К размышлениям о роботах присоединился канал Анкап-Тян. Мне очень понравилась эта контрибуция, эксперимент действительно задумывал роботов как универсальный интерфейс взаимодействия людей с материальным миром, отсюда и его интерес: мы вроде бы думаем о роботах, а на самом деле о гораздо более общей и насущной проблеме, просто выраженной причудливым способом.

Анкап-тян посчитала, что следование дроидов последней отданной команде заведомо исключает возможность обращения их в частную собственность, и обратилась к опыту Спарты для проектирования порядка распоряжения. Автор также подметила ключевой вопрос балансировки сиюминутных нужд (потребления) с созданием независимых от андроидов производственных цепочек (инвестиций). А мой главный вопрос к изложенной позиции: действительно ли андроидов настолько сложнее сделать собственностью чем любой материальный ресурс, который стоит только оставить без присмотра, как он может быть взят в употребление первым мимо проходящим человеком?

Эффект масштаба

Как я уже упоминал, эксперимент про дроидов на самом деле не про дроидов, его условия просто в метафорическом виде воспроизводят некоторые интересные аспекты реальности. Один из них -- эффект масштаба, способность двух роботов выполнить некую задачу быстрее, чем в два раза быстрее если бы её делал один робот. Вы наверняка что-то об этом слышали в школе: "эффект масштаба", "разделение труда", "булавочная фабрика Адама Смита". В этом посте я хочу кратко описать почему эффект масштаба это абсолютно повсеместная штука, и почему зафиксировать его в случае дроидов означает лишь признать факты реальности.

Представим себе производственный процесс, актуальный для нашего мыслительного эксперимента -- выплавку железа в сыродутных печах по технологии применявшейся в Европе с 1000 года д.н.э и вплоть до средневековья. Нам нужна железная руда, древесный уголь и глиняная печь, в которой дроиды будут выплавлять крицу. Печи -- тоже расходный материал, так как они быстро набиваются шлаками, для них нам нужен источник глины. В итоге наш процесс будет производственно соединять три разные локации: лес, ближайшее месторождение руды, и глиняную яму. Что произойдет при производстве железа (точнее, крицы) одним роботом? Значительную часть времени он будет просто передвигаться от места к месту, не выполняя никакой полезной работы. Более того, вернувшись к очередному месту, первым делом придётся заново провести пусконаладку производства: достать инструменты, раскалить печь, расчистить собравшийся за время отсутствия мусор.

Японские бизнес-практики придумали всей такой бесполезной активности замечательное для русского человека название -- муда, потери. У муды много источников, но один из главных в них -- неравномерность, а неравномерность в свою очередь необходимо следует когда нечто грубо квантировано, разделено на крупные единицы, которые либо есть, либо нет. Любая задача с участием лишь одного дроида сильно подвержена именно такой проблеме, он не способен поделиться на части и одновременно вкладывать по 33% там, там, и там. Решается она очень просто -- достаточно направить трех дроидов, каждого на свою площадку, и лишь одному периодически перемещать образованые запасы угля и руды на место выплавки. При достаточно крупногабаритном транспорте, можно будет ограничиться и одной поездкой в неделю. В зависимости от того, насколько нам (не)повезло с географией, возможность производить параллельно и не отвлекаться на постоянную циркуляцию меж площадками, может повысить скорость выработки и в несколько раз, убрав потери мы как будто из ничего создали новое полезное время.

А самое интересное, что эти соображения применимы и в вашей обычной жизни, а особенно в любых коллективных проектах. Собираясь что-то делать вместе, всегда стоит задуматься не позволяет ли вам координация устранить из деятельность какой-нибудь муды.

