«Тут наша пуповина зарыта». Фильм об экспедиции на бывший саамский погост

Нине Елисеевне Афанасьевой 84 года. Родилась в Варзино, но после интерната, в который отправляли жить и учится всех саамских детей, в родные места она уже не вернулась. Нина Елисеевна тот, кого обычно называют руководитель экспедиции. Составляет списки, отсылает в Северное морское пароходство, чтобы дали разрешение на выгрузку группы в месте, где официально остановки нет. До 2007 года приходилось еще получать разрешение у пограничников, но потом это требование отменили.

Веками саами жили, перекочевывая с оленями с летнего на зимний погост (погостом называют еще и поселение). Варзино — в бухте одноименной реки на побережье Баренцева моря — было летним погостом у нескольких родов. В 1937 году с приходом советской власти их сначала выселили с зимнего погоста Семиостровье, что в глубине полуострова и велели жить в Варзино, где зимой бушуют сильнейшие ветра и где до этого они жили только во время хода летней путины.

А в 1968 году выселили и из Варзино. Ничем особо не объяснив, мол, так нужно для нужд родины (военных). В бухте реки Варзино остались родные могилки и родная земля. Еще немного и время с ветрами сравняли бы это кусочек берега, но в 2001 году с мимо проходящего теплохода высадилась группка бывших жителей. И с тех пор они ездят сюда каждый год.

— А мы сегодня говорим, тут наша пуповина зарыта. Вон наши могилы. Мы живем дома. Это наше право. Хотя тут уже ни одного дома уже не осталось.

Читать репортаж

Смотреть фильм

Подписывайтесь на @govorit_nemoskva — узнавайте настоящую Россию.

Весь последний год мы, как и множество других пишущих о России СМИ, следили за судьбой Кругетса — очень-очень толстого пса, который старательно худел под присмотром волонтёров. На данный момент есть хорошая новость и плохая — хорошая в том, что Кругетс успешно похудел до оптимального веса, а плохая — в том, что никто так и не захотел взять его домой. По крайней мере, так обстояли дела ещё в конце августа.

Продолжаем беспокоиться за Кругетса, а тем временем в поле нашего зрения уже попало другое феноменально толстое существо — кот Крошик, которого взяли на попечение активисты пермского приюта «Матроскин».

История Крошика — крайне редкий случай, когда кто-то настолько сильно любил кота, что откормил его до такого состояния, что кот не может даже передвигаться

— написали они.

Ещё бы: бедный кот весит 17 кг. Волонтёры уже составили ему сложную программу из разных физических процедур, включая водные, а на днях выложили видео, на котором запечатлены первые шаги кота к похудению — Крошик с крайне удивлённым видом пытается шагать по водной беговой дорожке.

Желаем здоровья всем толстым животным, продолжаем следить за развитием событий.

Вытрезвители во многих городах и регионах России уже вернули, а теперь выходим на новый уровень ностальгии: на этой неделе в Ростове рассказали о проекте возвращения пунктов приёма стеклотары.

В целом, вполне нормальная инициатива, и, судя по её описанию, новые пункты приёма вовсе не обязательно будут выдержаны в стиле «назад в СССР», да и сам по себе подход — вполне в духе экологичных трендов. Интересно другое: судя по словам директора по развитию комплекса по переработке стекла Елены Пелецкой, мало того, что оборудование стоит очень дорого — в России его попросту не выпускают.

Поэтому открытие пунктов отсрочили на год. Стоимость китайского оборудования, например, оказалась сравнима со стоимостью самолётного крыла, так что в итоге пришлось остановиться на белорусском поставщике.

Это во-первых. А во-вторых, оказывается, стекла в стране тоже не хватает, так что его планируют не только собирать, но и покупать у людей. Именно в этом инициатива более всего схожа с советским и постсоветским опытом. Правда, сегодня вторсырьё на рынке почти ничего не стоит: за килограмм собранных бутылок дают всего три рубля, а за такие деньги с бутылками не будут возиться даже самые нуждающиеся слои населения.

Поэтому для жителей Ростовской области обещают разработать некий «механизм поощрения» — правда, ещё не придумали, какой именно.

Иллюстрация: Ростов.Газета

Мы часто критикуем сложившуюся систему распределения президентских грантов, и, разумеется, за дело: в последние пару лет их всё чаще выдают провоенным и ура-паотриотическим проектам и всё реже их получают разные хорошие НКО, работа которых жизненно необходима для многих, иногда самых незащищённых, слоёв населения.

Но всё же иногда гранты выдают и нейтральным инициативам, которые интересны сами по себе. Это мы всё к тому, что наткнулись в одном иркутском издании на рассказ о проекте «Лица затопленных деревень», посвящённом людям, чьи родные места ушли под воду из-за строительства Братской ГЭС.

