Человек — существо пунктирное, потому что он не все время в траектории своей жизни действует как человек. Даже самые лучшие из нас не являются сплошной линией. Человек часто перемещается с одного уровня функционирования на другой. Вообще, жить, действовать по-человечески, на всех доступных уровнях существования как сложно организованная система — очень энергозатратно. Жить на человеческом уровне — это путь наибольшего сопротивления. Путь наименьшего сопротивления — это снизить уровень существования. Поэтому это так привлекательно и поэтому многие выбирают этот путь. История 20-го, да и уже 21-го века показывает, что человеку оказывается доступен такой выбор, как не быть человеком. И очень часто люди пользуются этой возможностью — выбрать не быть человеком. Вообще, быть человеком — это не такая простая вещь, за это приходится платить. Не быть человеком всегда проще. Это путь наименьшего сопротивления, путь энергетически наиболее выгодный, путь, связанный с наименьшими трениями с окружающей средой.

Когда про человека метафорически говорят, что он ведет растительное или животное существование, это не такая уж метафора. Человек отличается от животных, а также от растений не тем, что у них есть, а у человека нет. У человека есть все, что есть у более низко организованных животных, поэтому он может жить по их образу и подобию. Человек далеко не всегда использует свои специфически человеческие способности, он часто может без них обходиться и при этом быть вполне удовлетворенным. Проблему удовлетворенности жизнью люди решают по-разному. Человек может быть удовлетворен на растительном уровне.

Громадную ошибку допустил великий психолог Карл Роджерс который отождествил человеческий потенциал с тем, что в нас заложено от природы. Понятие «личностный рост», которое было введено в обиход Карлом Роджерсом, подразумевает, что все заложено, надо только поливать и все само прорастет. Но прорастает как раз не то, что делает человека человеком, прорастает то, что представляет собой лишь предпосылку. Наш природный потенциал не есть наш человеческий потенциал. Человеческий потенциал не внутри нас — он в наших отношениях с миром.

Основной принцип экзистенциальной философии формулируется так: «существование предшествует сущности». Это означает, что нет той сущности или той природы, которая определяет, что с нами будет происходить, как бы нам ни хотелось, чтобы она была. Если в модели личностного роста человеку все гарантировано, то экзистенциальная модель жизни — это модель, в которой человеку ничего не гарантировано. То, что заложено в структуре мира — это только возможности, реализация которых зависит от самого человека. Формула «существование предшествует сущности» означает, что нет ничего, обреченного на формирование, что нужно вступить в реальное взаимодействие с миром, и тогда из этого, возможно, что-то получится.

Экзистенциальная психология — психология человека необусловленного. В человеке всегда есть что-то обусловленное и что-то необусловленное, и последнее проявляется главным образом в двух ситуациях. Первая — это когда стабильная структура жизненного мира рушится, когда человек не может приложить готовые стереотипы, потому что у него нет этих стереотипов. Это ситуации трагические — горя, войны, утраты близких людей...

Известно, что в определенных, в первую очередь «западных» социальных сообществах в какой-то момент времени начало активно продвигаться убеждение о том, что раскрытие информации о своих проблемах с психическим здоровьем – является смелым и достойным восхищения поступком, и даже более того, чем больше у тебя «диагнозов» тем лучше.

Разумеется, следует учитывать, что в основе подобного состояния лежат такие процессы как романтизация психических расстройств, их сексуализация (и, возможно, – откровенная симуляция).

Таким образом, диагноз становится способом привлечения внимания, индивидуализации, взросления и даже приобретения «социального капитала».

Так еще один «модный» диагноз, наблюдаемый среди пользователей Тик Тока, – это СДВГ и аутизм.

Существуют видеоролики, показывающие молодым людям, как найти пересмотренную диагностическую шкалу аутизма и синдрома Аспергера (Ritvo Autism Asperger Diagnostic Scale–Revised (RAADS-R)) для «самодиагностики» аутизма и призывающие их делиться результатами «исследования».

Тест RAADS-R представляет собой инструмент для самодиагностики, состоящий из 80 вопросов, охватывающий такие области, как эмоции, поведение, общение, интересы и сенсорные переживания. Он был разработан для помощи тем взрослым, у которых диагноз мог остаться невыявленным в более раннем возрасте (разумеется, невозможно поставить диагноз по результатам тестирования; он не заменяет оценку врача).

