«Архетипы авангарда» — это то самое место силы, где сейчас собираются все, кто влюблен в искусство и ищет свежих впечатлений. Выставка проходит в новом корпусе Третьяковской галереи на Кадашевской набережной и заманивает необычным форматом: здесь картины не просто висит на стенах, а буквально коннектится с вашим психотипом.
Чтобы понять, как работает эта выставка, важно держать в голове, что такое русский авангард. Это, пожалуй, самое смелое и новаторское искусство начала XX века, которое ломало старые традиции и искало новые формы выражения. Для него были характерны геометрическая абстракция, динамика и стремление создать искусство, способное преобразить саму реальность. Художники сломали все правила, взяли круг, квадрат и линии, и начали творить искусство будущего, дерзкое и яркое!
Самые мощные ребята русского авангарда — всех найдём на этой выставке: Малевич, Кандинский, Родченко, Ларионов, Машков, Лентулов и конечно амазонки — Гончарова и Розановой, куда без них.
Именно этот пласт искусства выставка предлагает рассматривать через популярную психологическую теорию двенадцати архетипов: Дитя, Славный малый, Воин, Опекун, Искатель, Бунтарь, Эстет, Творец, Правитель, Маг, Мудрец, Шут. Согласно этой теории, архетипы обуславливают ценности человека, его модель поведения, восприятие мира.
Взгляд через призму архетипов дает возможность проникнуть в творческое сознание художника на новом уровне. Он позволяет понять, какие психологические паттерны двигали мастером, почему он создавал именно такие работы, какова была мотивация и, таким образом, прийти к более глубокому пониманию необычного искусства начала ХХ века. И, в конце концов, отыскать среди 12 архетипов себя.
А если вам захочется подкрепить визуальный опыт, стоит обратить внимание как на теоретические труды самих художников, так и на современные исследования искусствоведов.
• Фундаментальным трудом считается книга «Русский авангард» Андрея Сарабьянова, которая дает комплексное представление о течении.
• Если вас интересует личность ключевого реформатора, стоит прочесть «Мир как беспредметность» Казимира Малевича, где он излагает философию супрематизма.
• Особое внимание заслуживает работа Камиллы Грей «Великий эксперимент. Русское искусство 1863–1922», которая открыла русский авангард и для западного и для современного русскоязычного читателя.
• Для понимания быта и атмосферы эпохи прекрасно подходят мемуары Бенедикта Лившица «Полутораглазый стрелец».
• Также полезно изучить книгу «В круге Малевича» Ирины Карасик, которая подробно рассказывает о школе и учениках мастера.
• Если же вам интересен синтез литературы и живописи, обратите внимание на сборники манифестов футуристов, такие как знаменитый «Пощечина общественному вкусу».
• Завершить список можно исследованием Екатерины Андреевой «Все и ничто», где рассматриваются философские аспекты и судьба авангардных идей в XX веке.
Пусть эти книги вдохновят вас и подарят много крутых инсайтов — ныряйте в чтение с удовольствием!
О романах среди авангардистов, необычной болезни Кандинского, войне Малевича с Шагалом пишет Ирина Сухорукова
Чтобы понять, как работает эта выставка, важно держать в голове, что такое русский авангард. Это, пожалуй, самое смелое и новаторское искусство начала XX века, которое ломало старые традиции и искало новые формы выражения. Для него были характерны геометрическая абстракция, динамика и стремление создать искусство, способное преобразить саму реальность. Художники сломали все правила, взяли круг, квадрат и линии, и начали творить искусство будущего, дерзкое и яркое!
Самые мощные ребята русского авангарда — всех найдём на этой выставке: Малевич, Кандинский, Родченко, Ларионов, Машков, Лентулов и конечно амазонки — Гончарова и Розановой, куда без них.
Именно этот пласт искусства выставка предлагает рассматривать через популярную психологическую теорию двенадцати архетипов: Дитя, Славный малый, Воин, Опекун, Искатель, Бунтарь, Эстет, Творец, Правитель, Маг, Мудрец, Шут. Согласно этой теории, архетипы обуславливают ценности человека, его модель поведения, восприятие мира.
Взгляд через призму архетипов дает возможность проникнуть в творческое сознание художника на новом уровне. Он позволяет понять, какие психологические паттерны двигали мастером, почему он создавал именно такие работы, какова была мотивация и, таким образом, прийти к более глубокому пониманию необычного искусства начала ХХ века. И, в конце концов, отыскать среди 12 архетипов себя.
