☝️Этот текст я написал спустя сутки после вторжения России в Украину, пусть он здесь лежит первым постом, мне кажется это правильным. Целый год после этого я прожил как-то на автомате, почти (кроме нескольких поездок в Ригу) не покидая Берлина: вставал, клал ноги в шлепки-биркенштоки, шел в био-булочную за углом, пил кофе. Перемещался по городу как сомнабула, много работал, уйти в работу было спасением, несколько месяцев не открывал свой почтовый ящик (не делайте так, в смысле, это большое удовольствие, но потом довольно дорого встает разгребать последствия).

В себя я пришел только на Берлинале в конце февраля: оказалось, что часы год назад остановились только у меня, а мир продолжает жить дальше — например, наснимали кучу хорошего кино, а фейсбук продолжил эксперименты по селфхарму и окончательно стал непригоден для коммуникации с миром. Я сходил на кино, вытащил письма из почтового ящика и завел этот канал. Через пару недель настанет сезон шлепок-биркенштоков, весна в Берлине ранняя.

Когда я приехал в Берлин, существовало такое понятие как «русский Берлин», и его лицами были Дмитрий Врубель и Владимир Каминер. Врубель умер, про Каминера надо уже объяснять, кто это такой, «русского Берлина», спасибо Владимиру Путину, тоже нет, в смысле остался предмет, на который это слово указывало, но у него теперь нет устоявшегося названия и формы - что-то зыбкое как медуза. Врубель и Каминер – бесспорные легенды, но у меня, как у части «русского Берлина» тех лет, никогда не было чувства, что они меня представляют — просто чуваки, участвующие в медийных играх, все очень понятно. Я вообще, когда приехал сюда больше десяти лет назад, начал вести себя так, как будто приехал в пустыню, где до меня ничего не росло, и удивлялся, если кого-то встречал в темных коридорах. Не могу сказать, что я в этом прав, но я думал, что могу позволить себе так себя вести — если бы было что-то интересное, я бы это не пропустил. У этого есть определенные издержки — посты в соцсетях про мои трусы в том числе вызваны тем, что люди не могут простить мне моего невнимания. Но тут уж сорян, как говорили в том Берлине.

Сначала очень сильно ударившая по Берлину пандемия, потом война перемешала в том числе и эти иерархии - кто там вспомнит, что там было в 2019 году. Окончательно сформировалась такая крепкая и пассионарная штука как украинский Берлин (кто его лица - не знаю, может, кто-то из vitsche) с культурными центрами, спейс медузой и популярнейшими рейвами в RSO и альте мюнце. Но свято место пусто не бывает, и то, что когда-то было «русским Берлином», представляют сейчас только что приехавшие сюда медийные москвичи. Даже если они так это не называют, и на это не претендуют – фактически это так. И это нормально, берлинские старожилы действительно растеряны – кроме тех, кто работает в правозащите и НКО (вроде Лены Штайн и Сережи Медведева) – им некогда рефлексировать, они очень много работают и фактически спасли много жизней.

Что до новых берлинских москвичей. Есть такой популярный жанр – берлинец, который приехал чуть пораньше, объясняет новому берлинцу, что Берлин – это очень сложный город, и тот в нем ничего не понимает. И хотя, если посмотреть на это из космоса, приехавший чуть пораньше берлинец прав (Берлин правда сложный и ебнутый город, к которому очень непросто подобрать ключ), но при этом все мы знаем, как выглядит человек, который хватает другого за воротник и с пеной у рта начинает что-то объяснять. Новые берлинские москвичи могут себе позволить нас не слушать (я бы так и делал на их месте).

В итоге в русскоязычных и немецких медиа про Берлин нам будут рассказывать люди, которые ладно что плохо говорят на немецком и не следят за тем, как социал-демократы сейчас в сенате пытаются добровольно отдать город ХДС (сенсация вообще). Но и, главное, не понимают, как можно идти в шесть утра в катер блау, и почему наркодилер является важной и в каком-то смысле социально защищенной городской профессией. Но, если посмотреть из космоса – что тут такого. Мне понадобилось года три-четыре, чтобы начать понимать Берлин и еще пара лет, чтобы это все полюбить, теперь я хожу в шесть утра в катер блау – ну и что мне это дало кроме того, что я теперь выгляжу, осторожно скажу, почудаковатее, чем лет пять назад? Это как бы мой личный прикол, так я это и воспринимаю.

