Морозный воздух обжигал лёгкие, онемевшие пальцы не слушались, но арбалет был взведён. Лэнс чётко видел крылатый силуэт через прицел, но, как только нажимал на спуск чуть сильнее, как внутри что-то сжималось и перекрывало дыхание в горле. Охотиться на кого-то больше зайца не доводилось — липкое чувство, что в лесу он чужак и варвар, всегда отводило его от этого, но сейчас выбора не оставалось. Он до тремора сжимает ложе. Мама поправится, а это просто тупая туша, Лэнс всё сделает быстро.

Силуэт в прицеле расслабленно завозился в перьях. Что-то было в этом... совсем не дикое, обычное движение чем-то похожее на то, как сестра с утра прочёсывала спутанные волосы. Рука дрогнула, и Лэнс спешно покачал головой, избавляясь от наваждения. Это просто дичь, как утка. По уткам он стрелял, по перепёлкам тоже. Тут отличие только в размерах.

Он медленно и ровно выдохнул, усилием воли расслабляя сведённые брови.

Курок сухо щёлкнул.