​Александра Шалашова
«Камни поют»

Я не умею читать так, будто до этого ничего не было. Знакомясь с новым романом автора, помню о контексте предыдущих. И в случае с «Камнями…» так было. При повторении некоторых тем (одиночество детства, лидерство в подростковой компании, попытка построить другой, справедливый, мир) роман этот значительно крепче «Салютов на той стороне». Если первая книга автора вам показалась сырой, попробуйте пожевать «Камни…»

События развиваются в трёх временах, но в центре всегда один герой - Лёшка, Алексей. По сути, это его исповедь, история болезни и протокол допроса (хотя никто и не допрашивает). О детстве и юности герой рассказывает жене и дочери. Чтобы что-то объяснить им (или себе) про себя, проговорить свою жизнь до того, как настигнет забвение. Главным в Лёшиной жизни был лагерь у маяка и Лис.

В шесть лет мальчик остался без родителей, а после нескольких лет в детдомах встретил молодого инструктора по туризму из Дома пионеров. Лис, не по уставу, длинноволосый идеалист. Он живёт утопической идеей - создать лагерь, который был бы свободен от государства. Общину, в которой парни жили бы по законам братской любви: миром решали бы все конфликты, поддерживали друг друга и никому не вредили. В одной из первых сцен романа Лис намекает на то, что он если и не Иисус, то Иэн Гиллан в роли Иисуса. Суперзвезда. Да, ему важно быть суперзвездой в глазах подростков, он и сам по сути ребёнок, жаждущий любви.

Конечно, себя Лис мнит бунтарём и основателем нового мира, но по факту… Рваные джинсы, длинные волосы, гитара и горстка растерянных подростков, которым легко демонстрировать свою значимость. Убеждая мальчишек в необходимости держаться подальше от государства (в его роли здесь - так и не распавшийся СССР), Лис создаёт, может, и не секту, но культ личности. Домашние мальчики относятся к лагерю просто, это всего лишь отдых на природе с товарищами. Но детдомовские привязываются именно к Лису. Особенно Лёшка, ведь лидер несколько раз зовёт его первым учеником, своим заместителем.

А Лис и сам потерян. Ничего не добился, ни к чему не пришёл. Он может общаться только с подростками, среди которых он главный уже по факту возраста. Лис становится для Лёши Учителем, путеводной звездой и моральным ориентиром. Тем, чьей похвалы он ждёт и в свои зрелые годы, тем, кого боится разочаровать и в двадцать, и в сорок лет.

Трагедия, случившаяся в юности, и по сути предательство не помогают Лёше увидеть в Лисе настоящего человека, отделить наконец от него свои мечты о надёжном взрослом и повзрослеть самому. Выбраться из капкана зависимости способен помочь Читатель, инструмент нейрокоррекции (как в «Вечном сиянии чистого разума», только по решению суда, а не добровольно), но может ли человек забыть о том, кем уже практически стал сам?

Иногда при чтении мне казалось, что роман «Камни поют» похож на Крапивинскую историю под редакцией Стругацких. Добавим чуток Питера Пена, щепотку псевдохристианских культов и крепкий авторский голос и получим болезненную историю о необходимости и невозможности повзрослеть.

#читаеткуплевацкая
@alpinaproza

С утра бегаю из комнаты в комнату в режиме «электровеник», пора сделать перерыв.
Через несколько часов у меня самолёт в Москву, планирую я там пробыть до 11 февраля. Стало быть, надо в срочном порядке сдать все рабочие обзоры, интервью и прочее.

Чего я, собственно, опять лечу в столицу (по статистике, кстати, раз в 2 месяца там бываю)?
Решила принять участие в опен-колле «Действующие лица. Благотворительность в современной литературе» от Школы литературных практик и прошла отбор в резиденцию в Переделкине.
Неделю буду учиться, общаться и работать над собственным текстом. Программа резиденции впечатляет - 6 академических часов каждый день.
Вопрос:надо ли как-то рассказывать о том, что будет в резиденции?
👍 - да
😡 - нет

Старт программы в воскресенье, 4 февраля, и на некоторые мероприятия открытия могут прийти все желающие, надо только только зарегистрироваться.
В общем, меня можно поздравлять с началом командировочного года. И, если есть желание, интерес и возможность, приходите 4 февраля.

