ВСЕЛЕНСКИЕ ИМЕНИНЫ

Сегодня, в первый воскресный день после праздника Святой Троицы, а не в чуждый нам Хэллоуин, мы, православные христиане, празднуем День Всех Святых. Наши общие именины. Как говорил митрополит Антоний Сурожский:

"Все святые являются ответом земли на любовь Божию. И это не только их личный ответ за самих себя, но... и от нашего лица также: потому что каждый из нас имеет поистине честь называться одним из их имён, нашим христианским именем, именем одного из этих святых".

Поздравляю всех с Днём Ангела. Как говорили на Руси в старину, Ангелам – злат венец, а именинникам – доброго здоровья на многая лета! Все святые, молите Бога о нас!

28 июня 1867г. Достоевский посетил Тургенева в Бадене.

Эта встреча довела их знакомcтво до окончательного разрыва, и с этого момента отношения их сделались открыто враждебными.

Свою версию происшедшего Федор Михайлович изложил в письме поэту Майкову: "Признаюсь Вам, что я никак не мог представить себе, что можно так наивно и неловко выказывать все раны своего самолюбия, как Тургенев. И эти люди тщеславятся, между прочим, тем, что они атеисты! Он объявил мне, что он окончательный атеист. Но Боже мой: деизм нам дал Христа, то есть до того высокое представление человека, что его понять нельзя без благоговения и нельзя не верить, что это идеал человечества вековечный!

А что же они-то, Тургеневы, Герцены, Утины, Чернышевские, нам представили? Вместо высочайшей красоты Божией, на которую они плюют, все они до того пакостно самолюбивы, до того бесстыдно раздражительны, легкомысленно горды, что просто непонятно: на что они надеются и кто за ними пойдет? Ругал он Россию и русских безобразно, ужасно. Но вот что я заметил: все эти либералишки и прогрессисты, преимущественно школы еще Белинского, ругать Россию находят первым своим удовольствием и удовлетворением. Разница в том, что последователи Чернышевского просто ругают Россию и откровенно желают ей провалиться (преимущественно провалиться!).

Эти же, отпрыски Белинского, прибавляют, что они любят Россию. А между тем не только всё, что есть в России чуть-чуть самобытного, им ненавистно, так что они его отрицают и тотчас же с наслаждением обращают в карикатуру, но что если б действительно представить им наконец факт, который бы уж нельзя опровергнуть или в карикатуре испортить, а с которым надо непременно согласиться, то, мне кажется, они бы были до муки, до боли, до отчаяния несчастны. 2-е) Заметил я, что Тургенев, например (равно как и все, долго не бывшие в России), решительно фактов не знают (хотя и читают газеты) и до того грубо потеряли всякое чутье России, таких обыкновенных фактов не понимают, которые даже наш русский нигилист уже не отрицает, а только карикатурит по-своему.

Между прочим, Тургенев говорил, что мы должны ползать перед немцами, что есть одна общая всем дорога и неминуемая — это цивилизация и что все попытки русизма и самостоятельности — свинство и глупость. Он говорил, что пишет большую статью на всех русофилов и славянофилов. Я посоветовал ему, для удобства, выписать из Парижа телескоп. «Для чего?» — спросил он. «Отсюда далеко, — отвечал я. — Вы наведите на Россию телескоп и рассматривайте нас, а то, право, разглядеть трудно». Он ужасно рассердился.

Видя его так раздраженным, я действительно с чрезвычайно удавшеюся наивностию сказал ему: «А ведь я не ожидал, что все эти критики на Вас и неуспех „Дыма” до такой степени раздражат Вас; ей-богу, не стоит того, плюньте на всё». «Да я вовсе не раздражен, что Вы!» — и покраснел. Я перебил разговор; заговорили о домашних и личных делах, я взял шапку и как-то, совсем без намерения, к слову, высказал, что накопилось в три месяца в душе от немцев: «Знаете ли, какие здесь плуты и мошенники встречаются.