Ирония в том, что пусть мы и переименовали кафе из «Москвы» в «Киев», но фактически «маленькая Москва» в Берлине – уже реальность со всеми ее симпатичными и адскими чертами. Если из предыдущего периода истории города нам удалось выудить квартиру по старому контракту, то этого в целом достаточно, «je ne regrette rien», как пели ЧВК-шники в берлинальском фильме «Диско бой». Как будто при Каминере и Врубеле было лучше.

Ходил на выходных на домашнюю вечеринку (с днем рождения, Ира) - 30 красивых людей, и за всю ночь ни одного разговора о войне, что, кажется, впервые такое за год. Я в таких ситуациях обычно играю роль звезды для геев: «ой, какой красивый мужчина», «осторожнее, он натурал», «ничего, что моя рука тут лежит?» – на что я обычно хлопаю ресницами и тихим голосом отвечаю: «хи-хи, ладно», то есть веду себя максимально как школьница. И в тот момент, когда уже время застыло - то ли три, то ли пять утра, - и обычно разговор переходит на дизайнерские наркотики, топлесс-диджей (хорошая!) со своим бойфрендом говорят: «внимание, пожалуйста, послушайте».

Оказывается, они купили в обычном немецком супермаркете борщ в банке, который проходит мимо всех радаров как максимально мутный продукт (борщ(!) в банке(!) в Германии(!) - и говорят, что теперь никогда не будут варить обычный, поскольку зачем – этот не хуже. Я выбрался из-под геев, спрашиваю: «штооооо?» Парочка (а как-то по ним видно, что жить они умеют и вообще приятные) говорят: «да, сами удивлены, скупили все банки».

Ладно, вчера голодный купил вечером банку за три евро в своей же «эдеке» прямо в моем доме – на ней марка «Довгань» (сразу воспоминание – летний вечер на даче, бабушка, пухлый мужик в костюме по телевизору, сейчас будут показывать «санту-барбару»), высыпал в кастрюлю, добавил 750 миллилитров воды, мешаю черпачком, жду пока закипит. В голове какая-то странная сюжетная дуга: во времена «Довганя» мы западный сухой порошок (сухой сок, на самом деле в Африке произведенный) разводили водой, чтобы получить вожделенную химию, а борща вокруг было хоть залейся, а сейчас борщевой порошок разводим, потому что химии в Берлине - море, а супов что-то не очень. Наливаю в тарелку, - туда же сметана, свежая петрушка, - смотрю, ложкой мешаю. Выглядит окей. Во всяком случае похоже.

Да, нормальный вегетарианский борщ в итоге, свекла странно порезана и чуть разварена, но от свежего отличить сложно, если вы сметану с петрушкой положите и не знаете секрет. Если вареную говядину положить, вообще будет прекрасно, а бабушка все равно не увидит.

В бассейнах Берлина буквально с сегодняшнего дня женщины могут плавать без верха — не знаю, как изящно выразиться, в общем, топлесс. История типичная: 33-летнюю девушку заставили покинуть бассейн, она подала жалобу на нарушение антидискриминационного закона, а в 2023 году трудно придумать, почему женщины обязаны прикрывать грудь там, где мужчинам не надо, так что сделали общее правило. Берлин в Германии даже не первый, в Ганновере ходить с открытой грудью в бассейнах можно уже пару месяцев.

Ехал в лифте в одном берлинском учреждении, которое очень фигово работает, ел рисовую вафлю, вернее, уже доедал. Лифт останавливается, заходят две немецкие женщины, явно местные, из кабинетов вышли, без особых эмоций говорят о работе. Вдруг одна поворачивается ко мне: «Вы едите рисовую вафлю». Я (хрустя): «угу». Она: “Причем соленую. Они ИНАЧЕ ПАХНУТ”. Поворачивается к коллеге, продолжают разговор. Я (мысленно): “штооо?” Эти вафли действительно продают с солью и без. Те, что с солью – ну чуть соли добавили, я ее вообще не чувствую, просто чуть менее пресные. ПАХНУТ ТАК ЖЕ. Но в каком смысле пахнут. У меня рот закрыт. Крипово. По-другому взглянул на это фигово работающее учреждение, там не все так просто.