Для этих выходных у меня был такой хороший книжно-киношный план:
Посмотреть 2 первые серии нового сезона «Настоящего детектива»
Посмотреть «Сестринство бани по-чёрному», полнометражный эстонский документальный фильм, который похвалили все, кому я доверяю)
Прочесть сборник «Юркие люди» Анны Лужбиной
Начать читать «Течения» Даши Благовой

Часть из этого плана я даже выполню, но что-то обязательно стихийно ворвётся в списки.
А у вас как? Составляете списки на почитать/посмотреть? На что ориентируетесь при этом?

Мы тут с разными приятными людьми собрали свои блоги в папку:10×10. Десять книжных, десять киношных каналов почти на любой вкус. Если интересно, загляните (нет, автоматически ничего не добавится, только по вашему желанию)

https://t.iss.one/addlist/VTwLNRG3Jg9hNWUy

​Лаборатория «Действующие лица» началась с дискуссии о том, как представлены НКО в массовой культуре, в частности, в литературе?
Один из вопросов: как писать о благотворительности так, чтобы она, скажем так, масштабировалась? Чтобы люди, пока ещё далёкие от благотворительности, решили, что тоже могли бы в ней как-то поучаствовать?

Экспертности у меня маловато, но если бы спросили, я бы ответила, что важна оптика. Люди, далёкие от НКО, часто думают, что это не для них, что это дело для кого-то более доброго, более светлого, более «ресурсного» и/или кого-то из уязвимой группы. Этот барьер пытаются преодолеть с помощью кампаний, слоган которых часто звучит, как «касается каждого», «каждый может помочь».
Но «каждый» это никогда не я. «Общее дело» никогда не МОЁ дело. Поэтому мне кажется важным писать тексты с оптикой актора, личностью актора, его страхами и радостями. С кем я как читатель, как человек, пока не участвующий ни в какой благотворительности, могу солидаризироваться, кто может стать моей ролевой моделью.

И для меня важна легитимация действия, важен акцент на том, что не обязательно пережить трагедию, чтобы помогать другим с ней справляться. Не обзятально сталкиваться с болезнью, чтобы сопровождать болеющих на пути к выздорвлению или адаптации.
Представитель титульной нации может помогать мигрантам с интеграцией, а
белый цисгендерный мужчина имеет право помогать женщинам, столкнувшимся с домашним насилием.

Подумаю об этом перед сном, завтра начинается основная программа резиденции.
В комментариях - Переделкинские фото.

​Первый рабочий день лаборатории «Действующие лица» подошёл к концу. Говорили о том, как благотворительность отражена в современных текстах? Какими могут быть цели такого текста (не только художественного, но и pr, например)?
Во второй половине дня работали с темами будущих произведений, с "логлайнами".

Подробности «кухни» не буду описывать, но накидаю неполный список текстов, которые сегодня упоминали. В них либо обозначена социальная проблема, либо есть герои, уже как-то с этой проблемой работающие:
- Анна Клепикова «Наверно я дурак:антропологический роман»
- Рут Беркс «Все мои ребята»
- Мария Беркович «Нестрашный мир»
- Мария Кочан «Хорея»
- Дарья Благова «Южный ветер»
- Ксения Букша «Открывается внутрь»
- Илья Мамаев-Найлз «Год порно»
- Светлана Олонцева «Дислексия»

Что читали, что тронуло?
В комментариях - Переделкинские фото)

Говорят, надо постить фото, на котором тебе 21 год.
Сначала я никак не могла сосчитать, какой это должен быть год? Потом не могла вспомнить, а где я хотя бы жила в этом году? Потом искала хоть какую-то приличную фотку того периода.
Ну вот я.
#постнавыброс

Эмоциально и ментально сложный день. Расскажу про него вот этой картинкой. Кажется, всё понятно.

​Четвёртый день лаборатории «Действующие лица»
Вчера меня слегка придавило бытие мое, но утро оказалось вполне себе терапевтичным.

В течение дня было несколько учебных блоков: текст как проект, работа со штампами, письмо о травме.
Уже понятно, что эта резиденция мне многое даёт, хотя писательницей я никогда не стану, у меня для этого не тот «глаз», что ли. Но контакт и с языком, и с собственными чувствами уже немного другой. И это при том, что времени для рефлексии почти нет.
Кстати, и для книжнообозревательской работы я уже кое-что утащила. Во время разговора о социокультурном проектировании вдруг поняла, что через некоторые его инструменты можно анализировать тексты современной литературы (попробую дома потестить).

