Три тезиса об актуальных внешнеполитических темах
1. Россия представляется (и в ряде случаев сама хочет выглядеть) более брутальной, чем она есть на самом деле. Однако весь ее внешнеполитический курс последних полутора десятилетий (после Мюнхенской речи) показывает, что она идет на необратимые действия лишь в том случае, когда имеют место два обстоятельства. Первое — ощущение отсутствия других приемлемых альтернатив. Второе — понимание, что издержки будут незначительными по сравнению с приобретениями. Так было с признанием Абхазии и Южной Осетии в 2008 году — иначе нельзя было легитимировать российское военное присутствие. И с присоединением Крыма как компенсацией за потерю Украины (этот шаг привел к «сплочению вокруг флага» абсолютного большинства российского общества).
2. Нынешняя холодная война отличается от старой большей субъектностью российских партнеров. Нельзя сказать, что ее полностью не было в советское время (вспомним феномен Чаушеску), но тогда она была куда более ограничена, что было связано с «доктриной Брежнева». Сейчас субъектность значительно выше. И даже Лукашенко не хотел бы присутствия на своей территории российских войск на постоянной основе — они нужны ему как внешний фактор, постоянная возможность обратиться за помощью в случае новой революции. Он далеко не в восторге и от идеи размещения в Беларуси российского ядерного оружия, хотя и хотел бы иметь такую опцию на крайний случай после принятия новой конституции. Тем более Токаев в кратчайшие сроки запросил вывод сил ОДКБ из Казахстана (что полностью соответствовало и интересам Пашиняна, председательствующего в рамках ротации в ОДКБ). Что уж говорить о Кубе и Венесуэле, которые вообще не являются союзниками России.
3. Декабрьские требования России были не ультиматумом, а радикально оформленной запросной позицией. Отсюда и начавшийся переговорный процесс, который продолжается и после предсказуемого отклонения двух из трех требований. Только что в Москве побывал Макрон, на этой недели ждут Трасс, дальше — Шольц. Сейчас самое интересное — это перспективы «Минского формата». Гарантий, разумеется, никаких нет, но шанс есть. Тем более, что Запад настолько активно поддержал Украину (и политически, и военно-технически), что может предложить взамен всерьез договариваться с Москвой по статусу Донбасса.
Алексей Макаркин
1. Россия представляется (и в ряде случаев сама хочет выглядеть) более брутальной, чем она есть на самом деле. Однако весь ее внешнеполитический курс последних полутора десятилетий (после Мюнхенской речи) показывает, что она идет на необратимые действия лишь в том случае, когда имеют место два обстоятельства. Первое — ощущение отсутствия других приемлемых альтернатив. Второе — понимание, что издержки будут незначительными по сравнению с приобретениями. Так было с признанием Абхазии и Южной Осетии в 2008 году — иначе нельзя было легитимировать российское военное присутствие. И с присоединением Крыма как компенсацией за потерю Украины (этот шаг привел к «сплочению вокруг флага» абсолютного большинства российского общества).
2. Нынешняя холодная война отличается от старой большей субъектностью российских партнеров. Нельзя сказать, что ее полностью не было в советское время (вспомним феномен Чаушеску), но тогда она была куда более ограничена, что было связано с «доктриной Брежнева». Сейчас субъектность значительно выше. И даже Лукашенко не хотел бы присутствия на своей территории российских войск на постоянной основе — они нужны ему как внешний фактор, постоянная возможность обратиться за помощью в случае новой революции. Он далеко не в восторге и от идеи размещения в Беларуси российского ядерного оружия, хотя и хотел бы иметь такую опцию на крайний случай после принятия новой конституции. Тем более Токаев в кратчайшие сроки запросил вывод сил ОДКБ из Казахстана (что полностью соответствовало и интересам Пашиняна, председательствующего в рамках ротации в ОДКБ). Что уж говорить о Кубе и Венесуэле, которые вообще не являются союзниками России.
3. Декабрьские требования России были не ультиматумом, а радикально оформленной запросной позицией. Отсюда и начавшийся переговорный процесс, который продолжается и после предсказуемого отклонения двух из трех требований. Только что в Москве побывал Макрон, на этой недели ждут Трасс, дальше — Шольц. Сейчас самое интересное — это перспективы «Минского формата». Гарантий, разумеется, никаких нет, но шанс есть. Тем более, что Запад настолько активно поддержал Украину (и политически, и военно-технически), что может предложить взамен всерьез договариваться с Москвой по статусу Донбасса.
Алексей Макаркин
У Бориса Джонсона очередные неприятности, на этот раз связанные с его женой Кэрри. На выходных в газете Mail on Sunday были опубликованы отрывки из книги бывшего заместителя председателя Консервативной партии и крупного донора партии, лорда Майкла Эшкрофта «Первая леди: интрига во дворе Кэрри и Бориса Джонсонов». Ссылаясь на неназванных министров кабинета и сотрудников аппарата Даунинг-стрит, Эшкрофт утверждает, что Кэрри негативным образом влияла на принятие решений премьер-министром. Он прямо заявляет, что поведение супруги мешает Борису Джонсону «вести Британию настолько эффективно, как того заслуживают избиратели».
В книге говорится, что 57-летний Борис «полностью загипнотизирован» своей 33-летней женой, которая добилась назначения на посты советников премьера и даже некоторых министров своих близких друзей, в результате чего он оказался на Даунинг-стрит «одинокой фигурой». Эшкрофт утверждает, что летом 2019 г., еще до помолвки, Кэрри Саймондс активно вмешивалась в кампанию Джонсона за избрание лидером партии тори и даже пользовалась его мобильником для рассылки указаний. После прихода Джонсона на пост премьера Кэрри пыталась влиять на некоторые решения кабинета, например в сфере экологии. Автор книги отмечает, что многие люди, занимавшие официальные посты в правительстве и аппарате, были очень недовольны политическим влиянием, которым обладает Кэрри. Также утверждается, что именно Кэрри добивалась дорогостоящей реконструкции служебной квартиры Джонсона на Даунинг-стрит, источники финансирования которой были непрозрачны, и являлась инициатором и участником нескольких вечеринок в резиденции премьера в период локдаунов, в отношении которых сейчас ведется расследование.
Кэрри Джонсон, конечно, самым решительным образом отвергла утверждения, содержащиеся в книге Эшкрофта. В заявлении ее представителя говорится, что книга содержит «гнусные измышления», «безосновательную болтовню» и «оскорбительную чушь». В заявлении подчеркивается: «В целом книга является жестокой информационной кампанией против нее со стороны врагов ее мужа. Это всего лишь новая попытка озлобленных бывших чиновников дискредитировать ее. Она – частное лицо, которое не играет никакой роли в управлении». В поддержку Кэрри Джонсон выступили и некоторые известные политики. Министр здравоохранения Саджид Джавид заявил Sky News, что обвинения в адрес жены премьера являются «сексистскими, недостойными и несправедливыми». Эту же позицию озвучили несколько депутатов-женщин. Бывший член кабинета министров Джон Уиттингдейл обратил внимание на то, что Кэрри до замужества профессионально занималась политикой (в частности, в 2018 г. она возглавляла пиар-службу Консервативной партии). Экс-министр отметил, что Борис и Кэрри наверняка обсуждают политические вопросы, но это естественно, поскольку в первый раз супруга премьера была прежде политическим активистом, имеющим знания и опыт в политике.
Однако случаи заступничества за Кэрри Джонсон убеждают не всех, в т.ч. в рядах партии тори. Дело в том, что утверждения о попытках вмешательства жены премьера в политические решения звучали и раньше. Особенно много об этом говорил бывший главный советник главы кабинета Доминик Каммингс, который находился в конфликте с Кэрри и, как считается, был уволен в ноябре 2020 г. под ее нажимом. Представление об активной политической роли Кэрри широко распространено среди министров и депутатов-тори. Да и, как отмечают некоторые, не так уж важно, совершал ли Джонсон свои промахи самостоятельно или под влиянием жены – конечная ответственность за принятие решений все-равно лежит на премьер-министре. Так что поднявшийся информационный шум явно играет не в пользу Джонсону, который едва успевает отбиваться от всё новых атак.
Александр Ивахник
В книге говорится, что 57-летний Борис «полностью загипнотизирован» своей 33-летней женой, которая добилась назначения на посты советников премьера и даже некоторых министров своих близких друзей, в результате чего он оказался на Даунинг-стрит «одинокой фигурой». Эшкрофт утверждает, что летом 2019 г., еще до помолвки, Кэрри Саймондс активно вмешивалась в кампанию Джонсона за избрание лидером партии тори и даже пользовалась его мобильником для рассылки указаний. После прихода Джонсона на пост премьера Кэрри пыталась влиять на некоторые решения кабинета, например в сфере экологии. Автор книги отмечает, что многие люди, занимавшие официальные посты в правительстве и аппарате, были очень недовольны политическим влиянием, которым обладает Кэрри. Также утверждается, что именно Кэрри добивалась дорогостоящей реконструкции служебной квартиры Джонсона на Даунинг-стрит, источники финансирования которой были непрозрачны, и являлась инициатором и участником нескольких вечеринок в резиденции премьера в период локдаунов, в отношении которых сейчас ведется расследование.
Кэрри Джонсон, конечно, самым решительным образом отвергла утверждения, содержащиеся в книге Эшкрофта. В заявлении ее представителя говорится, что книга содержит «гнусные измышления», «безосновательную болтовню» и «оскорбительную чушь». В заявлении подчеркивается: «В целом книга является жестокой информационной кампанией против нее со стороны врагов ее мужа. Это всего лишь новая попытка озлобленных бывших чиновников дискредитировать ее. Она – частное лицо, которое не играет никакой роли в управлении». В поддержку Кэрри Джонсон выступили и некоторые известные политики. Министр здравоохранения Саджид Джавид заявил Sky News, что обвинения в адрес жены премьера являются «сексистскими, недостойными и несправедливыми». Эту же позицию озвучили несколько депутатов-женщин. Бывший член кабинета министров Джон Уиттингдейл обратил внимание на то, что Кэрри до замужества профессионально занималась политикой (в частности, в 2018 г. она возглавляла пиар-службу Консервативной партии). Экс-министр отметил, что Борис и Кэрри наверняка обсуждают политические вопросы, но это естественно, поскольку в первый раз супруга премьера была прежде политическим активистом, имеющим знания и опыт в политике.
Однако случаи заступничества за Кэрри Джонсон убеждают не всех, в т.ч. в рядах партии тори. Дело в том, что утверждения о попытках вмешательства жены премьера в политические решения звучали и раньше. Особенно много об этом говорил бывший главный советник главы кабинета Доминик Каммингс, который находился в конфликте с Кэрри и, как считается, был уволен в ноябре 2020 г. под ее нажимом. Представление об активной политической роли Кэрри широко распространено среди министров и депутатов-тори. Да и, как отмечают некоторые, не так уж важно, совершал ли Джонсон свои промахи самостоятельно или под влиянием жены – конечная ответственность за принятие решений все-равно лежит на премьер-министре. Так что поднявшийся информационный шум явно играет не в пользу Джонсону, который едва успевает отбиваться от всё новых атак.
Александр Ивахник
Болезнь Владимира Жириновского привела к двум дискуссиям. Одна протекает в профессиональном, экспертно-журналистском сообществе, вторая быстро выходит за его пределы.
Первая дискуссия, профессиональная — о возможной судьбе ЛДПР и в целом российского популизма. Здесь очевидна уникальность этого политика, который обеспечивает своей партии присутствие в Думе в течение уже почти трех десятилетий. Жириновский является артистом в политике, способным за счет успешного использования телевизионного ресурса не только привлечь, но и сохранить внимание целевой аудитории. Но, кроме того, он еще и готов работать на результат партии, посещая регионы, которые особенно значимы для нее в данный момент, и устраивая там политические мини-шоу.
На этом фоне как возможные преемники Жириновского внутри партии, так и политики извне, претендующие на «освоение» популистского электората (Захар Прилепин, Максим Шевченко), значительно слабее. У них нет артистизма, обеспечившего Жириновскому его политический успех.
Вторая дискуссия, более массовая — об эффективности вакцин. Жириновский — главный российский партийный политик, пропагандировавший — на собственном примере и со свойственным ему эпатажем — необходимость вакцинации. По его словам, он вакцинировался в общей сложности восемью дозами (насколько можно судить, это были три обычные прививки и два бустера). И все же они не уберегли от госпитализации с пневмонией. Таким образом антиваксеры получают сильный публичный аргумент против вакцинации.
