Анечка Мышкина — ещё одна зайка из отдела дизайна.

Анечка в том возрасте и фазе, когда приходит осознание, что работа в веб-дизайне — это не очень-то и творческая работа. Если честно, то скорее вообще не творческая.

Позади художка, и рисунки гуашью висят над рабочим столом, и даже хобби творческое у Ани есть (лепит немного странноватую керамику и вышивает), но внутреннюю искру уже почти не видно в уставших от проектов глазах, и аватарки у неё всё более деловые и пресные.

Аня, ебаный мопед, отставить! Сходи на концерт, посмотри все выходные европейское кино по типу Годара, заведи телеграм-канал, в конце концов, а мы будем ставить лайки твоим тарелкам и коврикам.

Как и любому синьор-специалисту на удалёнке (а особенно проектным менеджерам), Лёхе Мордоусову нужно ебанутое физическое оффлайн-хобби, чтобы не поехать и не выгореть от онлайна.

И чем же Лёха занимается на выходных? Копается в своей японской гнилухе прямо во дворе. «Это JDM, это понимать надо, японцы делают вещи. Это машины благородной крови, такие «Дакар» и WRC брали, это произведения инженерного искусства, апофеоз утилитарности и эффективности», — с серьёзным лицом говорит Лёха, щелкая крышечкой бачка омывателя.

И пусть Лёхина Мазда собрана на нашем заводе в Калуге, его ностальгию можно понять — молодняк уже давно катает на лисянях и прочих чунгус-авто, им не интересно, какой был салон в Гранд Черокки у Саши Белого, им чужды страдания по немецкому премиуму, даже 30-летняя субару-мицубисевская война прошла мимо них, и «Такси» со своим Пежо тоже. Только редкий пацан купит старый ланос или чепырку, чтобы разбить её на парковке «Ленты», ну вот и всё.

А вообще, бросай ты этот металл, Лёх, пойдём лучше прогуляемся, пива выпьем. Сколько того воскресенья осталось.

Обсуждение шуток для канала агентства на первое апреля шло тяжело, зум длился больше двух часов. На все предложения Богдана Акимовича в духе запостить смешную открытку или профессиональный анекдот команда, конечно, соглашалась, но тактично намекала, что, мол, не модно это, и не формат, кринж и не диджитал.

Богдан Акимович все это, конечно, понимал, но Анечка (на фото, справа), наше креативное золотце, не унималась и заявила, что современные специалисты-зумеры всего этого точно не поймут, точно заплюют, и вообще, мол, что она, Аня, — «зеллениал», и лучше всех разбирается в том, что чувствуют и чем живут оба поколения.

Как вы понимаете, апелляция к поколенческой теории была фатальной ошибкой со стороны Ани.

«Работники нашей сферы делятся на нормальных специалистов и инфантильных долбоёбов, и связи с возрастом, любовью к аниме или вархаммеру, к третьим героям или роблокс, с пользованием скобок или эмодзи это не имеет», — после всех аргументов Ани заключил Богдан Акимович, на том и остановились.

Жестко это он конечно, но в чем то, наверно, прав. А на канале сегодня в итоге решили не шутить.

Этот вообще понятия не имеет, как кодить на джаве. Пришёл после каких-то неясных курсов, говорит: «Я вайбкодер, с чат-GPT могу всё».

В итоге Петюня два дня потратил, чтобы через жопу кое-как настроить интеграцию клиентской тильды с Google-таблицами, используя два бесплатных бота в телеграме и какие-то сервисы прокладки. Про стандартную интеграцию он, конечно, не знал.

Шпротову еще не докладывали, но явный кандидат на увольнение.

Петя спёкся на удалёнке так, что уже хочет выйти в окно. Хорошо, что в прошлом году он предусмотрительно поставил москитные сетки (хули делать, в Воронеже жуки и комары — что твоя собака размером, уже с апреля).

Петя Сосискин — менеджер по размещениям в Телеграме. ОРД, вечная отчетность, регистрация в Роскомнадзоре, 3% рекламный сбор, требования от клиентов делать нативно, но по закону, и, наконец, постоянные требования «сделать подписчика по три рубля», кажется, скоро доконают его.

Но Петя держится. И, я уверен, ещё долго продержится — у него по морде видно: из тех, кто побубнит-покряхтит, воздуха глотнёт и дальше пойдёт работать работу.

Люда Кормушкина — копирайтер и редактор, который никогда не станет проджектом, руководителем отдела или ещё каким административно-делегирующим планктоном.

Люда 9 лет работает на удалёнке, и хотя она «может работать из любой точки мира», всё же работает из своего хруща в Воронеже. То ли просирает деньги на странные хобби, то ли просто получает мало — неясно.

Люде не просто нравится работать с текстом. Как бабульки поднимают с асфальта десятикопеечные монетки не из бедности, но потому что негоже лику Георгия Победоносца на реверсе монеты вот так вот валяться в грязи, так и Люда правит чужие тексты даже по выходным не из профессионального долга, но из любви к хорошему тексту, языку, нарративу.