Как тревожной психоходке мне очень нравятся быстрые упражнения по письму. Вот, например, моя сегодняшняя почеркушка с лекции Еганы Джаббаровой о том, как писать о травме.
Задача была за 5 минут написать о травмировавшем эпизоде, обращая внимание на запахи:
Запах озона в процедурном кабинете педиатрического отделения, совсем не похожий на озоновую свежесть после дождя, кажется опасным. Будто так пахнет и сама болезнь. Пока ещё не ясно какая, детям не принято объяснять. Принято строго велеть «лежать смирно», пока медсестра ищет вену. Где-то между носом и горлом появляется привкус старой резины - советский потрескавшийся жгут так густо пахнет велосипедной шиной, на которой уже надулась грыжа, что кажется, будто ты её лизнул. Вена нашлась, из-под иглы подтекает кровь, на неё тут же шмякают серую ватно-спиртовую медузку. Я не успела заметить, как пахнет моя кровь,-  резкий спирт будто выжег всё, что было до этого. В том числе жизнь в здоровом теле.


Ps: в комментариях - Переделкинские фото.

​Сегодняшний день в лаборатории «Действующие лица» был посвящён письму о природе. У нас было задание - погулять по окрестностям и «принести» с прогулки впечатления. Я дошла до первой сосны, и моих впечатлений хватило на эту записку (никакой редактуры, как вы понимаете):

Должна ли я себя винить за то, что не хочу гулять, чтобы замечать природу? 
Зимой в лесу много движения, чтобы его заметить, нужно замереть. Я выбираю замереть прямо здесь, на тропинке между столом и кроватью, между буфетом и гостиницей. 
У этого леса прямо сейчас почти нет запаха, снег герметично упаковал ароматные летучие молекулы. 
Я думаю о том, что снег даёт много пользы дереву: под его подушкой корням тепло зимой, а весной, обращаясь водой, он даёт корням питьё и питание. Но снег может вредить ветвям, когда долго давит на них. Я думаю, могу ли я прямо сейчас навредить дереву? Мне нужен запах, я сковыриваю кусочек коры и вдыхаю знакомое хвойное. И замечаю звук: ветер слегка раскачивает сосны, они скрипят, как корабельные мачты. Корабельные мачты из сосен. Сосна путешествует. Меняет лес на море. Корабль тонет, сосна лежит на дне веками, чернеет, её поднимает течение, прибивает к берегу. Чёрное дерево ценится, в католических странах из такого иногда вырезают фигурки Девы Марии. Я думаю, есть ли где-то в горной, например, Каталонии Maria Negra, которая родилась в месте, где я сейчас стою? Есть ли в небольшом католическом храме почерневшая сосна, которой молится набожный испанец, просит её заступничества, прикладывается губами? Я думаю, что я могу поцеловать Марию, пока она ещё здесь, заключена в живой сосне. 

Ps: если вы хотите читать отзывы, новые будут со следующей недели, а пока посмотрите, всё ли вы прочли по тегу #читаеткуплевацкая

Угостить хорошим инсулином 💫

Спасибо за внимание и заботу 🙏

Прошу пардон, просто сменился донат-бот, поэтому появилась эта напоминалка ❤️

Заканчиваем лабораторию «Действующие лица» в Переделкине презентацией нового романа Дарьи Благовой «Течения»

Даша тоже участвовала в лаборатории, было бы, конечно, очень круто попасть с ней в один сборник, но побыть с ней неделю в одном культурном пространстве ещё круче.

«Южный ветер» мне понравился, почти уверена, что и «Течения» не разочаруют.

#вокругкниг

В такси до аэропорта девушка из радио мурлыкала песню, в которой было такое:

«для тебя станцую реконкисту с саблями...»

Так много вопросов, так мало ответов...
#некнижное

​Хороший понедельник
Вчера, после ночного перелёта, не было сил что-то писать сюда, а сегодня хочу поблагодарить за прошедшую неделю:

Школу литературных практик за вагон полезной информации и практических навыков, которые точно много раз мне пригодятся

Всех участниц лаборатории «Действующие лица» за бережное общение и поддержку

Тех, кто делал нашу жизнь в Переделкине комфортной. Очень рекомендую следить за анонсам в канале Переделкинский пенал в Доме творчества постоянно происходит что-то интересное, можно организовать себе культурный уикенд (в гостинице, кстати, тепло, тихо, удобно). Обратите внимание на Книжный клуб и встречи с авторами. А ещё - на территории открылся книжный магазин (фото оттуда), о котором пока мало кто знает, есть возможность побродить по крутому пространству без толкотни. 

Агентство социальной информации и Благотворительный Фонд Владимира Потанина за то, что всё это стало возможным. 

Спасибо! Надеюсь на новые встречи 
И отдельно благодарю читательниц и читателей этого канала за интерес, внимание и поддержку! 

