продолжение (1)

«… ужасный союз между человеком и безымянной бесконечностью со времён глубокой древности прошёл несколько стадий».

Прошёл несколько стадий и герой.

Эйкли не ограничился фотографиями. Прислал герою фонографическую запись, которая производит на него сильное впечатление:

«Мне, посвящённому в события, на фоне которых была сделана эта запись, и услышавшему её собственными ушами, жужжащий голос внушил невыразимый ужас».

Запись записью, но дальше снова Эйкли, который мало того, что писал письма дрожащим почерком, так ещё и просит, чтобы герой-рассказчик не присылал письма на прежний адрес.

Рассказчику становится ещё тревожнее. Он начинает переживать не из-за странных существа. Он переживает за человека, с которым уже долгое время общается по переписке. Вновь мысль о человеческом в повести звучит отчётливее, чем о фантастическом.

«К этому времени моё отношение к происходящим событиям изменилось — они вызывали у меня теперь не просто научный интерес, но и глубоко личное чувство тревоги».

Существовал ли Эйкли на самом деле, с кем переписывался герой-рассказчик и кто стоит за этими письмами?

Почти с самого начала их переписки меня не отпускали эти вопросы. С каждым письмом посыл Эйкли становился всё более манипулятивным.

Например, Эйкли писал ему:

«Не ввязывайтесь в это, Уилмарт, — всё обстоит куда хуже, чем мы с вами думали. Теперь они не позволят мне переехать в Калифорнию — они хотят забрать меня живым».

То есть герою предлагают как бы отстранится и при этом же рассказывают о том, как всё плохо и страшно.

Буквально через несколько страниц страшное оказывается вовсе не страшным, а вполне дружелюбным. Остаётся вопрос, для чего такие качели в письмах устраивает некий Эйкли для героя рассказчика?

Вот что Эйкли пишет в письме, которое рассказчик называет поворотным:

«Как жаль, что с самого начала я не догадался мирно и благоразумно побеседовать с ними».

«Внеземные существа хотят, во-первых, лучше изучить человечество и, во-вторых, дать возможность избранным философам и учёным Земли узнать о них как можно больше».

«Теперь вместо ужаса мне обещаны неисчерпаемые кладези знаний и интеллектуальные приключения, до сих пор изведанные лишь немногим смертным».

После этого письма герой-рассказчик впервые усомнился в своем собеседнике по переписке (наконец-то).

«Во-первых, допуская, что Эйкли был и остаётся в здравом уме, произошедшая смена настроения представлялась мне чересчур стремительной и неправдоподобной. А, во-вторых, изменения в общем настрое, в отношении к происходящему и даже стилистике письма были очень уж неестественными».


🔹 Герой смотрит на происходящее своими глазами (а не через призму Эйкли). Герой анализирует случившееся

Два этапа, которые в повести идут параллельно.

Герой-рассказчик отправляется в те места:

«Близкие контакты с удивительным зачастую более ужасают, нежели вдохновляют».

Всё оказывается не таким, как он себе представлял. Вот его впечатления об Эйкли:

«… вглядываясь в это лицо, я невольно опечалился, ибо несомненно, так мог выглядеть лишь тяжело больной человек. И мне сразу подумалось, что это напряжённо-неподвижное, застывшее выражение лица и немигающих, словно остекленевших глаз вызвано причиной куда более серьёзной, нежели астма, а в следующий миг я понял, что это зримый результат пугающих открытий, ужасное бремя, которое он взвалил на себя».

«Эйкли продолжил разговор тем же свистящим шёпотом, которым он меня приветствовал. Поначалу мне было трудно разобрать слова, тем более что седые усы прикрывали его едва шевелящиеся губы, а тембр его голоса почему-то пробудил во мне тревогу».

Почему-то?!

Внимательный читатель раньше героя-рассказчика понимает, что там происходит. Несмотря на то, что произведение написано от первого лица, мы не оказываемся внутри персонажа.

Текст устроен так, что через некоторые образы у нас общая картинка складывается раньше, чем у героя. Одного лейтмотива жужжания и шёпота достаточно.

продолжение (2)

Герой-рассказчик в «Шепчущем из тьмы» до последнего убеждён, что общается с человеком. Единственное, что навевает сомнения, — это тревога, природу которой он себе не может объяснить. Он сам для себя становится странным. Ему кажется, что он как-то не так реагирует на происходящее:

«Его болезнь должна была вызвать у меня жалость; вместо того она вызвала у меня отвращение».

«Мой научный азарт улетучился под влиянием страха и отвращения, и меня обуревало лишь одно желание — поскорее высвободиться от жутких силков сверхъестественных откровений».

Страх победил учёного — об этом ли повесть?

Страх победил учёного, но не человека — вот, наверное, о чём.

Герой-рассказчик узнаёт о мистификации. Но снова думает об Эйкли как о человеке:

«Мимолётная неприязнь к Эйкли, которую я ощутил вчера вечером, уже прошла. Бедняга оказался в том же положении, что и я, поэтому нам следовало держаться вместе».