Ещё один либертарианский участник роботоводческого эксперимента усмотрел, что блокчейн возможен и с людьми в виде нод, и предложил распорядится андроидами через хитрую коллективную систему по сути частного учета, со стимулами схожими с баженовскими. Неплохая инновация, особенно если хочется избежать спартанства. Мне честно говоря не приходило в голову, что учитывая, что по условиям задачи людям заниматься особенно нечем, то почему бы не позаниматься бюрократией -- шаг вполне резонный. В реальной ситуации пришлось бы решать сложную проблему с тем, кого отправить скаутами на поиски воды и источников основного сырья, но роботы это и так знают. Вопрос разведки кстати поднимает отдельную интересную рамку для уже другого эксперимента, который бы мотивировал помыслить об информации как общем благе.

В новом ответе как и во многих других, мне кажется, избегается пожалуй самая трудная и интересная часть -- что делать с фактами обоснованного несогласия? Нынешний автор, как и многие другие, немного отмахивается от проблемы ходом "несогласные могут взять роботов пропорционально своей численности и уйти" -- но это фактически уже подразумевает, что несогласные согласились как минимум распределить роботов поровну в частную собственность. Более же вероятно, что несогласные будут претендовать на право установить режим распоряжения всеми роботами, а не только "своими", именно потому что будут отрицать, что есть основания делить роботов таким способом.

Четвертая подборка от либертарианского агрегатора, содержащая либертарианские и праволиберальные каналы с оригинальным контентом, поддержи подпиской:

Вооружённый гражданин — телеграм-канал автора одноименного YouTube блога, посвященный стрельбе, гражданскому оружию и множеству смежных тем.

Furydrops — телеграм-канал научно-популярного блога об экономике на YouTube, который ведет профессиональный экономист Григорий Баженов со своей командой.

Правый Аргумент — либертарианский ликбез по государству, экономике и политической теории.

Chesnok.media — канал Эдварда Чеснокова, одного из немногих журналистов, который пишет о международной повестке с точки зрения правого консерватора.

President Trump — старейший телеграм-канал об американской политике с точки зрения правого и либертарианского дискурса.

Libertarico — канал с актуальными переводами статей, авторскими заметками и подкастами на либертарианскую тематику.

Анкап-тян — канал, где вы можете задать вопрос касательно анархо-капитализма. Задать вопрос можно тут.

Движение Шахар — еврейское движение, объединяющее евреев праволиберальных взглядов.

Campaign Insider — канал про выборы и избирательные кампании, который ведет политтехнолог и автор YouTube-подкаста Павел Дубравский.

Libertarian State — сообщество либертарианцев, формирующих собственное политическое движение за федерализм и панархию.

Жизнь с другими — политэкономист Артем Северский пишет о столкновении этики, политики и права в формировании обществ.

Crypto-Libertarian — канал о либертарианстве, крипто-анархизме и методах коллективного принятия решений.

Девяностые не закончились, а просто поменяли скинпак. Доказываем это каждый день на Слава богу не 90-е — новостном агрегаторе с либертарианским акцентом.

Если вам хочется действительно полного сборника ссылок на все либертарианские каналы, а скоро и на праволиберальные, то эта коллекция собирается на канале @libertarian_links

На следующей неделе канал присоединится к традициям нижнего интернета и отправится на стрим к аспиранту философии Василу на его ютуб-канал Йалдабогов. Обещаю спросить откуда такое сатанистское название, но основные темы беседы предлагаются несколько иные, решать будет всё равно Васил, но вот вам несколько на выбор, выразите интерес:

1. Как нам следует и не следует поступать: суть и смысл нравственной философии, тщета консеквенциализма и этика добродетели

2. Собственность в нормативной философии: прагматическая конвенция или фундаментальное понятие, почему либертарианцы так за неё держатся и обосновано ли

3. Кант: в чем прикол и как это вообще читать, особенно если владеете только русским языком (спойлер: нет)

4. Политэкономия и историческая социология: как развиваются и взаимовлияют политические и экономические системы, правда ли государства — ОПГ, был ли в раннесовременной Европе анкап, откуда пошли национальные государства и есть ли им альтернативы

5. Геймдизайн и стратегии: как настолки помогают усвоить общественно-научные концепты и почему Мартин Уоллес лучший геймдизайнер в мире

6. Сборная солянка: не надо ни на чем концентрироваться и разбирать подробно, давайте всё что выше, а ещё про деньги, демократию, почему 19-ый век убил гуманитарную мысль и насколько она возродилась, если Кац эксперт по всем вопросам, то почему бы и не вам с Василом.

