Что злато-серебро! От них — лишь порча рук

(Алишер Навои)

Лучше не бояться, лежа на соломе, чем быть в тревоге на золотом ложе

(Эпикур)

Ослу образованье дали.
Он стал умней? Едва ли

(Саша Черный)

...Из подростков получаются прекрасные лгуны. Они уже достаточно взрослые, чтобы быстро соображать, но ты все равно готов поверить каждому их слову, ведь они еще дети

(фильм "Дикость", 1998)

Помните, у Хемингуэя? Помните, у Дрюона? Помните, у Жуховицкого? Да ой! Нахалы какие, за какой-то коктейль «Мутный таран» я все должна помнить

(Василий Аксенов, «Затоваренная бочкотара»)

Стыда не бойтесь, осуждений не будет. Есть границы, за которые осуждение не переходит: я могу предложить вам такое громадное содержание, что самые злые критики чужой нравственности должны будут замолчать и разинуть рты от удивления

(Александр Островский, "Бесприданница")

За тобой
через года
иду,
не колеблясь

(Роберт Рождественский)

Вечерние поля в росе,
Над ними — во́роны…
— Благословляю Вас на все
Четыре стороны!

(Марина Цветаева)

Лето умирает. Осень умирает. Зима – сама смерть. А весна постоянна. Она живет бесконечно в недрах вечно изменяющейся материи, только меняет свои формы

(Валентин Катаев, "Алмазный мой венец")

Страна Русская и славный город Москва — свидетели слов наших

(Иван Хворостинин, "Словеса дней, и царей, и святителей московских")

На земле не думаешь о земле. А находясь в море, неотступно думаешь о море

(Чингиз Айтматов)

Некоторые виды баранок раньше называли по именам поэтов и писателей, которым они нравились. Так, были "пушкинская" сушка — с ванилью, "лермонтовская" — на горчичном масле, "чеховская" — с маком, "есенинская" — подсоленная

(из книги Л.Поливалиной "500 рецептов старого трактирщика")

Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость

(Никколо Макиавелли, "Государь")

— С девяти вечера до девяти утра он мой!
— Я уведу у тебя мужа. Будешь тогда на часы смотреть!

(индийский фильм "Бесценный подарок", 1987)

Может ли кто-нибудь быть настолько безумным, что вообразит себя более благородным из-за нитей более тонкой шерсти, раз эту самую шерсть, из каких бы тонких нитей она ни была, некогда носила овца и все же не была ничем другим, как овцой

(Томас Мор, "Утопия")

Скажи мне, кто тебя хвалит, и я тебе скажу, в чем ты ошибся

(Владимир Ленин, "Шаг вперед, два шага назад")

Да, всю жизнь я буду кое-что добирать натурой в тайное возмещение постоянных переплат за товар, навязываемый мне

(Владимир Набоков, "Дар")

Нет в мире самой гнусной из вещей,
Чтоб не могли найти мы пользы в ней

(Уильям Шекспир, "Ромео и Джульетта")

Всему ища вину вовне,
Я злился так, что лез из кожи,
А что вина всегда во мне,
Я догадался много позже

(Игорь Губерман)

Однажды, проезжая Томск (1890), Чехов написал: "Люди здесь прескучнейшие… Город нетрезвый" — через 114 лет горожане поставили писателю памятник с подписью "Антон Павлович в Томске глазами пьяного мужика, лежащего в канаве и не читавшего Каштанку"

Хотел бы я купить себе немножко счастья, если его где-нибудь продают

(Эрнест Хемингуэй, "Старик и море")