Но здесь не все так просто. В своем Telegram Жириновский указывал, что для первых трех прививок он использовал вакцину «Спутник V», затем три раза укололся «ЭпиВаком», а в качестве седьмой и восьмой дозы выбрал «КовиВак». Таким образом к началу 2022 года эффект от «Спутника» уже должен был уйти. По мнению же ряда специалистов, «ЭпиВак» обладает весьма слабой, а «КовиВак» — недостаточно доказанной эффективностью, вопрос об их регистрации на международном уровне вообще не ставится. Если алгоритм вакцинации Жириновского подтвердится, то «Спутник» реабилитирован. Однако объяснить это общественному мнению, которое не склонно вдаваться в подробности, будет непросто.
Алексей Макаркин
Первая дискуссия, профессиональная — о возможной судьбе ЛДПР и в целом российского популизма. Здесь очевидна уникальность этого политика, который обеспечивает своей партии присутствие в Думе в течение уже почти трех десятилетий. Жириновский является артистом в политике, способным за счет успешного использования телевизионного ресурса не только привлечь, но и сохранить внимание целевой аудитории. Но, кроме того, он еще и готов работать на результат партии, посещая регионы, которые особенно значимы для нее в данный момент, и устраивая там политические мини-шоу.
На этом фоне как возможные преемники Жириновского внутри партии, так и политики извне, претендующие на «освоение» популистского электората (Захар Прилепин, Максим Шевченко), значительно слабее. У них нет артистизма, обеспечившего Жириновскому его политический успех.
Вторая дискуссия, более массовая — об эффективности вакцин. Жириновский — главный российский партийный политик, пропагандировавший — на собственном примере и со свойственным ему эпатажем — необходимость вакцинации. По его словам, он вакцинировался в общей сложности восемью дозами (насколько можно судить, это были три обычные прививки и два бустера). И все же они не уберегли от госпитализации с пневмонией. Таким образом антиваксеры получают сильный публичный аргумент против вакцинации.
Но здесь не все так просто. В своем Telegram Жириновский указывал, что для первых трех прививок он использовал вакцину «Спутник V», затем три раза укололся «ЭпиВаком», а в качестве седьмой и восьмой дозы выбрал «КовиВак». Таким образом к началу 2022 года эффект от «Спутника» уже должен был уйти. По мнению же ряда специалистов, «ЭпиВак» обладает весьма слабой, а «КовиВак» — недостаточно доказанной эффективностью, вопрос об их регистрации на международном уровне вообще не ставится. Если алгоритм вакцинации Жириновского подтвердится, то «Спутник» реабилитирован. Однако объяснить это общественному мнению, которое не склонно вдаваться в подробности, будет непросто.
Алексей Макаркин
«Мы хотим, чтобы мир услышал голос Абхазии. Мы сами расскажем о положении дел в нашей стране», — заявил глава абхазского МИД Инал Ардзинба. 9 февраля во время своего визита в Москву он передал обращение на имя Генсека ООН Антониу Гутерриша через первого заместителя председателя Российской ассоциации содействия Организации объединённых наций Алексея Борисова. Суть документа — призыв Абхазии предоставить статус государства-наблюдателя в ООН.
Практика предоставления такого статуса существует с 1946 года. Ряд государств перед получением ооновской прописки, были постоянными наблюдателями. Наиболее яркий пример — Швейцария, присоединившаяся к ООН в качестве полноправного члена в 2002 году. Сегодня среди тех, кто обладает статусом наблюдателя Святой Престол и Палестина. В ноябре 2022 года исполнится десять лет с того момента, как за палестинским государством был закреплен его нынешний статус в ООН.
Насколько велики шансы Абхазии на повторение опыта Палестины? Не станем сравнивать генезис двух конфликтов, это не самое продуктивное занятие. В конечном итоге политические решения принимаются не на основе некий твердых критериев и принципов, а в силу целесообразности. В 2012 году за предоставление Палестине статуса наблюдателя на Генассамблее высказалось при голосовании 138 государств при 9 против и 41 воздержавшихся. Вряд ли Абхазия, если бы такое обсуждение на ГА ООН было бы завтра-послезавтра, получила бы такую поддержку. Просто в силу информационного фактора. Абхазский кейс известен в мире намного меньше. Конечно, против предоставления Сухуми статуса наблюдателя выскажутся влиятельные игроки, среди союзников Грузии США, а также европейские партнеры Вашингтона. Крайне осторожную позицию в отношении сепаратизма занимает и Китай. Официальный Пекин всегда подчеркивал, что поддерживает грузинскую территориальную целостность.
Но вряд ли абхазское руководство надеется на быстрые прорывы. Скорее, расчет строится на игру в долгую. Если имеется стремление к более широкой международной легитимации, то оно должно поддерживаться, в том числе и разными инициативами. Верить в то, что весь мир будет хранить память о трагедии начала 1990-х гг. (абхазы потеряли в ходе военного противостояния с Грузией порядка 4% своего населения) не представляется возможным! Тем более, противоположная сторона конфликта пережила тяжелые эксцессы.
Однако, как бы ни развивалась активность МИД Абхазии на внешнем периметре, крайне важны качественные внутренние трансформации в частично признанной республике. Без внятных правил игры, декриминализации, благоприятного бизнес-климата и активного вовлечения этнических меньшинств в структуры власти и управления Сухуми будет сложно отстаивать свою точку зрения. Всегда найдутся те, кто мобилизует негативный информационный поток не в пользу Абхазии. Чтобы купировать эту угрозы важно самим добиться соответствия высоким политическим и экономическим стандартам.
Сергей Маркедонов
Практика предоставления такого статуса существует с 1946 года. Ряд государств перед получением ооновской прописки, были постоянными наблюдателями. Наиболее яркий пример — Швейцария, присоединившаяся к ООН в качестве полноправного члена в 2002 году. Сегодня среди тех, кто обладает статусом наблюдателя Святой Престол и Палестина. В ноябре 2022 года исполнится десять лет с того момента, как за палестинским государством был закреплен его нынешний статус в ООН.
Насколько велики шансы Абхазии на повторение опыта Палестины? Не станем сравнивать генезис двух конфликтов, это не самое продуктивное занятие. В конечном итоге политические решения принимаются не на основе некий твердых критериев и принципов, а в силу целесообразности. В 2012 году за предоставление Палестине статуса наблюдателя на Генассамблее высказалось при голосовании 138 государств при 9 против и 41 воздержавшихся. Вряд ли Абхазия, если бы такое обсуждение на ГА ООН было бы завтра-послезавтра, получила бы такую поддержку. Просто в силу информационного фактора. Абхазский кейс известен в мире намного меньше. Конечно, против предоставления Сухуми статуса наблюдателя выскажутся влиятельные игроки, среди союзников Грузии США, а также европейские партнеры Вашингтона. Крайне осторожную позицию в отношении сепаратизма занимает и Китай. Официальный Пекин всегда подчеркивал, что поддерживает грузинскую территориальную целостность.
Но вряд ли абхазское руководство надеется на быстрые прорывы. Скорее, расчет строится на игру в долгую. Если имеется стремление к более широкой международной легитимации, то оно должно поддерживаться, в том числе и разными инициативами. Верить в то, что весь мир будет хранить память о трагедии начала 1990-х гг. (абхазы потеряли в ходе военного противостояния с Грузией порядка 4% своего населения) не представляется возможным! Тем более, противоположная сторона конфликта пережила тяжелые эксцессы.
Однако, как бы ни развивалась активность МИД Абхазии на внешнем периметре, крайне важны качественные внутренние трансформации в частично признанной республике. Без внятных правил игры, декриминализации, благоприятного бизнес-климата и активного вовлечения этнических меньшинств в структуры власти и управления Сухуми будет сложно отстаивать свою точку зрения. Всегда найдутся те, кто мобилизует негативный информационный поток не в пользу Абхазии. Чтобы купировать эту угрозы важно самим добиться соответствия высоким политическим и экономическим стандартам.
Сергей Маркедонов
Опрос, проведенный экспертами страховой компании «Росгосстрах Жизнь» и банка «Открытие» совместно с исследовательским центром А2, показал, что сбережения на черный день сделали свыше 79% россиян. Однако больше половины — 58,5% — отложили до 100 тысяч рублей. Еще 38% опрошенных запасли сумму от 100 тысяч до 300 тысяч рублей. Лишь 2% хранят суммы от 300 тысяч до одного миллиона рублей. Более миллиона в заначке имеют 1,5% участников опроса.
При этом 62% опрошенных признались, что в случае потери дохода они смогли бы жить на накопления не более трех месяцев. 19% респондентов могут протянуть от трех месяцев до полугода, 15% — от шести месяцев до года, 2% — от одного года до трех лет и столько же — больше трех лет. 63% из тех, кто смог отложить деньги, периодически обращаются к ним для покрытия бытовых расходов — так что зарплаты, пенсии или других текущих доходов им не всегда хватает.
Все это означает, что в России так и не сформировался реальный средний класс — не по самоощущениям (здесь немалое число медиков, педагогов и других бюджетников относят себя к среднему классу), а по возможностям. И для абсолютного большинства россиян даже сравнительно небольшие потрясения, связанные с перебоями в получении зарплат и, тем более, пенсий, являются очень серьезным риском — в том числе учитывая высокую закредитованность населения. Это одна из причин того, что люди воздерживаются от протестных действий и выбирают стратегию адаптации — ищут дополнительные заработки и сокращают расходы.
И человек с небольшой «подушкой безопасности», а то и совсем без нее (для многих, отложивших до 100 тысяч рублей, это «похоронные» деньги), чувствует себя зависимым от государства и неспособным что-либо изменить. Он плывет по течению, ворчит, впадает в апатию — но ориентирован на выживание, а, следовательно, может выйти за рамки лояльности власти, только когда рассуждает о политике на кухне (в Интернете многие уже включают самоцензуру) или голосует на избирательном участке. Да и то, если дойдет до него — многие бедные россияне в выборах не участвуют, считая, что они ничего в их жизни не изменят.
Алексей Макаркин
При этом 62% опрошенных признались, что в случае потери дохода они смогли бы жить на накопления не более трех месяцев. 19% респондентов могут протянуть от трех месяцев до полугода, 15% — от шести месяцев до года, 2% — от одного года до трех лет и столько же — больше трех лет. 63% из тех, кто смог отложить деньги, периодически обращаются к ним для покрытия бытовых расходов — так что зарплаты, пенсии или других текущих доходов им не всегда хватает.
Все это означает, что в России так и не сформировался реальный средний класс — не по самоощущениям (здесь немалое число медиков, педагогов и других бюджетников относят себя к среднему классу), а по возможностям. И для абсолютного большинства россиян даже сравнительно небольшие потрясения, связанные с перебоями в получении зарплат и, тем более, пенсий, являются очень серьезным риском — в том числе учитывая высокую закредитованность населения. Это одна из причин того, что люди воздерживаются от протестных действий и выбирают стратегию адаптации — ищут дополнительные заработки и сокращают расходы.
И человек с небольшой «подушкой безопасности», а то и совсем без нее (для многих, отложивших до 100 тысяч рублей, это «похоронные» деньги), чувствует себя зависимым от государства и неспособным что-либо изменить. Он плывет по течению, ворчит, впадает в апатию — но ориентирован на выживание, а, следовательно, может выйти за рамки лояльности власти, только когда рассуждает о политике на кухне (в Интернете многие уже включают самоцензуру) или голосует на избирательном участке. Да и то, если дойдет до него — многие бедные россияне в выборах не участвуют, считая, что они ничего в их жизни не изменят.
Алексей Макаркин
Во вторник в Вене после десятидневного перерыва возобновился восьмой раунд переговоров по реанимации иранской ядерной сделки – Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), подписанного в 2015 г. США, Францией, Британией, Германией, Россией, Китаем и Ираном. Как известно, Джо Байден после прихода к власти выразил намерение вернуться в сделку, из которой вышел Трамп в 2018 г., введя против Ирана жесткие финансовые и экономические санкции. Тегеран же, в свою очередь, стал всё дальше отходить от своих обязательств по СВПД, увеличивая степень обогащения урана. Непрямые переговоры между Ираном и США по поиску путей возвращения к условиям сделки начались в апреле прошлого года при посредничестве Совместной комиссии по СВПД, в которую входят остающиеся участники договора.
После прихода в августе на пост президента Ирана жесткого консерватора Ибрахима Раиси и прекращения переговоров до конца ноября на Западе распространилось весьма скептическое отношение к их перспективам. Но, как ни странно, новая команда иранских переговорщиков проявила конструктивный подход, и в ходе восьмого раунда, начавшегося 27 декабря, переговоры ускорились. Возможно, это связано с тем, что новые власти Ирана не менее предыдущих стремятся к снятию удушающих экономических санкций Вашингтона, но не так опасаются критики за уступчивость со стороны наиболее жестких представителей режима, в частности, влиятельных силовиков. Недавний перерыв в переговорах был обусловлен тем, что они достигли финальной стадии, и их непосредственным участникам необходимо было проконсультироваться со своими политическими руководителями и получить добро на завершающие шаги.