Право, черный народ здесь гораздо хуже и бесчестнее нашего, а что глупее, то в этом сомнения нет. Ну вот Вы говорите про цивилизацию; ну что сделала им цивилизация и чем они так очень-то могут перед нами похвастаться!». Он побледнел (буквально ничего, ничего не преувеличиваю!) и сказал мне: «Говоря так, Вы меня лично обижаете. Знайте, что я здесь поселился окончательно, что я сам считаю себя за немца, а не за русского, и горжусь этим!» Я ответил: «Хоть я читал „Дым” и говорил с Вами теперь целый час, но все-таки я никак не мог ожидать, что Вы это скажете, а потому извините, что я Вас оскорбил». Затем мы распрощались весьма вежливо, и я дал себе слово более к Тургеневу ни ногой никогда".
(Письмо А.Н.Майкову. 16(28) августа 1867. Женева)

@FDostoevskiy

Ни одно научное утверждение несостоятельно без основательного исторического и семантического анализа. Любая фонема по определению исторична. Внеисторична лишь фонета. И то любая фонета звучит всегда в контексте, что нагружает ее пусть сигнальной, но семантикой.

Нельзя преподавать ни одну дисциплину вне исторической последовательности, внутри которой ее содержание становится осмысленным. Например, нельзя употреблять слово «материя», не рассказав прежде о хоре Платона, гюле, усии и гипокейменоне Аристотеля. Далее требуется краткий экскурс в переводческие особенности переложения Аристотеля на латынь. Но и это не все. Далее необходимо погружение в богословие и знакомство с теорией creatio ex nihilo, что подспудно определяет семантику материи в схоластике. А потом следует объяснить, что происходит с мышлением и его топологиями при переходе к Новому времени, где семантика термина «материя» снова переворачивается и не один раз. Далее следует рассказать об основных философских школах Нового времени и их влиянии на науку. И только прояснив все это, можно перейти к использованию термина «материя», всякий раз уточняя смысл отсылкой к тому или иному моменту его истории. Конечно, хорошо бы для полноты картины посмотреть, что соответствует материи - пусть приблизительно - в иных незападных культурах. И все это абсолютно необходимо проделать, если мы говорим об образовании всерьез. И так со всеми терминами и теориями, высказываниями и системами. История и есть смысловая секвенция, делающая понимание возможным.

Вот что такое подлинное значение Указа 314 об историческом просвещении. По Гегелю, история это Дух.

И еще - история не горизонтальная каузальность - по крайней мере, ее нельзя свести к причинно-следственным цепочкам, понимая под причиной лишь causa efficiens. Вещь помещена в средостении креста четырех причин. Causa efficiens стоит у истоков движения. Causa finalis, напротив, тянет к себе вещь из будущего. А causa formalis и causa materialis всегда соприсутствуют вещи в настоящем, первая привлекает ее кверху, к эйдосу, а вторая придает инерцию, тяжесть, манит в нижние сферы. История состоит из всех этих моментов - причиняющего прошлого, промыслительного будущего и двойного агонистического и антагонистического настоящего. Результат никогда не отрывается от крестовины причин, которые в нем действенно присутствуют. История в этом смысле необходима для того, чтобы построить корректную физику, а не то недоразумение, что сегодня называется этим именем.

Но, конечно, не только физику - вообще всё. История это муза. Это искусство. И доступна она лишь гениям. Всякая история, в конце концов, есть священная история.

Historia Aeterna.

В Венгрии недавно приняли закон о защите национального суверенитета, который, помимо прочего, предусматривает создание специального органа, который будет заниматься вопросами защиты суверенитета. И тут же госдеп США выразил свою "глубокую озабоченность". Экие скоты. Фактически прямо говорят о том, что в других странах суверенитет - это плохо. А Орбан молодец, сопротивляется глобалистской чуме.
#венгрия #суверенитет #сша @kyber_net

Мы присутствуем при падении сонного Джо. А это сук, на котором висит зеленский и его хунта.

Я согласен. Подло.

Если мы народ, должны страдать вместе. И воевать вместе. Всем вместе. И платить за всё вместе.

Предметы роскоши надо продавать за талоны. Миллион на СВО, миллион на Луи Виттон. Патриотический талон.

"Национальное объединение" лидирует в первом туре парламентских выборов с результатом 33%, следует из предварительных данных МВД Франции.

Партия может получить абсолютное большинство по итогам 2-го тура парламентских выборов во Франции, сообщают СМИ со ссылкой на прогноз Elabe.

Даша внимательно следила за французской политикой, предсказывая крах Макрона и триумф правых популистов. Сейчас это сбывается. Мы готовим ее новую книгу из аналитических текстов, интервью, стримов и статей, посвященных политическим процессам в Европе. Мы назвали ее фразой из Дашиного выступления «Теория Европы». Её Теория Европы начинает становиться реальностью. Анализ Платоновой продолжает жить.

Канье Уэст, кстати, идеологически наш.