А если вам захочется подкрепить визуальный опыт, стоит обратить внимание как на теоретические труды самих художников, так и на современные исследования искусствоведов.
• Фундаментальным трудом считается книга «Русский авангард» Андрея Сарабьянова, которая дает комплексное представление о течении.
• Если вас интересует личность ключевого реформатора, стоит прочесть «Мир как беспредметность» Казимира Малевича, где он излагает философию супрематизма.
• Особое внимание заслуживает работа Камиллы Грей «Великий эксперимент. Русское искусство 1863–1922», которая открыла русский авангард и для западного и для современного русскоязычного читателя.
• Для понимания быта и атмосферы эпохи прекрасно подходят мемуары Бенедикта Лившица «Полутораглазый стрелец».
• Также полезно изучить книгу «В круге Малевича» Ирины Карасик, которая подробно рассказывает о школе и учениках мастера.
• Если же вам интересен синтез литературы и живописи, обратите внимание на сборники манифестов футуристов, такие как знаменитый «Пощечина общественному вкусу».
• Завершить список можно исследованием Екатерины Андреевой «Все и ничто», где рассматриваются философские аспекты и судьба авангардных идей в XX веке.
Пусть эти книги вдохновят вас и подарят много крутых инсайтов — ныряйте в чтение с удовольствием!
О романах среди авангардистов, необычной болезни Кандинского, войне Малевича с Шагалом пишет Ирина Сухорукова
❤8🔥8🥰3
Чтение – это незаменимый инструмент для развития, оно расширяет кругозор, помогает учиться новому. Но часто под полезным чтением подразумевается только научно-популярная литература, тогда как художественной отводится роль скорее развлекательная. А кто-то и вовсе считает её вредной. Но так ли это? Если нонфикшн питает разум, то художественная проза – это мишленовское блюдо для сердца и души.
Художественная литература — это окно в другой мир, «шагни за порог» и вот уже покинута зона комфорта. А всё потому, что во всём своём многообразии, романы дают шанс пережить читателю опосредованный опыт: когда можно сидеть в уютном кресле с чашкой чая и одновременно переживать шторм в открытом море. Наше сознание воспринимает все эти,чужие эмоции и чувства как свои собственные. То есть: если вы влюбились в красивого короля/королеву фей, это всё по-настоящему, вы не сошли с ума.
Чтение художественной литературы позволяет погрузиться во внутренний мир героев, истончая границу «свой-чужой». Вы можете стать кем угодно: героем или злодеем, жертвой или палачом. Взглянуть на жестокие реалии фашистского времени глазами ребенка, как в книге Джона Бойна «Мальчик в полосатой пижаме», или почувствовать себя женщиной, страдающей от традиционных устоев, как в «Анне Карениной» Толстого. Проживание других жизней позволяет менее предвзято относиться к окружающим людям уже не в выдуманных мирах, а в самом настоящем.
Эта смена ролей полезна не только для развития той самой пресловутой эмпатии, о которой сейчас так часто говорят, но и для развития более индивидуального навыка: например, креативное мышление хорошо подпитывается художественными романами. Умение взглянуть на проблему с разных точек зрения даёт увидеть её полнее и шире, в разных плоскостях — способствует нахождению более творческого решения, порой нестандартного, но эффективного. В сферах, где конкуренция стабильно на высоком уровне, такое преимущество совсем не лишне.
Художественная проза — это ещё и ключ к развитию культурной толерантности, ведь она помогает ближе познакомиться с различными народами и их традициями, позволяет побывать не только в различных «где», но и «когда». Знания об истории, искусстве, музыке, литературе, кинематографе и других сферах жизни разных культур, иногда сильно отличающихся от наших собственных, позволяют видеть мир более объёмным, словно из плоской картинки вы переноситесь в многомерную реальность. И вот не удивляют ни «преувеличенная» вежливость японцев, ни страстная жестикуляция итальянцев, начинаешь ценить сдержанность скандинавов и улыбчивость американцев.
А что насчёт биологических преимуществ? Конечно, они есть. В Фонде центра Фишера по изучению болезни Альцгеймера считают, что чтение может служить эффективным инструментом для профилактики деменции у людей пожилого возраста. Чтение романов, где приходится запоминать множество имен героев, удерживать в голове несколько сюжетных линий, помогает поддерживать и развивать память. Можно сказать, что чтение художественной литературы — это необходимая психическая нагрузка для мозга, такая же, как физические упражнения для тела. Так что в картину здорового утра стоит вписать не только пятнадцать минут для зарядки, но и пятнадцать минут на чтение хорошей книги.