Ничего себе, СБПЧ ровно через неделю в Берлине выступают в зале на тысячу мест (tequilajazzz в эти выходные — в зале на 120). Это Kesselhaus, если будете искать. Думаю, надо идти, им идут большие залы, мой лучший концерт 2019 года был СБПЧ в Минске на похожей площадке.

Завтра плюс семнадцать, и в эту ночь умеренно длинная (ну не питерская), но очень вытягивающая жилы, серая и мокрая берлинская зима подходит к концу. С завтрашнего дня — берлинская весна, а она такова, что можно доставать биркенштоки, и через неделю, когда подсохнет, сидеть на траве. В хот йоге есть момент, когда ты закончил стоячую серию упражнений, под тобой на полу литр пота, ты пошатываешься, готовишься уже лечь, но инструктор не дает и говорит: «поблагодарите себя за то, что вы это сделали». А там зеркальная стена, ты занимаешься лицом к ней, и надо поблагодарить, смотря себе в глаза. Я всегда на это забивал как на глупость какую-то, максимум показывал в зеркало себе козу рукой, а в какой-то момент перестал забивать: молодец, чувак, сделал, ну а чо.

И вот я вам и себе тоже сейчас говорю: поблагодарите себя за то, что вы пережили зиму, ну где-нибудь, хоть в зеркале смартфона, на себя смотря. Даже если у нас получается игнорировать войну, воздух все равно отравлен, много энергии уходит не по адресу, куда сложнее принимать решения и очень много сомнений. Но понятно, что все это в биркенштоках легче, и берлинские закаты — лучшие на Земле, и отсчет, в общем, пошел.

Берлин, если у вас вечер свободный, то сегодня всеобщий любимец композитор Сергей Невский представит свою — не знаю, как это назвать — симфонию про Берлин девяностых, которая будет сопровождаться любительским видеорядом о том, как композитор и его друзья в то время зажигали на рейвах и бегали по городу абсолютно голыми. Кроме того, так как это знаменитый фестиваль экспериментальной музыки Märzmusik, то там в программу еще два выступления впихнут, которые, не исключено, запомнятся нам на всю жизнь — судя по описанию, там женщина будет просто кричать нам в лицо. Lassen Sie sich provozieren! — такой слоган (спасибо). Приходите, стоит двадцатку.

Знаменитый рэпер-парикмахер Бер, который с недавнего времени (как у него волосы отросли) стрижет Оксимирона, а меня так — прямо уже много лет, — запустил видеоподкаст! Я там тоже буду в каком-то выпуске, а сейчас Дельфинов.

Привет. Мы опубликовали первую часть подкаста с @poetdelfinov
Смотрите, подписывайтесь на канал, лайки, колокольчики, хейт, все вот это.

https://youtu.be/TAHg0qGBEJ4

Сейчас напишу странную вещь, которую про Берлин мало кто понимает – это город, в котором есть дремучий, глухой и очень странный лес. Ну то есть не просто – хаха, лес! – а нормальный серьезный сосново-дубовый вековечный лес, который тут был всегда (последние 20 тысяч лет) — и до начала прошлого века служил охотничьими угодьями местных князей. Я говорю, понятно, про Груневальд – и для меня, как для жителя западного Берлина, это, наверное, главная часть города – мне до леса три километра, а до Бергхайна и Бранденбургских ворот значительно дальше. То есть я лесной человек: выхожу из дома – пахнет лесом и лесной водой, тут не перепутаешь, и если случится какая-то заварушка между лесом и городом, я буду на стороне лис и кабанов.

Когда я учился в потсдамской киношколе, то, возвращаясь с пар, чуть ли не каждый день ходил в лес купаться на Чертово озеро – сбан как раз по окраине Груневальда проезжает – и подолгу просто на это очень красивое озеро смотрел в некотором опупении. Чертовым (Тойфельзее) оно называется потому, что во время славян тут было капище – место, где молились и приносили в жертвы – и там у меня всегда, будь я в воде или возле нее, чувство, что на меня кто-то невидимый смотрит. Без злости, но и без радости, просто чье-то мощное присутствие. Извините, сам всегда удивляюсь, но уже десять лет без изменений, постепенно начнешь в такой ситуации себе доверять — ну и привыкаешь, конечно, условно уже отвешиваешь пятюни местным славянским духам, благо генотип у нас похож.

