В фильмах о войне, вышедших в 1990-е – 2000-е годы неизменно присутствовал элемент «кровавой гэбни» (тм), что, видимо, отражает не столько исторические реалии, сколько ощущение от социального эффекта, когда на волне больших событий, связанных с огромным выплеском нравственной и эмоциональной энергии и напряжением сил народа (или его значительной части) всегда возникают любители «энергетического серфинга», которые обетя небольшую, а иногда и существенную власть, хотят бежать впереди паровоза современности, чтобы стоять на месте, но всегда справа от английской королевы (упокой, г-ди, ее душу).
И вот, дошли до меня слухи, заслуживающие доверия, что некий г-н Смирнов, начальник управления в московском Депобре, стал вызывать к себе руководство не самых первых в рейтинге (туда ему лезть опасно), но весьма продвинутых школ и требовать от них усиления политической работы. В том числе, например, отказа от преподавания «лишних» языков недружественных стран и сокращения часов нелишних, но все равно недружественных (английского, например), требовать ввести дополнительные предметы, родственные былым политинформациям или предсавить на экспертизу программы кружков по гуманитарным направлениям (будучи учителем биологии, мог бы и естественные науки проверить на политическую выверенность).

Разумеется, историческая память заставляет интеллигентов и примкнувших к ним интеллектуалов в таких случаях вибрировать. Поэтому ваш покорный слуга проконсультировался со специалистами (из опытных образованцев, а не юристов), которые сказали следующее. Может быть, кому-то из подписчиков актуально:

1) За последние 4 года в риторике Депобра на совещаниях и пр. отсутствует какой-либо навязчивый тренд на борьбу с экспансией НАТО в школы. Так что все эти художества суть не отражение политики ведомства, а личная позиция г-на Смирнова.
2) По своей должности Смирнов не имеет полномочий чего-то требовать от школ. Но трепать нервы может, поэтому его частные инициативы можно отражать, но это требует волевого поведения администрации школы, что тяжело, но работает.
3) В соответствии с 273-ФЗ содержание образования определяется образовательными учреждениями, а не отделом Смирнова. В соответствии со стандартами и с учетом запросов учащихся и родителей. Поэтому: есть запрос на изучение, допустим, Португальского языка – создали кружок (вот решение управсовета).
4) На требования уместно попросить показать распорядительный документ. А их издавать могут только министр и его замы, а не начальники управлений. Документы рекомендательного характера можно принять к сведению и ничего г-ну Смирнову на их основании не отправлять.
5) Если все-таки появляется годный распорядительный документ, т.е. приказ Депобра за подписью имеющих полномочия лиц, содержащей предписание, а не рекомендации, то тут лучше взять под козырек, ибо прямое невыполнение чревато.

Слушаю между делом запись сессии КМУ, посвященной проблеме оценки научных организаций и труда ученых.
И очередной раз поражаюсь нелепости конструкций в головах некоторых весьма (уже) уважаемых участников форума.

Идеалом все по умолчании видят полный "инновационный цикл" от фундаментальной науки к поисковым исследованиям, прикладным исследованиям, НИОКР и производству.
Я настойчиво повторяю, везде где могу, что это ложный идеал, морок.

В норме это все работает не так. Фундаментальная наука развивается исходя из логики самой науки. Всякий, кто пробовал опубликовать статью в приличном бесплатном журнале понимает, как внимательны бывают хорошие рецензенты к нюансам. Поэтому большая часть фундаментальных работ, идущих, например, в России, не имеют перспектив приклада в в нашей стране ближайшее время (что не означает отсутствие их восстребованности).
Приоритезация тут работает плохо. Примеров тьма.

Поисковая идея (принципы технологий) редко основана на доморощенном фундаментальном результате и никогда на нем одном. Входные посылки любой серьезной идеи сложны, приходят из всей науки (не только из российской). Принципы технологий появляются, конвергируют, забываются и вспоминаются (например, на новом общем технологическом уровне - см. историю ИИ, например).

И только прикладные работы, которые тоже имеют многопараметрический входной материал из источников разного происхождения) имеют четкий канал выхода (с поправкой на возможные неудачи) на НИОКР.
Наконец, НИОКР транслируются в продукты тоже не всегда, потому, что есть еще экономика.