Герой-рассказчик убегает из фермерского дома с воплем ужаса.

Как красиво этот вопль контрастирует с тем самым шёпотом из тьмы.

«Вся последующая поездка была как пьяный бред сродни иным рассказам Эдгара По, или стихам Рембо, или гравюрам Доре, но, как бы то ни было, я добрался до Тауншенда. Вот и всё».

А вот и говорящая цитата в одном из предпоследних абзацев повести:

«Это были три предмета <...> Как я сказал в самом начале в них не было ничего ужасного. Ужас заключался в выводах, которые напрашивались при виде этих предметов».

В «Шепчущем из тьмы» суть в выводах, в мыслях, а до них — в переживаниях, которыми делится герой-рассказчик. А не в описаниях самого мира и внеземных существ. Ужасное как категория, через которую автор говорит с читателем.

В который раз уже (первый раз был во время знакомства с «Солярисом» Станислава Лема, а дальше — с романом Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах» и так далее), читая фантастику, замечаю следующее.

Когда акцент в произведении смещён на антураж и сюжет, в нём мысль о человеке и человеческом звучит будто бы более тонко, чем в некоторых романах, относящихся к реализму.


🔹канал «сквозь время и сквозь страницы» на Дзене

«К Полине» Такиса Вюргера: о музыке и двух людях, говорящих на разных языках

Он выбросил в реку пластинку, которую хотел послушать с ней вместе, когда они встретились (а потом снова расстались). Она так же поступила с билетом на его концерт.

«Ханнес завёл машину и поехал назад в свою жизнь. Он припарковался у жилища Леонии, спустился вниз на пляж, дошёл до самой кромки воды и зашвырнул пластинку как диск фрисби в Эльбу».

«Она достала из кармана куртки билет на концерт и выбросила его в воду».

Достаточно романтично?
Или наоборот — слишком сладко?

Было бы так, если б эти действия персонажей произошли друг за другом. Но между событиями годы в жизни героев и много-много страниц в книге.

Это рифма. Одна из тех, что встречаются в этом романе.

Роман красивый. Главный герой Ханнес — талантливый музыкант и бесконечно нежный молодой человек.

«Жизнь была загадкой для Ханнеса, всегда. Раньше он надеялся, что поймёт её потом, но загадка становилась только больше».

Он живёт музыкой и ищет Полину, с которой они знакомы с детства.

Его трагедия в следующем:

«Бог дал тебе лучшие в мире уши, а ты так и не научился ими слушать».

Пока читала книгу, я не раз восхищалась красотой повествования. А ещё не раз старалась отогнать мысль: когда же он свою Полину наконец-то найдёт и их ситуация прояснится (слегка затянутый сюжет — так бывает).

🔹Но после одного диалога ближе к финалу мне стало понятно, о чём книга.

История о музыке, которая объединяет людей. Но два человека, будто бы друг для друга созданных, не слышат того, кто рядом (даже если он физически далеко).

Два звучания. Два человека, говорящих на разных языках.

При этом фактически они говорят на одном языке. У них есть «тайная формулировка с детских времён, которая означала попросту "да"».

Много чего есть. Но чего-то важного и такого необходимого для понимания друг друга — нет.

История о языке. О светлой любви, которая обречена, из-за невозможности или нежелания узнать язык другого.

Вот фрагменты из того диалога:

«— Почему ты сюда приехал и играешь эту музыку и проводишь со мной ночь, а потом просто киваешь, когда я тебе говорю, что поздно?

— А что же мне ещё делать?

— Почему ты никогда не протестовал? Ты просто сидишь, выпучив глаза. Вот что ты сейчас сделаешь? Поедешь на торфяник и напишешь ещё одну песню про нас, а через десять лет опять вернёшься и взорвёшь мою жизнь?

— Чего ты вдруг на меня напустилась?

— У меня семья, муж. Ты думаешь, в моей жизни было запланировано, что я проведу ночь с Ханнесом Прагером в "Мандарин Ориенталь"? с Ханнесом Прагером, вундеркиндом, которого теперь все знают и поклоняются ему? Который меня всегда отшивал?

— Я? Тебя?

— Не притворяйся таким аутистом. Это, может, и пройдёт с другими, но не со мной. Я ещё в детстве всякими путями пыталась тебе сказать, что влюблена в тебя, но ты всё время говорил только про свою музыку и торчал за пианино».

«— Ты сбежала.
— Ты чокнутый? Кто же сбегает и при этом невзначай целует тебя?
— Я всего этого не понимаю.
— И теперь ты являешься со своей музыкой и фразами типа "Давай пойдём домой". Как я могу это сделать, Ханнес? Как я объясню Барси, что никогда не любила его отца и что ты…».

Большая тема, которая раскрывается через музыку и искусство. Смыслы, с которыми хочется остаться наедине, чтобы прочитанное обдумать.

Это перевешивает мои читательские придирки к изображению событий в книге.

🔹И всё же немного о придирках-заморочках.
А также о литературных ассоциациях (куда без них).