Я – нормальный, далекий от мистики человек, но (только) если дело касается Груневальда, я – эзо-истеричка. Заходя, здороваюсь с духами, уходя – прощаюсь, и так далее. За десять лет я повидал уже всякого, я видел как на песчаной дюне возле Чертова озера ночью вызывают дьявола, всяких странных людей, которые туда к вечеру стекаются, там есть своя странная ночная жизнь, к которой я отношусь с осторожным уважением. Вы о ней вряд ли узнаете, я не о том, что по Груневальду надо ходить как Иван Бездомный со свечкой и иконкой — это чисто потребительски очень кайфовый лес с чистыми пляжами, пригорками, соснами, шалашами, секс-маршрутами для геев и прекрасными закатами в его некоторых частях. Но это одновременно древняя странная штуковина недалеко от центра города (он практически от станции весткройц начинается, что на кольце), и там хрен знает, что происходит. Очень скучаю, еще буквально на пару градусов температура поднимется, и надо всех там навестить (и вы сходите).

Я вчера написал вам ПРОРОЧЕСКИЙ текст про то, что берлинский лес проснется и отомстит, а сегодня появилась информация, что в парке Хазенхайде (где опять-таки секс-маршруты для геев, а в корону (можно так говорить?) устраивали нелегальные рейвы) гуляет молодой ВОЛК. Любимая берлинская полиция, пишет Berliner Zeitung, обследовала парк и сфотографировала зверя – по первым данным, это МОЛОДОЙ ОДИНОКИЙ (шерстяной) ВОЛЧАРА. Полиция посоветовала посетителям парка не приближаться к нему и успокоила население, отметив, что он настроен дружелюбно (дословно – НЕ СКЛОНЕН К КОНФРОНТАЦИИ, очень особенное и редкое выражение выбрали). По мнению полиции, вмешиваться в ситуацию не нужно (в смысле? а геи?)

Однако у нас же в Берлине, видимо, меняется власть, и глава местной ХДС (он станет мэром) предложил на всякий случай УБИТЬ волчару. Нынешний мэр Франциска Гиффай (социал-демократка) это предложение поддержала (тряпка). Фракции “зеленых” и “левых” в городском Сенате пока не выработали единой позиции (они в ахуе), “Альтернатива для Германии” готовит для волка виселицу. Такой расклад. Не знаю, соберут ли кризисный штаб.

Если вы вчерашний мой текст ☝️ читали, может сложиться ощущение, что в Берлине, куда ни плюнь, везде секс-маршруты для геев, но фактически я знаю только два – в Груневальде и Хазенхайде – то есть как раз там, где ПРИРОДА и славянские боги готовят бунт против человеческой цивилизации. Не знаю, что этот факт говорит нам об устройстве мира, но, наверное, что-то говорит. За капслок извините. А, вспомнил, что вроде еще в парке Тиргартен есть секс-маршрут! Ждем новостей оттуда.

Опять об этом же. Все-таки, если подумать, странно, что Берлин стал техно-столицей мира (при этом если вы, приехав откуда-то - как говорится, с мороза - пойдете в любой техно-клуб, то, во-первых, вы не зайдете, а, во-вторых, вам там не понравится) - а не стал, допустим, эко-столицей мира. Учитывая, что очередь в Груневальд стоять не надо, на пару станций отъехал от центра, ходи себе по лесу. Если что, по территории Берлина протекает река шире Невы (только с чистой водой) - Хафель называется. Она в некоторых местах, куда можно доехать по тарифу AB, больше километра шириной. И при этом многие берлинцы ее не видели ни разу, и даже не слышали такого слова - эту реку никто не воспел, там, к счастью, нет гранитных набережных, с одной стороны Груневальд, то есть заповедник с пляжами, а с другой - суперрайон под названием Гатов, где на берегу ресторан с цыганской музыкой (ее слышно с пляжей через километр воды).

