «Эра милосердия» рождается с большим трудом, в грязи и неустроенности, а не из-за ценностного прозрения.

Нынешний конфликт на Украине укладывается в российский нарратив диалектики побед и поражений. Для Германии он остаётся вызовом мировосприятия.

Карта от Berliner Zeitung с информацией о владельцах региональных газет в восточных землях. Последствия западного десанта.

Можно ли усмотреть в действиях посольства ФРГ признаки нарушения Ст. 41. п.1. Венской конвенции о международных сношениях 1961 г.?

Фридрих Мерц отправляется со своим первым официальным визитом в Китай. Канцлера сопровождает внушительная делегация глав крупнейших немецких компаний.
Основной темой визита должны стать торговые отношения двух стран.

Последние 5-6 лет в торговых отношениях ФРГ и КНР нарастают тревожные для Германии тенденции: сокращение немецкого экспорта в КНР, снижение доходов немецких фирм, располагающихся в Китае, рост конкуренции немецкого и китайского производства (особенно Берлин беспокоит будущее немецкого автомобилестроения), частичное вытеснение Германии с рынков третьих стран, зависимость ФРГ от Китая, в том числе от китайских РЗМ.

Несмотря на внешнеполитические сложности, немецкий бизнес не снижает сотрудничество с Китаем. В 2025 г. объем новых годовых прямых инвестиций в КНР возрос до 7 млрд евро (но большая часть из них представляла собой реинвестированные доходы немецких дочерних фирм, расположенных в КНР). Вторым важным моментом является перенос немецкого производства (в том числе предприятий среднего бизнеса) в Китай. Это связано с более дешевой электроэнергией, квалифицированной недорогой рабочей силой, китайской политикой привлечения зарубежного производства, субсидированием, упрощением выхода на китайский рынок и рынок АТР. Переезд фирм в КНР не является массовым процессом, но это маленький штрих к общей картине - уходит в прошлое модель прошлых десятилетий, когда экономическое сотрудничество с Китаем несло прямые социально-экономические преимущества, в том числе рабочие места, для самой ФРГ.

Вероятно, во время визита канцлера будет обсуждаться проблема растущего отрицательного сальдо торгового баланса. В то время как китайский экспорт в ФРГ растет (по предварительным расчетам на 2025 г. он составил 170,6 млрд евро и вырос на 8,8% с 2024 г.), немецкий экспорт в КНР падает (по предварительным расчетам в 2025 г. - 81,3 млрд, что на 9,7% меньше 2024 г.). Частично это вызвано снижением конкурентоспособности немецких товаров по сравнению с китайскими. Немецкие эксперты подчеркивают, что на преимущество товаров из КНР влияют как объективные факторы, так и китайские субсидии, а также заниженный курс юаня по сравнению с евро. Соответственно, Берлин хотел бы добиться от Пекина улучшения условий для немецкого/европейского экспорта.

Другим решением могут стать протекционистские меры на европейском уровне. ЕС беспокоится, что американские торговые пошлины приведут к еще большему потоку китайских товаров в Европу. Однако протекционистские меры Европейской Комиссии несут существенные риски для Берлина и не поддерживается частью немецких компаний. Если Брюссель введет новые пошлины на китайский импорт, то Пекин, вероятно, примет ответные меры. Наибольшим образом из европейских стран это ударит по главному европейскому экспортеру в Китай - ФРГ.

Главный вопрос - удастся ли Мерцу привезти что-то из Пекина.

Ситуация вокруг Ирана как будто обязывает написать осмысленный текст о позиции ФРГ относительно происходящего.

Однако какофония сигналов со стороны немецкого руководства показывает, что никакой позиции у Берлина нет. Есть желание продемонстрировать единство атлантического сообщества, подчеркнув приверженность "старому порядку", одновременно обозначив дух Zeitenwende и что Германия сейчас готова к решительным действиям. Производная от действий лебедя, рака и щуки остаётся неизменной.

Не стоит вызванного резонанса и подключение военнослущих бундесвера к французским учениям с "ядерной" компонентой. При нынешнем уровне доверия внутри франко-германского тандема немецким специастам на таких манёврах будет отведена роль статистов. Мантры про то, что внешняя политика ФРГ никогда не будет прежней мы слышим с 2022 г., и пока это сработало, и то не без оговорок, только для российско-германских отношений.

Современная ФРГ действительно находится на переломе. Однако в настоящий момент баланс старого и нового определяет стагнирующий внешнеполитический курс. Для "дипломатии чековой книжки" нет денег, для "ценностной внешней политики" авторитета, для амбициозной "смены эпох" - воли.

Deine Größe macht mich klein
Du darfst mein Bestrafer sein

https://t.iss.one/boldscholz/926

По общему впечатлению, канцлер во время визита в Белый Дом проявил себя не с лучшей стороны. Мало того, что не удалось добиться прогресса по проблемным сюжетам американо-германских отношений, так еще Мерц молча выслушивал критику Трампа в адрес европейских партнёров, ни слова не сказав в их защиту. Какая здесь европейская солидарность или стратегическая автономия?

В Spiegel бледный переговорный стиль канцлера нехотя признали, но большую часть материала отвели описанию подобострастного поведения сподвижников Трампа. Мол, ладно Мерц, вы посмотрите до чего докатились в самих США.

Проблема в том, что представить Мерца как равнодушного наблюдателя над схваткой в данной ситуации трудно. Канцлер ехал в Вашингтон с конкретным набором целей и задач. Решить их, очевидно, не удалось. Поиронизировать над командой Трампа в шпрингеровской манере, конечно, можно, но весьма вероятно, что именно с этими людьми Берлину предстоит работать и дальше.