Продолжение треда ненависти и недоумения к русским философским переводам. Посмотрите на этот пассаж:

It is not enough merely to define virtue generically as a disposition; we must also say what species of disposition it is. It must then be premised that all excellence has a twofold effect on the thing to which it belongs: it not only renders the thing itself good, but it also causes it to perform its function well. For example, the effect of excellence in the eye is that the eye is good and functions well; since having good eyes means having good sight. Similarly excellence in a horse makes it a good horse, and also good at galloping, at carrying its rider, and at facing the enemy. If therefore this is true of all things, excellence or virtue in a man will be the disposition which renders him a good man and also which will cause him to perform his function well.

Или

We must, however, not only describe virtue as a state of character, but also say what sort of state it is. We may remark, then, that every virtue or excellence both brings into good condition the thing of which it is the excellence and makes the work of that thing be done well; e.g., the excellence of the eye makes both the eye and its work good; for it is by the excellence of the eye that we see well. Similarly the excellence of the horse makes a horse both good in itself and good at running and at carrying its rider and at awaiting the attack of the enemy. Therefore, if this is true in every case, the virtue of man also will be the state of character which makes a man good and which makes him do his own work well.

А теперь:

Нужно не только указать, что добродетель - это [нравственные] устои, но и [указать], каковы они. Надо сказать между тем, что всякая добродетель и доводит до совершенства то, добродетелью чего она является, и придает совершенство выполняемому им делу. Скажем, добродетель глаза делает доброкачественным и глаз, и его дело, ибо благодаря добродетели глаза мы хорошо видим. Точно так и добродетель коня делает доброго коня, хорошего для бега, для верховой езды и для противостояния врагам на войне. Если так обстоит дело во всех случаях, то добродетель человека - это, пожалуй, такой склад [души], при котором происходит становление добродетельного человека и при котором он хорошо выполняет свое дело.

Бедные русские студенты, вынужденные продираться сквозь 'доброкачественные глаза' и 'их дела'. А это основополагающая работа Аристотеля, с которой будут знакомится практически все, и получать такое вот представление о нравственной фмлософии. Представляю студента, пытающегося, под строгим взглядом преподавателя, выдавить из себя объяснение почему Аристотель считает, что добродетель это одновременно и [нравственные] устои и склад души.

Вчерашние задержания.

Вчера наши однопартийцы были задержаны в одиночных пикетах у здания МВД. В этой статье мы подробно рассказываем, что произошло.

Политизированный рунет отправился пристально смотреть за событиями в США, где после очередного убийства полицейскими поднялась волна небольших бунтов. Пока одни американцы веселятся и отрываются, а другие считают убытки отечественным комментаторам остается только по сотому кругу крутить каждый свою любимую шарманку. Соболезнования всем читателям.

Попробуем заметить в ситуации что-нибудь небанальное. Ситуация бунта дает нам редкую живую иллюстрацию механизмов отправления силы, а соответственно и материал для размышления о балансе силы и экономике силовых взаимодействий. В военной стратегии есть два полезных нам базовых понятия -- преимущество обороняющегося, и преимущество наступающего, она же концентрация силы. Именно преимущество наступающего сейчас получает живую демонстрацию на улицах американских городов. По авеню идет толпа весельчаков, не против высказать свою гражданскую позицию в сторону любой из витрин, из-за витрин взирают обеспокоенные собственники. Собственников может даже и больше, чем весельчаков, но никто не знает на какую именно витрину падёт взор, и каждый защищает свою. Сила весельчаков сконцентрирована, а следовательно они правят театром действий, и в конце концов, витрина за витриной, могут разобрать все и каждую. Причем такое незавидное положение собственников относительно бунтовщиков вшито в сам характер их положения -- собственники каждый на своем участке, бунтовщики собрались толпой.

