𝐂𝐋𝐎𝐒𝐄𝐃│𝐏𝐋𝐀𝐓𝐈𝐍𝐔𝐌 𝐊𝐍𝐈𝐆𝐇𝐓│𝐀𝐁𝐑𝐀𝐗𝐀𝐒 𝐌𝐀𝐋𝐅𝐎𝐘

⭐

🤩

🔤

оябрь выдался на редкость гнилым. Небо над Хогвартсом напоминало застиранное серое полотно, с которого бесконечными потоками стекала ледяная изморозь. Стены замка, казавшиеся надёжным оплотом, теперь источали холод, пробирающий до самых костей.

🔤браксас сидел в Большом зале, механически помешивая остывшую овсянку. Гул сотен голосов казался ему далёким шумом прибоя. Всё изменилось три дня назад, когда сипуха отца принесла короткое письмо на гербовой бумаге.

«🔤воя мать серьёзно больна. Драконья оспа. Колдомедики делают всё возможное, но стадия хвори берёт своё. Будь готов ко всему, сын. Малфои не склоняют головы перед судьбой, но они чтят её знаки».

🔤 этого мгновения мир вокруг потерял краски. Раньше мальчик жил будущим: амбициями, планами на квиддич, сложной шахматной партией с Томом. Сейчас же всё это казалось мишурой. Перед глазами стоял образ леди Габриэллы. Она была единственным человеком, который видел в нём не наследника великого рода, а просто мальчика. Она пахла сушёной лавандой и французскими духами, её руки всегда были прохладными и нежными, а голос — тихим причалом, где Малфой мог укрыться от гнёта отца.

🔤екабрь принёс предчувствие конца. Абраксас ходил на занятия, как привидение. Его ответы на уроках Слизнорта стали сухими и безжизненными, а вечные подколки в адрес гриффиндорцев исчезли. Даже Реддл, чьи проницательные омуты, казалось, видели людей насквозь, хранил уважительное молчание, лишь иногда задерживая внимание на побледневшем товарище.

⭐⭐⭐⭐⭐👻👻👻

🔤на умерла за несколько дней до Рождества. Известие пришло не совой, а лично — отец прибыл в Хогвартс, чтобы забрать сына домой. Мальчик никогда не видел Люциуса-старшего таким: его лицо превратилось в восковую маску, а пальцы, сжимающие набалдашник трости, побелели до синевы.

🔤охороны в Мэноре напоминали сюрреалистичный спектакль. Поместье, обычно величественное, теперь представлялось до ужаса ветхим. Снег падал крупными хлопьями, засыпая траурные мантии собравшихся гостей. Здесь была вся верхушка магической Британии: Розье, Лестрейнджи, Гринграссы...

🔤браксас стоял у края фамильного склепа, чувствуя, как мороз пробирается под парадную рубашку. Он не плакал — Малфои не плачут на людях. Но внутри него разверзлась пустота, такая огромная и чёрная, что в ней мог бы утонуть весь мир.

— 🔤римите мои глубочайшие соболезнования. Это невосполнимая утрата для нашего круга, — прошептала леди Блэк, прикладывая кружевной платок к сухим щекам.

🔤ристократ кивнул. Он видел фальшь в каждом их жесте. Они пришли не оплакивать Габриэллу, а засвидетельствовать почтение силе рода, проверить, не дала ли трещину их гордость. Жалость была формальной, отшлифованной этикетом, холодной, как лёд под ногами мальчика.

🔤ервый ком земли ударился о крышку эбенового гроба, и Абраксас вздрогнул. Теперь за спиной стояли только тяжесть традиций и суровый взгляд отца. Со смертью матери в нём самом что-то надломилось и осыпалось серым пеплом. Тепло и способность сочувствовать, так бережно взращиваемые Габриэллой, умерли вместе с ней.

⭐⭐⭐⭐⭐👻👻👻

«🔤ир принадлежит тем, кто умеет выживать в пустоте. Тепло — это иллюзия для слабых. А я не слаб. Больше нет».

🔤алфой отложил перо. Чернила на пергаменте подсохли, оставляя за собой ровные, острые буквы. Это была последняя строчка в его личном дневнике.

🔤ноша поднял взгляд на своё отражение в зеркале, висевшем в спальне. Прошло три года. Теперь он был на четвёртом курсе, и от того одиннадцатилетнего мальчика, который когда-то хныкал в подземельях, не осталось и следа. Он прибавил в росте на тринадцать дюймов, черты лица заострились, а взгляд стал непроницаемым, как зеркальная гладь Чёрного озера в безлунную ночь.

🔤оль от потери не исчезла. Она просто трансформировалась. Стала фундаментом его личности, его бронёй. Абраксас наконец научился использовать внутреннюю пустоту.

Please open Telegram to view this post