Приоритезация и практическая ориентированность фундаментальной науки, а также ориентированность на немедленное внедрение науки поисковой – это ограничители их качества и ограничители общей компетентности научного сообщества, включая и прикладников.
Так что лучший способ отладить инновационный цикл в стране – это забыть о его существовании как единого целого, не пытаться выстаривать его ни в какой организации, а просто обеспечить все элементы, чтобы они делали дело на своем уровне. Связи же образуются сами.

Конечно, имеются исключения в виде конкретной большой задачи. Не "борьба с социально-значимыми инфекциями", а, например, создание обитаемой базы на Луне. Тогда можно и дойти до заказа фундаментального исследования в рамках ГЗ-2.0. И то, с оговорками.

"Это особое чувство, когда большой линейный корабль палит на твоей стороне" (Р. Саббатини)

Вот эта фраза из абстракта (абстракта, Карл!) китайской статьи в PNAS:

"In addition, in situ isotopic labeling experiments induced by mitomycin-C revealed that by increasing heavy metal concentrations, 13CO2 emissions from the treatment with added lysogenic phage decreased by approximately 17.9%."

И не надо мне тут этих Булгаковский "кто на ком стоял?" Нам трижды вынесут мозг по случаю недостаточности артиклей "the" в сомнительных случаях, а тем временем, китайский английский становится международным языком науки.
Я надеюсь, что собственно китайский станет языком науке уже после завершения моей научной карьеры, ибо у меня его изучение завязло. И не потому, что он слишком сложен, а потому, что он слишком музыкален, а я никогда не умел петь. Так что отдавайте детей в хоровые школы, пока не поздно.

Основываясь на достуных литературных источниках,...

Вчера в новостях мелькнуло сообщение, что некая 77-летняя дама выиграла соревнования по Conter strike (компьютерная стрелялка), в одиночку победив команду из 5 противников (реальных игроков). Судя по видео играет бабушка совершенно расслаблено, как будто презентацию ваяет. И скромно говорит, что все дело в новой удобной мышке. Мы согласны: мышка за кошку, кошка за Жучку.... а на той стороне репка.

В сегодняшних новостях также мелькнуло сообщение о прогрессе в согласовании приемлемых условий замирения с Украиной. Интуитивно полагаю, что это ошибка. В 2022, причем нк в Стамбуле, а в Минске, договориться было бы очень правильно. Сейчас это ошибка. Но поскольку я не готов поставить шкуру на кон, призывать множество людей умереть за то, чтобы не сделать ошибку, считаю невозможным. Поэтому вместо г-ди, сделай так, чтобы мир наступил завтра, остается просить: Господи, спаси и сохрани!

Многие патриотически настроенные «лидеры общественного мнения» (термин еще более забавный, чем его известное сокращение) активно удерживают в поле текущего дискурса кризис Ларисы Долиной, угрожающий основам права частной собственности в России. Депутаты ГД решили специальную группу создать и даже зачем-то позвать в нее не вполне уже ясно мыслящую (иначе бы не повелась на столь масштабный развод мошенников) Л. Д.
Говорится, что ситуация угрожает доверию граждан государству как таковому, депутаты срочно придумывают заплатку в законодательство, чтобы прикрыть эту дырку.
Однако мне думается, что смысл этого сигнала в ином: он демонстрирует, что сложившаяся и определенным образом настроенная судебная система оказалась не способна выполнять базовые функции суда, которые запрашивает от него общество. И если вой друзей и родственников большого числа без вины, по их мнению, осужденных обитателей учреждений ФСИН, не для всех убедителен (воющие лично заинтересованы), то кризис ЛД, достигший катастрофических масштабов, с кристальной ясностью демонстрирует неспособность не отдельного отдельных судей, но всей судебной системы руководствоваться здравым смыслом, а также духом и буквой закона. Под духом закона здесь понимается не общее ощущение, а системное иерархическое понимание законодательства, начиная от Конституции. Такое положение дел грозит каскадным сбоем в самом неожиданном месте. Все опасались, например, повторения репрессий, а вместо этого вдруг получаем угрозу обрушения рынка недвижимости и угрозу краха многолетних усилий по повышению рождаемости. ИМХО большая системная реформа суда должна быть приоритетом власти, если мы хотим сохранить стабильность, которая пока, на удивление всего мира, каким-то чудом у нас удерживается.