Во всяком случае, перед возобновлением встреч в Вене все стороны демонстрировали неожиданно оптимистичный настрой, а администрация США даже предприняла практические действия, чтобы его подкрепить. 4 февраля госсекретарь США Блинкен отменил некоторые введенные при Трампе санкции в отношении гражданской ядерной программы Ирана. 7 февраля представитель Госдепа заявил: «Сделка, которая обращена к ключевым озабоченностям всех сторон, уже в пределах видимости». Его коллега из иранского МИДа сказал журналистам: «Мы достигли значительного прогресса в различных областях венских переговоров». Главный российский переговорщик Михаил Ульянов в интервью «Коммерсанту» сообщил: «Проделан уже очень большой путь. Сверстан проект итогового документа. Там есть несколько пунктов, требующих дополнительной проработки… Это основа, на которой можно завершать переговоры в достаточно сжатые сроки».
Вопрос о сроках особо акцентируют представители США и участвующих в переговорах европейских стран. Дело в том, что Иран всё это время продолжает развивать свою ядерную программу далеко за рамками СВПД. Он увеличил уровни обогащения урана до 60% и ввел в строй более совершенные центрифуги. Западные переговорщики настаивают, что речь идет уже не о месяцах, а о неделях, иначе возвращение к договору 2015 г. потеряет практический смысл. Они настаивают на заключении сделки к началу марта. Между тем согласие по ряду принципиальных вопросов еще не достигнуто. Иран по-прежнему добивается, чтобы США сделали первый шаг, причем требует отмены всех санкций, введенных Трампом. Вашингтон готов на отмену только тех санкций, которые не соответствуют СВПД. Это предоставило бы Тегерану доступ к $100 млрд, замороженных в зарубежных банках, и обеспечило бы свободный экспорт иранской нефти. Но контрпартнеры Ирана по переговорам настаивают на взаимоувязанной очередности мер по снятию санкций и возвращению Ирана к ограничениям СВПД. Не решен и вопрос о том, что делать с накопленными Ираном излишками обогащенного урана. Тем не менее, реальные шансы на успешное завершение переговоров сохраняются.
Александр Ивахник
После прихода в августе на пост президента Ирана жесткого консерватора Ибрахима Раиси и прекращения переговоров до конца ноября на Западе распространилось весьма скептическое отношение к их перспективам. Но, как ни странно, новая команда иранских переговорщиков проявила конструктивный подход, и в ходе восьмого раунда, начавшегося 27 декабря, переговоры ускорились. Возможно, это связано с тем, что новые власти Ирана не менее предыдущих стремятся к снятию удушающих экономических санкций Вашингтона, но не так опасаются критики за уступчивость со стороны наиболее жестких представителей режима, в частности, влиятельных силовиков. Недавний перерыв в переговорах был обусловлен тем, что они достигли финальной стадии, и их непосредственным участникам необходимо было проконсультироваться со своими политическими руководителями и получить добро на завершающие шаги.
Во всяком случае, перед возобновлением встреч в Вене все стороны демонстрировали неожиданно оптимистичный настрой, а администрация США даже предприняла практические действия, чтобы его подкрепить. 4 февраля госсекретарь США Блинкен отменил некоторые введенные при Трампе санкции в отношении гражданской ядерной программы Ирана. 7 февраля представитель Госдепа заявил: «Сделка, которая обращена к ключевым озабоченностям всех сторон, уже в пределах видимости». Его коллега из иранского МИДа сказал журналистам: «Мы достигли значительного прогресса в различных областях венских переговоров». Главный российский переговорщик Михаил Ульянов в интервью «Коммерсанту» сообщил: «Проделан уже очень большой путь. Сверстан проект итогового документа. Там есть несколько пунктов, требующих дополнительной проработки… Это основа, на которой можно завершать переговоры в достаточно сжатые сроки».
Вопрос о сроках особо акцентируют представители США и участвующих в переговорах европейских стран. Дело в том, что Иран всё это время продолжает развивать свою ядерную программу далеко за рамками СВПД. Он увеличил уровни обогащения урана до 60% и ввел в строй более совершенные центрифуги. Западные переговорщики настаивают, что речь идет уже не о месяцах, а о неделях, иначе возвращение к договору 2015 г. потеряет практический смысл. Они настаивают на заключении сделки к началу марта. Между тем согласие по ряду принципиальных вопросов еще не достигнуто. Иран по-прежнему добивается, чтобы США сделали первый шаг, причем требует отмены всех санкций, введенных Трампом. Вашингтон готов на отмену только тех санкций, которые не соответствуют СВПД. Это предоставило бы Тегерану доступ к $100 млрд, замороженных в зарубежных банках, и обеспечило бы свободный экспорт иранской нефти. Но контрпартнеры Ирана по переговорам настаивают на взаимоувязанной очередности мер по снятию санкций и возвращению Ирана к ограничениям СВПД. Не решен и вопрос о том, что делать с накопленными Ираном излишками обогащенного урана. Тем не менее, реальные шансы на успешное завершение переговоров сохраняются.
Александр Ивахник
Две недели назад канадские власти рассчитывали, что «Караван свободы», перекрывший центр Оттавы в знак протеста против обязательного карантина для дальнобойщиков после пересечения границы с США при отсутствии вакцинации, быстро покинет столицу страны. Однако с тех пор это протестное движение не только не заглохло, но расширило свои требования и географию, найдя подражателей в Новой Зеландии, Австралии и Европе. В Канаде протестующие добиваются отмены всех антиковидных ограничений, а еще лучше – отставки либерального правительства Джастина Трюдо. В Оттаве нормальную жизнь по-прежнему блокируют 400-500 фур, приехавших из разных частей страны. А 7 января грузовики, фургоны и пикапы перекрыли движение по мосту «Амбассадор», соединяющему канадский Виндзор и американский Детройт. Этот мост – главная трансграничная деловая артерия, каждый день в обе стороны по нему перевозится товаров на $360 млн – четверть взаимного товарооборота. Вблизи находятся крупнейшие автозаводы обеих стран, которые критически зависят от своевременных поставок комплектующих. В результате блокады моста уже в середине недели General Motors, Chrysler, Ford и Toyota были вынуждены сокращать объемы производства. Кроме того, трансграничные шоссе были перекрыты еще в двух провинциях Канады.
Наблюдатели отмечают активное участие в организации протестов различных крайне правых организаций, которые взяли на себя роль координации действий недовольных через социальные сети. Не было и проблем с финансированием, через краудфандинговые платформы за несколько дней было собрано более 6 млн канадских долларов. В протестах прослеживается определенная, хотя и не очень внятная, идеологическая основа. Акцентируется лозунг свободы, трактуемый в праволибертарианском духе как свобода от любых ограничений со стороны государства. Эта риторика обильно сдобрена конспирологией. В своих онлайн постах лидеры протеста делают частые отсылки к конспирологической теории о зловещей роли Всемирного экономического форума, якобы стремящегося использовать пандемию для осуществления «Великой перезагрузки», в результате которой будет создана «вдохновленная марксизмом тоталитарная система». Канадские пропагандисты этой теории безосновательно причисляют Трюдо к членам ВЭФ.
Еще одна характерная черта протестов в Канаде – их активная поддержка трампистским лагерем в США. Сам Дональд Трамп неделю назад приветствовал действия дальнобойщиков и назвал Трюдо «крайне левым сумасшедшим», который «разрушил Канаду своими безумными ковидными ограничениями». Похожие голоса нередко звучат на Fox News. Агентство Associated Press выявило более десятка групп в американском фейсбуке, охватывающих около полумиллиона членов, которые стимулируют поддержку канадским протестам. Известно, что большая часть денег, направляемых протестующим, собирается в США.
Значительное большинство самих канадцев не испытывает симпатий к «Караванам свободы». Перекрытия дорог осуждает и профсоюз грузоперевозчиков, подчеркивающий, что 85% дальнобойщиков вакцинированы. Премьер Трюдо с самого начала решительно критиковал участников протестов, называя их маргиналами. Однако действиям канадских властей и правоохранителей решительности явно не хватало. Положение стало меняться лишь после телефонного разговора Байдена и Трюдо в пятницу, в ходе которого президент США просил предпринять более энергичные усилия по разблокировке транспортного сообщения между странами. В пятницу в провинции Онтарио, в которой находятся Оттава и Виндзор, было введено чрезвычайное положение, а судья выдал судебный ордер на разблокировку моста «Амбассадор». В субботу и воскресенье полиция частично очистила мост от людей и машин, но движение по нему пока не восстановлено. В Оттаве ситуация еще сложнее, там полиция нуждается в значительных подкреплениях. Так что самый серьезный кризис, с которым столкнулся Трюдо за шесть с лишним лет нахождения у власти, пока не разрешен.
Александр Ивахник
Наблюдатели отмечают активное участие в организации протестов различных крайне правых организаций, которые взяли на себя роль координации действий недовольных через социальные сети. Не было и проблем с финансированием, через краудфандинговые платформы за несколько дней было собрано более 6 млн канадских долларов. В протестах прослеживается определенная, хотя и не очень внятная, идеологическая основа. Акцентируется лозунг свободы, трактуемый в праволибертарианском духе как свобода от любых ограничений со стороны государства. Эта риторика обильно сдобрена конспирологией. В своих онлайн постах лидеры протеста делают частые отсылки к конспирологической теории о зловещей роли Всемирного экономического форума, якобы стремящегося использовать пандемию для осуществления «Великой перезагрузки», в результате которой будет создана «вдохновленная марксизмом тоталитарная система». Канадские пропагандисты этой теории безосновательно причисляют Трюдо к членам ВЭФ.
Еще одна характерная черта протестов в Канаде – их активная поддержка трампистским лагерем в США. Сам Дональд Трамп неделю назад приветствовал действия дальнобойщиков и назвал Трюдо «крайне левым сумасшедшим», который «разрушил Канаду своими безумными ковидными ограничениями». Похожие голоса нередко звучат на Fox News. Агентство Associated Press выявило более десятка групп в американском фейсбуке, охватывающих около полумиллиона членов, которые стимулируют поддержку канадским протестам. Известно, что большая часть денег, направляемых протестующим, собирается в США.
Значительное большинство самих канадцев не испытывает симпатий к «Караванам свободы». Перекрытия дорог осуждает и профсоюз грузоперевозчиков, подчеркивающий, что 85% дальнобойщиков вакцинированы. Премьер Трюдо с самого начала решительно критиковал участников протестов, называя их маргиналами. Однако действиям канадских властей и правоохранителей решительности явно не хватало. Положение стало меняться лишь после телефонного разговора Байдена и Трюдо в пятницу, в ходе которого президент США просил предпринять более энергичные усилия по разблокировке транспортного сообщения между странами. В пятницу в провинции Онтарио, в которой находятся Оттава и Виндзор, было введено чрезвычайное положение, а судья выдал судебный ордер на разблокировку моста «Амбассадор». В субботу и воскресенье полиция частично очистила мост от людей и машин, но движение по нему пока не восстановлено. В Оттаве ситуация еще сложнее, там полиция нуждается в значительных подкреплениях. Так что самый серьезный кризис, с которым столкнулся Трюдо за шесть с лишним лет нахождения у власти, пока не разрешен.
Александр Ивахник
Вербальные сигналы из Москвы от 14 февраля (за два дня до 16-го!): Владимир Путин во время встречи спросил у Сергея Лаврова, есть ли шанс договориться по вопросам безопасности. Лавров сказал, что шанс есть всегда, и, по его мнению, необходимо продолжать и наращивать переговоры, Путин его поддержал. Сергей Шойгу на встрече с Путиным сообщил, что российские военные учения проходят практически на всех флотах и в военных округах: «Часть этих учений подходит к своему завершению, часть будет завершена в ближайшее время».
Сигнал из Минска от 14 февраля: По инициативе украинской стороны состоялся телефонный разговор министров обороны Украины и Беларуси. Достигнута договоренность об обмене визитами военных атташе двух стран на украинские учения «Метель – 2022» и белорусско-российские учения «Союзная решимость – 2022». В отчетах обеих сторон о содержании разговора идентичные формулировки: «Беседа состоялась для восстановления атмосферы диалога, снижения градуса публичных проявлений и обеспечения безопасности в регионе».
