Экспериментам 1920-х годов был положен конец, во всех сферах искусства взяли новый курс: на смену авангарду пришел соцреализм, а вместо конструктивизма с его лаконичными формами и новаторским содержанием – помпезный сталинский ампир.

Новый стиль архитектуры должен был олицетворять мощь и силу СССР. Советский Союз позиционировал себя страной‑наследницей мирового культурного наследия, поэтому и самые красивые здания страны должны были сочетать все лучшее, придуманное человеком.

Сталинский ампир позаимствовал черты из разных эстетик:
• из античности и ренессанса - классические колонны, пилястры, ордеры и портики;
• из барокко – богатую лепнину и мозаику;
• из американского ар‑деко – конструктивные особенности (например, подчеркнутый гигантизм) и стремление использовать самые дорогие материалы: натуральный камень, дерево и бронзу.

После смерти Сталина и начала борьбы с «архитектурными излишествами» сталинский ампир постепенно уступил место более функциональным и экономичным стилям.

4 ноября 1955 года

было принято постановление №1871 ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», которое одномоментно завершило эпоху сталинского ампира.

В постановлении отмечалось, что внешне показная сторона архитектуры, изобилующая большими «излишествами», характерная для сталинской эпохи, не соответствует линии партии и правительства в архитектурно-строительном деле. Но несколько зданий в стиле сталинского ампира достраивали уже после того, как вышло постановление. 

Ключевым положением теории циклического развития является следующий тезис : катализаторами реформ являются триггеры — серьезные природные или антропогенные катаклизмы. В сегодняшнем посте будут рассмотрены примеры борьбы с ними, а также влияние их на облик Москвы.

Пожары продолжались и в Елизаветинскую эпоху. Свой вариант реконструкции города после пожаров 1748-1752 годов подготовил и главный архитектор города Дмитрий Ухтомский: на нём погорелые места были затушеваны черным, а красным отмечены проектные предложения по расширению улиц. План этот хоть и не был реализован, но был созвучен ряду Сенатских указов того времени, в частности

запрету на строительство из дерева в центре города и регламентации минимальной ширины улиц и переулков: первые должны были быть не уже 10 саженей, вторые — 6. Примечательно, что эти параметры оставались актуальны вплоть до начала XX века.

Пожары сопровождали и социальные волнения.

Проблема антисанитарии актуализировалась в середине XIX столетия. Инфраструктура города, ставшего индустриальным центром Империи, не справлялась с возросшей численностью населения. Полноценной канализации в городе не было, ассенизационные обозы не успевали утилизировать отходы.