Бумеры боятся технологий, серия 100500

Тем временем, в США старая карга Элизабет Уоррен косплеит Мизулину и российских мракобесов не только внешним видом, но и законопроектами, которые своим дизайном не напоминают, а один в один повторяют самые одиозные практики взбесившегося принтера и РКН.

Помните, что случилось с телеграмом?

- анонимный сервис и протокол набрали критическую массу пользователей
- государству это не понравилось
- была разработаны «правовая» (нет) база, противоречащая технологии
- сервису «предъявлены» заведомо неисполнимые т.н. «законные» «требования»
- попытка блокировки
- позор

Ну так вот, госпожа Уоррен выкатила позорный законопроект о фактическом запрете криптоиндустрии, который использует тот же алгоритм. Фактически, он запрещает любые операции в крипте без использования процедур KYC/AML. А это требование неисполнимо на уровне протокола.

Например, под запрет идет майнинг и стейкинг криптовалюты с участием неверифицированных пользователей. Это абсурд. Существующие протоколы стейкинга и майнинга структурно неспособны никого идентифицировать. Или, например, под запрет идет использование некастодиальных (грубо говоря, внебиржевых) опенсорсных кошельков без процедуры KYC/AML. Что тоже невыполнимо даже в теории.

Еще два важнейших сходства между мракобесием РКН и Уоррен — это распространенность технологии и востребованность для бизнеса. К 2018 году количество пользователей телеги измерялось десятками миллионов, а бизнес как активно использовал сам телеграм, так и разворачивал продукты на ее основе. Удар по телеграму был, безусловно, ударом и по экономике уже тогда.

Ну так и крипта давно уже не игрушка наркоторговцев и венчурных дуриков. Вот исследование, которое убедительно показывает, что восприятие вложений в крипту для американского инвестиционного сообщества (в самом широком смысле слова) уже ничем не отличается от вложения в акции. С этой позиции, сложно в принципе вспомнить такую беспрецедентную и позорную атаку законодателя на частную собственность в США.

Но есть и два важнейших отличия. Что крипта, что американские институты обладают куда большей антихрупкостью, чем телеграм и Россия :(.

По счастью, крипта изначально куда более децентрализована, чем централизованный мессенджер, и захеджирована от такого рода «правовых» атак на уровне протокола. А бизнес-интересы в Конгрессе лоббируются куда лучше, чем в Госдуме.

Это не значит, что мракобесы не постараются, и уж тем более не значит, что такого рода «законопроекты» не несут в себе проблем. Что бы ни говорили технооптимисты, любой инновации для процветания нужны инвестиции и правовая среда, которую нельзя заменить технологиями и протоколами. Условный биткоин убить законопроектом нельзя, а вот убить отрасль — запросто.

Но есть общее ощущение, что и с телеграмом в России и с криптой в США бумеры слегка опоздали. И если телеграм в России однажды попробуют заблокировать еще раз, то в успех атаки на крипту в США я бы ломаного гроша не поставил. Судя по утренним движениям биткоина, рынки со мной солидарны. Во всяком случае, пока

@whitekremlin | Поддержать

Читаю вой левых телеграм-каналов о том, что злой и страшный Хавьер Милей делает бедных беднее, девальвируя официальный курс песо.

Вопросы о том, откуда образовался разрыв между официальным и «черным» курсом песо, почему вообще существует «черный курс», и кто же те странные и загадочные агенты, что предъявляют на этот «черный» курс спрос, а также возможно ли простому человеку было купить валюту по официальному курсу песо, левые телеграм-каналы привычно не задают.

Боюсь, что не задают их только лишь вслух, но в глубине души и авторы, и читатели не просто всё понимают — а понимают гораздо лучше, чем иной нейтральный читатель.

Милей, конечно, дядечка странный, но на родине, к сожалению, фриков тоже хватает.

@whitekremlin | Поддержать

В новые регионы России будет вкладываться триллион рублей ежегодно, — Путин

К вопросу о заколебавшей дискуссии про репарации, которая за почти два года не сместилась в пользу конструктива.

Проблема этой дискуссии — в, не побоюсь этого слова, кретинской тональности и зэковском дискурсе. Одними репарации позиционируются даже не как акт унижения, а аналог лагерного «опущения». О чем свидетельствует и лексика лагеря в отношении репараций — «платить и каяться», «прогибаться» и все такое прочее. Более разумными эта дискуссия сводится к вине и ответственности, но дальше, увы, идет нечто малосодержательное.