К предыдущему: события последних 10 лет во всем мире наглядно демонстрируют, что во всем мире держатели политической стратегии, не везде совпадающие с номинальной властью, остро нуждаются в инструменте внезаконного (акцент именно на внеконтурности по отношению к правовому полю) подавления, который был бы не так критичен, если бы главным риском были просто политические оппоненты как в 19 веке. Это тоже важный элемент устойчивости, избыток которой, конечно, имеет свою оборотную сторону, но недостаток ее приводит к катастрофе. Техническое решение данной задачи без нарушения функционирования права для общегражданских надобностей — важнейший вызов. Тут бы пригодился труд теоретиков права, политологии и философии, возможно, не только публичный труд.

В одном из ТГ каналов случилась перепалка на тему студенты-аспиранты-образование-стартапы.... Про стартапы не буду, нет у меня такого опыта, но вот два слова про аспирантов скажу.
С прошлого года аспирантура (как бы, типа, вроде - нужное подчеркнуть) перестала быть ступенью образования и стала опять начальным этапом научной карьеры. Одновременно президент на КМУ сказал, что мы, де, сознательно пошли на сокращение мест в аспирантуре, чтобы туда приходили действительно мотивированные. Не обсуждая эффективность такой меры, отметим, что по декларируемой мотивации это соответствует предыдущему тезису. Но в этой ситуации становится не понятным усиление ответственности руководителя и организации за своевременный выход на защиту. Чисто идеологически, если аспирантура - образование, то руководитель - педагог. Если это этап карьеры, то руководитель есть именно руководитель и именно научный. А диссертация, в соответствии с Положением, кстати, – это личное произведение диссертанта. Соответственно, ответственность за успех, своевременность и пр. – на нем. Руководитель – помощь в ориентации, консультант, организатор окружающих процессов. Я сейчас не про формальности, а про дух процесса.
Когда ваш покорный слуга пришел в аспирантуру, в ту же самую лабораторию, где делал диплом, не смотря на то, что руководитель не согласился дать мне ту же тему (полагаю, он сильно ошибся, у нас был шанс на очень значимое открытие, как выяснилось много лет спустя), все равно воспринимал проект как свой личный. Ключевую статью писал сам, отдав ее на просмотр на финальной стадии. Диссер шеф вообще не читал, насколько я помню.
ИМХО, либо мы продолжаем говорить об аспирантах, даже последних лет "дети" (цитата из речи академика), и тогда аспирантура – образование, либо считаем их начинающими коллегами, и тогда мы им помогаем пройти квалификацию и получить степень, но не являемся паровозом этой деятельности.

"Homme d’une claire intelligence, d’une grande
logique, qualité rare chez un biologiste, il était également très adroit technicien,
autre qualité rare."

Человек очень ясного ума и прекрасной логики, качество очень редкое для биологов, он был в то же время весьма одарен в технических вопросах [вариант - был искуссным экспериментатором] – также весьма редкое качество"

Д'Эрель о проф. Пауле Флю (1884 - 1945). И почему его (д'Эреля) не любили?

Любопытно, что скорость вращения Земли близка к таковой газовых гигантов. К чему бы это? Надо искать философский смысл и логику божественного намека.

Анализ различий в скоростях вращения Земли и других планет Солнечной системы вокруг своих осей ⚡️

ФП

За всеми обсуждением вопросов оценки научных организаций и коллективов, которые с подачи Минобра сделались крайне популярны года так с 2013, совершенно теряется вопрос, а так ли вообще нужна эта оценка возведенная в ранг системы?
На какой - нибудь 2010 год, вполне соответствующий по суб'ективному ощущению "нашему времени" такая оценка в системе РАН сводилась к проверкам раз в 5 лет комплексной комиссией. Что было хуже с точки зрения организации работы? Наверное, люди гораздо более раздолбайски относились к публикации результатов. Публикационная гонка - перегиб, но культура осознания ценности опубликованного результата и сомнительной ценности работы в стол была внедрена. Но для этого не нужна система оценки, достаточно некоторых не очень системных волшебных пендалей (типа условий РНФ и личной библиометрии, доступной для каждого). И это все.
Так каковы же основания полагать, что внедрение и совершенствование упомянутых систем приведет к значимо лучшему результату по сравнению с демонтажом оных?