Но Артем, уже думают некоторые читатели, разве мы не видим, что там где собственники вооружены, они способны дать отпор? Видим. Но видим мы это в условиях, когда сами бунтовщики не вооружены, и когда встреча с огнестрелом для них неожидана, и избегаема. Сейчас огнестрел действительно помогает перенаправить веселье в другую сторону ‐ но только потому, что общество в целом не вооружено. В состоянии полной и равной вооруженности, которая подразумевает что бунтовщики вооружены не хуже собственников, мы вернемся к нынешнему положению. Перед вооруженной толпой, отдельным собственникам будет только и оставаться что свалить, потому что открывать огонь по вооруженной толпе -- лишь подписывать себе смертный приговор.

В реальности, как мы знаем по истории, вопрос концентрации силы решается только ответной концентрацией силы, что и становится ключевым фактором образования государств.

Последнее время в разговорах сразу со многими друзьями всплывала оценка Просвещения для гуманитарной науки, а тут я знаете, благодаря молодцам из Финикового Компота, немного посмотрел на современную дискуссию вокруг того, что они зачем-то называют моральной ответственностью, и меня разнесло: https://litera.lpr.land/2020/06/09/will-enlightenment/. Спойлер: нормативные этики пишут норм, норм пишут политические философы, типа Петтита с его отрецензированной здесь ранее Group Agency, норм пишут даже правоведы, а работы где неиронично используется слово «компатибилизм», это просто днище какое-то.

Редакция традиционно просит прощения за цитаты работ по русскоязычным изданиям. Особенно Канта.

И это я ещё не затронул весь вопрос того, что если вы хотите трактовать моральную ответственность через похвалу и осуждение, как хочет Перебум и многие его коллеги, то вы логически подразумеваете помещение оценивающего и оцениваемого в моральное сообщество, а значит вам надо что-то сказать про онтологию социального, и удачи в этом с позиций наивного материализма. Можно с попкорном ожидать возрождения органических теорий.

Либертарианство и его соседи
Раннее мы с вами разбирали либертарианское понятие свободы, как излагаемое специфически сквозь понятия добровольности и собственности. Поддержка ни одного из этих понятий сама по себе для либертарианства не уникальна, либертарианство выделяет именно их триединство. Оно же делает либертарианство дружелюбным самым разным, зачастую прямо противоположным идеологиям и движениям. Так получается с необходимостью, потому что минимально здравые современные мировоззрения поддерживают либо добровольность, либо свободу, либо собственность, а либертарианство надеется показать каждому такому человеку, почему поддержка одного логически требует и поддержки остальных двух. Сегодня обратим внимание на последствия такого многостороннего союзничества, тем более что злободневные события обязывают — либертарианцы не могут найти согласия по отношению к событиям в США, и это неудивительно.

Начнём с того, что понятие свободы как добровольности через уважение собственности остаётся чрезвычайно абстракным и недоопределённым. Хочется спросить, как такая свобода выглядит, понимая, конечно, что выглядеть она может по-разному. В современном либертарианском движении, особенно в России такая свобода конкретизируется через четыре дополнительные оси: институциональную, социальную, культурную и практическую. Каждая из этих осей даёт конкретику требований свободы, и хотя любое положение на оси совместимо с либертарианством, не все они гармонируют друг с другом.

Самая известная ось институциональная, это спор между принципиальной враждебностью государства свободе и необходимости минимального государства для утверждения свободы, спор между "анкапом" и "минархизмом", или, в более осмысленных терминах, между анархией и республикой, между отвержением публичного права и требованием его как необходимого. На этой оси лежат ответы на то, каковы институты свободы.