Все это вызывает осторожный оптимизм. Хотя совершенно не исключает действий на востоке Украины (в формате от варианта «Единой России» - поставки вооружений – до варианта КПРФ – признание ДНР-ЛНР) в случае, если Россия окончательно разочаруется в реализации Минских соглашений. И потребуется публичный шаг, который бы показал обществу, что «своих не бросаем». Но пока завтра в Москве ждут Олафа Шольца – и тоже будут говорить о минском процессе.
Алексей Макаркин
Сигнал из Минска от 14 февраля: По инициативе украинской стороны состоялся телефонный разговор министров обороны Украины и Беларуси. Достигнута договоренность об обмене визитами военных атташе двух стран на украинские учения «Метель – 2022» и белорусско-российские учения «Союзная решимость – 2022». В отчетах обеих сторон о содержании разговора идентичные формулировки: «Беседа состоялась для восстановления атмосферы диалога, снижения градуса публичных проявлений и обеспечения безопасности в регионе».
Все это вызывает осторожный оптимизм. Хотя совершенно не исключает действий на востоке Украины (в формате от варианта «Единой России» - поставки вооружений – до варианта КПРФ – признание ДНР-ЛНР) в случае, если Россия окончательно разочаруется в реализации Минских соглашений. И потребуется публичный шаг, который бы показал обществу, что «своих не бросаем». Но пока завтра в Москве ждут Олафа Шольца – и тоже будут говорить о минском процессе.
Алексей Макаркин
Дискуссия вокруг проекта «Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей» показывает, что если какие традиции реально и живут, так это советские. В том числе возможность вести дискуссию в рамках официального учения, приводя нужные цитаты и оттачивая аргументацию. Например, можно было предложить какую-нибудь ревизионистскую формулировку, провоцируя оппонента на решительный отпор с позиций ортодоксии. А потом сразить его наповал ссылкой на ленинское собрание сочинений, тем более что в его 55 томах можно было найти цитату на любой вкус. И оппонент, только что торжествовавший победу, должен был отползать в угол, оправдываясь, что он ничего плохого не имел в виду.
Особенность «Основ» заключается в том, что они из-за своей крайней реакционности объединили против себя самых разных деятелей искусств. Свое обращение подписали кинематографисты различных взглядов - от Александра Сокурова до Федора Бондарчука. Против выступила и театральная корпорация во главе с Александром Калягиным, мнение которой также было сознательно проигнорировано авторами проекта. Главный из которых, Владимир Аристархов, бывший первый замминистра культуры, до своего прихода в ведомство никакого отношения к культуре не имевший, прямо назвал своих знаменитых оппонентов паразитами.
В свою очередь, оппоненты прекрасно понимают, что ссылаться на права и свободы, конституционный запрет цензуры и, тем более, международные обязательства России, в настоящее время не слишком продуктивно. И, например, недовольные кинематографисты нашли аргумент в русле современного российского идейного мейнстрима. Оказывается, прописанный в «Основах» «дополнительный контроль, построенный на формальных признаках, приведет российское кино и сериалы к максимальному упрощению, а значит, отвернет от них современного зрителя, который опять, как и 10-15 лет назад, повернется к кинопродукции из-за рубежа. Все усилия отрасли и государства по возвращению российского зрителя к российскому контенту, предпринятые за последние годы, будут аннулированы».
Таким образом Аристархов и его единомышленники совершенно неожиданно для самих себя оказались в роли лоббистов интересов Голливуда, подрывающих конкурентоспособность национального кинематографа. А критики его проекта способствовали к тому же «сохранению и укреплению духовно-нравственных ценностей, патриотического сознания и чувства любви к нашей Родине» (еще одна цитата из обращения кинематографистов). Неудивительно, что Минкульт приостановил обсуждение неожиданно оказавшихся непатриотичными «Основ».
Алексей Макаркин
Особенность «Основ» заключается в том, что они из-за своей крайней реакционности объединили против себя самых разных деятелей искусств. Свое обращение подписали кинематографисты различных взглядов - от Александра Сокурова до Федора Бондарчука. Против выступила и театральная корпорация во главе с Александром Калягиным, мнение которой также было сознательно проигнорировано авторами проекта. Главный из которых, Владимир Аристархов, бывший первый замминистра культуры, до своего прихода в ведомство никакого отношения к культуре не имевший, прямо назвал своих знаменитых оппонентов паразитами.
В свою очередь, оппоненты прекрасно понимают, что ссылаться на права и свободы, конституционный запрет цензуры и, тем более, международные обязательства России, в настоящее время не слишком продуктивно. И, например, недовольные кинематографисты нашли аргумент в русле современного российского идейного мейнстрима. Оказывается, прописанный в «Основах» «дополнительный контроль, построенный на формальных признаках, приведет российское кино и сериалы к максимальному упрощению, а значит, отвернет от них современного зрителя, который опять, как и 10-15 лет назад, повернется к кинопродукции из-за рубежа. Все усилия отрасли и государства по возвращению российского зрителя к российскому контенту, предпринятые за последние годы, будут аннулированы».
Таким образом Аристархов и его единомышленники совершенно неожиданно для самих себя оказались в роли лоббистов интересов Голливуда, подрывающих конкурентоспособность национального кинематографа. А критики его проекта способствовали к тому же «сохранению и укреплению духовно-нравственных ценностей, патриотического сознания и чувства любви к нашей Родине» (еще одна цитата из обращения кинематографистов). Неудивительно, что Минкульт приостановил обсуждение неожиданно оказавшихся непатриотичными «Основ».
Алексей Макаркин
«Разумеется, между Арменией и Азербайджаном должен быть мирный договор. При условии взаимного признания территориальной целостности, на основе принципов и норм международного права этот мирный договор должен быть подписан». С таким посланием азербайджанский президент Ильхам Алиев выступил 14 февраля во время посещения Агдамского района.
С момента завершения первой карабахской войны и вплоть до ноября 2020 года этот регион был под контролем армянских сил. И сегодня азербайджанское руководство уделяет особое внимание семи районам, смежным с территорией бывшей Нагорно-Карабахской автономной области.
Решив свои военные задачи, Азербайджан начал масштабное социально-экономическое восстановление возвращенных земель. Открыт аэропорт в Физули, в 2022-2023 гг. предполагается сдача в эксплуатацию еще двух воздушных гаваней в Зангеланском и Лачинском районах. В феврале 2022 года в Агдаме Алиев принимал участие в открытии электроподстанций «Агдам-1» и «Агдам-2», а также ряда других объектов (гостиничный комплекс, новое предприятие). И он сам, и вся его властная команда подчеркивает: возврата к прошлому нет.
Однако в настоящем имеются проблемы. Как быть со статусом редуцированной территориально непризнанной Нагорно-Карабахской республики? С точки зрения Баку, проблема не существует. Однако в реальности в Степанакерте есть органы власти, которые даже планируют принятие поправок к Конституции. Но даже если предположить, что уступчивость Еревана пойдет так далеко, что армянские власти согласятся на постепенную интеграцию остатков НКР в азербайджанское государство, то остается вопрос о демаркации и делимитации границы. И там есть спорные моменты.
Армянское общество устало от войны, а карабахская повестка сейчас не является главным мобилизующим фактором, но уступки, не гипотетические, а реальные хоть по статусу НКР, хоть по территориям собственно Армении могут изменить ситуацию не в пользу команды Пашиняна. И потому он сам, несмотря на нынешнее тяжелое положение его страны, не снимает с повестки дня «статусный» вопрос. Пограничную же проблему даже при всем желании исключить из политического меню не получится. И в этом, контексте, наверное, среди «агдамских тезисов» Алиева неслучайны слова об укреплении азербайджанских вооруженных сил. Баку стремится подкреплять переговорные аргументы, апелляциями к «последнему доводу королей».
Сергей Маркедонов
С момента завершения первой карабахской войны и вплоть до ноября 2020 года этот регион был под контролем армянских сил. И сегодня азербайджанское руководство уделяет особое внимание семи районам, смежным с территорией бывшей Нагорно-Карабахской автономной области.
Решив свои военные задачи, Азербайджан начал масштабное социально-экономическое восстановление возвращенных земель. Открыт аэропорт в Физули, в 2022-2023 гг. предполагается сдача в эксплуатацию еще двух воздушных гаваней в Зангеланском и Лачинском районах. В феврале 2022 года в Агдаме Алиев принимал участие в открытии электроподстанций «Агдам-1» и «Агдам-2», а также ряда других объектов (гостиничный комплекс, новое предприятие). И он сам, и вся его властная команда подчеркивает: возврата к прошлому нет.
Однако в настоящем имеются проблемы. Как быть со статусом редуцированной территориально непризнанной Нагорно-Карабахской республики? С точки зрения Баку, проблема не существует. Однако в реальности в Степанакерте есть органы власти, которые даже планируют принятие поправок к Конституции. Но даже если предположить, что уступчивость Еревана пойдет так далеко, что армянские власти согласятся на постепенную интеграцию остатков НКР в азербайджанское государство, то остается вопрос о демаркации и делимитации границы. И там есть спорные моменты.
Армянское общество устало от войны, а карабахская повестка сейчас не является главным мобилизующим фактором, но уступки, не гипотетические, а реальные хоть по статусу НКР, хоть по территориям собственно Армении могут изменить ситуацию не в пользу команды Пашиняна. И потому он сам, несмотря на нынешнее тяжелое положение его страны, не снимает с повестки дня «статусный» вопрос. Пограничную же проблему даже при всем желании исключить из политического меню не получится. И в этом, контексте, наверное, среди «агдамских тезисов» Алиева неслучайны слова об укреплении азербайджанских вооруженных сил. Баку стремится подкреплять переговорные аргументы, апелляциями к «последнему доводу королей».
Сергей Маркедонов
Кандидат в президенты Франции от консервативной партии «Республиканцы» Валери Пекресс пытается преодолеть пробуксовку своей избирательной кампании. Она изначально позиционировала себя как единственного кандидата, который способен во втором туре победить президента Макрона, и в этом с ней согласны многие эксперты. При этом ожидалось, что более 20% избирателей крайне правого фланга, в 2017 г. голосовавших в первом туре за Марин Ле Пен, на этот раз будут поделены между ней и Эриком Земмуром, что обеспечит Пекресс выход во второй тур. Однако вышло так, что Земмур, выступающий с более радикальных националистических и исламофобных позиций, чем Ле Пен, но являющийся новой политической фигурой, сумел привлечь симпатии не только части традиционных сторонников правопопулистского «Национального объединения», но и некоторой доли мейнстримных правых. И хотя кандидат от «Республиканцев», учитывая общее поправение французского электората, шла в русле и делала акцент на вопросах иммиграции и преступности, больших дивидендов ей это не принесло. В течение последнего месяца результаты опросов почти не меняются. Они дают Макрону 24-25%, Пекресс и Ле Пен находятся на одном уровне с 15-16%, Земмур подтянулся к ним вплотную с 14,5%.
Неспособность Пекресс оторваться от своих соперников справа стала вызывать разочарование в рядах «Республиканцев». На прошлой неделе два видных деятеля партии заявили о своем отказе от поддержки Пекресс и о переходе в лагерь Макрона. Сначала Эрик Верт, который, как и Пекресс, был министром в правительстве президента Саркози, выразил несогласие с тем, что кандидат от партии рисует образ Франции, «погруженной в ностальгию и устремленной внутрь себя». Затем мэр Кале Наташа Бушар сказала, что она поддержит Макрона, поскольку тот «внимательно прислушивается» к мигрантским проблемам Кале. Наконец, влиятельная среди традиционных правых газета Le Figaro привела нелицеприятные для Пекресс частные комментарии ее бывшего шефа Николя Саркози. Он вроде бы сказал: «Кто говорит о Валери Пекресс? Ее нигде нет. Валери ничего не понимает в ведении кампании, и ей следовало бы обратиться ко мне, если ей нужна моя поддержка». Несмотря на имеющуюся судимость по обвинениям в коррупции, Саркози по-прежнему сохраняет влияние среди консерваторов, и Пекресс встретилась с ним 11 февраля для обсуждения вопросов предвыборной гонки.
А в воскресенье, 13 февраля, состоялся первый массовый митинг Пекресс в Париже в концертном зале Zenith, на который собралось более 6 тысяч человек. Ее штаб рассчитывал, что это мероприятие придаст новый импульс кампании. В ходе своего часового выступления Пекресс старалась держаться весьма наступательно и вновь прибегла к жесткой риторике. В речи звучали националистические ноты со ссылками на «Францию соборов» и на граждан, которые являются «французами лишь по названию». Она заявила, что хочет создать «новую Францию закона и порядка» с жестким контролем над иммиграцией и введением квот для мигрантов. Пекресс отметила, что поддержит строительство заграждений и даже стен по границам Евросоюза, и высказалась за депортацию нелегалов, добавив: «Если страна отказывается принимать обратно своих нелегальных мигрантов, при мне визы для нее будут закрыты».