Философия и поиски смысла жизни, полные опасностей приключения, путешествия во времени и неземная любовь на крыльях дракона — и всё это, не вставая с дивана: хорошая книга для каждого своя. И обилие жанров художественной прозы, кажется, способно удовлетворить даже самого взыскательного ценителя «пользы». Художественная литература просвещает, объединяет, служит утешением и поддержкой, несёт пользу для нашего ментального здоровья, ну и, конечно, развлекает. А развлечения в наши времена — то, что доктор прописал.
Пользу от чтения получала Дарина Нгуен
Художественная литература — это окно в другой мир, «шагни за порог» и вот уже покинута зона комфорта. А всё потому, что во всём своём многообразии, романы дают шанс пережить читателю опосредованный опыт: когда можно сидеть в уютном кресле с чашкой чая и одновременно переживать шторм в открытом море. Наше сознание воспринимает все эти,чужие эмоции и чувства как свои собственные. То есть: если вы влюбились в красивого короля/королеву фей, это всё по-настоящему, вы не сошли с ума.
Чтение художественной литературы позволяет погрузиться во внутренний мир героев, истончая границу «свой-чужой». Вы можете стать кем угодно: героем или злодеем, жертвой или палачом. Взглянуть на жестокие реалии фашистского времени глазами ребенка, как в книге Джона Бойна «Мальчик в полосатой пижаме», или почувствовать себя женщиной, страдающей от традиционных устоев, как в «Анне Карениной» Толстого. Проживание других жизней позволяет менее предвзято относиться к окружающим людям уже не в выдуманных мирах, а в самом настоящем.
Эта смена ролей полезна не только для развития той самой пресловутой эмпатии, о которой сейчас так часто говорят, но и для развития более индивидуального навыка: например, креативное мышление хорошо подпитывается художественными романами. Умение взглянуть на проблему с разных точек зрения даёт увидеть её полнее и шире, в разных плоскостях — способствует нахождению более творческого решения, порой нестандартного, но эффективного. В сферах, где конкуренция стабильно на высоком уровне, такое преимущество совсем не лишне.
Художественная проза — это ещё и ключ к развитию культурной толерантности, ведь она помогает ближе познакомиться с различными народами и их традициями, позволяет побывать не только в различных «где», но и «когда». Знания об истории, искусстве, музыке, литературе, кинематографе и других сферах жизни разных культур, иногда сильно отличающихся от наших собственных, позволяют видеть мир более объёмным, словно из плоской картинки вы переноситесь в многомерную реальность. И вот не удивляют ни «преувеличенная» вежливость японцев, ни страстная жестикуляция итальянцев, начинаешь ценить сдержанность скандинавов и улыбчивость американцев.
А что насчёт биологических преимуществ? Конечно, они есть. В Фонде центра Фишера по изучению болезни Альцгеймера считают, что чтение может служить эффективным инструментом для профилактики деменции у людей пожилого возраста. Чтение романов, где приходится запоминать множество имен героев, удерживать в голове несколько сюжетных линий, помогает поддерживать и развивать память. Можно сказать, что чтение художественной литературы — это необходимая психическая нагрузка для мозга, такая же, как физические упражнения для тела. Так что в картину здорового утра стоит вписать не только пятнадцать минут для зарядки, но и пятнадцать минут на чтение хорошей книги.
Философия и поиски смысла жизни, полные опасностей приключения, путешествия во времени и неземная любовь на крыльях дракона — и всё это, не вставая с дивана: хорошая книга для каждого своя. И обилие жанров художественной прозы, кажется, способно удовлетворить даже самого взыскательного ценителя «пользы». Художественная литература просвещает, объединяет, служит утешением и поддержкой, несёт пользу для нашего ментального здоровья, ну и, конечно, развлекает. А развлечения в наши времена — то, что доктор прописал.
Пользу от чтения получала Дарина Нгуен
❤14🔥10🥰7
Вопрос «а что почитать?» мучает нас всегда, а на праздники — особенно остро. В такие моменты хорошо работают детективы. Обычно мы представляем их так:
Труп — в библиотеке. Сыщик — гениальный и загадочный. Убийца — дворецкий. Если устали от этих клише, присмотритесь к нашему списку детективов с неожиданными элементами, необычным сеттингом или уникальными героями.