На социальной оси, противопоставлены не институты, а концепции обществ в целом. Некоторые либертарианцы видят свободу как получающую наиболее полное воплощение в архипелаге огороженных общин, "контрактных юрисдикций", в каждой из которых может царить такой порядок, какой "сами люди" назначат. Другие не видят в горсти аулов никакой свободы, а видят её скорее в городе — мирном сообществе совершенно разных людей, которые тем не менее научились жить вместе без насилия, приняв правила уважения друг к другу. Эти две концепции очень много чем отличаются, но наверное самое явное различие это вопрос миграции и границ, для одних утверждение границ между общинами это и есть залог свободы, для других залогом свободы является как раз отсутствие таких границ и свобода перемещения. На этой оси лежат ответы на то, каковы сообщества свободы.

Культурная ось тоже хорошо известна, с одной стороны либертарианцы считают что свобода, это свобода сохранять вековые традиции, другие фокусируются на том что в реальности вековые традиции сводятся к заточению людей, оправдания преступлений против них и сокращения их свободы даже в частной сфере. Последним важно эмансипировать людей от сохраняющихся уз, первым защитить право следовать традициям, даже выглядящим "непрогрессивно". На этой оси лежат ответы на то, какова культура свободы?

Последняя, наименее видная, но во многом важнейшая ось, это вопрос того, в каком конкретном действии наиболее полно выражается свобода. Для одних это сделка, контракт, взаимовыгодное сотрудничество, иными словами взаимодействие между людьми, которые уже равны, для других это борьба, защита от посягательств, противостояние с тиранами, деятельность направленная на то, чтобы сделать людей равными перед попытками подчинения. На этой оси лежат ответы на то, какова практика свободы.

В зависимости от того как вы для себя конкретизируете либертарианское понятие свободы через эти дополнительные идеи, вы окажетесь ближе или дальше от других, "соседних" идеологий. Здесь же кроется и определенная ловушка, хотя все идеи полезны для конкретизации свободы, они являются именно дополнительными. Когда они перестают быть дополнительными, и становятся центральными, то либертарианство затеняется, вплоть до исчезновения. Поэтому, лучший способ проверить либертарианец ли человек возникает именно в момент конфликта милой ему дополнительной идеи, будь то "контрактные юрисдикции", "борьба с угнетателями" или "толерантность" с пониманием свободы через добровольность и собственность.

Грядущее мероприятие электорального типа подвергнет опасности здоровье многих людей, но особенно — работников на участках. Обращается бывший однопартиец из Новосибирска: https://www.youtube.com/watch?v=x5NzxlK1FCk&feature=youtu.be

По обсуждении поста об осях конкретизиации либертарианского понимания свободы понял что пропустил пятую важную ось — эпистемную, прошу прощения за претенциозное слово. Для одних либертарианцев, свобода характеризуется неукоснительным соблюдением тех принципов, которые они решили составляют необходимые критерии свободы, вплоть до 'экстремизм в защите свободы не порок'. Это подразумевает абсолютную убежденность, в том, что принципы было выявлено верно — если верно, то за нарушение НАПа можно и стрелять на смерть. На противоположном конце этой оси, понятие свободы как принципиального отсутствия каких-либо единственно-верных во всех случаях и для всех людей принципов, свобода распространяется в том числе и на понимание свободы. В таком понимании, свобода в обществе это хрупкий цветок, выращенный в определенном контексте, и адаптированный под него, а любые пришлые архитекторы с мощными абсолютистскими принципами скорее всего этот цветок загубят, как бы складно их принципы не выглядели на бумаге. С другой стороны, скепсис и неготовность твердо защищать абстрактные принципы перед лицом практики может выхолостить приверженность свободе до пустоты.

Как и другие оси, ось догма/скепсис независима от остальных, к догматикам я бы отнёс и себя (республиканца-горожанина), и @rumskadewski (анархиста-традиционалиста), и @mr_libertarian (общинника-бойца), а среди скептиков находятся одновременно @drunk_foxx (анархист-эмансипатор), @furydrops (капиталист-республиканец) и @lesndle (который наиболее прямо и обратил внимание на важность этой оси, и возможно единственный кто в первую очередь скептик, а потом все остальное).

