​​Сегодня день рождения у исследователя пустоты, поэта скрытого мира вещей — Ильи Кабакова. Поздравляем художника, без которого немыслим разговор о советской и российской современной культуре, и вместе с ним постоянно задаемся вопросом: «Как стать лучше?».

Илья и Эмилия Кабаковы
Как стать лучше, 2007
Коллекция фонда V–A–C

На днях в Музее современного искусства Антверпена M HKA открылась выставка Екатерины Муромцевой. Экспозиция состоит из работы «Без четверти двенадцать», использующей приемы театра теней и, по словам самой художницы, отражающей перемены, которые несет с собой каждый новый день.

В 2019 году Екатерина стала победительницей программы Present Continuous — инициативы фонда V–A–C и M HKA, направленной на поддержку новых российских художников. По итогу программы инсталляция «Без четверти двенадцать» была приобретена фондом V–A–C для постоянной коллекции антверпенского музея.

Екатерина Муромцева родилась в 1990 году. Она работает в разных направлениях, от живописи до инсталляций, а также преподает рисунок и современное искусство пожилым людям. Кроме того, одна из московских выставок Екатерины состояла из работ жителей дома престарелых, которых она учит живописи.

Видео с выставки в галерее XL 2018 года.

​​Для бодрого начала рабочей недели всем нам нужно не так уж и много. Чашка кофе. Вкусный завтрак. Хороший мем. Кстати, о мемах: для выпуска нашей возрожденной мем-рубрики контент был предоставлен Яной Сидоркиной, основательницей паблика «ты сегодня такой пепперштейн». Паблику, между прочим, в субботу исполнилось пять лет. Внимаем!

«ВСЯ СТРАНА АХНУЛА
Нужен всего лишь простой советский...
Эти и другие вездесущие баннеры, безусловно, некое первертивное отражение нашей повседневности. Они выглядят абсурдными, но абсурдны, как и сами слои человеческого бытия. Это некий маркер болевых точек нашего социума, помноженный на современное восприятие человека, чье внимание можно зацепить лишь кликбейтами, что, безусловно, наводит на грусть. Но мы делаем из этого мемы, с помощью которых чуть-чуть разбавляем тоску. Простая объективация назойливой рекламы лишает ее своего значения, подменяя другим смыслом. Меняйте смыслы и создавайте искусство. Искусство мемов, как и все искусство, делает жизнь приятнее и залечивает душевные раны».

У нас кураторская неделя! Это значит, что в течение ближайших семи дней наши социальные сети будут дополняться постами старшего куратора фонда V–A–C — Катерины Чучалиной. В этом году она вместе с Алией Себти и Стефаном Кальмаром курирует биеннале Manifesta в Марселе. Даем ей слово:

«”Манифеста” продолжает собираться в единое целое, с августа открывая площадку за площадкой, чтобы сложиться в цельный рисунок к этой пятнице. Площадки или главы называются просто: парк, порт, школа, дом, приют, убежище, и эти названия — единицы городской среды — зачастую не совпадают с функцией места, где они проходят, смещая акценты и расширяя эти понятия.

Первой открылась глава “Дом” — потому что все наши общие тревоги и страхи, связанные с домашним пространством, усилились за последний год, который мы провели дома в изоляции. В Марселе проблема ветхого жилья в прошлом ноябре достигла критической точки с обрушением зданий в центре города и спровоцировала мощное социальное движение. Месяцы изоляции везде, и в Марселе в том числе, заставили нас всех вновь и вновь обращаться к проблемам тех людей, у которых дома нет, и тех, кому там плохо.
Эта история разворачивается в доме-музее буржуазной семьи 19 века, музее семьи Гробе-Лабадье. Семейные дома-музеи — это особенный тип музеев: замершие во времени, они работают как машина времени, которая “продает” нам сувениры из прошлого и питает наши фантазии о доме, которым не суждено сбыться. “Манифеста” предложила музею обратиться к настоящему, не отказываясь от исторической перспективы, — сдержанными жестами внутри постоянной экспозиции, в которой находятся работы коллектива из Филадельфии Black Quantum Futurism, в составе которого Camae Ayewa (также известная как Moor Mother) and Rasheedah Phillips, юрист и активистка Martine Derain, Lukas Duwenhögger, Jana Euler, Ken Okiishi, Cameron Rowland, Arseny Zhilyaev, Samia Henni и группа активистов из Марселя Noailles Debout».

Между 1947 и 1952 годами Ле Корбюзье построил в Марселе Unité d'habitation, aka Cité Radieuse. В Radieuse немецкого художника Яны Юлер (Jana Euler) верблюд, стереотипно ассоциирующийся с Африкой и Ближним Востоком, возлежит на фоне цитадели модернизма Ле Корбюзье, отсылая к связи европейского модернизма и колониального наследия.

Radieuse, 2016 © Jana Euler Photo: Jeanchristophe Lett

Историк архитектуры и теоретик Самиа Хенни (Samia Henni) блокирует центральное зеркало музея другим зеркалом на рабочей тележке для перевозки зеркал и стекол, с нанесенными планами обычных квартир. Ее многолетние исследования посвящены архитектуре и анализу дома, жилья и борьбе за право на него во Франции и за ее пределами, другая ее работа Housing Pharmacology находится на другой площадке «Манифесты», в Музее истории города.