Затопления деревень и сёл, пожалуй, стали одними из самых травмирующих событий советского периода истории, и множество людей помнят их и переживают по их поводу до сих пор. В проекте собрано несколько десятков историй, и каждая из них — драма. Вот, например, фрагмент из вышедшей недавно истории Михаила Бакляка:

Были и противники переселения. Один из них – Бакляк-старший, отец Михаила Ивановича.

— Утром он ушел на работу, я подогнал трактор, крышу с мужиками снял и уложил в тележку. Отец приходит с работы. «Что ты, Михайло, наделал?» – говорит. «Как что? – отвечаю. — Переезжать надо, батя. Иначе нас затопит». Так и вышло. Наш двор затопило, хотя улица была на очень высоком месте. Ничего от старой Новой Уды не осталось.

В общем, важное дело. У нас, кстати, в прошлом году тоже выходил материал на эту тему — фотоистория Ольги Скворцовой, нашедшей фотоархив в заброшенном доме, в который переселяли людей при строительстве Рыбинского водохранилища. Вдруг вы пропустили.

Фото: Ольга Хинданова для проекта «Лица затопленных деревень»

8 сентября — международный день солидарности журналистов.

В этот день мы хотим напомнить о нескольких наших коллегах из региональных изданий, которые сейчас находятся в заключении только из-за того, что честно выполняли свою работу.

Вы можете дополнить этот список в комментариях. Но будет гораздо лучше, если вы найдете немного времени и напишете кому-то из них письмо. Например, через проект ОВД-Инфо «Весточка».

Сергей Михайлов, издатель газеты «Листок», Горно-Алтайск

С весны 2022 года Сергей Михайлов находился в СИЗО, а в августе 2024 года был приговорен к 8 годам колонии общего режима. Суд признал Михайлова виновным в том, что в газете выпускались материалы с «заведомо ложными сведениями о действиях российской армии в Украине». «Фейками» назвали информацию об уничтожении российскими войсками драмтеатра и роддома в Мариуполе, а также новости о событиях в Буче.

Цитата Михайлова из последнего слова в суде:

«Я категорически не согласен с этим обвинением. И я все эти годы пишу то, что считаю правдой, пусть горькой, но из любви к людям, а вовсе не из-за ненависти к тем или иным политическим деятелям».

Михаил Афанасьев, главный редактор журнала Хакасии «Новый Фокус»

Главреда хакасского «Нового фокуса» приговорили к 5,5 годам колонии общего режима. Михаила Афанасьева обвинили в распространении «фейков» об армии РФ за то, что он написал статью о количестве пропавших без вести сотрудников хакасского управления Росгвардии и об отказе бойцов ОМОНа из Хакасии ехать в Украину. Афанасьев - обладатель премии «За журналистику как поступок» и первый иностранный лауреат премии Клуба публицистов Швеции.

Цитата Афанасьева из последнего слова в суде:

«Природа моей профессии заключается в том, чтобы словом бороться за человека. Так уж устроена журналистика. Преступность не может побеждать полицию, болезнь не должна изгонять врача, а язвы социума не могут одолеть журналистику».

Сергей Веселов из Шуи, антивоенный блогер

Антивоенного блогера из Шуи приговорили к 2,5 годам колонии-поселения. Дело по статье о «дискредитации армии» на Сергея Веселова завели в декабре 2022 года за два видеоролика «Не путать немцев с гитлеровцами, а русских с путинцами». В 2023 году на блогера также составили протокол по статье о «пропаганде ЛГБТ» из-за поста в телеграм-канале, а в январе 2024 обвинили в призывах к терроризму.

Цитата из последнего слова в суде:

«Меня в тюрьму посадили люди, не способные мыслить. Вы же находитесь в тюрьме, которую возвели себе вы сами».

Роман Иванов, автор RusNews и телеграм-канала «Честное королëвское»

Автор протестного паблика «Честное Королёвское» Роман Иванов был приговорен к 7 годам лишения свободы в колонии общего режима за «фейки» об армии. Под «фейками» имеются в виду три поста: один пост в ВК с пересказом доклада ООН о военных преступления российской армии, еще два в телеграм-канале «Честное Королёвское» об убийствах мирных жителей в Буче и ракетных ударах России по гражданской инфраструктуре Украины.

Цитата из последнего слова в суде:

«Я все равно буду счастливым. И как счастливый человек буду распространять добро и счастье вокруг себя. Ни на кого не держу зла. Ни на тех, кто мне выламывал дверь в квартиру, обыскивал. Вообще ни на кого не держу зла. Этого не нужно делать».