🤩 «Вчера» Фелисии Йап — почти классический детектив с легким фантастическим допущением в виде ограниченной памяти у людей. Так что сначала придется выяснить, где ты сам был в ночь преступления…
🤩 «Черные кувшинки» и другие романы Мишеля Бюсси основаны на играх с самим текстом — всегда всё не то, чем кажется, но если читать внимательно, то есть шанс разобраться.
🤩 «Зверский детектив» Анны Старобинец — это одновременно и отличный детектив, и отличное развлечение для всей семьи, и отличнейшая по атмосферности история. В аудио — вообще шедевр.
🤩 «Чернильно-черное сердце» Роберта Гэлбрейта интересен тем, что расследование идет одновременно в реальной жизни и в онлайн-игре. Детективам нужно разобраться еще и в том, кто под каким ником скрывается.
🤩 «Легкое дыхание» Алексея Олейникова — стилизованный ретро-детектив, в котором сыщица расследует убийство… из рассказа Ивана Бунина «Легкое дыхание»! О чем умолчал классик?
🤩 «Семь смертей Эвелины Хардкасл» Стюарта Тертона — расследование во временной петле, где герою предстоит перемещаться не только во времени, но и между персонажами.
🤩 «Отель “У погибшего альпиниста”» Стругацких только маскируется под детектив, но присутствуют и расследование, и тайна, и отрезанная от мира маленькая гостиница посреди бушующей стихии.
🤩 «Искатель» королевы ирландских детективов Таны Френч тоже ломает каноны жанра, предлагая нам размеренную сельскую жизнь и одновременно жутковатую социальную драму о жителях тихого омута.
🤩 «Личные мотивы» Софьи Ремез стали темой бесконечных споров! Современные писатели, которые так похожи на реальных авторов, собираются в местечке, так похожем на Переделкино…и находят труп! Пост-пост, мета-мета для знатоков актуальной литературы.
🤩 «Токийский Зодиак» Содзи Симады интересен не только подробными схемами и картами, но и полным доступом читателя ко всей нужной для раскрытия дела информации. В какой-то момент автор прямо сообщит вам о том, что вы уже в состоянии догадаться обо всем самостоятельно!
🤩 «Гленнкилл» Леони Свонн вполне мог бы быть самым обычным детективом об убийстве пастуха, вот только расследование здесь ведут овцы. Так что готовьтесь взглянуть на наши человеческие проблемы с точки зрения парнокопытных.
🤩 «Шесть пробуждений» Мер Лафферти — научно-фантастический детектив, разворачивающийся на борту звездолета. Максимально герметично, максимально интригующе.
🤩 «Восемь идеальных убийств» Питера Свонсона — это детективный роман о детективных романах. Главный герой составил список классических остросюжетных романов, и кто-то решил использовать этот список как инструкцию…
🤩 «Треки смерти» Сюсукэ Митио удивляет форматом: это VR-детектив с дополненной реальностью в виде аудиозаписей. Читаете книгу, переходите по QR-кодам, слушаете загадочные звуки, которые должны помочь вам с расследованием.
🤩 «Каждый в нашей семье кого-нибудь да убил» Бенджамина Стивенсона — книга, где автор ведет непрекращающийся диалог с читателем. Мы знаем, в каких главах произойдут убийства, через сколько страниц ожидать ту или иную сцену, на какие моменты стоит обращать внимание, а на какие — нет. Опыт совместного чтения… с автором!
Это был наш список книг, подозреваемых в краже свободного времени. А какие необычные детективы читали вы?
Расследование вела Таня Пересторонина
Труп — в библиотеке. Сыщик — гениальный и загадочный. Убийца — дворецкий. Если устали от этих клише, присмотритесь к нашему списку детективов с неожиданными элементами, необычным сеттингом или уникальными героями.
Это был наш список книг, подозреваемых в краже свободного времени. А какие необычные детективы читали вы?
Расследование вела Таня Пересторонина
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤21🔥14💯6✍3👎1
Продолжаем следить за литературными премиями в надежде получить представление о современной литературе
Длинные списки в основных номинациях объявила премия «Ясная поляна», вручаемая с 2003 года. В фокусе жюри – произведения, которые глубоко исследуют границы человеческого опыта. Возглавляет жюри Владимир Толстой — праправнук Л. Н. Толстого, директор Государственного музея Л.Н. Толстого.
Длинный список номинации «Современная русская проза»
Длинный список номинации «Иностранная литература»
Что читали? А что планируете?
Очередные премиальные новости принесла Елена Кузнецова
Длинные списки в основных номинациях объявила премия «Ясная поляна», вручаемая с 2003 года. В фокусе жюри – произведения, которые глубоко исследуют границы человеческого опыта. Возглавляет жюри Владимир Толстой — праправнук Л. Н. Толстого, директор Государственного музея Л.Н. Толстого.