На страницах журнала "Профиль" порассуждали о том, изменятся ли российско-германские отношения, если АдГ пробьёт брандмауэр. Нюансов много, но отталкивать партию по наущению аргументации немецкого политического мейнстрима было бы ошибкой.

Несмотря на, казалось бы, очевидные предпосылки к позитивным переменам, которые может привнести в отношения Берлина и Москвы «Альтернатива для Германии», существует ряд важных обстоятельств, добавляющих мрачных штрихов внешне благостной картине.

Во-первых, российская тема не входит в число приоритетных для «АдГ». Повышенное внимание к двусторонним отношениям в последние годы вызвано тем, что этот сюжет стал в ФРГ маркером, признаком оппозиционности. Антироссийский консенсус немецкого истеблишмента обязывает оппозицию предлагать иной взгляд на отношения с Москвой. Поэтому наряду с «АдГ» тему нормализации российско-германских отношений продвигал и оппозиционный «Союз Сары Вагенкнехт». Много сторонников диалога с Москвой и в «Левой» партии, которая, впрочем, постепенно меняет свою позицию в сторону более критичной.

Возникает вопрос: насколько тема российско-германских отношений значима для «АдГ» как самодостаточная идейная установка и в какой степени служит данью конкретным обстоятельствам, в которых оказалась Германия?

Во-вторых, чувствительным сюжетом является соотнесение российской темы с прочими программными установками «АдГ». Как и любая другая немецкая партия, «Альтернатива» не монолитна и состоит из разных фракций, порой сильно отличающихся во взглядах на те или иные программные положения. Стремление к конструктивным отношениям с Россией, безусловно, имеет своих противников и внутри «АдГ».

Было бы ошибкой считать, будто обвинения в том, что среди членов «Альтернативы» много радикальных националистов, – пустые слова, пропаганда оппонентов. Такие политики в партии действительно есть. По укоренившейся исторической традиции эти люди не склонны симпатизировать нашей стране. Возможно, к новому «натиску на восток» они не готовы, но скорее предпочтут переформатировать трансатлантические отношения, чем налаживать диалог с Москвой.

Повышенное внимание к результатам выборов в федеральной земле Баден-Вюртемберг может показаться искуственным. Любой из наиболее вероятных итогов голосования сохранит богатый регион в руках сил политического мейнстрима. Гипотетическая рокировка "зелёных" на ХДС примечательна как факт, но едва ли сильно поменяет рамочные условия работы земельного правительства.

Интереснее выглядит тренд на рост популярности крайнефланговых партий в одной из наиболее благополучных немецких земель. Если и здесь избиратель, особенно молодой, готов голосовать за АдГ и, тем более, "Левую" партию, то во всём германском королевстве явно что-то прогнило. В этом смысле фокус внимания на дуэль "зелёных" и консерваторов выглядит искусственным.

Впрочем, если, как отмечают некоторые наблюдатели, поражение ХДС в Баден-Вюртемберге может больно ударить аж по федеральному канцлеру, то у этого поражения достаточно заинтересованных игроков внутри мейнстрима и за его пределами. И все же верится в это с трудом - Мерц привык работать в услрвиях низких рейтингов, а упущенную победу ХДС легко списать на ошибки местного партийного руководства, плохо отработавшего медиа-скандал вокруг своего хедлайнера.

Визит канцлера ФРГ Фридриха Мерца в Норвегию

13 марта по приглашению премьер-министра Норвегии Фридрих Мерц посетит Норвегию с первым официальным визитом.

В преддверии визита Стёре заявил:

В эпоху значительной международной нестабильности я с нетерпением жду возможности приветствовать нашего самого важного партнёра в Европе. Норвегия и Германия имеют тесное и прочное сотрудничество — в экономике, сфере безопасности, обороне и во многих других областях.

Стёре и Мерц обсудят, в частности, оборонное сотрудничество, ситуацию на Украине и взаимодействие в сфере космоса.

Факты о сотрудничестве Норвегии с Германией
🔺Германия является близким союзником по НАТО, ключевым партнёром по ЕЭЗ и вторым по величине торговым партнёром Норвегии в 2024 году;
🔺Норвегия обеспечивает около 50% поставок газа в Германию. В прошлом году норвежские компании экспортировали в Германию товаров на сумму 193 млрд норвежских крон — среди них газ, нефть, металлы и рыба. Импорт из Германии в 2024 году составил 94,5 млрд крон;
🔺 в Германии работают более 200 норвежских компаний, в том числе в энергетическом, морском и оборонном секторах. Германия является третьим по значимости инвестиционным рынком для Государственного пенсионного фонда Норвегии: объем инвестиций достиг примерно 934 млрд крон;
🔺 Норвегия и Германия уже сотрудничают в космической сфере. Германия недавно представила стратегию космической безопасности и намерена инвестировать 35 млрд евро в течение ближайших пяти лет. Норвежская инфраструктура, география и нишевые компетенции позволяют странам эффективно дополнять друг друга;
🔺Норвегия и Германия поддерживают тесное и долгосрочное оборонное сотрудничество, недавно укреплённое новым оборонным соглашением. Страны также развивают оборонно-промышленное взаимодействие, включая совместную разработку, закупку и эксплуатацию новых подводных лодок.

Чтобы следить за основными политическими событиями в Германии, рекомендую подписаться на канал старшего научного сотрудника Института международных исследований МГИМО Артема Соколова.