Проблема отношений науки и финансирования оной принимает все более гротескный характер.
С одной стороны, денег становится маловато, что не удивительно для воюющей четвертый год страны, обложенной максимальным в истории количеством санкций.
В этой обстановке может казаться разумным экономит на областях, которые кажутся не витально-значимыми, на науке, например. Насколько кажущееся разумным разумно в действительности, не буду даже обсуждать. Однако, если мы хотим экономить, надо определить разумные, уже без всяких оговорок, приоритеты экономии. Например, в 1990-е годы ставилась задача сохранения научного потенциала. И она до какой-то степени была решена (сравните с состоянием науки в других пост-советских государствах, даже на относительно благополучной Украине до 2014 г.).
В те же 1990-е годы удалось сохранить развитие в актомной отрасли, причем в полном объеме. И отчасти в некоторых технических областях, преимущественно около-оружейных (хотя люди в теме начинают криво улыбаться).
Сейчас может приоритеты могут быть обозначены как сохранение при решении такого-то списка задач.
Сохранение потенциала наиболее успешно осуществляется при распределении денег небольшими порциями непосредственно в адрес реально работающих коллективов масштаба лабораторий под ответственность конкретных руководителей. Иными словами, хотите экономить - сделайте достаточно доступные грантовые линейки, желательно более, чем в одном фонде.
Одновременно можно поддержать решение конкретных и важных задач, требующих большего масштаба. Но тоже под ответственность конкретного руководителя или руководителей, отвечающих за суть решения. Такой проект не может быть "развитием технологий протеомного конструирования" (бессмысленное сочетание слов взято умышленно), но, например, создание вакцины от такой-то дряни или создание линейки лазерных систем ближней ПВО объектов под примерно такие характеристики.

У нас же доминирует подход кажущихся большими проектов, когда объем финансирования некого общего котла заведомо превышает возможности 99,9% групп и лабораторий. Например, 350 млн. руб. в год. Но дальше оказывается, что потратить эти деньги разумно оказывается почти невозможно. Ибо руководство проекта начинают вызывать на заседания с участием какого-нибудь вице-премьера, обычно г-жи Голиковой, где его спрашивают "Мы потратили огромные государственные средства, в чем состоит социальная и экономичесая отдача достигнутых к третьему кварталу результатов или хотя бы мирового значения научный прорыв". При этом постановка задач и объемы финансирования на уровне конкретных групп и тематик не соответствуют ни научным, ни экономическим прорывам. А уровень непроизводительных затрат, связанных как со сложностями менеджмента крупного проекта (око большого брата обращается к нему гораздо чаще и смотри пристальней, а масштабы соответствуют особо крупным размерам, если вдруг что), так и с необходимостью показывать (ключевое слово!) результат, понятный каким-то условным чиновникам (никто не называет конкретного чиновника, готового потратить время и мозговые усилия, чтобы понять).

Поэтому при наличии в целом неплохих финансовых возможностей, возможно даже больших, чем в 2012 г. который был очень комфортным для науки по субъективным ощущениям, и она неплохо развивалась, мы имеем .... возрастающие сложности.

Самопроизвольно возникший натюрморт. Время видеть.

Вчера я попался на (возможно) разводку, весьма распространенную, хотя и без очевидных последствий.