Однако после митинга наблюдатели, в т.ч. внутри партии «Республиканцы», отметили, что в образе пламенного оратора обычно сдержанная Пекресс чувствует себя некомфортно и выглядит искусственно и неубедительно. Едва ли на этом удастся перехватить поклонников Земмура, зато можно потерять умеренных консерваторов. Это поняла и сама Пекресс, которая в понедельник отметила, что чувствует себя свободнее, общаясь с людьми на улице или ведя дебаты с соперниками. «Если вы ищете ораторов, их много в этой кампании. Я отношусь к тем, кто делает дела», – заявила Пересс. У нее осталось меньше двух месяцев, чтобы найти органичный для себя и в то же время эффективный электоральный образ.
Александр Ивахник
Неспособность Пекресс оторваться от своих соперников справа стала вызывать разочарование в рядах «Республиканцев». На прошлой неделе два видных деятеля партии заявили о своем отказе от поддержки Пекресс и о переходе в лагерь Макрона. Сначала Эрик Верт, который, как и Пекресс, был министром в правительстве президента Саркози, выразил несогласие с тем, что кандидат от партии рисует образ Франции, «погруженной в ностальгию и устремленной внутрь себя». Затем мэр Кале Наташа Бушар сказала, что она поддержит Макрона, поскольку тот «внимательно прислушивается» к мигрантским проблемам Кале. Наконец, влиятельная среди традиционных правых газета Le Figaro привела нелицеприятные для Пекресс частные комментарии ее бывшего шефа Николя Саркози. Он вроде бы сказал: «Кто говорит о Валери Пекресс? Ее нигде нет. Валери ничего не понимает в ведении кампании, и ей следовало бы обратиться ко мне, если ей нужна моя поддержка». Несмотря на имеющуюся судимость по обвинениям в коррупции, Саркози по-прежнему сохраняет влияние среди консерваторов, и Пекресс встретилась с ним 11 февраля для обсуждения вопросов предвыборной гонки.
А в воскресенье, 13 февраля, состоялся первый массовый митинг Пекресс в Париже в концертном зале Zenith, на который собралось более 6 тысяч человек. Ее штаб рассчитывал, что это мероприятие придаст новый импульс кампании. В ходе своего часового выступления Пекресс старалась держаться весьма наступательно и вновь прибегла к жесткой риторике. В речи звучали националистические ноты со ссылками на «Францию соборов» и на граждан, которые являются «французами лишь по названию». Она заявила, что хочет создать «новую Францию закона и порядка» с жестким контролем над иммиграцией и введением квот для мигрантов. Пекресс отметила, что поддержит строительство заграждений и даже стен по границам Евросоюза, и высказалась за депортацию нелегалов, добавив: «Если страна отказывается принимать обратно своих нелегальных мигрантов, при мне визы для нее будут закрыты».
Однако после митинга наблюдатели, в т.ч. внутри партии «Республиканцы», отметили, что в образе пламенного оратора обычно сдержанная Пекресс чувствует себя некомфортно и выглядит искусственно и неубедительно. Едва ли на этом удастся перехватить поклонников Земмура, зато можно потерять умеренных консерваторов. Это поняла и сама Пекресс, которая в понедельник отметила, что чувствует себя свободнее, общаясь с людьми на улице или ведя дебаты с соперниками. «Если вы ищете ораторов, их много в этой кампании. Я отношусь к тем, кто делает дела», – заявила Пересс. У нее осталось меньше двух месяцев, чтобы найти органичный для себя и в то же время эффективный электоральный образ.
Александр Ивахник
О думском обращении относительно признания ДНР-ЛНР.
1. «Ложная аналогия» с 2014 годом. Тогда присоединение Крыма поддержали все фракции, а процесс был инициирован Кремлем, который был заинтересован в политическом консенсусе. Сейчас инициатор – КПРФ, а вполне лояльные власти, но ориентированные на модернистский электорат «Новые люди» - против.
2. Главные адресаты – Эммануэль Макрон и Олаф Шольц. Цель – побудить участников нормандского формата оказать давление на Украину с целью реализации Минских соглашений. Жесткость выбранного варианта обусловлен неудачей берлинской встречи политсоветников 10 февраля, когда Франция и Германия не стали давить на Украину.
3. Общественное мнение настроено в большинстве своем отстраненно, люди устали от внешней политики. Конечно, если ставить вопрос, кто лучше, ДНР-ЛНР или условный Бандера, то здесь все ясно (по принципу довоенного фильма «Подкидыш»: «Скажи, маленькая, что ты хочешь: чтоб тебе оторвали голову - или ехать на дачу?»). Но в повседневной жизни вопрос так не стоит.
4. Жертвовать материальными благами во имя ДНР-ЛНР россияне не хотят. Поэтому даже товарищ Зюганов дистанцировался от товарища Тайсаева, помянувшего про готовность людей отказаться от тринадцатой зарплаты. Даже коммунистический электорат к этому в большинстве своем не готов.
5. Возможно ли в принципе признание ДНР-ЛНР? Как вариант – да, но на крайний случай, так как в этом случае прекращается минский процесс, у России уменьшаются возможности для маневра и для давления на Украину. Сейчас такой случай не наступил.
Алексей Макаркин
1. «Ложная аналогия» с 2014 годом. Тогда присоединение Крыма поддержали все фракции, а процесс был инициирован Кремлем, который был заинтересован в политическом консенсусе. Сейчас инициатор – КПРФ, а вполне лояльные власти, но ориентированные на модернистский электорат «Новые люди» - против.
2. Главные адресаты – Эммануэль Макрон и Олаф Шольц. Цель – побудить участников нормандского формата оказать давление на Украину с целью реализации Минских соглашений. Жесткость выбранного варианта обусловлен неудачей берлинской встречи политсоветников 10 февраля, когда Франция и Германия не стали давить на Украину.
3. Общественное мнение настроено в большинстве своем отстраненно, люди устали от внешней политики. Конечно, если ставить вопрос, кто лучше, ДНР-ЛНР или условный Бандера, то здесь все ясно (по принципу довоенного фильма «Подкидыш»: «Скажи, маленькая, что ты хочешь: чтоб тебе оторвали голову - или ехать на дачу?»). Но в повседневной жизни вопрос так не стоит.
4. Жертвовать материальными благами во имя ДНР-ЛНР россияне не хотят. Поэтому даже товарищ Зюганов дистанцировался от товарища Тайсаева, помянувшего про готовность людей отказаться от тринадцатой зарплаты. Даже коммунистический электорат к этому в большинстве своем не готов.
5. Возможно ли в принципе признание ДНР-ЛНР? Как вариант – да, но на крайний случай, так как в этом случае прекращается минский процесс, у России уменьшаются возможности для маневра и для давления на Украину. Сейчас такой случай не наступил.
Алексей Макаркин
После того, как не случилось войны в Украине, в публичном пространстве остался вопрос о Беларуси – уйдут оттуда российские войска после окончания учений, или нет (как в прошлом месяце обсуждалась тема, не задержатся ли силы ОДКБ в Казахстане – как быстро выяснилось, не задержались).
18 февраля Александр Лукашенко встречается с Владимиром Путиным в Москве. Очевидно, будут говорить и о военном сотрудничестве (тем более, что Россия и Беларусь являются официальными союзниками по ОДКБ). Другое дело, что реально нужно Лукашенко? Он заинтересован в том, чтобы российские войска в любой момент были готовы прийти на помощь его режиму, если народ снова выйдет на улицы Минска и других городов. Но в размещении российских войск на постоянной основе он заинтересован не больше, чем Касым-Жомарт Токаев. Поэтому Лукашенко уже давно «заматывает» вопрос о создании в Беларуси российской военной базы.
Неудивительно, что еще до визита Лукашенко в Москву министр иностранных дел Владимир Макей заявил, что после учений в Беларуси не останется ни одного российского военнослужащего и ни одной единицы боевой техники России. А слова о братстве и стратегическом союзе с Россией уравновешивались в риторике министра формулировкой о сохранении многовекторности внешней политики (хотя и с уточнением, что «векторы тоже могут быть разноплановыми и разновеликими»). А также о том, что не стоит воспринимать с подозрительностью стремление Беларуси иметь нормальные отношения со странами Запада.
Алексей Макаркин
18 февраля Александр Лукашенко встречается с Владимиром Путиным в Москве. Очевидно, будут говорить и о военном сотрудничестве (тем более, что Россия и Беларусь являются официальными союзниками по ОДКБ). Другое дело, что реально нужно Лукашенко? Он заинтересован в том, чтобы российские войска в любой момент были готовы прийти на помощь его режиму, если народ снова выйдет на улицы Минска и других городов. Но в размещении российских войск на постоянной основе он заинтересован не больше, чем Касым-Жомарт Токаев. Поэтому Лукашенко уже давно «заматывает» вопрос о создании в Беларуси российской военной базы.
Неудивительно, что еще до визита Лукашенко в Москву министр иностранных дел Владимир Макей заявил, что после учений в Беларуси не останется ни одного российского военнослужащего и ни одной единицы боевой техники России. А слова о братстве и стратегическом союзе с Россией уравновешивались в риторике министра формулировкой о сохранении многовекторности внешней политики (хотя и с уточнением, что «векторы тоже могут быть разноплановыми и разновеликими»). А также о том, что не стоит воспринимать с подозрительностью стремление Беларуси иметь нормальные отношения со странами Запада.
Алексей Макаркин
Президентские выборы в Южной Осетии намечены на 10 апреля. Однако уже сейчас избирательная гонка в этой республике набирает обороты. Правящая партия «Единая Осетия» 8 февраля определилась со своим кандидатом. Им стал Анатолий Бибилов, действующий глава республики.
Свой путь на югоосетинский Олимп он начал в 2011 году, однако тогдашние выборы запомнились громкими скандалами, протестами, спровоцировавшими масштабный по меркам Южной Осетии политический кризис. В итоге имела место повторное голосование, в котором не принимали участие основные фигуранты кампании-2011. Анатолий Бибилов, тем не менее, не оставил надежды на успех. Сначала выиграв парламентские выборы и проработав спикером высшего представительного органа республики, в 2017 году он таки был избран президентом. Сегодня, наверное, он- самый известный политик в Южной Осетии.
Однако кампания-2022 для него, скорее всего не будет легкой, несмотря на впечатляющую поддержку Москвы (в его выдвижении принимали участие руководители «Единой России»). Во-первых, потому, что такая поддержка и ранее не всегда гарантировала успех. Можно вспомнить, что Эдуард Кокойты свой первый срок в 2001 году обеспечил совсем не как «креатура Кремля», а Леонид Тибилов, напротив в 2017 году, как действующий глава республики, шел на выборы, позиционируя себя не только как друг Путина, но и его сослуживец по КГБ. Но в итоге проиграл. В 2011 году Москва совсем не благоволила Алле Джиоевой, но именно она стала победительницей выборов, хотя в итоге президентом так и не стала.
Важно понимать одну важную особенность: в Южной Осетии нет конкуренции геополитических проектов. Все кандидаты, даже «испытывая сильную личную неприязнь» друг другу, выступают за расширение контактов с Россией. В итоге фамилия победителя для Москвы критически не важна. Тем паче, что определенные уроки из ситуации 2011 года извлечены.
Во-вторых, в республике есть оппозиция. И она довольно «зубастая», что показывает и парламентская активность, и протесты, которые время от времени по разным поводам возникают. Они связаны с работой правоохранительной и пенитенциарной системы, вопросам разграничения с Грузией, социальной проблематикой. Другой вопрос, это то, что с Бибиловым будут конкурировать слишком много претендентов. Уже сейчас 19 человек заявили о своем желании принять участие в президентской гонке. До финиша ее, возможно, дойдут не все. Но стремление побороться налицо. Алан Гаглоев, Давид Санакоев уже принимали участие в выборах главы республики, имеют опыт ведения кампаний. Из молодых политиков на оппозиционном фланге можно назвать Гарри Мулдарова. В свое время он жестко критиковал Бибилова за подходы к размежеванию с Грузией и даже выступал за импичмент главы Южной Осетии.
Скучно точно не будет. Главное в этой истории сохранить содержательность кампании, говорить о развитии республики, а не превращать ее в разбор компроматов.
Сергей Маркедонов
Свой путь на югоосетинский Олимп он начал в 2011 году, однако тогдашние выборы запомнились громкими скандалами, протестами, спровоцировавшими масштабный по меркам Южной Осетии политический кризис. В итоге имела место повторное голосование, в котором не принимали участие основные фигуранты кампании-2011. Анатолий Бибилов, тем не менее, не оставил надежды на успех. Сначала выиграв парламентские выборы и проработав спикером высшего представительного органа республики, в 2017 году он таки был избран президентом. Сегодня, наверное, он- самый известный политик в Южной Осетии.