Длинный список номинации «Современная русская проза»
1. Ренат Беккин. Дворник писателя Хармса. М.: Спартаковская редакция, 2026
2. Владимир Березин. Небудущее. СПб.: Азбука. Голоса, 2026
3. Юрий Буйда. Лев и Корица. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
4. Михаил Елизаров. Юдоль. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
5. Владимир Карпов. С Кажи. Петрозаводск: Журнал «Север», 2025 №11-12, 2026 № 1-4
6. Майя Кононенко. Единоличница. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
7. Юрий Козлов. Мраморное одеяло. М.: Вече, 2026
8. Павел Крусанов. Совиная тропа. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
9. Анна Лужбина. Крууга. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
10. Александр Мещеряков. Бывалые люди в небывалой стране. М.: Лингвистика, 2026
11. Сергей Носов. Колокольчики Достоевского: записки сумасшедшего литературоведа. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
12. Мария Ныркова. Яблоки и змеи. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
13. Светлана Павлова. Сценаристка. М.: Редакция Елены Шубиной, 2025
14. Михаил Попов. История Ходжи Насреддина. М.: Вече, 2025
15. Максим Привезенцев. Маяки Сахалина. М.: Стеклограф, 2025
16. Захар Прилепин. Тума. М.: АСТ, 2025
17. Дарья Промч. Мга. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
18. Софья Ремез. Личные мотивы. М.: Лайвбук, 2025
19. Кирилл Рябов. Пьянеть. М.: Городец, 2026
20. Сергей Самсонов. Страсти по Немухину. М.: Рипол Классик, 2026
21. Роман Сенчин. Поминки. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
22. Александр Снегирёв. По линии матери. М: Редакция Елены Шубиной, 2026
23. Вячеслав Ставецкий. Археологи. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
24. Ислам Ханипаев. Среди людей. М.: Альпина. Проза, 2026
25. Сергей Шаргунов. Попович. М.: Редакция Елены Шубиной, 2026
26. Татьяна Ясникова. Ход белой лошадкой. М.: Азбука-Аттикус, 2025
Длинный список номинации «Иностранная литература»
1. Робби Арнотт. Лимберлост. Фолиант, 2026.
2. Жузе Эдуарду Агуалуза. Креольская нация. Иностранная литература, №9, 2021.
3. Сельва Альмада. Не река. Лайвбук, 2025.
4. Йоанна Элми. Сделаны из вины. Polyandria NoAge, 2025.
5. Абдулразак Гурна. Рай. Строки, 2022.
6. Хишам Матар. Мои друзья. Фантом Пресс, 2025.
7. Саманта Харви. По орбите. Polyandria NoAge, 2025.
8. Дженни Эрпенбек. Кайрос. Синдбад, 2026.
9. Альбан Николай Хербст. Корабль-греза. ИД Ивана Лимбаха, 2022.
10. Инго Шульце. Праведные убийцы. Ad Marginem, 2025.
11. Такис Вюргер. К Полине. Азбука, 2025.
12. Питер Хёг. Твоими глазами. Симпозиум, 2021.
13. Хатльгрим Хельгасон. Женщина при 1000 °C. Городец, 2025.
14. Луис Ландеро. Нелепая история. Polyandria NoAge, 2025.
15. Антонио Муньос Молина. Ночь времен. Polyandria NoAge, 2023.
16. Гитанджали Шри. Растворяясь в песках. Inspiria, 2025.
17. Хань Шаогун. Словарь Мацяо. Синдбад, 2024.
18. Чжан Лин. Одинокая ласточка. Фантом Пресс, 2025.
19. Хуан Габриэль Васкес. Имена Фелисы. Лайвбук, 2025.
20. Халид ан-Насрулла. Белая линия ночи. Дом историй, 2025.
21. Миа Коуту. Ароматы. Центр книги Рудомино, 2025.
22. Мирьяна Новакович. Страх и его слуга. Эксмо, 2025.
23. Персиваль Эверетт. Джеймс. Corpus, 2025.
24. Джейн Энн Филлипс. Ночной страж. Бель Летр, 2025.
25. Омер Зюльфю Ливанели. Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй мировой. КоЛибри, 2025.
26. Симон Лопес Трухильо. Обширная территория. Ad Marginem, 2025.
27. Юнас Хассен Кемири. Монтикор. Молчание тигра. Городец, 2026.