Но не дай бог вам дать какую-то правку к её тексту, даже небольшой комментарий в ГуглДокс — вы будете либо посланы нахуй, либо посланы нахуй с тремя абзацами аргументов почему.

Есть такой тип коллег — работают удалённо, на проектах по типу PR или контент-маркетинга, эрудированы и очень тактичны, любят тексты, всегда скобочки ставят в переписке, мило шутят, в общем создают впечатление людей утончённых и безобидных, и ни за что не скажешь, что в офлайне это вот такие вот здоровые кабаны, встретив которых у входа в КБ, решишь просто не идти в КБ, а дойти до Пятёрочки, ну его нахуй.

Вот этот мордатый тип как раз из таких, прекраснейший специалист по работе с медиа, даже можно сказать пиарщик, Альбертик (или как зовут его друзья за любовь поумничать на тему астрофизики - Кеплер) Куркудушев.

На фото это он в отпуске в прошлом году, на пути в Грузию — уж очень Альбертик любит настойку на алыче, хинкали с ткемали, айран с укропом.

Для Лёхи Ломохвостова это треугольник света — единственная возможность проконтактировать с солнцем за сегодня.

Даром что удалёнка, нашему маркдиру выйти потрогать траву не удаётся уже третий день: ебучие коллеги по утрам со своими пятиминутками по сорок минут, квартальное планирование, разборы ошибок в эксель-таблицах в общих созвонах всем руководством на три часа, потом разбор звонков нового сейлза, потом общее обсуждение нового видоса Гребенюка про масштабирование кондитерской («Бизнесы все похожи, разные только детали», — как говорит Богдан Акимович), потом ещё какой-нибудь геморрой с подготовкой выступления на очередной конференции «B2B-коммуникации в сложном мире маркетинга в эпоху ИИ 2025».

К вечеру ебальник у Лёхи становится совсем квадратным (включать камеру его к этому времени обычно уже никто не просит), желания делать ничего нет, разве что сварить пельменей и заснуть под видос с прохождением очередного японского инди-хоррора.

Лёха, надо сделать паузу. Ещё чуть-чуть — и ты вдруг поймёшь, что все твои занятия полная чепуха, и захочешь бросить всё, уехать работать барменом в Сочи. Это называется выгорание. Но его нахуй! Посиди в этом проклятом треугольнике лишних полчаса, никуда твои zoomы не денутся. А там, глядишь, и полегчает, всего три дня до выходных осталось продержаться.

У Дамира Котакова (да, он казах) нет нормального фото с рабочего места — пусть даже с облезлым Леново-ноутбуком на диване, ведь 90 % времени, и свободного, и «рабочего», он проводит в телефоне, настолько он диджитальный. Работа «комьюнити-менеджером», а по факту человеком, чья задача — смешно отвечать на разного рода комментарии в клиентских пабликах, позволяет.

Эксперт брейнрота, которого заебал форс крокодилов-бомбардилов ещё месяц назад, пропускает через себя негуманные объёмы «коротких видео» вот уже третий год.

«Развиваю диджитал-насмотренность», — говорит Дамир. Тем временем появление нескольких новых молекул дофамина у него в мозгу способны вызвать лишь самые абстрактные видео с зелёными котами-пришельцами.

У такого образа жизни есть свои последствия: проснуться помогает только коктейль из цитрамона и найза на основе кофе, дни сливаются в один большой несмешной прикол, пропадает способность поесть, используя обе руки, иногда по вечерам воскресений где-то в животе даёт о себе знать маленький комок тревожности, тяжёлые мысли о том, что делать через месяц или год, растворяются в комичных VK-клипах о семейной жизни.

Это уже не думскроллинг, Дамир, это уже полный пиздец. Без шуток, отложи телефон, проведи хотя бы эти выходные, глядя на предметы, расположенные дальше вытянутой руки. Совсем котёл свой не бережёшь, ну.

Почему Толик Жиробокин, недавно пришедший к нам на проджекта по SMM-проектам из Setters, сегодня проводит в сортире времени больше, чем обычно, да так много, что даже можно подумать, будто он там прячется и избегает лишних взглядов и вопросов?

История короткая, но требует контекста. Толик, в общем-то, из типичных молодящихся SMM-маркетологов за 30, уже полноватый, лицо слегка пивное, хотя за прической и внешним видом Толик старается следить. Читает DNative, подписан на «Русский маркетинг», короче говоря — следит за трижды переваренными SMM-трендами и потому считает себя актуальным специалистом, диджитал-гиком и «зиллениалом».

Сегодня на планёрке Толя заявил, что наш канал как корпоративное СМИ не работает, оформление плохое, контент аудитории совершенно бесполезен. Предложил заменить название на какое-нибудь оригинальное и смешное, и обязательно со словом "маркетинг" (чтоб повысить релевантность канала, по типу "крутой маркетинг" или "маркетинг на миллион"), сделать несколько постов на "актуальные темы" (по типу гайда по GPT для маркетологов или "5 способов интегрировать ИИ в гугл-таблицы") и сделать с ними закреп, создать лид-магнит, поменять аватарку на фотографию нашего гендиректора, удалить на ней фон, поставить белый контур и яркую подложку, ну и наконец заняться продвижением через подборки каналов маркетинговых экспертов.