И речь даже не о том, что это отвратительно эстетически и оскорбительно для меня как для православного христианина (хотя не погнушаюсь еще раз напомнить, что политики, шеймящие акт покаяния, косплеят чекистов и идеологически им близки). Речь о том, что это неверно по существу, а репарации уже платит каждый работоспособный гражданин или резидент России, который в принципе задействован в нашей экономике.

Экономически, для гражданина России разница между санкциями, репарациями, тратами на войну и восстановление «новых территорий» минимальна. Поясню.

Допустим, мы с вами живем в альтернативном 2023 году в мире без войны, санкций, репараций, новых территорий. В этом мире:

- доходы от сырьевого экспорта соответствуют мировой конъюнктуре
- доходы от торговли с Украиной отличны от нуля и зависят преимущественно от роста ВВП обеих стран
- расходы на репарации и обход санкций равны нулю
- расходы на войну равны нулю

В нашем с вами мире:

- доходы от торговли с Украиной равны нулю, что означает экономические убытки (особенно для пограничных с Украиной территорий, десятилетиями зарабатывавших на транзите)
- доходы от сырьевого экспорта дисконтированы к мировой конюънктуре, и этот дисконт растет
- расходы на репарации равны нулю
- расходы на обход санкций растут 19-й месяц подряд, и этот тренд не будет сломлен
- расходы на войну, аналогично, растут 19-й месяц подряд
- расходы на «новые территории» — триллион в год (+, скорее всего, индексация как минимум на инфляцию).

В мире «плохих» репараций картина будет следующая:

- доходы от торговли с Украиной равны нулю (де-факто — рост экономических убытков)
- расходов на войну нет
- доходы от сырьевого экспорта...

А вот тут случается арифметический фокус, потому что при плохом дизайне репараций для граждан России нет вообще никакой разницы между репарациями и санкциями. Как вы продавали нефть и металлы со скидками, так и продаете. Меняется максимум механизм администрирования, но это волнует внешних акторов, не нас. Всё.

Еще раз, это важная мысль: для гражданина России по дефолту нет никакой разницы между санкциями и репарациями. Она важна правительству, другим государствам, большим корпорациям, но не нам с вами.

Но...именно репарации являются тем инструментом, который позволит (в теории!) добиться максимального экономического эффекта для гражданина РФ.

(1/3)

@whitekremlin | Поддержать

(начало)

Давайте себе представим дизайн репараций, при котором соблюдаются следующие условия:

- сумма выплат конечна и не подлежит увеличению ни при каких обстоятельствах
- условием начала выплат является отмена всех санкций для участников внешнеэкономической деятельности и возвращение в РФ всех платежных систем
- выплаты производятся только с экспортных доходов РФ
- снимаются все торговые барьеры для торговли РФ
- репарации тратятся преимущественно на восстановление пограничья с РФ и подлежат обязательному аудиту

При таком дизайне:

- доходы от торговли с Украиной положительны и растут по мере восстановления территорий (давайте не будем делать вид, что ее не будет — многие совместные бизнесы, на самом деле, не остановлены до сих пор). Т.е., репарации превращаются в рычаг роста будущих доходов России
- экспортные доходы дисконтированы на сумму репараций, но выше текущих за счет снятия ограничений на торговлю; со временем этот дисконт становится равен нулю
- расходы на войну равны нулю
- расходов на новые территории не существует
- сокращаются издержки в целом по экономике за счет уничтожения санкционных механизмов.

Как легко заметить, последний дизайн является единственным, в котором картинка хоть сколько-нибудь приближена к миру, в котором не было бы войны.

Вы можете заметить, что мой пример оторван от реальности. Но, во-первых, вся дискуссия о репарациях оторвана от реальности. Во-вторых, моей задачей было показать разницу подходов. Текущий подход призван давить на эмоциональные триггеры и заставить стороны орать друг на друга, там нет другого смысла и содержания. Добродетельный подход призвал бы стороны к спорам о том, как нивелировать негативные эффекты войны на кошельки россиян и как максимизировать позитивный эффект достижения мира, исходя из новых реалий. Поверьте, там есть о чем спорить.

Это несложно — я представил вам, как это делается, за 10 минут свободного времени. Почему этого не сделали за два года люди, претендующие на ваше доверие — вопрос.

Дискуссия о репарациях в текущем виде отвратительна. Она проходит в спорах о том, кто кого прогнет и опустит, кто тут куколд, кто заукраинец, кто зетник, кто должен платить и каяться и прочем невыносимом нафталиновом бреде. И эта тональность сама по себе разоблачительна. Добродетельные политики так дискуссию в принципе не ведут.