28. Хван Согён. Три поколения железнодорожников. Inspiria, 2026.
29. Чон Чиа. Дневник освобождения моего отца. Inspiria, 2026.
30. Каваками Миэко. Летние истории. Синдбад, 2024.
31. Асако Юзуки. Масло. Рипол Классик, 2024.
32. Риэ Кудан. Симпати Тауэр Токио. Inspiria, 2026.
Что читали? А что планируете?
Очередные премиальные новости принесла Елена Кузнецова
🔥8❤5👍4
Книжные клубы сегодня переживают настоящий бум. Их открывают библиотеки, независимые книжные, блогеры и просто компании друзей. В соцсетях появляются видео с обсуждениями книг, издательства запускают собственные сообщества, а книжные встречи становятся частью городской культуры. На первый взгляд всё это выглядит как возвращение интереса к чтению — но популярность книжных клубов говорит не только о самих книгах.
Сегодня под названием «книжный клуб» скрываются совершенно разные форматы и ожидания. Для кого-то это прежде всего способ найти круг общения, для кого-то — часть личного бренда, а для кого-то — пространство для серьёзного разговора о литературе.
Чтение перестало быть исключительно одиночным занятием. Особенно заметно это стало на фоне популярности книжного контента в соцсетях: фотографии книг, рекомендации, читательские подборки и видеоформаты превратили чтение в заметную часть интернет-культуры.
При этом сами книжные клубы могут быть устроены совершенно по-разному.
📚 Один из самых распространённых форматов — досуговый клуб. В таких сообществах книга становится поводом для встречи и общения. Участники обсуждают не только сюжет, но и собственный опыт, эмоции и ассоциации. Для многих это возможность познакомиться с новыми людьми и почувствовать себя частью комфортного сообщества.
📚 Популярны и лайфстайл-клубы, тесно связанные с эстетикой социальных сетей. Здесь большое внимание уделяется атмосфере встречи: оформлению пространства, визуальному стилю, фотографиям и общему ощущению «красивого чтения». Книга становится частью культурного образа жизни наряду с интерьером, музыкой или модой.
📚 Другой заметный формат — клубы, выстроенные вокруг личности ведущего. В центре здесь оказывается не только книга, но и сам организатор: блогер, журналист, писатель или медийный герой. Участников привлекает кураторский выбор, стиль общения и ощущение причастности к определённому культурному кругу. Подобные проекты часто существуют на стыке литературного сообщества, медиа и личного бренда.
📚 Существуют и клубы, где в центре остаётся именно работа с текстом. На таких встречах обсуждаю язык произведения, композицию, исторический контекст и разные интерпретации. Обычно подобные клубы требуют более вдумчивой подготовки и предполагают формат полноценной дискуссии.
Ни один из этих подходов нельзя назвать единственно правильным. У книжных клубов сегодня разные функции: социализация, совместный досуг, культурный опыт или интеллектуальный разговор. Именно поэтому одинаковое название объединяет настолько разные практики.
Популярность книжных клубов сегодня говорит не только о росте интереса к книгам. Скорее, книга оказалась удобной точкой сборки для самых разных запросов — от потребности в общении до поиска культурной идентичности и “своего” круга.
По книжным клубам ходила Наталья Чиж
Камиль Писсарро «Дети в саду в Эраньи»
Сегодня под названием «книжный клуб» скрываются совершенно разные форматы и ожидания. Для кого-то это прежде всего способ найти круг общения, для кого-то — часть личного бренда, а для кого-то — пространство для серьёзного разговора о литературе.
Чтение перестало быть исключительно одиночным занятием. Особенно заметно это стало на фоне популярности книжного контента в соцсетях: фотографии книг, рекомендации, читательские подборки и видеоформаты превратили чтение в заметную часть интернет-культуры.
При этом сами книжные клубы могут быть устроены совершенно по-разному.
Ни один из этих подходов нельзя назвать единственно правильным. У книжных клубов сегодня разные функции: социализация, совместный досуг, культурный опыт или интеллектуальный разговор. Именно поэтому одинаковое название объединяет настолько разные практики.
Популярность книжных клубов сегодня говорит не только о росте интереса к книгам. Скорее, книга оказалась удобной точкой сборки для самых разных запросов — от потребности в общении до поиска культурной идентичности и “своего” круга.
