Имя счастливчика вычертано на дверной табличке.. «Федоров Мирон Янович», — гласит аккуратная надпись и прожигает дыру в груди принципиального Славы. Сам он сидит в коридорчике, пыхтит себе под нос и постоянно поглядывает на часы, висящие прямо над кабинетом. Приклеившись взором к циферблату, парень отсчитывает каждую секунду и думает о том, что на консультации мозгоправ был пунктуальнее, хотя и относился к своей работе наглядно похуистично. А может это Машнов образ Мирона всерьез попросту не воспринимал. Маленький, в гомосетской розовенькой рубахе, весь в несуразных татутах.. Уссаться с забавы можно, но это куда лучше, чем зазойная женщина с километрово отросшим маникюром и скрипящим на весь район голосом..

—Здарова! Че, впахиваешь? Минутки не найдется свободной? Дело есть, ветеринар ептель, — Данил по-особенному широко улыбается и подходит ближе.

—Дань блять, я вместо тебя к Тохе за молоком не пойду! — обрубает Коряков, повернувшись к Дане и уперев руки в бока. — Он меня опять доить посадит, чтобы я "не ждал и сиськи хоть какие-то пожмякал".. Да и коровы у него начали молока мало давать, я ему говорю, что это, в лучшем случае, гипогалактия кормовая либо стрессовая, в худшем мастит.. Ну инфекция. А он мне сказал, что это у меня руки из задницы и дергать я не умею. Нет, ты представляешь? Это я.. Я дергать не умею!..

В микрофон ведущего и по совместительству комика звучит его кликуха.. Пока без подъебов и длинных представлений, Машнов - белый лист, ничем не запомнившийся. Однако парень уверен, что у него всё впереди. И что-то подсказывало, что первый шанс заявить о себе не проебется!

—Всем здаров, я Гнойный, и у меня возраст Христа. Ну а че блять, Христу не было семнадцать? — вылавливая микрофончик и крепко его сжимая, начинает Слава и практически сразу слышит тихие смешки. Улыбается, продолжает. — Гнойный - это не просто погоняло, а последствия употребления. Нанюхиваться я начал с самого детства.. Примерно тогда, когда мать посадила меня дышать над картошкой..