Происходит это потому, что немцы не очень ценят, что им удалось все это сохранить, вернее, считают, что это типа — норма. Пригодная для купания вода в реке, которая протекает через центр города — а что, так не везде? Не, блин, только у вас, но вы об этом не знаете. Я сейчас уже про Шпрее. Есть важное слово для понимания немецкой реальности — ферайн (Verein) — низовая некоммерческая организация, с помощью которой можно взламывать абсурд немецкой бюрократии. Я иногда общаюсь в таких кругах, где просто для выживания нужно иметь свой ферайн, и я один как лох без ферайна (вы, дорогие подписчики, — мой ферайн).

Так вот, мой любимый берлинский ферайн называется Flussbad Berlin E.V., а смысл в нем такой, что они лоббируют открытие купальных зон в центре города прямо на Шпрее. Еще раз, чистота воды в Шпрее в центре Берлина такая, что можно купаться — просто там большое движение судов, и это опасно. Этот ферайн пытается раз в год перекрыть движение корабликов по одному из рукавов Шпрее у Музейного острова для массового заплыва чуваков, которым не жалко заплатить за это удовольствие 15 евро. Я ТАМ ПЛАВАЛ. Да, плюхнулся в воду у музея Боде и подплыл к мосту, рядом с которым живет Меркель, а потом назад тем же маршрутом. Не один, в смысле, там было несколько сотен участников этой, так скажем, регаты. Когда сверху смотришь на реку в этом месте, кажется, там на дне какая-то гниль и скелеты в эсесовской форме. На самом деле там на дне чистый песок и ничего больше нет, только у моста лежал для приличия тоже чистенький велосипед. Невероятное ощущение (там со стороны музеев нет набережной, дома растут прямо из воды, очень странно там плыть, и еще страннее, что песок на дне).

Справедливости ради скажу, что на следующий год заплыв отменили, потому что в реку попало какое-то говно (буквально) с полей. Но, зная какие немцы перестраховщики, допускаю, что в питерской водопроводной воде этого говна больше, чем тогда в реку попало. А на следующий год пришла корона, и, как вы заметили, нам всем теперь не до пляжей на Шпрее. Но ферайн до сих пор шлет рассылку, читаю, люблю.

Дима и 🌳

Тыдыщ! Придумали подкаст с моим любимым политологом Юсуповым — про немецкую политику с таким вот дизайном и техно-джинглом. Звучит подозрительно, на самом деле —лучший подкаст на свете. Завтра подробности и первый эпизод, сегодня трейлер. Включу ради такого дела комментарии.

трейлер!

Так, еще в любимом канале не рассказал про подкаст. Всё, вышел первый эпизод (про Ангелу Меркель), я послушал за завтраком уже со спотифая и подумал: «вау, два очень свободных чувака говорят о том, что им правда интересно» (настолько свободные, что называют Меркель физиком, хотя она физический химик). И это чувство свободы, наверное, — главное, что у нас получилось и удалось сохранить, иначе какой был бы смысл.

Это инди-проект: мы отказались от сотрудничества с крупными СМИ (хотя, поверьте, могли бы), не стали рекламировать сервисы релокации, не стали брать деньги с немецких фондов за политобразование новых эмигрантов, отказались от крутого продюсера (но, может, к нему еще придем, просто первый сезон хотелось похулиганить), записывались у меня на кухне (за качество звука не беспокойтесь, с нами (вот тут не стали экономить) работает гуру подкастов Ильдар Фаттахов), обложку нам по дружбе нарисовала старинная берлинская подружка — мы такая fritz cola в мире напитков: маленький, наглый, очень свободный стартап.

Я даже не говорю вам «послушайте», потому что вы, думаю, рано или поздно послушаете, ничего подобного в Германии и про Германию не было — и это тупо, извините за не очень корректное замечание, очень хороший подкаст.

Я очень благодарен Алексу (подписывайтесь, у него лучший канал о немецкой политике на русском языке) за то, что он пустился со мной в этот путь (я не Варламов, с которым он сейчас тусит, а сам он уже привык, что его иначе как блистательным не называют). Но он умный и хороший, и, видимо, тоже почувствовал в этом проекте что-то свое и настоящее. Если совсем грубо, мы не привезли в Берлин какой-то московский стиль разговоров о политике (против него тоже ничего не имею), мы сами его нащупали, еще когда я писал с Алексом тексты для «Медузы» — что выросло, то выросло, допустим, спаржа. А потом просто перенесли, что уже наработали, на живой разговор под запись — и получилось еще лучше, и вместе мы интереснее, чем по отдельности, хотя вообще-то и по отдельности тоже ничего (а он вообще блистательный).