Фото: SOTAvision / Роман Иванов в суде

Привет, это Лола Романова, автор текста о том, как живёт Беслан через 20 лет после страшнейшего в истории России теракта.

Когда произошла эта трагедия, я была новорождённым ребёнком, поэтому я не помню, как это случилось. И я не помню, чтобы нам рассказывали об этом в школе. Конечно, нельзя сказать, что в масштабах страны о Беслане забыли — люди в разных городах до сих пор ежегодно устраивают мемориальные акции. Но за это время успело вырасти поколение, и о теракте мы если и знаем, то очень фрагментарно.

Но то, что произошло 20 лет назад, не стало историей для жителей Беслана. Это всё ещё современность. Многие живут неподалёку от разрушенной школы, и, хотя в разговорах признаются, что стараются на неё не смотреть, осуществить это просто нереально.

Люди учатся жить с горем, у бывших заложников появляются семьи и дети. Но эти раны до сих пор открыты. Те, с кем я общалась, если и начинали разговор с того, что прошло уже так много лет, то скоро непременно вспоминали если не близких, то хотя бы знакомых и соседей, погибших во время теракта, и начинали плакать.

Я спрашивала, как они живут, зная, что при упоминании Беслана у всей страны будет только одна ассоциация — теракт. Одна из бывших заложниц ответила, что для неё важнее, что в первую очередь Беслан для неё — дом, и сюда тянется её душа. Жизнь, безусловно, продолжается. Но от событий 20-летней давности невозможно оправиться. И их невозможно простить.

***

Репортаж Лолы Романовой из Беслана — по этой ссылке: https://storage.googleapis.com/kldscp/thenewtab.io/my-dumali-strashnee-etogo-ne-budet-a-vidite-vojna-idyot

Этой истории, в которой бабушка ради заработка отправила воевать в Украину собственного внука, прекрасно бы подошло название фильма Звягинцева «Нелюбовь». Только в кино мальчик сбегает от родителей, которым мешает строить новую жизнь. А здесь, в маленьком северном посёлке, вместо любви — потребительское отношение к близким и жгучая, почти животная ненависть к украинцам.

Откуда всё это взялось в стране, где годами культивировалась ценность семьи и особая духовность, ещё предстоит исследовать историкам и прочим учёным. А пока мы видим, чем оборачивается жизнь в тотальной нелюбви. Ни денег, ни счастья, ни справедливости, ни чувства безопасности, ни уверенности в том, что война, ради которой было принесено столько жертв, была действительно необходима.

💔 Настоящая документальная драма анонимного автора «Новой вкладки» — по ссылке: https://storage.googleapis.com/kldscp/thenewtab.io/bestolkovye

Подписывайтесь на @thenewtab чтобы вместе разбираться, как жить в новой реальности и не терять связь друг с другом.

Сегодня, 10 сентября, могло бы исполниться 60 лет музыканту и лидеру группы «Гражданская оборона» Егору Летову. Он умер в 2008 году, но есть ощущение, что виртуально он продолжает действовать и жить в текущих событиях: по частоте упоминаний в интернет-дискуссиях «какую позицию занимал бы тот или иной деятель, если бы дожил до наших дней» Летов, кажется, удерживает первенство.

Есть, впрочем, мнение, что все эти дискуссии тотально бессмысленны, и гораздо разумнее обратиться к наследию музыканта и вспомнить те факты биографии, которые имели место в реальности, а не в гипотетических рассуждениях.

Таких материалов каждый год выходит немало — среди них есть популярные (как прошлогодний подкаст Александра Горбачёва), а есть менее очевидные. Например, сегодня канал «Местами» обратил внимание на старую публикацию из небольшого канала «Не мэр Омска»: её авторы составили гид по городским локациям, так или иначе связанным с Летовым. Даже если до музыканта вам дела нет — получилось довольно любопытно в плане знакомства с его родным городом.

Фото: граффити с портретом Летова и котами / Канал «Не мэр Омска»

Привет, это Иван Козлов — автор текста про небольшую деревеньку Маховляне, в которой живут сразу два ребёнка с неизлечимым генетическим заболеванием, и про то, как о них заботятся пермские благотворители из фонда «Дедморозим».

Эта история стала нашим первым опытом партнёрства не с медиа или редакциями, а с организацией совсем другого профиля. И, хотя у нас есть такая святая традиция — авторская реплика про текст, — про саму историю мне рассказать особо нечего. Так бывает редко, и для меня это главная сложность такого рода текстов.