Было только одно исключение.

(2/3)

@whitekremlin | Поддержать

А теперь саморазоблачусь и разоблачу других.

(начало)

Мой пример дизайна репараций ни черта не мой. Я полностью украл его у Навального, и лишь конкретизировал в соответствии с духом его же предложения (см. ниже).

Люди, которые говорили, что «Навальный поддержал репарации», сознательно лгали с самого начала.

Потому что целеполагание разное. Потому что Навальный — отстаивающий республиканские ценности добродетельный политик, поставивший шкуру на кон.

Его предложение изначально задизайнено на рост благосостояния гражданина России и смягчения последствий войны. И всегда таким было. Надо было просто внимательно прочитать оригинал.

А люди, которые хотят вас развести на ненависть и ярость, заведомо недобродетельны. Про тех, что от граждан России всерьез хочет обожания и одновременно требует соглашаться с требованием репараций как актом унижения, даже ничего говорить не хочу.

Дискуссия о репарациях более чем абстрактна, но у нее простой урок. Добродетельность публичного политика определяется эффектом, которого он стремится достичь своей деятельностью. Вот так просто.

PS. Сегодня восьмой день, как мы не знаем что с Навальным. Этой серией постов я ультимативно требую от всех, у кого больше медийного и прочего ресурса, чем у меня, прекратить вялые политические пиздилки вообще ни о чем и предпринять все интеллектуальные усилия на то, чтобы любыми способами выяснить, что с ним.

(3/3)

@whitekremlin | Поддержать

Нейрокремль, прямо скажем, не очень достоверен, но весьма симпатичен. Опять, же, почти правильный флаг. Опять же, орлы вместо звёзд.

Машинка очень старалась, так что пусть пока побудет аватаркой.

@whitekremlin | Поддержать

Миша, вывод отчасти верный, но в целом очень плохо.

1. В основе хорошего сервиса нет вообще никаких мигрантов, зато есть рыночные инновации. Вот так просто.

Тут, правда, возникает вопрос: а как так вышло и почему в России с ее патрон-клиентскими отношениями, монополиями, низкой производительностью труда и фактическим отсутствием свободного рынка капитала сложились классные сервисы, а в Европе — нет?

На вопрос отвечают Джоэль Мокир с его «Рычагом богатства» и Мансур Олсон с его теорией коллективного действия. Ответ: да потому что группы интересов (они же «олсоновские группы» в некоторой русскоязычной литературе) делят делянки, а поделив их, максимально заинтересованы в сохранении как можно дольшего статуса кво и препятствии любым инновациям.

Просто в России, в силу централизации и общей неэффективности власти, возникают ниши, неинтересные до поры до времени никому. Власть делит ресурсы между своими, не обращая внимание на копошение снизу до тех пор, пока оно не приобретает глобальный масштаб. Поэтому у нас куча неэффективностей везде, где ключевые решения остаются за государством. Зато там, где есть рыночная свобода, расцветает всё и сразу. А Европе, в силу эффективности многих ветвей власти, исторического наследия и эффективной публичной политики, напротив, зарегулировано и поделено всё. От количества кресел стоматолога в конкретном кантоне до долей каждого банка в банковском секторе. А к олсоновской группе «пришит» каждый первый.

Почему в России никому неизвестные девчонки из панельных домов вывели Russian Nails в глобальный бренд? Потому что не было никакого порога входа, не было лицензирования, не было ограничений на рекламу, и даже ФНС годами не приходил. Плюс огромная, еще с крепостничества, традиция гаражной экономики. Аналогично с мастерами по волосам: наши профессиональнее на порядки, и их услуги в ЕС стоят с «иксами» по отношению к местным. Угадайте, у кого в стране власть догадалась лицензировать деятельность, а где было плевать.

Идем дальше, поближе к мигрантам. Почему Россия сделала целую россыпь своих «уберов» (Максим, потом только Я.Такси, и потом Ситимобил), а ЕС — нет? По тем же причинам: в РФ гибкость рынка труда обеспечивается широкой неформальной занятостью + спецрежимами (все эти патенты, сазаны и т.д.). Причина та же: гномикам надо крутиться, ну и пусть крутят, пока не трогают большие активы. Мигранты тут — следствие второго порядка, и оно не очень интересно, на самом деле. Во Франции трудовой кодекс в несколько тысяч страниц превратил рынок труда в склеротичный кусок дерьма, который не защищает ничьи интересы, кроме собственной толщины — даже государства (!).

Почему в России появились свои поисковики с соцсетями, но не появилось никаких больших айти-игроков после 2012 года, кроме окормленных государством — догадайтесь сами.