Теперь о вас. Раз уж мы сели вам на уши нашей сладкой парочкой плюс Ильдар без продюсерской поддержки, то поддержите нас — всякие звездочки, лайки, колокольчики, репосты, оно правда важно, особенно поначалу. Пишите нам, пожалуйста, — и мне, и Алексу после прослушивания: хвалите, ругайте, давайте разговаривать. Каждую пятницу будем с вами — сегодня пятница, на спотифае и эппле уже лежит, гугл еще апрувит, но с минуты на минуту появится. Вот тут можно его найти и послушать. Я пронзительных постов постараюсь больше не писать, хочу, чтобы все вошло в рутину: появилась клевая штука, которой не хватало, она стала частью нашего с Алексом мира, хотелось бы, чтобы стала и частью вашего.

Включил комментарии (по крайней мере, мне так кажется) — пользуйтесь. Напишите, как вам подкаст (мысли только о нем) и как вы это второе пришествие зимы переживаете.

На берлинскую Пасху сделал, наверное, самое странное, что можно было сделать – поехал к лужицким сербам (вы их может быть знаете под немецким названием сорбы) – славянам, которые живут на самом востоке Германии - условно вдоль польской и чешской границы. Они делятся, во-первых, на спокойных нижних лужичан, которые протестанты, интроверты, живут в районе Котбуса (два часа от Берлина на поезде) и не слишком там отсвечивают и, во-вторых, на более пассионарных верхних лужичан, которые католики и обитают южнее (в районе Будышина, не дай бог назовете его Баутцен). До верхних лужичан из Берлина добираться пять часов – поезд, несколько автобусов, а последний отрезок пути гласит «идти пешком от Панчиц до Кросчиц».

Кросчицы - по-немецки Crostwitz - это небольшой городок и фундаменталистский центр верхнелужских сербов, я думал там для туристов какие-то ряженые славяне танцуют яблочко под гармонь, а на деле там что-то похожее по атмосфере на «Исламское государство», только с католическим уклоном. В том краю на Пасху есть эффектная традиция – сотни мужчин в черных костюмах отрядами, распевая псалмы, на каких-то невероятно красивых и мощных лошадях скачут из одной сербской деревни в другую, плюя в сторону немецких деревень.

Кажется — веселье, типа праздник с лошадками, на самом деле (в Кросчицах) жутко серьезное мероприятие – мужики с исступленными лицами, на серьезных щах и никакой коммерции, даже сосиску туристам не продадут (и вообще вам не рады, это закрытые общины, где всё только для своих). Типа крестовый поход какой-то – во славу сербского царя (который, согласно рассказанной нам легенде, покорит весь мир, когда его умоют кровью немецких младенцев). То есть не могу сказать, что лужицкие сербы – это такие немецкие чеченцы, но это точно не потешные балалайки, какими я их себе представлял, прямо удивительно.

Из этого всего понятно, что и на политическом уровне у лужицких сербов нормальный движ - в 2018 они придумали и выбрали себе сейм в качестве своего политического представительства (можете поискать такой орган в немецкой конституции) и он тут же начал враждовать с их традиционной организацией «Домовина», которая получает госбабки и всем довольна. Об отделении от Германии речи не идет, но сербы требуют серьезного расширения прав, пытаясь через голову Берлина обратиться сразу к Брюсселю.

Вообще страна лужицких сербов, если бы такая возникла по итогам Первой мировой (они пытались), называлась бы прекрасным словом Лужица (от слова «лужа» примерно с тем же мокрым значением), тут очень душевные и не очень похожие на немецкие деревни, спрашивают у кукушки, сколько осталось жить, а Будышин - один из самых красивых немецких городов, которые я видел. Все очень интересно, и никто об этом ничего не знает, не фига себе 200 км от Берлина.

P.S. Забыл написать, что в тех местах дофига праворадикалов, так что, может, и нормально, что славяне не очень расслабленные (сербские деревни голосуют за ХДС, а немецкие — за АдГ).