Что ж, поздравляю вас с днём дарения книгов и валентинок и показываю свои февральские обновки ❤️

​Саманта Швеблин
«Птицы во рту»

Рассказ аргентинской писательницы в переводе Ольги Кулагиной опубликован в номере «Иностранной литературы», посвящённом латиноамериканскому триллеру. Но он не столько пугает, сколько делает читателю неуютно. Как першение в горле - возникает независимо от твоего участия, но какого-то действия от тебя требует, если уж оно возникло, не замечать невозможно. Так и рассказы Швеблин - прочтёшь и крутишь потом в голове этот колючий шарик, пока не отполируешь до зеркальной гладкости. Я говорю «рассказы», потому что «Птицы во рту» входит в сборник, объединённый общей темой принятия новой реальности (сборник - «pájaros en la boca y otros cuentos» - «Птицы во рту и другие рассказы» на русский полностью не переводился). Рассказ отлично читается и отдельно, но, когда знаешь и видишь в нём типичный для Швеблин приём, как-то оъёмней текст воспринимаешь.

Итак, что делает Швеблин? Добавляет в привычную жизнь деталь, из-за которой герой не может жить, как прежде. В «Птицах во рту» главному герою звонит бывшая жена и говорит, что у их дочери Сары проблема, он срочно должен приехать. Мужчина едет и находит свою дочь довольной и румяной и необычно нежной к отцу. Кажется, с девочкой всё хорошо, но у читателя больше информации. У нас есть название рассказа (да, очень важно назвать текст правильно), поэтому мы обращаем внимание и на пустую птичью клетку, и на обувные коробки под столом, и на то, что мать Сары говорит мужу: «я её специально не кормила, чтобы ты всё увидел своими глазами». Мы, в общем, уже готовы к тому, что произойдёт, понимаем, что за проблема у Сары, нас уже подташнивает. А герой-то не знает, как называется рассказ, в котором он живёт, поэтому его изменившаяся реальность накроет внезапно.

Да, Швеблин меняет небольшую деталь. Девочка выглядит здоровой, она спокойна и доброжелательна к родителям, но она ест птиц. Герой внезапно сталкивается с инаковостью своего ребёнка, инаковостью такого рода, с которой не получится жить, как раньше. При этом по факту писательница не переворачивает мир с ног на голову. В одном из диалогов, когда отец предъявляет Саре, что та ест птиц, девочка отвечает: «да, и вы тоже». В этом месте читатель думает «и я тоже, но… ». И вдруг то, что казалось аморальным, становится просто физически не комфортным. Швеблин как бы показывает тебе (мне), что нормы не меняют животной сути, они просто делают животное более воспитанным, приучают к комфорту. И из-под первой реакции - «буэ, как можно есть птиц!!!», выглядывает окультуренное «сначала надо, чтоб кто-то убил, ощипал, разделал, приготовил».

Но это уже о знакомстве читателя с собой, а Швеблин на первый план выводит отношения отца с дочкой. С дочкой, которая живёт - в одной-единственной детали - не так, как все, не так, как привык отец, не так, как отец ожидал. Но он всё же любит Сару, поэтому оставляет её у себя и пытается принять её особенность. Проходит все стадии от полного отрицания (отселяет на второй этаж, упорно готовит обычную еду, а ответственной за поставку птиц назначает бывшую жену) до попыток всё изменить («Я вспомнил о тех случаях, когда медики рекомендуют пациенту изоляцию от внешнего мира и на несколько месяцев разлучают его с родными. Возможно, это было бы наилучшим выходом для нас всех…»), от отвращения к смирению, от непонимания к участию (пусть и при том же непонимании).

А ещё Швеблин оставляет зазор для читательской интерпретации, когда метафору можно развернуть под другим углом, и это будет совсем другая история.

Да благословит Минерва всех, кто читает короткие рассказы и длинные посты.
Картинка: Nidum (Гнездо) Juan Smith

#читаеткуплевацкая

Пятничный мем о том, как я пишу)))


Фотку-«болванку» для мема подглядела у Полины @polina_tut

Что я могу? Ничего надеяться дожить до рассвета и стараться не умножать зло.
Если вам сегодня больно и страшно, помните, вы не одиноки.
Если вам сегодня весело и горделиво, я не знаю, что вы здесь делаете.

Новость, которую вы не хотели знать, но придётся (о книгах - с понедельника).
Сегодня - день рождения губернатора ЯНАО. Весь Ямальский сегмент соцсетей с раннего утра завален цветастыми многословными признаниями в любви к «лучшему губернатору», восхищениями его мудростью и патриотизмом.