По-моему, эта книга может понравиться тем, кто любит «Гранатовый браслет» Куприна. Чем-то, пусть и отдалённо, роман «К Полине» по настроению мне напомнил эту повесть.

Не люблю «Гранатовый браслет». Книги, похожие на него, обычно проходят мимо меня.

Когда только начала читать «К Полине» мне вспомнился «Весь невидимый нам свет» Энони Дорра. Отчего ещё больше захотелось подолжить знакомство с романом. Но когда строки напомнили «Гранатовый браслет» интерес «К Полине» немного угас.

проложение (1)

Ещё один момент, который меня немного поцарапал и возмутил, — что спонсором точек невозврата, характерных для жанра романа, в этой книге становятся только внешние события.

То есть перед нами тонкий и ранимый, немного не от мира сего персонаж и вовсе не тонкие сюжетные ходы.

Нерешительный Ханнес сильно меняется дважды.

Когда уходит из музыки, перестаёт играть на фортепиано — вместе с тем сначала становится грузчиком, а после настройщиком.

Когда решает найти Полину — для этого она должна услышать его музыку — у него появляется смысл эту музыку записывать и играть на концертах.

Оба раза — после смерти его родных.

Неужели ни на что другое не откликается этот тонкий персонаж?

Я как-то раз слушала интервью или подкаст с участием одного современного писателя, который сказал, что характер героя лучше всего проявляется в крайне сложных и катастрофических обстоятельствах.

Возможно, автор романа «К Полине» придерживается похожего мнения.

Как читатель я с этим не согласна. Мне ближе, когда персонажа раскрывают как-то аккуратнее без эмоциональных качелей для читателя.

Не только глобальное. Обыденное в романе тоже передано иногда слишком, как по мне, явно. Чтобы в очередной раз подчеркнуть инаковость героя, автор периодически напоминает о том, что Ханнес отказывается выступать в костюме и выходит на сцену в толстовке.

🔹На этом с придирками всё.
Лучше поговорим о красоте.

Некоторые смыслы и идеи, переданные на страницах, мне близки.

«— Музыка существует сама для себя, — сказала Клотильда, — она ничего не требует. Это и делает её бесценной».

Книга прекрасна своей поэтичностью.

К слову, голосом Клотильды — учителя музыки — сказано следующее:

«— Кошки не нуждаются в именах, которые им дают люди».

Помимо истории любви и мелодии, посвящённой Полине (в названии книги отсылка), на страницах показан путь художника в широком смысле слова, то есть путь музыканта.

Звучит мысль о том, что своё непростое прошлое можно превратить в искусство:

«Звучали мелодии людей из жизни Ханнеса. Сильная и заботливая — для Боша. Насильственно-безумная — для Себастиана Блау, одна для Генриха, одна для Леонии, одна лёгкая — может, самая красивая — для Фритци, которая просто обрывалась, посреди фразы. Ханнес сыграл даже мелодию для Клотильды, но этого он ей никогда не скажет, лишь однажды он на миг заподозрил, что она могла всё знать, когда увидел, как её нижняя губа за стеклянным окошком слегка задрожала».

А немного раньше (до того, как Ханнес стал знаменитым) — мысль о том, что творчество не обязательно должно быть публичным:

«Ханнес знал, что его музыке не требуется пианино, он слышал её и без инструмента. И ему было стыдно от одной мысли, чтобы играть эту музыку перед кем-то за пределами торфяника».

Музыка в романе показана как объединяющая сила.

«Из этой музыки поднимались маленькие потрескивающие искры, как будто кто-то подул на раскалённые древесные угли, но они быстро улетали. И улетали далеко».

Ханнес становится популярным благодаря интернету: люди делились роликом, где он играет мелодию Полины, с другими людьми.

Цепочка, в которой было больше шести рукопожатий. За каждым из них — история того или иного человека.

«Ханнесу было безразлично, слушают ли люди его музыку через интернет. Вот если бы Полина её услышала…».

Ханнес и Полина провели детство вместе. В романе три части и одна из них — об их взрослении.

продолжение (2)

🔹Ханнес и Полина изначально были сильно разными.

Приведу несколько цитат:

«Рядом с ним была его лучшая подруга, она его всегда защищала и придавала ему чувство, что с ним всё в порядке — с ним, слепым к тому обстоятельству, что половина мира обращается с ним как с умственно неполноценным. Когда мальчишки осенью бросались в него каштанами, целясь в голову, она пошла к ним и сказала что-то такое, Ханнес не знал что, и с тех пор больше никто не смел даже смотреть в его сторону».

«Ханнес был добродушным мальчиком, который ещё никогда не дрался и который однажды прослушивал запись Макбета Верди на самом тихом уровне, потому что испытывал слишком сильное душевное волнение».

«Полина всегда обращалась со словами лучше Ханнеса, и он был уверен, что она и соображает лучше. Она помогала ему с домашним заданием и объясняла то, чего он не понимал, хотя он её об этом и не просил».