С одной стороны, драматизм предельный: миодистрофия Дюшенна — это неизлечимое заболевание, и благотворители ездят в дальние уголки Пермского края для того, чтобы повысить качество жизней больных детей. И сотрудники фонда, и родители знают, что эти дети умрут через несколько лет, предварительно потеряв способность двигаться, а в итоге и дышать. Причём в России они проживут на пару десятилетий меньше, чем живут люди с таким диагнозом в ряде других стран — ну потому что вот так вот у нас всё.

С другой стороны, работа фондов типа «Дедморозим» при всей своей запредельной, подвижнической важности часто остаётся как будто за границами нашего восприятия. В такой истории нет сенсационности, к ней трудно подобрать кликбейтный заголовок, она не «взорвёт интернет»: это просто рутинная системная работа, позволяющая противопоставить хоть что-то неизбежности смерти.

Мы будем искать новые подходы к таким текстам, но на этом опыте я убедился, что писать об этом трудно, и читать, судя по всему, тоже трудно. Но, кажется, тем более нужно, потому что без общественного внимания такие фонды и инициативы, несмотря на свою абсолютную необходимость, долго не протянут.

Так что читайте давайте, а то чо вы как эти.

https://storage.googleapis.com/kldscp/thenewtab.io/zhizn-s-dostavkoj-na-dom

Многие истории людей, которые решают уйти воевать, похожи друг на друга, но бывают и такие, что и на третий год войны кажутся из ряда вон выходящими.

Сегодня вот канал «Челябинск будущего» рассказал историю Миры, жительницы города Карталы Челябинской области, которая работала мастером перманентного макияжа, а потом решила поехать на войну с Украиной. Авторы канала цитируют её слова:

«Будущее детей — это и есть моя основная причина уйти добровольцем в зону СВО».

Судя по всему, за этими общими словами кроется вполне конкретная драма, и речь идёт о судьбе не только всех детей, но и конкретного ребёнка. У одного из сыновей Миры тяжёлое заболевание нервной системы: мальчику требуются постоянные и очень дорогие реабилитации — и, возможно, его мама просто не увидела другого выхода.

Фото: Челябинск будущего

Кажется, что даже спустя месяцы после начала войны мы ещё не могли представить, что когда-нибудь будем постить контент с инструкциями о том, как жителям российских регионов спастись и выжить при атаке дронов или ракет: ещё некоторое время назад сама постановка вопроса казалась немыслимой. Но, когда мы сегодня думали, каким контентом от коллег с вами поделиться, решили выбрать этот. «Проклятый таймлайн», как говорят в таких случаях в твиттере.

Журналист Александр Плющев @PlushevChannel опубликовал у себя в канале видео с инструкцией о том, как россиянам обезопасить себя при ракетном ударе или атаке дронов. Что характерно, это не абстрактные инструкции — журналистка из Киева Татьяна Попова решила поделиться ими, исходя из своего личного опыта.

Надеемся, что никому из читателей это не пригодится, но раз есть ненулевая вероятность обратного, то публикуем.

Ничего этого не должно было быть: ни обстрелов и захвата украинских земель, ни ответных ударов со стороны Украины. Просто этой войны не должно было быть. Но она есть и мирным можно хоть как-то обезопасить себя,

— добавляет Плющев.

Вообще, конечно, довольно трудно поддерживать определённый tone of voice, когда работаешь с региональной повесткой в широком смысле.

Особенно когда утром постишь инструкцию о том, как спастись от дронов и ракет, а днём попадается продолжение истории про очень толстого пермского кота Крошика, который попытался совершить вероломный побег из реабилитационной клиники, но застрял.

Фото: Telegram-канал Мысли реабилитолога

Ырӑ кун пултӑр!
Сывлӑх сунатӑп!
Салам!

Это всё — разные варианты приветствия на чувашском языке. Причём поздороваться по-чувашски можно даже вопросом — Аван-и? — что по-русски звучит примерно как «ты в порядке?»

Родные языки в большинстве национальных республик России постепенно вымирают. На них говорят всё меньше людей, а те, кто изучал язык в школе, забывают его, так как нет среды, в которой его можно было бы регулярно практиковать.

В Чувашии активисты придумали необычный формат летнего лагеря-университета, где все желающие могут практиковать национальный язык и изучать традиции своего народа. Всё общение в лагере происходит только на чувашском, его участники не только изучают чувашские обряды и мифологию, но и пишут чувашскую Википедию, а ещё обсуждают, как внедрить язык в городскую среду и бытовое общение.

И самое воодушевляющее — это то, что за последние два года количество участников лагеря растёт в геометрической прогрессии. Люди потянулись к своим корням, стали активно изучать язык и искать свою идентичность.

🔤 Не знаем, как вам, а мы считаем, что если вы не можете в этом поучаствовать, то хотя бы почитайте: https://storage.googleapis.com/kldscp/thenewtab.io/dyshat-po-drugomu