Одна весьма уважаемая дама создала ТГ чат, где просила всех своих знакомых прогллосовать за неё на неком конкурсе "Лучший /специалист/ Москвы". Я насторожился и спросил в личке, она подтвердила, действительно она просила, не мошенники. Прошёл голосовать, а там авторизация через соцсети. Но оказалось, что нужно не просто иметь открытый аккаунт в телеграм, а отсканировать QR код. Я сдуру это сделал, после чего увидел "успокаивающую" надпись "не беспокойтесь, это стандартная процедура, дождитесь подтверждения". Минут через пять сообразил проверить - таки да, в мой аккаунт залогинилось не при надлежащее мне устройство, получив, очевидно, полный доступ ко всей информации. У меня в телеге нет криминала, но не все хочется делить с кем попало. Разумеется, я немедленно отключил все сессии, но разводка была массовой, голосовало много людей. Кто за этим стоит, не знаю, может быть, и просто конкурс.

Разумеется, если это своего рода разводка, то автором является не та уважаемая коллега, а организаторы конкурса. А таких конкурсов, особенно детских, где требуют мутную авторизацию через соцсети, довольно много.

Заметка на полях конференционного блокнота.
У многих российских ученых, (а может быть, и не только российских, но кого интересуют другие дети), выработался навык имитации глубины понимания проблемы. Человек классно говорит, сообщает действительно интересные факты, которые ты не знал, но в итоге делает и сложных посылок банальные и часто не верные выводы. А еще, уверено отвечая на вопросы, делает утверждения, противоречащие сути только что сделанного доклада.

Чашка Петри - фото студента нашей лаборатории Е. Зворыгина

В развитие давешнего поста про деньги в науке.
Когда я лет 25 тому назад стал учиться верховой езде, быстро понял одну мысль: не смотря на казалось бы очевидные примеры, когда хрупкая девушка справляется с мощным конем с помощью брутальных приемов, всяких там рывков за повод и лопаты по жопе (хотя в целом это дурные практики), ощущение, что человек может выиграть у лошади силовое противостояние, даже если во рту лошади трензель, является иллюзией. В ситуации (к счастью, на конюшне редкой), которую лошадь почему-то считает для себя принципиальной, здоровый мужик будет болтаться на кончике чомбура аки флажок, тогда как благородное животное не изменит даже наклона своей шеи (привет барону Клодту с его обнаженными юношами под копытами бронзовых коней на Аничковом мосту).

Аналогично, попытка соревнования с Западом и Китаем в развитии массовых научных технологий обречена на неуспех, который может иметь и скрытую форму (как в анекдоте про прораба "Нафига дофига нафигачили, расфигачивайте теперь эту фигню нафиг!"). Лобовой успех возможен только при решении узких конкретных задач, в которые мы вкладываем не просто "много реусрсов", а разумное необходимое количество ресурсов +25% или более (пример - банковские сервисы и прочая бытовая цифровизация, хотя это не совсем наука, или первая вакцина от ковида ). Эти просто "много" на деле транслируются в недостаточно на уровне реальных исполнителей конкретных задач.

Что может на самом деле принести успех? Ставка на красивые идеи. И не столько потому, что многие из этих идей выстрелят, сколько потому, что работа над ними создает кадры, коллективы, связи, проще говоря среду, где культура творческой работы присутствует. Выхлоп - на 70% обеспечение корректной ассимиляции внешних решений (что нормально т.к. наша наука составляет по любым количественным прикидкам лишь несколько процентов от мировой), и на 30% - творческая и эффективная реализация тех самых конкретных задач, в которые решились нормально вложиться. Технологии нужно активно осваивать и внедрять, но не под задачу обеспечить мега-пропрыв за счет самих технологий, а для того, чтобы сделать их доступными для работ, в основе которых лежат хорошие идеи. И да, это нужно делать довольно быстро. Так, например, задержка с доступностью секвенирования (таких задержек случилось не менее двух) лишило нас возможности использовать красивые идеи, которые потом изрядно потускнели. То же самое получилось с криоэлектронной микроскопией.

Работа над тем, что "просто красиво" не должна быть обязательно только фундаментальной, хотя, на мой взгляд, сильная фундаментальная наука – это становой хребет кадрового обеспечения науки вообще. Это могут быть и поисковые и даже прикладые работы, имеющие непосредственной целью демонстрацию работоспособности каких-то принципов. И да, оценка результата по выходу публикаций, от которой теперь рванули отказываться, гораздо разумнее для большей части проектов, чем по невнятно понимаемому "практическому результату". Оценки нормального экспертного уровня я пока вообще не рассматриваю.