Я читал стихи на площади,
искал среди красных – душу.
Но меня сломали, упаковали
в мешок для био-мусора.

Но быть не может по-другому,
и если я совершил грех,
то отрежьте мне пальцы при всех,
чтоб языки пламени охватили лес.

А пепел разлетится по ветру,
как слова, что не нашли душу,
и в дыму родится новое будущее,
что прорастёт сквозь кровавые лужи.

Пусть фундаментом станут кости,
в почве, пропитанной кровью,
и деревья шепчут мои строки
в ночи, где детям больно.

Но душа, что пряталась в пламени,
вспыхнет искрой в чужих глазах,
и цикл замкнётся в круге огня,
где быть поэтом – вечная вина.

Ни один хороший текст не родился без десятков плохих. Просто те молчаливые родители нынешних слов.

…и снег шептал: "Так надо, так надо",
пока таял на щеке и ресницах.
Ложь — не всегда ограда,
иногда, это надежда в лицах

Тебе не стать никогда тем, кто разрушит мой мир,
Да и мне всё равно, пусть даже ты и банкир,
Пусть даже ты депутат, романтик или вандал,
Но я забуду все слова, которые ты сказал.

Те три слова на асфальте у подъезда моего...
Ещё хоть раз откроешь рот, и полетишь ты в окно.
Ну, а хочешь через дверь сейчас же ты выходи!
Надеюсь, не переплетутся наши пути.

Ты никогда никогда меня не сможешь сломать -
Будешь плакать по ночам и меня вспоминать.
"Как хорошо нам было вместе..." - скажешь ты это вслух,
А я отвечу, притаившись сзади, что ты припух.

Твоей новенькой подружке надо тоже домой.
Вспомни, кто сейчас стоит, глядя на вас, с головой
Укунувшись в мир фантазий, власти, мести и снов?
Это точно не я, я просто кушаю плов.

Во сне я обрубала пряди,
Расчёсывала их деревянным гребнем.
Во сне мечтала я о демократе,
Но началась война свинцом хвалебным.
Во сне мы снова были молодыми,
Наутро мы опять во времени застыли.

Во сне мне снова стало лишь одиннадцать,
Наверное, в душе такая до сих пор.
Наутро с мёртвой точки ничего не сдвинется.
Спросонья на тебя смотрю в упор.
Во сне мы снова сможем насладиться
Друг другом. Нужно только не убиться.

Во сне твои объятья были шире,
Поэтому легко было тебя распять.
Во сне смотрели жизнь в прямом эфире.
Во сне ты не сказал мне, что я "блядь".
Наутро стали ближе, чем хотели,
Но до сих не провела я параллели.

Фандом: Hannibal (NBC)
Примечание: Небольшой, авторский отход от канона.

Мы строим клетку,
называя её домом,
и молимся на щель в полу.
Свобода пахнет кровью и громом,
и тянет нас к ней, как к свету сквозь мглу.

Мы прячем глаза в темноту витрин,
Сквозь стекло — отражения, не мы.
В каждом вдохе шорох имён,
А время дрожит, будто свет под
                        дождём

Мы лица в окнах чужих маршрутов,
мы шум в ушах у большой страны.
Толпа идёт, и смешно, и жутко...
все будто вместе, но каждый...
один

Затхлый запах в замочной скважине
Перебивает струящийся солнца луч.
Лампы светодиодные негашены,
Дрель шумит, да и пол скрипуч.

Он лежит без сознания в комнате:
Пахнет спиртом, ментолом и потом.
Футболка носится месяц. В омуте
Здешнем не место любовным приворотам.

А она недосягаема, в лету канула,
В утрамбованном, вялом субстрате.
Рядом с ним - одинокая гранула,
Что погрязла в толчёном мускате.

Я долго гнался за собственной тенью,
И думал, что догоню - пойму.
Но каждый шаг, казалось, вёл к плену,
Где я поклонялся себе самому.