В как следствие, многие подростки неожиданно начинают считать себя «аутистами», ибо они, будучи ангажированными ранее просмотренными видеороликами, они начинают «подстраивать» свои ответы под описание диагноза.

Следующей этап «гламуризации» заключается в том, что молодые люди начинают выкладывать соответствующие ролики представляющие своё [якобы] психопатологическое состояние в позитивном ключе, что приводит к эффекту «снежного кома».

Исследования показывают, что СДВГ и РАС чаще всего указывались не как болезненные, а как ЖЕЛАЕМЫЕ состояния. В качестве пациентов лидировали молодые, высокообразованные женщины, вовлеченные в онлайн-активность.

Желаемый ими диагноз психического расстройства объяснялся, во-первых, стремлением получить индульгенцию и облегчение невыносимого чувства вины («Мои проблемы результат нейроотличия – это не «лень», «педагогическая запущенность», «алчность» или «скверный характер»»).

Во-вторых, подтверждением идентичности и получения ответа на вопрос «кто я?» (ввиду изначальной диффузии или расплывчатости их идентичности), например, «Я аутист» или «Я нейроотличная».

В-третьих, получение диагноза означает легитимизацию своего статуса в онлайн-сообществах, что дает возможность поднять акции своего символического капитала (лайки, просмотры, комментарии и пр.).

При этом получение доступа к лечению упоминался значительно реже (важнее, именно получение диагноза, а не избавление от него).

Для таких самодиагностированных пациентов, при обращении в медицинскую службу, характерно возмущение, когда специалист по психическому здоровью не подтверждает их диагноз. Типичным представляется как отрицание так и критика врача (включая обвинение в «некомпетентности»).

Характерно упорство в получении подтверждения желаемого диагноза (shopping for a diagnosis). Зачастую запись к другим специалистам, продолжается до тех пор, пока кто-то из них его не подтвердит.

Таким образом, популярные онлайн-сообщества, вроде Тик Тока, с одной стороны, повышают осведомленность о психических расстройствах и нейроотличиях, с другой, порождает массу нелепых заблуждений и проблем.

Если бездействие сводит вас с ума, ищите своего пропавшего бойца, но только по официальным каналам. Запросы в ведомства, сбор информации через сослуживцев — это здоровое совладающее поведение, а вовсе не «отрицание реальности», как многие пытаются вас убедить. Даже законом даётся время для поисков и надежды. Никто не вправе требовать от вас «смириться» прежде установленных сроков. Просто постарайтесь с кем-то из ближних эту деятельность разделить. Не тащите всё в одиночку!

Разграничьте два разных «принятия». «Принять ситуацию» — значит признать факт пропажи без вести. Но это совсем не то же самое, что «принять исход». Второе возможно только при подтверждённом факте либо по прошествии предусмотренного законом срока. Путаница между двумя этими «принятиями» становится причиной огромного дополнительного страдания.

Ищите сообщество единомышленников. Участие людей со схожим опытом регулирует нервную систему.

Позволяйте себе радости: не расценивайте как предательство моменты отдыха и веселья — они источник сил, чтобы достойно преодолевать испытания.

Прежде всего честно спросите себя, чей дискомфорт вы пытаетесь устранить — свой или страдающего? Когда мы говорим: «перестань надеяться, он скорее всего погиб», — мы таким образом решаем собственную неспособность справиться с ситуацией за счёт того, кому якобы помогаем.

Не торопите работу горя и не обесценивайте поиски и надежду. Не уходите от разговора о пропавшем, наоборот, внимательно выслушивайте, участвуйте — это уже терапия.

Помогайте конкретно! Не «звони если что», а «иду в магазин, что тебе купить?» или «я могу отвезти детей на кружок».

Самое ценное, что вы можете дать, — своё человеческое присутствие. Если не знаете, что сказать, лучше промолчите, но не отстраняйтесь, не обрекайте человека на одиночество.

«Не хочу даже подозревать, что Аляска, как и европейские действия, была задумана, чтобы выиграть время для довооружения киевского режима, не хочу даже об этом думать, но на деле получилось так, как получилось».