По книжным клубам ходила Наталья Чиж
Камиль Писсарро «Дети в саду в Эраньи»
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤11🔥8🥰5👍2🕊2
Чтение в тяжёлые времена редко воспринимается как отдельное действие. Оно не отделено от повседневности, не оформлено как досуг, а встроено в разорванный ритм жизни — между делами, ожиданиями, паузами — и постепенно меняет свою функцию. Вопрос «зачем читать» в таких условиях звучит иначе: это уже не культурная установка, а практическая необходимость, которая не всегда осознаётся.
Одна из первых вещей, которая разрушается в ситуации катастрофы, — это структура времени. День теряет привычные границы, последовательность событий становится случайной, причинно-следственные связи ослабевают. Текст в этом смысле предлагает альтернативную форму порядка. У него есть начало, развитие, завершённость. Даже если чтение прерывается, сам принцип линейности сохраняется: можно вернуться к странице, к абзацу, к мысли, которая не исчезает.
В «Дневнике Анны Франк» мы постоянно это наблюдаем. Находясь в замкнутом пространстве, под постоянным гнётом и давлением, именно записи помогают девочке-подростку сохранить привычную последовательность будней. Какие могут быть события у изолированной семьи, которая не должна выдать своё существование? Чтение и письмо здесь не столько фиксируют происходящее, сколько удерживают саму возможность структурированного мышления. Текст становится формой сопротивления распаду, попыткой сохраниться и научиться находить в повседневности значимые моменты.
При этом чтение не обязательно связано с «важными» или «уместными» текстами. В экстремальных условиях выбор книги редко определяется её тематикой. Читают то, что доступно, что оказалось под рукой, что можно удержать. В этом смысле литература перестаёт делиться на «значимую» и «второстепенную». В блокадных дневниках Ольги Берггольц и Лидии Гинзбург встречаются упоминания самых разных текстов — от классики до случайных изданий. Важно не содержание как таковое, а сам акт чтения: возвращение к связной речи, к возможности следить за чужой мыслью.
Но у текста есть и другая роль — он помогает сохранить внутреннюю дистанцию между человеком и происходящим. В ситуации угрозы человек легко растворяется в потоке событий, теряет ощущение собственной идентичности. Да, ты часть масштабного события, но не сводишься только к нему. Чтение позволяет сохранить это внутреннее пространство.
В этом смысле чтение не столько «отвлекает», сколько возвращает к себе. Оно не отменяет происходящего, но предлагает другую форму присутствия в нём. Человек остаётся внутри ситуации, но одновременно выходит за её пределы — не физически, а на уровне внимания.
Иногда эта дистанция принимает и более прямую форму: возможность на время выйти за пределы происходящего через чужую историю.
Несомненно, чтение в трудные времена даёт ощущение надежды. Чтение предполагает допущение будущего. Чтобы открыть книгу, нужно исходить из того, что будет следующая страница, следующий абзац, возможность продолжить. В этом смысле текст задаёт горизонт и удерживает человека от полного распада в настоящем.
Почему в катастрофах продолжают работать библиотеки, читаются стихи, пересказываются романы? Возможно, дело не в особой «миссии» литературы, а в её базовой функции: она сохраняет формы, в которых человек может мыслить и чувствовать цельно. Текст не меняет происходящее, но не даёт миру сузиться до него одного. Пока существует следующая страница, у человека остаётся будущее.
Читала дневники и думала о будущем Катерина Карпова
Одна из первых вещей, которая разрушается в ситуации катастрофы, — это структура времени. День теряет привычные границы, последовательность событий становится случайной, причинно-следственные связи ослабевают. Текст в этом смысле предлагает альтернативную форму порядка. У него есть начало, развитие, завершённость. Даже если чтение прерывается, сам принцип линейности сохраняется: можно вернуться к странице, к абзацу, к мысли, которая не исчезает.
В «Дневнике Анны Франк» мы постоянно это наблюдаем. Находясь в замкнутом пространстве, под постоянным гнётом и давлением, именно записи помогают девочке-подростку сохранить привычную последовательность будней. Какие могут быть события у изолированной семьи, которая не должна выдать своё существование? Чтение и письмо здесь не столько фиксируют происходящее, сколько удерживают саму возможность структурированного мышления. Текст становится формой сопротивления распаду, попыткой сохраниться и научиться находить в повседневности значимые моменты.
При этом чтение не обязательно связано с «важными» или «уместными» текстами. В экстремальных условиях выбор книги редко определяется её тематикой. Читают то, что доступно, что оказалось под рукой, что можно удержать. В этом смысле литература перестаёт делиться на «значимую» и «второстепенную». В блокадных дневниках Ольги Берггольц и Лидии Гинзбург встречаются упоминания самых разных текстов — от классики до случайных изданий. Важно не содержание как таковое, а сам акт чтения: возвращение к связной речи, к возможности следить за чужой мыслью.