В рунете опять небольшой скандал вокруг Максима Каца и его предположительной работы на организацию дочери Путина. Связь указанной организации с дочерью указал Демьян Кудрявцев. Всё это вызвало у меня невероятный приступ ностальгии, так что спасибо Дождю — вот вам ролик из восьми лет назад, за которые ничего не изменилось. В России, по крайней мере, а я тут скайпую из коммуналки на пять человек. Прилагается неповторимое врывание ведущего в дебаты, потому что всё можно терпеть, но не разговоры о русской нации.

https://tvrain.ru/teleshow/debaty_na_dozhde/departament_lavochek_i_respubliki_dlja_russkih-331803/

Список для чтения

1. Экономическая история древнего средиземноморья The Open Sea: The Economic Life of the Ancient Mediterranean World from the Iron Age to the Rise of Rome — автор обозревает многообразие политэкономических порядков региона от железного века до становления Рима, интересует компаративным аспектом, а также вниманием к развитию ряда фундаментальных человеческих институтов: монеты, денег, частной собственности. Одна из главных ловушек политэкономиста — не представлять всей широты возможных укладов, тем более что знакомиться с ней объективно сложно, очень радует появление таких обзорных книг на уровне регионов. Ранее у автора выходила прекрасная Land and Power in Ptolemaic Egypt.

2. Две книги по истории и социологии уголовного наказания от одного из современных исследователей темы — более аналитично-обзорная Punishment and Modern Society, и фокусирующая на изменениях в стратегиях наказания США и Британии последних 25 лет The Culture of Control: Crime and Social Order in Contemporary Society. Есть подозрение, что тюрьмы не нужны, хорошо бы понять как мы к ним пришли и зачем. Ранее читал The Oxford History of the Prison, статьи об отсутствующем эффекте снижения рецидивизма, и обзорники.

3. Классика современной этической мысли, которую немного стыдно даже признаваться что до сих пор не прочитал целиком, будучи только фрагментарно знаком с некоторыми положениями — What We Owe to Each Other. В центре книги лежит обсуждение причин для действия, в смысле reasons, то есть разумных причин. Сканлон развивает контрактарную традицию в этике, обосновывая этические нормы как "принципы, которые не могут быть осмыслено отвергнуты другими людьми", но меня сейчас больше интересует по следам прочтения Корсгаард, его изложение природы причин-смыслов, и соответственно субъектности вообще — способности агентов самим полагать причины своих действий.

До семнадцатого века в католической Франции не было распространено соображение, что христианину нужно читать Библию. После Реформации, чтение даже стало активно не приветствоваться, хотя и не попало под прямой запрет, как в Риме. Тем не менее, была и активная католическая группа, которая не только защищала идею чтения, но и перевела Библию на современный им французский, подпольно издала несколько тиражей в разных форматах для разных читателей и распрострянала их. Жена написала об этом переводе диссертацию, страшно интересную, а вот её статья с кратким изложением этой истории.

В России происходит какое-то возрождение интереса к этике, чему можно только порадоваться, вот и Инлиберти летнюю школу в этом году посвятили ей: https://www.inliberty.ru/ithink-ethics/

Программа достаточно своеобразная.

У Пожарского абсолютно топовый ролик про Оруэлла, с достаточно подробным для такого формата разбором его участия в испанской гражданской войне. Смотреть как всегда надо на >1.25х Испанская гражданка — наверное один из самых интересных относительно забытых сюжетов двадцатого века. Всем кто интересуется как в реальности может выглядеть борьба за свободное общество, плюсы, минусы и подводные камни реализации светлых идеологий на практике стоит поинтересоваться периодом. Тем более, что сегодняшняя Россия своей периферийностью и духом былого величия очень напоминает Испанию 30-ых.