То же самое с банками. Почему в России информация о несанкционированном доступе в приложение приходит моментально, а ЕС почтой месяц спустя? Потому что наш ЦБ волнует финансовая стабильность, макропруденциальные меры и задротская макроэкономика, а клиентские сервисы — пожалуйста. ЕЦБ в монетарном отношении — эталон непрофессионализма (моя любимая старая картинка на тему), зато он и локальные регуляторы обожают наливать своим банкам «теплые ванные», не забывая влезать во все аспекты их бизнеса и дрючить за KYC. Почему в России любой микробанк вырисовывает до идеала свое приложение — понятно, зачем евробанку стараться вообще что-то делать в его тепличных условиях — непонятно. В США, кстати, история обратная: банки рано поняли преимущества цифровизации своего бизнеса, в итоге весь их бизнес 50+ лет крутится на языке cobol, и как все это переписывать, никто не знает.

Ах да, совсем забыл. До февраля прошлого года в гонке беспилотных автомобилей были всего 4 участника: США, КНР, Израиль и Россия. За лидерство по накатанному пробегу в целью обучения авто сражались США и Россия. Алсо, Россия входит в топ-3 стран по майнингу крипты. Как так вышло, тоже догадайтесь сами.

@whitekremlin | Поддержать

👆 я мог бы продолжать долго, вплоть до покойного русского баттл-рэпа — самого популярного баттл-рэпа на планете еще пару лет назад, но суть вы уловили.

Мораль? Мораль минархическая. Неверно ослаблять централизованную власть за счет муниципалитетов и регионов. Требуется думать об ослаблении власти вообще всех: президента, парламента, регионов, муниципалитетов, рыночной власти монополистов, власти профсоюзов (да, уже сейчас), и так далее.

Сделать это, кстати, будет менее сложно, чем кажется: запрос «отъебись» в России силён как никогда, и в ближайше десятилетия вряд ли ослабнет.

@whitekremlin| Поддержать

От мема — до исследовательского труда и заявления в прокуратуру

Такое мы уважаем.

Парадоксальным образом, Новый Год и Пасха даже в советское время оказались традицией, сломать которую оказалось не под силу никакой власти. В 1937 году Сталину пришлось разменять возвращение «буржуазного» праздника в обмен на возможность совершить самые масштабные репрессии за все время. Собственно, победить Новый Год оказалось невозможно — его праздновали даже самые фанатичные сторонники советской власти.

Советский День Победы — это, конечно же, «светская пасха» и история о воскрешении мертвых. Не знаю, вдохновлялись ли этой метафорой томские журналисты Лапенков, Колотовкин и Дмитриев, когда придумывали «Бессмертный полк». Но то, как завирусилось их детище, впоследствии бесстыдно национализированное государством, показывает, что традиция увязывать весну с воскрешением прошита в российском обществе на каких-то совсем глубинных уровнях. И, аналогично новому году, православная Пасха никуда уходить из быта советских россиян не желала. Дошло до того, что государство само постановило выпекать «майские кексы», которые загадочно появлялись и исчезали в пасхальную неделю.

Желание быть скромным в текущей ситуации понятно, но есть проблема. Ты можешь сколь угодно потакать всеобщему зажмуриванию от проблем, пытаться делать вид, что ситуация под контролем, и рутинизировать не только войну, но даже выборы, лишь бы никого лишний раз не раздражать.

Но неспособность хотя бы минимально поддерживать новогодний канон — это почти что вслух сказать: «Государство не в порядке, мы все очень не в порядке». Сигнал максимально хреновый, враждебный и пахнущий мертвечиной.

Доказать пользу умеренности во взглядах легко.

Представьте себе воображаемую страну, в которой за власть борятся не условные леваки, праваки и либерахи, как мы привыкли, а трезвенники, наркоманы и алкоголики. Кого бы все трое презирали одинаково?

Нетрудно догадаться: людей, которые просто бегают по утрам или ходят в зал, пьют раз в неделю пивко и иногда скуривают косячок.

Вспомните об этом, когда вы в следующий раз обнаружите анкапов с зетниками и коммунистами в обнимку, совместно пинающих соломенно-мифических «либералов» в совместном макабрическом экстазе.

Из этой новости я узнал, что в мире есть:

- люди, которые готовы купить NFT в 2023 году

- люди, которые готовы купить NFT у Никаса Сафронова

- люди, которые готовы УКРАСТЬ NFT у Никаса Сафронова

https://t.iss.one/markettwits/270726