«Он вдруг понял, что Полина всегда была ему симпатична; девочку, которая носила в своём имени Достоевского, можно было только любить».

А вот и то, что из их детства преломилось в диалоге в финале романа (в том диалоге, что я привела в начале поста):

«Когда дети садились к кухонному столу, Ханнес часто слушал лишь звучание голосов, сам говорил редко, а когда у него что-то спрашивали, Фритци приходилось повторять для него вопрос. Когда Полине было четыре года, она хотела знать, попадают ли животные после смерти тоже на небо или хищные звери отправляются в ад, а если да, то чем это объяснить».

🔹Что-то в романе «К Полине» для меня оказалось очень далёким, а что-то, наоборот, близким.

Роман о музыке. Но построен на игре переднего и заднего плана. О чём и сообщает автор в словах о красоте:

«Она [Полина] всегда любила килимы, эти ковры анатолийских кочевников, которые для кого-то были всего лишь попонами для ишаков, а для кого-то — мистическими произведениями искусства, обладающими волшебной силой. В классическом европейском искусстве чаще всего есть точка фиксации, есть передний план и задний, и художники решают за зрителя, как пойдёт его взгляд. Килим функционирует ровно наоборот, со своими узорами и орнаментами. Бывает, смотришь на белый символ на красном поле и уверен, что этот белый символ стоит на переднем плане, но если смотреть дольше, то понимаешь, что красная форма, которая проступает сквозь негативное пространство белой формы, точно так же может стоять на переднем плане. Только в этой переменной игре килим выдаёт свой смысл, глаз мечется туда и сюда, однозначности нет, всё пребывает в движении. В этом движении и кроется красота».

〰️〰️

Читали роман «К Полине»?
Было бы интересно его прочесть?


🔹канал «сквозь время и сквозь страницы» на Дзене

24 мая — день рождения Иосифа Бродского.

прошлым летом купила сборник его стихотворений «Новые стансы к Августе» и поставила на книжную полку. впервые открыла его на этой неделе. не просто так.

пару дней назад в моём втором телеграм-канале там, где бродит жираф мы начали читать стихотворения Иосифа Бродского. и ближайший месяц (примерно до двадцатых чисел июня) проведём с ними.

мне захотелось открыть лирику любимого поэта для себя заново.

приглашаю читать стихотворения Бродского с нами. или же начать погружение с творчества любого поэта, кого мы читали раньше (начиная с прошлой осени):

🔹Николай Гумилёв — октябрь-ноябрь
🔹Борис Поплавский — ноябрь-декабрь
🔹Геннадий Айги — декабрь-январь
🔹Алексей Апухтин — январь-февраль
🔹Эдгар По — февраль-март
🔹Белла Ахмадулина — март-апрель
🔹Владислав Ходасевич — апрель-май

в этот раз вместо подборки стихотворений в день Бродского — целый месяц погружения в его лирику.

взяла паузу в подробных разборах произведений — об этом пару (или чуть больше) абзацев напишу в комментариях.

а сейчас расскажу о трёх книгах, которые прочитала недавно.

🔹«Ход королевы» Уолтер Тевис

тема одиночества мне интересна и в художественной литературе, и в нон-фикшене. в моём несуществующем топе таких книг «Ход королевы» теперь на первом месте.

в романе «Ход королевы» тема одиночества раскрыта сильнее, чем в некоторых нон-фикшен книгах.

конечно, эта история о шахматах. и построена она как произведение о спорте — соревнования, победы, поражения, второе дыхание.

конечно, эта история о таланте шахматистки и о его обратной стороне.

но я прочитала эту книгу как историю об одиночестве.

цитаты из романа, за которые зацепился взгляд, собрала в тг-статье по ссылке.

иногда в начале тг-статей, к сожалению, автоматически включается пересказ ИИ. не будем обращать на него внимание.

🔹«А дальше — море» Лора Спенс-Эш

я долго искала произведение с атмосферой похожей на ту, что в романе «Весь невидимый нам свет» Энтони Дорра.

и нашла.

эта история о девочке Беа из Англии, взросление которой прошло вне её семьи. но в другой семье, американской.

родители Беа сделали сложнейший выбор — отправили дочь подальше от войны. хотели сохранить ей детство.

но, читая роман, узнаём, что детство у неё закончилось ещё раньше — когда началась война.

отец Беа, впрочем, как отец в семье, которая стала для неё практически родной, умер по другой причине. в книге, пусть и очень тихо, говорится, что несчастье случается не только из-за глобальных причин.

в романе рассказывается о двух семьях.

о двух отцах. один из них сам принимает решения, вынуждает подчиняться им жену. другой — наоборот, в тени жены, на которой держится вся семья.
к слову, между ними — шахматная партия в письмах.

о двух женщинах. одна не отпустила, но потеряла дочь. когда они встретились, у них какое-то время не ладились отношения. эта героиня долго не могла стать счастливой.

а другая — очень хотела девочку, а у неё родились два мальчика. ей предстояло воспитать девочку из другой семьи. моментами ей это даётся непросто. но в её доме светло и тепло.