Однако кампания-2022 для него, скорее всего не будет легкой, несмотря на впечатляющую поддержку Москвы (в его выдвижении принимали участие руководители «Единой России»). Во-первых, потому, что такая поддержка и ранее не всегда гарантировала успех. Можно вспомнить, что Эдуард Кокойты свой первый срок в 2001 году обеспечил совсем не как «креатура Кремля», а Леонид Тибилов, напротив в 2017 году, как действующий глава республики, шел на выборы, позиционируя себя не только как друг Путина, но и его сослуживец по КГБ. Но в итоге проиграл. В 2011 году Москва совсем не благоволила Алле Джиоевой, но именно она стала победительницей выборов, хотя в итоге президентом так и не стала.
Важно понимать одну важную особенность: в Южной Осетии нет конкуренции геополитических проектов. Все кандидаты, даже «испытывая сильную личную неприязнь» друг другу, выступают за расширение контактов с Россией. В итоге фамилия победителя для Москвы критически не важна. Тем паче, что определенные уроки из ситуации 2011 года извлечены.
Во-вторых, в республике есть оппозиция. И она довольно «зубастая», что показывает и парламентская активность, и протесты, которые время от времени по разным поводам возникают. Они связаны с работой правоохранительной и пенитенциарной системы, вопросам разграничения с Грузией, социальной проблематикой. Другой вопрос, это то, что с Бибиловым будут конкурировать слишком много претендентов. Уже сейчас 19 человек заявили о своем желании принять участие в президентской гонке. До финиша ее, возможно, дойдут не все. Но стремление побороться налицо. Алан Гаглоев, Давид Санакоев уже принимали участие в выборах главы республики, имеют опыт ведения кампаний. Из молодых политиков на оппозиционном фланге можно назвать Гарри Мулдарова. В свое время он жестко критиковал Бибилова за подходы к размежеванию с Грузией и даже выступал за импичмент главы Южной Осетии.
Скучно точно не будет. Главное в этой истории сохранить содержательность кампании, говорить о развитии республики, а не превращать ее в разбор компроматов.
Сергей Маркедонов
В среду Суд ЕС в Люксембурге обнародовал давно ожидаемое и принципиально важное решение. Он полностью отверг иск Польши и Венгрии, которые год назад оспорили законность одобренного Евросоюзом в конце 2020 г. «механизма увязки» выделения средств из общего союзного бюджета с соблюдением принципов верховенства права. Судьи подчеркнули, что отход от демократических принципов имеет не только политическое значение, но касается и бюджетных вопросов. «Надежное управление бюджетом союза и финансовые интересы союза могут подвергнуться серьезному риску в результате нарушений принципов верховенства права, совершенных в странах-членах», – говорится в решении Суда ЕС, которое не подлежит обжалованию.
Польша и Венгрия давно находятся в открытом конфликте с ЕС относительно соблюдения демократических норм. При этом стоящие у власти в Варшаве и Будапеште национал-популисты отказываются признавать нарушения и обвиняют Брюссель в навязывании либеральных ценностей, чуждых для их консервативных католических стран. Выступая 11 февраля с ежегодным посланием, премьер Венгрии Орбан заявил: «Для них [европейской бюрократии] верховенство права является инструментом, с помощью которого они могут лепить нас по своему образу и подобию… Мы не хотим становиться такими, как они».
Подтвержденный вчерашним решением Суда ЕС «механизм увязки» финансовых ассигнований с верховенством права не касается таких конфликтных вопросов, как свобода СМИ, права женщин, ЛГБТ-сообщества и НКО. Он затрагивает лишь те нарушения, которые могут напрямую вести к злоупотреблениям в использовании средств ЕС. И здесь к Варшаве и Будапешту имеются серьезные претензии. В отношении Польши острую критику Брюсселя вызвали реформы, которые поставили судебную систему в зависимость от исполнительной власти, а также решение Конституционного суда страны о примате национального права над европейским. По Венгрии озабоченность Еврокомиссии связана со снижением стандартов работы судебной власти и с тем фактом, что значительная часть денег ЕС, используемых при госзакупках, идет компаниям, связанным с правящей партий Фидес. Показательно, что обе страны отказались участвовать в работе единой Европейской прокуратуры, недавно созданной для борьбы с мошенническим использованием бюджетных средств ЕС.
«Механизм увязки» может затрагивать любую часть бюджета ЕС на 2021-2027 гг., совокупный объем которого составляет €1,8 трлн. Польша и Венгрия – крупные нетто-получатели фондов из общего бюджета ЕС. На 2021-2027 гг. Польше выделено €75 млрд, Венгрии – €22,5 млрд. Эти средства должны пойти на различные программы, в т.ч. связанные с защитой климата, цифровизацией, развитием здравоохранения. Какая доля этих средств может быть заморожена – открытый вопрос; предусматривается, что санкции должны быть «пропорциональными», зависящими от объема фондов, оказавшихся под угрозой.
Будапешт и Варшава немедленно отреагировали на решение Суда ЕС. Министр юстиции Венгрии Юдит Варга подчеркнула, что это явно политическое решение является примером злоупотребления полномочиями со стороны ЕС. Польский замминистра юстиции Себастьян Калета заявил: «Польша должна защищать свою демократию от шантажа, нацеленного на то, чтобы лишить нас права решать за себя». В свою очередь, глава ЕК Урсула фон дер Ляйен отметила: «Комиссия будет защищать бюджет ЕС против нарушений принципов верховенства права. Мы будем действовать решительно». Ясно, что ЕК теперь окажется под сильным давлением со стороны Европарламента и лидеров богатых стран-доноров бюджета ЕС, которые хотят быстрых действий. Однако бюрократические процедуры ЕС так не работают. Сначала ЕК должна будет направить Венгрии и Польше письма с конкретными претензиями, затем, при отсутствии удовлетворительных ответов, представить предложения по замораживанию выплат. Наконец, эти предложения должны быть одобрены квалифицированным большинством стран ЕС. Как ожидается, весь процесс займет не менее полугода.
Александр Ивахник
Польша и Венгрия давно находятся в открытом конфликте с ЕС относительно соблюдения демократических норм. При этом стоящие у власти в Варшаве и Будапеште национал-популисты отказываются признавать нарушения и обвиняют Брюссель в навязывании либеральных ценностей, чуждых для их консервативных католических стран. Выступая 11 февраля с ежегодным посланием, премьер Венгрии Орбан заявил: «Для них [европейской бюрократии] верховенство права является инструментом, с помощью которого они могут лепить нас по своему образу и подобию… Мы не хотим становиться такими, как они».
Подтвержденный вчерашним решением Суда ЕС «механизм увязки» финансовых ассигнований с верховенством права не касается таких конфликтных вопросов, как свобода СМИ, права женщин, ЛГБТ-сообщества и НКО. Он затрагивает лишь те нарушения, которые могут напрямую вести к злоупотреблениям в использовании средств ЕС. И здесь к Варшаве и Будапешту имеются серьезные претензии. В отношении Польши острую критику Брюсселя вызвали реформы, которые поставили судебную систему в зависимость от исполнительной власти, а также решение Конституционного суда страны о примате национального права над европейским. По Венгрии озабоченность Еврокомиссии связана со снижением стандартов работы судебной власти и с тем фактом, что значительная часть денег ЕС, используемых при госзакупках, идет компаниям, связанным с правящей партий Фидес. Показательно, что обе страны отказались участвовать в работе единой Европейской прокуратуры, недавно созданной для борьбы с мошенническим использованием бюджетных средств ЕС.
«Механизм увязки» может затрагивать любую часть бюджета ЕС на 2021-2027 гг., совокупный объем которого составляет €1,8 трлн. Польша и Венгрия – крупные нетто-получатели фондов из общего бюджета ЕС. На 2021-2027 гг. Польше выделено €75 млрд, Венгрии – €22,5 млрд. Эти средства должны пойти на различные программы, в т.ч. связанные с защитой климата, цифровизацией, развитием здравоохранения. Какая доля этих средств может быть заморожена – открытый вопрос; предусматривается, что санкции должны быть «пропорциональными», зависящими от объема фондов, оказавшихся под угрозой.
Будапешт и Варшава немедленно отреагировали на решение Суда ЕС. Министр юстиции Венгрии Юдит Варга подчеркнула, что это явно политическое решение является примером злоупотребления полномочиями со стороны ЕС. Польский замминистра юстиции Себастьян Калета заявил: «Польша должна защищать свою демократию от шантажа, нацеленного на то, чтобы лишить нас права решать за себя». В свою очередь, глава ЕК Урсула фон дер Ляйен отметила: «Комиссия будет защищать бюджет ЕС против нарушений принципов верховенства права. Мы будем действовать решительно». Ясно, что ЕК теперь окажется под сильным давлением со стороны Европарламента и лидеров богатых стран-доноров бюджета ЕС, которые хотят быстрых действий. Однако бюрократические процедуры ЕС так не работают. Сначала ЕК должна будет направить Венгрии и Польше письма с конкретными претензиями, затем, при отсутствии удовлетворительных ответов, представить предложения по замораживанию выплат. Наконец, эти предложения должны быть одобрены квалифицированным большинством стран ЕС. Как ожидается, весь процесс займет не менее полугода.
Александр Ивахник
В феврале 2022 года Азербайджан и Турция сделали еще один шаг на пути укрепления стратегического союзничества. Парламенты этих двух стран (соответственно Милли меджлис и Великое национальное собрание) практически синхронно проголосовали за ратификацию Шушинской декларации. Напомню, что этот документ был подписан 15 июня 2021 года. И хотя этот документ не принес каких-то радикальных новшеств в отношения Анкары и Баку, он поставил их кооперацию на новую ступень. Не обошлось и без символизма. Документ был подписан в бывшей столице Карабахского ханства, в городе внутри Карабаха, который для азербайджанцев был долгое время символом изгнания, а для армян- символом победы и связки между непризнанной республикой и Арменией.
В свое время и в Анкаре, и в Баку Декларацию называли «историческим событием». Но в сегодняшних условиях Азербайджан и Турция ведут активную совместную политику в Закавказье. Баку вовлечено в процесс демаркации и делимитации границы с Арменией. Сегодня эта работа ведется с позиций сильного. Свои дипломатические аргументы азербайджанские власти подкрепляют тезисами об укреплении армии.
Турция готовится ко второму раунду переговоров спецпредставителей по нормализации отношений между ней и Арменией. Он должен пройти в Вене 24 февраля. Важным предусловием турецкой стороны является прогресс в деле подготовки Баку и Еревана к подписанию мирного соглашения. На фоне ратификации Шушинской декларации у представителя Анкары Сердара Кылыча будет определенное психологическое и эмоциональное преимущество. Впрочем, ждать быстрых прорывов на этом дипломатическом треке преждевременно.
Однако, принимая во внимание непростую внутреннюю политическую и социально-экономическую ситуацию в Турции, падение рейтингов президента Эрдогана, активное продвижение позиций Анкары на Кавказе будет, вне всякого сомнения, использовано и для домашней аудитории.
Сергей Маркедонов
В свое время и в Анкаре, и в Баку Декларацию называли «историческим событием». Но в сегодняшних условиях Азербайджан и Турция ведут активную совместную политику в Закавказье. Баку вовлечено в процесс демаркации и делимитации границы с Арменией. Сегодня эта работа ведется с позиций сильного. Свои дипломатические аргументы азербайджанские власти подкрепляют тезисами об укреплении армии.
Турция готовится ко второму раунду переговоров спецпредставителей по нормализации отношений между ней и Арменией. Он должен пройти в Вене 24 февраля. Важным предусловием турецкой стороны является прогресс в деле подготовки Баку и Еревана к подписанию мирного соглашения. На фоне ратификации Шушинской декларации у представителя Анкары Сердара Кылыча будет определенное психологическое и эмоциональное преимущество. Впрочем, ждать быстрых прорывов на этом дипломатическом треке преждевременно.
Однако, принимая во внимание непростую внутреннюю политическую и социально-экономическую ситуацию в Турции, падение рейтингов президента Эрдогана, активное продвижение позиций Анкары на Кавказе будет, вне всякого сомнения, использовано и для домашней аудитории.