Right to Housing Droit au logement, 2020 © Samia Henni Photo: Jeanchristophe Lett

Новый портрет в портретной галерее музея принадлежит авторству Лукас Дювенхеггер (Lukas Duwenhögger), это портрет Хосе Мухика, президента Уругвая, известного также как «самый бедный президент» за аскетичный образ жизни. Это не активистский жест, как пишет сам автор, это «талисман, …необычное сочетание парадного портрета и выражение любви к несравненному Хосе».

José Mujica, 2016 © Lukas Duwenhögger. Photo: Jeanchristophe Lett

«Хранители. Игра в одномерную сферу», новая работа Арсения Жиляева, созданная в сотрудничестве с дизайнерами flynowhere, — разыгрывается между командами активистов, жителей, полицейских и художников. Это футбол-антиутопия Марселя, в который играют только вратари, и каждый всегда защищает только свою территорию.

The Keepers. One-dimensional Sphere Game / Les gardiens. Jeu de sphère unidimensionnelle, 2020 © Arseny Zhilyaev. Photo: Jeanchristophe Lett

Кураторская неделя продолжается. Старший куратор фонда V–A–C Катерина Чучалина рассказывает о следующей площадке на биеннале Manifesta в Марселе:

Глава «Приют» разворачивается на территории бывшей богадельни, классической институции социальной гигиены, описанной в работах Фуко. С 17 века в ее аркадах размещали сирот, нищих, проституток, «умалишенных». После второй мировой комплекс стоял полуразрушенным, а после сквотированным, пока не был отреставрирован и открыт в 1986 как кластер музеев и исследовательских центров. Сюжет этой главы разворачивается между опытом заключения и языком как пространством естественного заключения, преодоление которого стало для писателей, художников, философов 20 века и остается сейчас для современных авторов - отправной точкой для создания новых языков, диалектов, наречий далеко за пределами текста и речи. Леонора Карингтон, Хелен Смит, Артюр Рембо, Ролан Барт, Жан Жене, Антонен Арто, Пьер Гийота, Жорж Батай, Джудит Скотт, Вальтер Беньямин – вот некоторые авторы, составившие историческую канву этой главы, в которую вплетают новые истории Деннис Купер и Жизель Вьенн, Анна Богигян, Полин Кюрнье Жарден. Все участники этой истории расширяют и умножают пространство собственной идентичности, мистифицируя ее, создавая «дефисные идентичности» и утверждая свои на них права. Три марсельские ассоциации работают на территории танца, театра, активизма и гуманитарных исследований с сообществами мигрантов, ЛГБТ+, художественными коллективами, включающими людей с инвалидностью.

Untitled – Sans titre 1, 2, 3 2019 © Anna Boghiguian Photo © Jeanchristophe Lett

Бесконечно романтизированный поэт Рембо бросил писать в 22 года и отправился на поиски приключений в Африку, где торговал оружием и кофе, вернулся в Марсель умирающим. На выставке есть манускрипт его знаменитого стихотворения о синестезии «Гласные», все шесть сохранившихся фотографий Рембо-фотографа, а также отчаянные письма сестре и матери по дороге в Марсель: ни в фотографиях из Эфиопии, ни в письмах из Йемена никто до конца так и не признал автора «Гласных».

Photographies, 1883, Arthur Rimbaud © Musée Arthur Rimbaud, Ville

Слепки карикатурных белых масок, которые были на чернокожих актерах в первой постановке пьесы Жан Жене «Черные» (Les Negres, 1966) в Париже соседствуют c африканской маской из фильма Алена Рэне и Криса Маркера “Статуи тоже умирают»(1953) о колониальной матрице музейного дисплея.

Cinq motrices en plâtre pour masques de la performance Les Nègres © Jeanchristophe Lett

Хелен Смит (Helen Smith), муза автоматического письма сюрреалистов, Сирена Знания из колоды карт знаменитого марсельского Таро, созданной сюрреалистами, известна прежде всего узкому кругу как медиум начала 20 века. Обладая феноменом ксеноглоссии, то есть свободного владения языками, которых она не учила (в числе прочих марсианским), Хелен Смит стала объектом изучения ученых мужей, в тот момент как раз формировавших психологию и лингвистику как науки. Рисунков и текстов ее почти не сохранилось, но кое-что найти удалось.

Reproduction d’un dessin d’Hélène Smith inséré dans le livre © Jeanchristophe Lett

Работа Полин Кюрнье Жарден – свободный ремейк или скорее комментарий к культовому фильму писателя, поэта и драматурга Жана Жене «Песнь любви» (1950), мужские тела в тюремных камерах замещены художницей на женские пострепродуктивного возраста, неизменной остается только фигура охранника.

Денис Купер (Denis Cooper), американский писатель и режиссер и хореограф Жизель Вьенн (Gisele Vienne) вместе с музыкантами Stephen O'Malley и Peter Rehberg создали историю мальчика, попавшего в плен собственной злобной руки-куклы; его все еще можно спасти, если внимательно рассмотреть планы комнат, нарисованные на стенах La Vielle Charite.