о двух братьях. по-разному чутких. один — герой, деятель и искатель приключений. иногда кажется, что книга о нём — мы видим весь путь этого героя.

другой — в тени брата. он поначалу кажется очень нежным. но впоследствии оказывается сильным и надёжным человеком.

между всеми этими персонажами Беа — взрослеющая и повзрослевшая.
к слову, повествование охватывает более 20 лет жизни персонажей.

Беа в поиске дома. между семьями, странами и мирами.

для меня «А дальше — море» — одна из таких книг, после чтения которых хочется помолчать и подумать.

цитаты из романа — по ссылке.

🔹«Синяя книга Нэбо» Манон Стеффан Рос

совсем небольшая книга по объёму в любимом мною жанре постапокалипсиса. с очень простым сюжетом.

в мире этой истории после краха цивилизации. остались мать и сын — Ровенна и Дилан (а ещё дочка Мона, которая родилась уже после «конца» — но лучше без спойлеров). они живут в местечке Нэбо.

вспоминается «Дорога» Кормака Маккарти, где в жизни после жизни остался отец с сыном.

но «Синяя книга Нэбо» иная.
мать и сын пишут книгу Нэба. в ней они хотят сохранить время, в котором оказались. женщина записывает воспоминания. между делом рассуждает о книгах и языке. мальчик же пишет о настоящем.

в книгу Нэба умещаются два мира — взрослого и ребёнка.

я как читатель придерживаюсь мысли, что, если в банальной на первый взгляд истории есть что-то, что меня погружает в размышления, значит передо мной не такая уж и банальная книга.

одну цитату из неё покажу. остальные — собрала отдельно, как и случае двух других книг.

«В этом новом мире негде спрятаться. Нет уважительной дистанции между людьми, а значит, нет места для лжи. Я точно знаю, кто такой Дилан. Он сильный, но милый, мудрый и жесткий. Иногда он слишком молчалив, смотрит на горы или на Англси, и его мысли заняты чем-то, о чем я не знаю. Мысли — единственное место, где он может спрятаться».

интересно, что все три книги в той или иной степени о доме.
так вот совпало.

#контекст_этого_месяца
рубрика давно-давно не выходила, но контекст-то есть. если не месяца, то нескольких ближайших недель, которые выдались не самыми книжными.

так что сегодня подборка того, что слушаю, смотрю и чем интересуюсь, помимо книг.

🔹«Как распознать ИИ в песне...» — видео на ютуб-канале Даня Желянин PRO | ПЕТЬ

недавно я узнала, что в моём плейлисте немало виртуальных артистов.

то есть тех, которых не существует, ведь существует и здравствует вместо них ИИ.

то есть тех, которые активно добавляет в любые подборки яндекс.музыка.

это привело меня к тому, что я стала  читать-смотреть-слушать по этой теме всё, до чего смогла дотянуться.

ИИ проникает в разные сферы — конечно, давно не новость.
но музыка...

к ней я отношусь с особым трепетом. и уже долгое время считаю её тем самым искусством, которое есть мост между человеком и человеком. от этого более, чем странно (и неприятно) узнать, что заслушанные в плейлисте треки не настоящие, а сгенерированные ИИ.

в видео рассказывается, как распознать ИИ в музыке.

после просмотра видео переслушала те треки из своего плейлиста, и да — в них заметны признаки, о которых говорит автор видео.

🔹«Поверить в пухососы: как ИИ меняет наше представление о реальности» — один из недавних выпусков подкаста «Юра, мы всё узнали»

подкаст об ИИ не конкретно в музыке, но о его влиянии в целом.

мысль о «близорукости памяти», к которой может привести ИИ, мне запомнилась и откликнулась.

〰️〰️

в общем, на этой волне я начала снова слушать подкасты после большого перерыва. вернулась к одному из когда-то любимых подкастов — «Сделано с нуля».

〰️〰️

🔹«Как написать сценарий художественного фильма» — выпуск подкаста «Сделано с нуля» с участием сценариста Николая Шишкина.

настолько меня заинтересовал этот подкаст-разговор, что после прослушивания пошла смотреть рекомендованную в выпуске литературу.

выпуск же сам почти на три часа. слушала его фрагментами несколько дней. поскольку подкасты не слушаю на увеличенной скорости, в отличие от аудиокниг.

〰️〰️

к слову, об аудиокнигах.
пока увлеклась подкастами, случилась пауза в прослушивании «Волшебного корабля» Робин Хобб. самой интересно, когда я дослушаю такими темпами эту книгу. ведь её аудиоверсия — 40 с половиной часов (на обычной скорости). слушаю её на 2х.

〰️〰️

благодаря погружению в тему ИИ мне снова стало интересно что-то узнавать об искусстве (настоящем — не сгенерированном).

🔹«Зачем нам искусство, когда всё плохо» — видео на ютуб-канале Tanya Zinchenko

из этого видео мне запомнилась мысль его автора о разнице между искусством и книгами-инструкциями (с заголовками «Как...»).