Сергей Маркедонов
С венских переговоров по реанимации иранской ядерной сделки – Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) – поступает противоречивая информация. В четверг вечером на сайте агентства Reuters появился эксклюзивный материал о том, что делегации Ирана и США при посредничестве переговорщиков от европейских держав (Франции, Британии и Германии), России и Китая согласовали часть проекта соглашения, нацеленного на возвращение США и Ирана к условиям СВПД, заключенного в 2015 году. По данным Reuters, в этой части излагаются взаимные шаги Ирана и США на первой фазе реализации будущего соглашения. Иран якобы должен будет ограничить обогащение урана уровнем в 5% (в последнее время этот уровень составлял 60%, что уже недалеко до 90%-го уровня, необходимого для производства ядерного оружия; СВПД предусматривал максимальный уровень обогащения в 3,67%). США, со своей стороны, должны будут разморозить около $7 млрд иранских денег, которые заблокированы в банках Южной Кореи после выхода Трампа из СВПД в 2018 году. Кроме того, на первой фазе Тегеран должен освободить из тюрем заключенных иранцев, имеющих гражданство США, на чем настаивал главный американский переговорщик Роберт Малли.
После выполнения этих мер, по информации Reuters, начнется основная фаза возвращения к СВПД, в ходе которой США предоставят Тегерану доступ к еще более $90 млрд, замороженных в зарубежных банках, и снимут запрет на экспорт иранской нефти. Однако нефтяные санкции не будут полностью отменены – как предусматривает СВПД, они будут исключаться из общего режима санкций каждые 3-4 месяца. Общая продолжительность двух фаз реализации будущего соглашения пока не согласована. Западные дипломаты оценивали время от заключения соглашения до полного возвращения к условиям СВПД от одного до трех месяцев.
Однако через несколько часов после публикации Reuters на иранском сайте Nour News, близком к Верховному совету национальной обороны, появилось опровержение, согласно которому эта публикация представляет ложную картину того, что происходит в Вене. Ее цель – доказать, что западные участники переговоров добились больших уступок от иранской стороны. Чуть позже представитель МИД Ирана Саид Хатибзаде прокомментировал статью в Reuters словами: «Дезинформация, замаскированная под журналистский материал, опасна».
И все-таки появляется все больше данных о том, что выработка проекта итогового соглашения на переговорах в Вене близится к завершению. В среду представитель Госдепа Нед Прайс заявил, что ближайшие дни должны определить, будет ли восстановлен СВПД. «Наша оценка состоит в том, что мы находимся в самой финальной стадии сложных переговоров», – отметил он. В тот же день глава МИД Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил в Сенате: «Мы приближаемся к моменту истины. Это уже вопрос не недель, а дней. Нам нужны политические решения со стороны иранцев. У них очень ясный выбор: или развязать серьезный кризис в ближайшее время, или принять соглашение, которое уважает интересы всех сторон, и особенно Ирана». Ле Дриан добавил, что не только западные державы, включая США, но также Россия и Китай достигли договоренности по проекту соглашения. Это замечание было явно рассчитано на оказание дополнительного давления на Тегеран. Ранее стало известно, что Макрон и Си Цзиньпин договорились нарастить совместные усилия по достижению соглашения с Тегераном и подтвердили, что Иран должен полностью выполнять свои ядерные обязательства.
Реагируя на эти новости, глава иранской делегации в Вене Али Багери в Twitter призвал западные державы «проявлять реализм и избегать непримиримости». Но и он отметил: «После недель интенсивных переговоров мы ближе, чем когда-либо, к соглашению». Так что до конца февраля действительно следует ждать развязки.
Александр Ивахник
После выполнения этих мер, по информации Reuters, начнется основная фаза возвращения к СВПД, в ходе которой США предоставят Тегерану доступ к еще более $90 млрд, замороженных в зарубежных банках, и снимут запрет на экспорт иранской нефти. Однако нефтяные санкции не будут полностью отменены – как предусматривает СВПД, они будут исключаться из общего режима санкций каждые 3-4 месяца. Общая продолжительность двух фаз реализации будущего соглашения пока не согласована. Западные дипломаты оценивали время от заключения соглашения до полного возвращения к условиям СВПД от одного до трех месяцев.
Однако через несколько часов после публикации Reuters на иранском сайте Nour News, близком к Верховному совету национальной обороны, появилось опровержение, согласно которому эта публикация представляет ложную картину того, что происходит в Вене. Ее цель – доказать, что западные участники переговоров добились больших уступок от иранской стороны. Чуть позже представитель МИД Ирана Саид Хатибзаде прокомментировал статью в Reuters словами: «Дезинформация, замаскированная под журналистский материал, опасна».
И все-таки появляется все больше данных о том, что выработка проекта итогового соглашения на переговорах в Вене близится к завершению. В среду представитель Госдепа Нед Прайс заявил, что ближайшие дни должны определить, будет ли восстановлен СВПД. «Наша оценка состоит в том, что мы находимся в самой финальной стадии сложных переговоров», – отметил он. В тот же день глава МИД Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил в Сенате: «Мы приближаемся к моменту истины. Это уже вопрос не недель, а дней. Нам нужны политические решения со стороны иранцев. У них очень ясный выбор: или развязать серьезный кризис в ближайшее время, или принять соглашение, которое уважает интересы всех сторон, и особенно Ирана». Ле Дриан добавил, что не только западные державы, включая США, но также Россия и Китай достигли договоренности по проекту соглашения. Это замечание было явно рассчитано на оказание дополнительного давления на Тегеран. Ранее стало известно, что Макрон и Си Цзиньпин договорились нарастить совместные усилия по достижению соглашения с Тегераном и подтвердили, что Иран должен полностью выполнять свои ядерные обязательства.
Реагируя на эти новости, глава иранской делегации в Вене Али Багери в Twitter призвал западные державы «проявлять реализм и избегать непримиримости». Но и он отметил: «После недель интенсивных переговоров мы ближе, чем когда-либо, к соглашению». Так что до конца февраля действительно следует ждать развязки.
Александр Ивахник
В минувшие выходные канадским властям наконец удалось освободить столицу страны от дальнобойщиков, перегородивших центр Оттавы своими фурами в знак протеста против антиковидных мер, а потом и в целом против политики либерального правительства Джастина Трюдо. Когда неделю назад полиция, используя судебный ордер, сумела разблокировать мост «Амбассадор», соединяющий канадский Виндзор и американский Детройт и являющийся главной деловой артерией между Канадой и США, а также еще ряд трансграничных шоссе, ожидалось, что «Караван свободы», прибывший в Оттаву еще в конце января, быстро покинет город. Однако демонстранты в столице, координируемые крайне правыми активистами антиглобалистского толка и хорошо финансируемые за счет фандрайзинга, не собирались сдаваться.
В Оттаве по-прежнему оставались около 400 грузовиков, которые заблокировали центральные улицы вокруг Парламентского холма и, по существу, парализовали нормальную жизнь миллионного города. Несмотря на холодную погоду дальнобойщики и их многочисленные сторонники из разных частей страны довольно комфортно обустроились в нескольких разбитых лагерях, регулярно получали топливо, еду и другие припасы, готовили на улицах барбекю, ночевали в работающих фурах. Всё это вызывало растущее недовольство местных жителей, которых особенно раздражали частые автомобильные гудки и регулярно устраиваемые в позднее время танцы под громкую музыку, а также закрытие из-за неспокойной обстановки части небольших магазинов. При этом городская полиция произвела несколько арестов и выписала сотни штрафов за нарушение порядка, но не шла на принятие решительных мер, зная о присутствии среди протестантов ультраправых активистов и опасаясь насильственных столкновений.
14 февраля премьер Трюдо на фоне зреющего общественного недовольства бессилием властей пошел на беспрецедентный шаг. Он ввел в действие принятый в 1988 году и ни разу не применявшийся Закон о чрезвычайных ситуациях, который наделяет федеральное правительство дополнительными полномочиями во время национального кризиса. Этот закон расширяет свободу действий полиции, позволяет властям запрещать собрания людей в определенных местах, эвакуировать автомобили, приостанавливать автомобильную страховку и замораживать банковские счета. 15 февраля ушел в отставку глава городской полиции Оттавы под напором критики со стороны местных жителей, обвинявших его в нерешительности. На следующий день новый начальник полиции заявил, что силы правопорядка вернут контроль над центром города «в ближайшие дни». Было объявлено, что демонстрантов, продолжающих блокировать улицы, ждет арест. В Оттаву были подтянуты силы полиции провинции Онтарио и федеральной полиции.
Демонстранты продолжали игнорировать поступавшие официальные предупреждения, не сразу поняв, что ситуация меняется не в их пользу. Однако уже в четверг были произведены аресты нескольких лидеров протеста, а утром в пятницу началась массированная полицейская операция с участием конной полиции и нескольких броневиков. Многие сотни полицейских, оттесняя протестантов, стали постепенно продвигаться к Парламентскому холму (заседания обеих палат парламента в этот день были отменены). Некоторые демонстранты вступали в стычки с полицейскими и выкрикивали оскорбления. К вечеру около 100 человек было арестовано. 21 грузовик был эвакуирован, другие стали самостоятельно покидать центр города. В субботу противостояние продолжилось, приняв более ожесточенный характер. Полиция использовала слезоточивый газ и светошумовые гранаты. Было произведено еще около сотни арестов, десятки фур были эвакуированы. К утру воскресенья центр Оттавы был зачищен от протестующих. Однако остается вопрос: что это было? Невиданный по масштабам, но ситуативный протест узкой профессиональной группы при поддержке идеологически заряженных активистов или более глубокое низовое движение, которое продолжит проявлять себя в тех или иных формах?
Александр Ивахник
В Оттаве по-прежнему оставались около 400 грузовиков, которые заблокировали центральные улицы вокруг Парламентского холма и, по существу, парализовали нормальную жизнь миллионного города. Несмотря на холодную погоду дальнобойщики и их многочисленные сторонники из разных частей страны довольно комфортно обустроились в нескольких разбитых лагерях, регулярно получали топливо, еду и другие припасы, готовили на улицах барбекю, ночевали в работающих фурах. Всё это вызывало растущее недовольство местных жителей, которых особенно раздражали частые автомобильные гудки и регулярно устраиваемые в позднее время танцы под громкую музыку, а также закрытие из-за неспокойной обстановки части небольших магазинов. При этом городская полиция произвела несколько арестов и выписала сотни штрафов за нарушение порядка, но не шла на принятие решительных мер, зная о присутствии среди протестантов ультраправых активистов и опасаясь насильственных столкновений.
14 февраля премьер Трюдо на фоне зреющего общественного недовольства бессилием властей пошел на беспрецедентный шаг. Он ввел в действие принятый в 1988 году и ни разу не применявшийся Закон о чрезвычайных ситуациях, который наделяет федеральное правительство дополнительными полномочиями во время национального кризиса. Этот закон расширяет свободу действий полиции, позволяет властям запрещать собрания людей в определенных местах, эвакуировать автомобили, приостанавливать автомобильную страховку и замораживать банковские счета. 15 февраля ушел в отставку глава городской полиции Оттавы под напором критики со стороны местных жителей, обвинявших его в нерешительности. На следующий день новый начальник полиции заявил, что силы правопорядка вернут контроль над центром города «в ближайшие дни». Было объявлено, что демонстрантов, продолжающих блокировать улицы, ждет арест. В Оттаву были подтянуты силы полиции провинции Онтарио и федеральной полиции.
Демонстранты продолжали игнорировать поступавшие официальные предупреждения, не сразу поняв, что ситуация меняется не в их пользу. Однако уже в четверг были произведены аресты нескольких лидеров протеста, а утром в пятницу началась массированная полицейская операция с участием конной полиции и нескольких броневиков. Многие сотни полицейских, оттесняя протестантов, стали постепенно продвигаться к Парламентскому холму (заседания обеих палат парламента в этот день были отменены). Некоторые демонстранты вступали в стычки с полицейскими и выкрикивали оскорбления. К вечеру около 100 человек было арестовано. 21 грузовик был эвакуирован, другие стали самостоятельно покидать центр города. В субботу противостояние продолжилось, приняв более ожесточенный характер. Полиция использовала слезоточивый газ и светошумовые гранаты. Было произведено еще около сотни арестов, десятки фур были эвакуированы. К утру воскресенья центр Оттавы был зачищен от протестующих. Однако остается вопрос: что это было? Невиданный по масштабам, но ситуативный протест узкой профессиональной группы при поддержке идеологически заряженных активистов или более глубокое низовое движение, которое продолжит проявлять себя в тех или иных формах?
Александр Ивахник
Западная аудитория удивлена спешкой российской власти в вопросах Украины и НАТО. Почему именно сейчас и почему идет такое завышение ставок. Что изменилось на Донбассе по сравнению с предыдущими годами – на самом деле, ничего. Да и Бухарестский саммит был в 2008 году, а Россия именно сейчас требует отмены его решения о возможности приема Грузии и Украины.