Дальше начались долгие обсуждения, содержание их не важно, а важен итог — Богдан Акимович отверг предложенную стратегию, а Лёня Голохвостов назвал Толика «инфантильным задротом».

Короче, разругались сильно, Толик сидит теперь демотивированный, за проекты садиться неохота.

Понимаю тебя, Толь, мысли всякие в голове вертятся, тревожно, стыдно и вообще неприятно. Вообще ничего неохота, настроение уж такое бывает. Даже на коллег проклятых смотреть. Но ты не забывай — не принимать критику близко к сердцу — важнейшая способность любого проджекта. Вдох-выдох, завтра утром и не вспомнишь, а пока посиди, приди в себя, рилсы полистай.

Бывает, рекомендуют нам на собеседование таких персонажей — 19 лет, а опыт работы уже три года, семь проектов за плечами, ROMI 300 %, бюджеты по 5 млн в месяц осваивал на посевы в телеге, работа с топовыми селебрити, на фоточке из резюме стоит на фоне какого-то мерса (я таких моделей даже не знаю), учился в Лайке, претендует на роль хэда по работе с инфлюенсерами.

Сидишь и думаешь: может, пацан пиздабол или вообще поехавший, живущий в мире своих иллюзий? А может, это я тупой, может, это как раз я — живущий в мире иллюзий, только не таких приятных и простых? Не ясно. Да и прояснять не хочется, если честно, вдруг чего выяснится неприятное, а жизнь заново не переживёшь.

Олежка (на фото) как раз из таких молодых. На проектах пока нихуя не сделано, но за два месяца оно и не всегда получится сразу, это мы понимаем, не давим. Пока.

Помните квадратную морду Альбертика (который Кеплер) с его фотографии из отпуска? От былой квадратности почти не осталось следа — к вечеру рабочей среды взгляд у него тревожный, и вид немного угашенный.

Причина — удалёнка. В офисе Альберту удавалось как-то подпроебаться то тут, то там: можно было регулярно опаздывать, в целом нихуя не делать по вторникам или средам, если не считать опустошение кулера.

А теперь прямо из кровати на ебучий звонок в зуме в 9:00 будь как штык. И не дай бог опоздаешь на три минуты — начнут писать: «Альбертик, ты где? Мы ждём, подключайся, вот ссылка», а ты даже не поссал, нафтизином не закапался, кофе не глотнул.

Как подключишься — сразу камеру будь добр включай (это повышает вовлечённость участников онлайн-встречи, как говорит Богдан Акимович). А если ебальник у тебя сонный или с красной полосой на всю щёку от неудобной подушки — ещё и хихикать будут, похрюкивать, коллеги хреновы, а ты сиди и улыбайся, мол с кем не бывает.

Хуже всего, если прямо сходу надо экран шарить, а в браузере черт-те что, как таблица с медиапланом называется нихуя не вспоминается, неловкое цифровое молчание повисает над онлайн-конференцией. Стресс, тревога, вина, гроб, гроб, кладбище.

А потом еще рабочий день — в чатах отвечай, задачи трекай, еще пару зумов про то сё, и вот уже 22:30 на часах, 20 минут видоса про красное смещение и современные радиотелескопы, покушать и спать.

Альбертик, разорвать эту бесконечную хуеверть и сратый задачный уроборос надо на майских, для того они и даны. В ремастер облы погоняй, или парагон раскатай на трое суток, ну или хотя бы перестановку на кухне сделай. Можно на дачу сгонять. Можно в бар зайти, или в чайхану любимую. Просто подумай, полежи и отдохни как человек, наконец, пока квадратность не вернется.

Петик, наш «разработчик», а на деле верстальщик сайтов на тильде, на этих выходных вызывает молчаливое раздражение многих коллег — мало того что Петик всё-таки умудрился взять и согласовать со Шпротовым отпуск на время майского рабочего промежутка, так ещё и поехал всей семьёй (т. е. с супругой) в Египет.

Вообще Петя молодец и скромняга, и пока коллеги-бездельники шутят над его неказистым, и вроде как провинциальным выбором места отдыха (уж лучше, конечно, Бали, ЮАР или Дубай, как решили девки в общем чате), Петя не спамит сторис в своём Телеграме, он просто исполняет мечту: посетить Египет.

Петик читал все египетские романы Агаты Кристи, четыре раза пересмотрел египетский цикл видосов Бушвакера, отличает Хора от Ра, подписан на телеграм-канал с мемами про Древний Египет «Мемфис», знает, что Верхний Египет на самом деле внизу, и теперь даже шестичасовая поездка на вонючем экскурсионном автобусе «Хургада—Луксор» не помешают ему насладиться величием храма Хатшепсут.

Короче, берите пример с Пети, исполняйте мечты. Хотя бы, блять, небольшие.