мысль о том, что при погружении в искусство мы не знаем, к чему знакомство с ним приведёт. нет готовых успокаивающих ответов. одна из причин, почему оно ценно.

да и в целом мне канал этот понравился. мысли, интонации автора — в них интересно вслушиваться.

🔹и ещё об одной новой составляющей моего околокнижного контекста —
о изучении разгадывании идиом английского языка в формате филвородов.

бумажная книжечка с 50 темами, по ним представлены английские идиомы, которые спрятались в квадрате с хаотичными (или не очень) буквами.

купила её, не чтобы улучшить знания языка, но из-за интереса к различиям менталитетов. поскольку искать нужно в ней не отдельные слова, а идиомы.

не думала, что медленный поиск незнакомых выражений в филвордах настолько разгружает и расслабляет. что-то вроде нового мини-хобби у меня теперь появилось.

всё это, конечно, немного в ущерб чтению. но почему бы и да (хотя бы иногда).

что вы слушаете-смотрите-изучаете, помимо книг?

читая рассказы Чехова

сегодня немного о тех произведениях Чехова, которые я для себя открыла (или перечитала — вернулась, чтобы взглянуть заново) в этом месяце.

«читая...» в заголовке поста о прочитанных текстах, поскольку вместо разбора сегодня мысли, которые во время прочтения пришли.
наблюдения о прочитанном.

📖«Тоска» (1886 г.)

впервые познакомилась с этим текстом в девятом классе и сразу невзлюбила творчество Чехова. этот рассказ меня очень тронул. я не поняла тогда, почему на примере такого эмоционально непростого текста мы в школе изучали, что такое ирония у Чехова. не поняла, что может быть смешного в ситуации, которая отражена в сюжете.

когда в этот раз мне захотелось вернуться к творчеству Чехова, я принялась читать его не с «Тоски». но подборку начинаю с неё.

текст впечатлил меня не меньше, чем в школьные времена. только теперь не переживаниями за героя, а чем-то другим.

главный герой Иона, до того, как его окликнули, «весь бел, как привидение». получается, что к жизни его возвращали только те, кому был нужен извозчик.

с каждым из тех, кого Иона везёт, он хочет поделиться своим горем. ему необходимо быть услышанным:

«Глаза Ионы тревожно и мученически бегают по толпам, снующим по обе стороны улицы: не найдется ли из этих тысяч людей хоть один, который выслушал бы его? Но толпы бегут, не замечая ни его, ни тоски... Тоска громадная, не знающая границ».

в одном из источников я прочитала, что Чехов в этом рассказе высмеивает равнодушных, условную толпу.

высмеивает ли? скорее, показывает.
а ещё показывает героя, который живёт по инерции. произошедшее с ним, конечно, сильно выбивается из его обычной жизни и тем самым подсвечивает типичное в ней.

вряд ли люди, которые его не готовы были слушать в тот день, захотели бы выслушивать его в другой ситуации. 

страшное, но высокое обстоятельство будто бы делает главного героя выше его самого в прошлом. но он по факту этого не происходит.

если кто-то один не услышал, почему должен услышать другой?
герой стучится в закрытые двери, уже по опыту зная, что ему, скорее всего, не откроют. продолжает ещё больше раниться о равнодушных.

«Иона чувствует за своей спиной вертящееся тело и голосовую дрожь горбача. Он слышит обращенную к нему ругань, видит людей, и чувство одиночества начинает мало-помалу отлегать от груди».


из-за присутствия другого человека рядом он не становится менее одиноким.

в конце истории Иона обращается к лошади. рассказать-то он ей может, но от этого он не станет услышанным.

📖«Дом с мезонином» (1896 г.)

с этого рассказа и началось в этом месяце моё погружение в мир Чехова. рассказ прочитала впервые.

о чём он? в интернете сказано, что о неразделённой любви и утраченном счастье, а ещё о столкновении интересов.

меня больше заинтересовала линия второстепенного персонажа — Белокурова. интересно, что его, а не главного героя, реплики афористичны:

«Хорошее воспитание не в том, что ты не прольёшь соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это сделает кто-нибудь другой, — сказал Белокуров и вздохнул».

через какое-то время главный герой спрашивает у Белокурова, отчего тот живёт «так скучно и так неколоритно». на что Белокуров отвечает, что любит другую женщину. ту самую, которая «рыдала мужским голосом».

а ведь она ему подходит.
Лиде же, одной из сестёр, с которыми общается главный герой, подходит другой человек:

«Лида может полюбить только земца, увлеченного так же, как она, больницами и школами, — сказал я. — О, ради такой девушки можно не только стать земцем, но даже истаскать, как в сказке, железные башмаки».

главному герою же важно, чтобы его любили, восхищались им как художником. потому и Женя:

«Я любил Женю. Должно быть, я любил ее за то, что она встречала и провожала меня, за то, что смотрела на меня нежно и с восхищением <...> меня восхищала широта ее воззрений, быть может, потому что она мыслила иначе, чем строгая, красивая Лида, которая не любила меня. Я нравился Жене как художник, я победил ее сердце своим талантом».