Есть два вызова. Первый – внешний. Украина не развалилась. Заката Запада не происходит. Более того, западные элиты демонстрируют способность локализовать проблему правого популизма. Трамп не избран на второй срок, «Альтернатива для Германии» стагнирует, брэкситерскую повестку перехватили консерваторы, во Франции по опросам Макрон выигрывает во втором туре у Ле Пен и, тем более, у Земмура (если его зарегистрируют), в Италии правопопулистская субкультура расколота. Немалое влияние в локализации правого популизма оказало антиваксерство, которое способствовало размежеванию на радикалов и более умеренных. В любом случае, Запад становится более дееспособным, чем раньше, когда всерьез обсуждался вопрос о возможности распада НАТО на втором сроке Трампа. Другое дело, что, видимо, возможности нынешней консолидации Запада были недооценены, когда Россия выдвигала в декабре свои требования – но существовало понимание, что дальше будет еще хуже.
Второй вызов – внутренний. В России меняются поколения, и для миллениалов (и, тем более, зумеров) тема Украины и в целом истории является глубоко периферийной. Если большинство людей старшего возраста в России возмущает проспект Бандеры в Киеве, то более молодые настроены скорее индифферентно, часто не совсем представляя, о ком идет речь. Поэтому мораторий на расширение НАТО на 10-15 лет российскую сторону не устраивает. Ведь старшим миллиниалам уже по 40, и через 10-15 лет именно миллениалы и зумеры будут составлять большинство населения страны. Когда-то поколение бумеров согласилось на сближение с Западом – и сейчас многие его представители считают это трагической ошибкой (отсюда и постоянные обсуждения темы обмана тридцатилетней давности, которое началось в Интернете значительно раньше, чем вышло на официальный уровень). Теперь они не хотят, чтобы его судьбу повторили следующие, особенно в условиях, когда прогнозы, связанные с демографией и производительностью труда, не сулят ничего хорошего.
Алексей Макаркин
Есть два вызова. Первый – внешний. Украина не развалилась. Заката Запада не происходит. Более того, западные элиты демонстрируют способность локализовать проблему правого популизма. Трамп не избран на второй срок, «Альтернатива для Германии» стагнирует, брэкситерскую повестку перехватили консерваторы, во Франции по опросам Макрон выигрывает во втором туре у Ле Пен и, тем более, у Земмура (если его зарегистрируют), в Италии правопопулистская субкультура расколота. Немалое влияние в локализации правого популизма оказало антиваксерство, которое способствовало размежеванию на радикалов и более умеренных. В любом случае, Запад становится более дееспособным, чем раньше, когда всерьез обсуждался вопрос о возможности распада НАТО на втором сроке Трампа. Другое дело, что, видимо, возможности нынешней консолидации Запада были недооценены, когда Россия выдвигала в декабре свои требования – но существовало понимание, что дальше будет еще хуже.
Второй вызов – внутренний. В России меняются поколения, и для миллениалов (и, тем более, зумеров) тема Украины и в целом истории является глубоко периферийной. Если большинство людей старшего возраста в России возмущает проспект Бандеры в Киеве, то более молодые настроены скорее индифферентно, часто не совсем представляя, о ком идет речь. Поэтому мораторий на расширение НАТО на 10-15 лет российскую сторону не устраивает. Ведь старшим миллиниалам уже по 40, и через 10-15 лет именно миллениалы и зумеры будут составлять большинство населения страны. Когда-то поколение бумеров согласилось на сближение с Западом – и сейчас многие его представители считают это трагической ошибкой (отсюда и постоянные обсуждения темы обмана тридцатилетней давности, которое началось в Интернете значительно раньше, чем вышло на официальный уровень). Теперь они не хотят, чтобы его судьбу повторили следующие, особенно в условиях, когда прогнозы, связанные с демографией и производительностью труда, не сулят ничего хорошего.
Алексей Макаркин
1. На сегодняшний момент имеет место minor incursion, а не invasion, если пользоваться терминологией Байдена. Потому и санкции будут соответствующими. США рассчитывают на локализации в рамках ДНР-ЛНР, что означает признание Россией де-юре положения дел, существующего с 2014 года.
2. Конец долгого прощания с Европой, продолжавшегося полтора десятилетия. После провала берлинских переговоров политсоветников для Путина окончательно исчезли как значимые факторы Германия и Франция, которые не стали давить на Украину с целью реализации Минских соглашений в изначальной (устраивающей Россию) последовательности. Этот процесс был очевиден еще в ноябре, когда Россия обнародовала дипломатическую переписку по «нормандскому формату». С ними можно поддерживать отношения, но больших ставок не будет.
3. Признание ДНР-ЛНР не производит впечатления элемента четкого поэтапного плана, реализуемого с прошлого года. Скорее, давно рассматриваемый запасной вариант, актуализированный после того, как первоначальный не был реализован из-за более высокой, чем ожидалось, степени консолидации Запада. Минские соглашения на этом завершены, так как слабые надежды на их реализацию окончательно исчезли после берлинских переговоров. В Украине среди парламентских партий (кроме, разумеется, ОПЗЖ) есть негативный консенсус по их поводу.
4. Обращение Путина к истории создания и распада СССР - сигнал не только Украине, но и другим постсоветским странам, которых Сталин не догадался навсегда закрепить в составе страны (исторической России), а Горбачев фактически выпустил на волю. Отзвук быстрого сворачивания операции ОДКБ в Казахстане в прошлом месяце.
5. В России нет политбюро, если понимать под ним коллективное руководство. Страна моноцентрична, что вполне соответствует исторической традиции. Иное было исключением в переходные периоды, после чего система снова возвращалась в привычное состояние.
Алексей Макаркин
2. Конец долгого прощания с Европой, продолжавшегося полтора десятилетия. После провала берлинских переговоров политсоветников для Путина окончательно исчезли как значимые факторы Германия и Франция, которые не стали давить на Украину с целью реализации Минских соглашений в изначальной (устраивающей Россию) последовательности. Этот процесс был очевиден еще в ноябре, когда Россия обнародовала дипломатическую переписку по «нормандскому формату». С ними можно поддерживать отношения, но больших ставок не будет.
3. Признание ДНР-ЛНР не производит впечатления элемента четкого поэтапного плана, реализуемого с прошлого года. Скорее, давно рассматриваемый запасной вариант, актуализированный после того, как первоначальный не был реализован из-за более высокой, чем ожидалось, степени консолидации Запада. Минские соглашения на этом завершены, так как слабые надежды на их реализацию окончательно исчезли после берлинских переговоров. В Украине среди парламентских партий (кроме, разумеется, ОПЗЖ) есть негативный консенсус по их поводу.
4. Обращение Путина к истории создания и распада СССР - сигнал не только Украине, но и другим постсоветским странам, которых Сталин не догадался навсегда закрепить в составе страны (исторической России), а Горбачев фактически выпустил на волю. Отзвук быстрого сворачивания операции ОДКБ в Казахстане в прошлом месяце.
5. В России нет политбюро, если понимать под ним коллективное руководство. Страна моноцентрична, что вполне соответствует исторической традиции. Иное было исключением в переходные периоды, после чего система снова возвращалась в привычное состояние.
Алексей Макаркин
Стремление Европы предстать единой в связи с решением Кремля эскалировать военно-политический кризис вокруг Украины не помешало ЕС и Британии вновь вынести на поверхность свои противоречия по вопросам взаимного сосуществования после брексита. В понедельник состоялось очередное заседание Совместного комитета по выполнению Соглашения о выходе Великобритании из ЕС, на котором в основном обсуждался ход давно идущих в рабочих группах переговоров по реализации североирландского протокола. Этот протокол с целью сохранения открытости сухопутной границы между Северной Ирландией и Республикой Ирландия предусматривает таможенные проверки британских товаров в ольстерских портах. Лондон настойчиво требует пересмотра условий протокола, чтобы убрать большинство таможенных барьеров. Брюссель готов идти на определенные уступки, но не на пересмотр сути протокола.
После заседания Совместного комитета его председатели – министр иностранных дел Британии Лиз Трасс и вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович – выпустили весьма обтекаемое общее заявление, в котором говорится о «постоянной готовности обеих сторон заниматься нерешенными вопросами в контексте протокола и находить долгосрочные решения на благо граждан, бизнеса и стабильности в Северной Ирландии». Однако на пресс-конференции Шефчович не стал приукрашивать реальность, признав, что заседание не принесло «ни прорыва, ни провала». Он отметил лишь два реальных достижения переговоров за последнее время: договоренность о свободном допуске в Северную Ирландию лицензированных британских лекарств и тот факт, что инспекторы ЕС наконец получили доступ к электронным базам данных таможни в ольстерских портах.
Разногласия по главному вопросу – относительно объема требований к санитарным и фитосанитарным проверкам продовольственных товаров, идущих из Великобритании, – сохраняются. Брюссель настаивает на том, чтобы Лондон применял к этим товарам стандарты, принятые в ЕС. Британия продолжает обвинять Еврокомиссию в зацикленности на крайне маловероятных гипотетических сценариях, согласно которым контрабандные товары из Британии через Ольстер могут попадать на единый рынок ЕС. Кроме того, Лондон упорно добивается выведения североирландского протокола из-под юрисдикции Суда ЕС, а Брюссель подчеркивает, что это требование противоречит Соглашению о выходе Великобритании из ЕС.
Правда, как ожидается, в ближайшие месяцы переговоры будут продолжаться в более тихом режиме, поскольку обе стороны хотят избежать роста напряженности в преддверии выборов в Ассамблею Северной Ирландии, которые должны пройти 5 мая. На этих выборах Демократическая юнионистская партия (ДЮП) – крупнейшая пробританская партия Ольстера – будет выдвигать в центр своей кампании вопрос об отмене североирландского протокола. В начале февраля представитель ДЮП демонстративно ушел с поста первого министра правительства Ольстера, по существу, обрушив нормальное функционирование исполнительной власти в регионе. Кроме того, Лиз Трасс, которая получила полномочия по переговорам с ЕС лишь в конце 2021 года и поначалу выказывала напористый подход, сейчас не хочет акцентировать разногласия. После крайне неудачного визита в Москву глава Форин-офис подчеркивает важность укрепления отношений с ЕС, чтобы совместно давать отпор России. Она прямо заявила о такой необходимости накануне переговоров с Шефчовичем.
Александр Ивахник
После заседания Совместного комитета его председатели – министр иностранных дел Британии Лиз Трасс и вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович – выпустили весьма обтекаемое общее заявление, в котором говорится о «постоянной готовности обеих сторон заниматься нерешенными вопросами в контексте протокола и находить долгосрочные решения на благо граждан, бизнеса и стабильности в Северной Ирландии». Однако на пресс-конференции Шефчович не стал приукрашивать реальность, признав, что заседание не принесло «ни прорыва, ни провала». Он отметил лишь два реальных достижения переговоров за последнее время: договоренность о свободном допуске в Северную Ирландию лицензированных британских лекарств и тот факт, что инспекторы ЕС наконец получили доступ к электронным базам данных таможни в ольстерских портах.
Разногласия по главному вопросу – относительно объема требований к санитарным и фитосанитарным проверкам продовольственных товаров, идущих из Великобритании, – сохраняются. Брюссель настаивает на том, чтобы Лондон применял к этим товарам стандарты, принятые в ЕС. Британия продолжает обвинять Еврокомиссию в зацикленности на крайне маловероятных гипотетических сценариях, согласно которым контрабандные товары из Британии через Ольстер могут попадать на единый рынок ЕС. Кроме того, Лондон упорно добивается выведения североирландского протокола из-под юрисдикции Суда ЕС, а Брюссель подчеркивает, что это требование противоречит Соглашению о выходе Великобритании из ЕС.
Правда, как ожидается, в ближайшие месяцы переговоры будут продолжаться в более тихом режиме, поскольку обе стороны хотят избежать роста напряженности в преддверии выборов в Ассамблею Северной Ирландии, которые должны пройти 5 мая. На этих выборах Демократическая юнионистская партия (ДЮП) – крупнейшая пробританская партия Ольстера – будет выдвигать в центр своей кампании вопрос об отмене североирландского протокола. В начале февраля представитель ДЮП демонстративно ушел с поста первого министра правительства Ольстера, по существу, обрушив нормальное функционирование исполнительной власти в регионе. Кроме того, Лиз Трасс, которая получила полномочия по переговорам с ЕС лишь в конце 2021 года и поначалу выказывала напористый подход, сейчас не хочет акцентировать разногласия. После крайне неудачного визита в Москву глава Форин-офис подчеркивает важность укрепления отношений с ЕС, чтобы совместно давать отпор России. Она прямо заявила о такой необходимости накануне переговоров с Шефчовичем.
Александр Ивахник