как интересно Чехов о типах людей писал.
и о том, кто кого ищет, кто кому подходит.

📖«Ионыч» (1898 г.)

ещё одно моё школьное недопонимание. давно-давно на уроках литературы мы разбирали этот рассказ и противопоставляли доктора Старцева семье Туркиных. обсуждали деградацию человека в таком обществе.

когда читала рассказ в школе, плохо понимала, что не так с семьёй Туркиных. да, у них из года в год одно и то же, но мне не казалось, что это плохо.
зато, что с самим Ионычем изначально что-то не то, ощущалось сразу.

при прочтении в этот раз от семейного уклада Туркиных немного ужаснулась. но Ионыч вызвал ещё большее отвращение.

к слову, один момент в описании семьи Туркиных меня улыбнул:

«Вера Иосифовна читала о том, как молодая, красивая графиня устраивала у себя в деревне школы, больницы, библиотеки и как она полюбила странствующего художника, — читала о том, чего никогда не бывает в жизни».

не отсылка ли это к «Дому с мезонином»? тот художник, та Лида...

ещё раз вернусь к «Дому с мезонином». чтобы узнать, кто такая Лида, вполне достаточно одной её реплики:

«— Рассказывал много интересного... Обещал опять поднять в губернском собрании вопрос о медицинском пункте в Малозёмове, но говорит: мало надежды. — И обратясь ко мне, она сказала: — Извините, я всё забываю, что для вас это не может быть интересно». 

об Ионыче тоже многое понятно по тому, как он слушал музыку, которую играла Котик:

«После зимы, проведенной в Дялиже, среди больных и мужиков, сидеть в гостиной, смотреть на это молодое, изящное и, вероятно, чистое существо и слушать эти шумные, надоедливые, но всё же культурные звуки, — было так приятно, так ново...».

в некоторых источниках пишут, что рассказ о потере идеалов.
а были ли они, эти идеалы?
эпизод с кладбищем — не ирония ли как раз над идеалами романтизма?

когда читала рассказ в школьное время, мне было немного жалко Ионыча, которого обманула Котик. теперь же обратила внимание на намерение героя, пойти или нет на кладбище:

«И к лицу ли ему, земскому доктору, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведет этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев». 

кто что скажет и кабы что не вышло. мне вспоминается «Человек в футляре» (его ещё не перечитывала, наверное, стоит прочесть снова).

Ионыч рад, что не женился. отчасти подобно тому, как Вершинин в «Трёх сёстрах» тяготится браком («Трёх сёстёр» тоже перечитала, но эта пьеса меня не зацепила). 

Ионыч презирает общество, в котором находится. но не возвышается от этого, а ещё сильнее падает, пусть и не с высоты идеалов.

📖«Смерть чиновника» (1883 г.)

к этому рассказу в школьное время у меня было нейтральное отношение — программное произведение и не более. в этот раз во время чтения проснулось любопытство.

точнее, не ко всему рассказу, а к одной реплике героя Чехова. ради размышлений над ней, по-моему, и стоит прочесть рассказ целиком.

а реплика такая:

«— То-то вот и есть! Я извинялся, да он как-то странно... Ни одного слова путного не сказал».

интересно, что хотел услышать каждый раз главный герой? как с его точки зрения должен был отреагировать тот, перед кем он так нарочито извинялся?

скорее всего, герой рассказа не ответил бы на этот вопрос.

читая рассказы Чехова
продолжение

📖«Толстый и тонкий» (1883 г.) 

тоже прочитала его в школе, но задолго до «Тоски» — рассказ о встрече двух товарищей с прошлого разбирали на уроках по литературе где-то в пятом или шестом классе.

с того времени я запомнила, что толстый — положительный персонаж, поскольку в конце рассказа он всё-таки подал тонкому руку.

перечитывая рассказ совсем недавно, я восхищалась тем, насколько он современен. в разных интернет-источниках пишут, что это произведение об угодничестве и чинопочитании. что переломный момент — когда тонкий узнаёт о том, чего добился толстый.

возможно, и так.
как минимум для тех времён, когда был написан рассказ. но посмотреть более современно на текст не менее интересно. к тому же тонкий, показывает, что он ни разу не тонкий (в душевном плане) задолго до того, как понимает, кем стал его некогда друг:

«Ну, что же ты? Богат? Женат? Я уже женат, как видишь... Это вот моя жена, Луиза, урожденная Ванценбах...» 

тонкий задаёт вопрос и, не дожидаясь ответа, начинает рассказывать о себе любимом. 

«Помнишь, как тебя дразнили? Тебя дразнили Геростратом за то, что ты казенную книжку папироской прожег, а меня Эфиальтом за то, что я ябедничать любил».

показательная реплика не только из-за бестактности тонкого. но, помимо прочего, он рассказывает неприятные вещи и о себе. будто ему сказать больше нечего.

так случалось не только во времена Чехова. если представить, что мы встретили человека из прошлого, легко ли найти тему для разговора?

что если тонкий несёт всякую ерунду, только бы не молчать?..

по-моему, очень современно.

📖«Шуточка» (1886 г.) 

«А мне теперь, когда я стал старше, уже непонятно, зачем я говорил те слова, для чего шутил...», — так завершается этот рассказ.

не читала его раньше. а теперь он один из самых мною любимых у Чехова (о самом любимом чуть дальше).

главный герой говорит, что шутил.
шутил ли? — такой возникает вопрос.

что если его «шутил» не факт, но вывод спустя много лет? что если, находясь внутри той ситуации, он не считал, что шутит?

в таком же тоне могла прозвучать фраза — дураком был. но это ведь тоже с высоты лет.

если для героя то, что происходило давно, и правда было бы шуткой, запомнил бы ли он это так детально. сожалел бы о произошедшем?

«— Я люблю вас, Надя! 
<...> Подозреваются всё те же двое: я и ветер...».

почему главному герою хотелось остаться неузнанным?

«Скоро Наденька привыкает к этой фразе, как к вину или морфию. Она жить без нее не может», —  рассуждал главный герой.

в финале же рассказа узнаём, что Надя смогла и без той фразы, и без него... :

«Теперь Наденька уже замужем; ее выдали, или она сама вышла — это всё равно, за секретаря дворянской опеки, и теперь у нее уже трое детей».

что если к «Шуточке» Чехова отсылает рассказ Бунина «Тёмные аллеи», там ведь тоже Надя была и мысль звучала о том, что «всё проходит, да не всё забывается».

герой Чехова, который якобы шутил, тоже помнит, а также думает, что помнит и она:

«То, как мы вместе когда-то ходили на каток и как ветер доносил до нее слова "Я вас люблю, Наденька", не забыто».

📖«Враги» (1887 г.)

после этого рассказа (читала его впервые) мне стало интересно творчество Чехова. впервые я поняла, почему Чехова нужно читать.

в интернете пишут разное. что этот рассказ об унижении человека, о фальши Абогина (что ещё более странно, будто у одного из них настоящее горе, а другого нет). кто-то рассуждает о том, кто прав в споре.

по-моему, проблема не в самом споре, а в том, что Кириллов в него включился. а рассказ о том, как на эмоциях (своих или заразившись чужими) можно потерять себя и забыть о чём-то важном.

как честно вначале рассказа описывается состояние Кириллова:

«Наступило молчание. Кирилов повернулся спиной к Абогину, постоял и медленно вышел из передней в залу. Судя по его неверной, машинальной походке, по тому вниманию, с каким он в зале поправил на негоревшей лампе мохнатый абажур и заглянул в толстую книгу, лежавшую на столе, в эти минуты у него не было ни намерений, ни желаний, ни о чем он не думал и, вероятно, уже не помнил, что у него в передней стоит чужой человек <...> Идя из залы к себе в кабинет, он поднимал правую ногу выше, чем следует, искал руками дверных косяков, и в это время во всей его фигуре чувствовалось какое-то недоумение, точно он попал в чужую квартиру».

не к «Врагам» ли Чехова встречаем в стихотворении Анны Ахматовой «Песня последней встречи», в котором лирическая героиня «на правую руку надела // Перчатку с левой руки». 

к слову, лирику Анны Ахматовой мы недавно начали читать во втором моём тг-канале там, где бродит жираф. для меня это интересное совпадение, поскольку к творчеству Ахматовой мне захотелось обратиться незадолго до прочтения «Врагов» Чехова.

и всё же «Враги»:

«Во всеобщем столбняке, в позе матери, в равнодушии докторского лица лежало что-то притягивающее, трогающее сердце, именно та тонкая, едва уловимая красота человеческого горя, которую не скоро еще научатся понимать и описывать и которую умеет передавать, кажется, одна только музыка».

когда от этой красоты не остаётся и следа?

когда Криллов вступает в перепалку. Абогин как истерил вначале, так и продолжает. а вот Кириллов переключается совсем на другое переживание:

«— Не... не понимаю! — бормотал доктор. — Ведь это что же такое! Ведь это глумление над личностью, издевательство над человеческими страданиями! Это что-то невозможное... первый раз в жизни вижу!».

так привычно, что в целом герои Чехова друг с другом спорят, вспоминаю тот же «Вишневый сад», например. а ещё они говорят часто каждый о своём.

но, получается, что, по Чехову, безмолвие выше каких-либо речей.

что если, читая произведения Чехова, не забывать об этом...
ведь он как раз в рассказе «Враги» писал:

«Вообще фраза, как бы она ни была красива и глубока, действует только на равнодушных, но не всегда может удовлетворить тех, кто счастлив или несчастлив; потому-то высшим выражением счастья или несчастья является чаще всего безмолвие; влюбленные понимают друг друга лучше, когда молчат, а горячая, страстная речь, сказанная на могиле, трогает только посторонних, вдове же и детям умершего кажется она холодной и ничтожной».

〰️〰️

как вы относитесь к творчеству Чехова? близко ли оно вам?