Но у текста есть и другая роль — он помогает сохранить внутреннюю дистанцию между человеком и происходящим. В ситуации угрозы человек легко растворяется в потоке событий, теряет ощущение собственной идентичности. Да, ты часть масштабного события, но не сводишься только к нему. Чтение позволяет сохранить это внутреннее пространство.
В этом смысле чтение не столько «отвлекает», сколько возвращает к себе. Оно не отменяет происходящего, но предлагает другую форму присутствия в нём. Человек остаётся внутри ситуации, но одновременно выходит за её пределы — не физически, а на уровне внимания.
Иногда эта дистанция принимает и более прямую форму: возможность на время выйти за пределы происходящего через чужую историю.
Несомненно, чтение в трудные времена даёт ощущение надежды. Чтение предполагает допущение будущего. Чтобы открыть книгу, нужно исходить из того, что будет следующая страница, следующий абзац, возможность продолжить. В этом смысле текст задаёт горизонт и удерживает человека от полного распада в настоящем.
Почему в катастрофах продолжают работать библиотеки, читаются стихи, пересказываются романы? Возможно, дело не в особой «миссии» литературы, а в её базовой функции: она сохраняет формы, в которых человек может мыслить и чувствовать цельно. Текст не меняет происходящее, но не даёт миру сузиться до него одного. Пока существует следующая страница, у человека остаётся будущее.
Читала дневники и думала о будущем Катерина Карпова
🔥12❤🔥10❤9👍2
В барах обычно читают меню или сообщения в телефоне. Проект «Люди читают рассказы» предлагает совсем другой сценарий: современные писатели выходят к микрофону и читают прозу вслух. Иногда это уже опубликованные рассказы, а иногда ещё совсем черновики, которые рождаются на глазах у зала.
«Точка чтения» поговорила с организаторами — писателями Яной Верзун, Иван Бевзом, Настей Лавреновой и книжной обозревательницей Ладой Кулинич — чтобы разобраться, как публичное чтение меняет прозу.
«Хотелось показать, что современная проза существует и может оторвать людей от пива в баре не хуже стендапа», — говорит Ваня.
Идея появилась почти случайно. Ваня и Настя познакомились ещё в 2020 году на литературном форуме «Липки», а спустя несколько лет встретились в Москве после долгого перерыва и эмиграции. Настя тогда организовывала мероприятия для бара и рассказывала Ване про поэтические чтения, которые недавно провела. Разговор неожиданно свернул к прозе.
«Я сначала не поверила в эту идею, — вспоминает Настя. — Казалось, что проза слишком большая, люди устанут слушать. Но Ваня сказал: так можно же читать рассказы».
Так появилось название «Люди читают рассказы»: организаторы шутят, что оно нужно было ещё и как инструкция — длинные тексты здесь не читают. Первый вечер прошёл летом 2023 года. На чтения позвали знакомых писателей, а сама площадка больше напоминала небольшую кальянную, чем литературное пространство. Но формат сработал: люди пришли именно слушать рассказы.
Стало понятно, что рассказы вообще хорошо существуют в устном формате. «Рассказ проще воспринимать на слух, — говорит Яна Верзун. — Плюс законченный текст всегда лучше кусочка». При этом Яна подчёркивает: короткая проза — совсем не “лёгкий” жанр. Хороший рассказ требует высокой точности — особенно когда его читают вслух .
Для участников проекта важно то, как текст меняется, когда начинает звучать вслух. «Очень многое зависит от чтеца: от настроения, голоса, даже от того, насколько ему самому сейчас откликается собственный текст», — говорит Лада.
По её словам, восприятие рассказа складывается не только из слов. На него влияет атмосфера вечера: музыка, шум бара, реакция слушателей, разговоры за соседними столиками и даже то, насколько удачным оказался заказанный напиток.
«Обычно чтение — тихий и одинокий процесс, — говорит Лада. — А здесь появляется возможность связать обе стороны литературного процесса — читателей и писателей».
Из-за этого слушатели часто запоминают не весь рассказ целиком, а отдельные вспышки: одну реплику, неожиданную шутку или несколько фраз, совпавших с собственным опытом. В устном чтении текст начинает работать иначе — не как закрытая конструкция, а как событие, которое складывается прямо в моменте.
Особенно хорошо в таком формате работают неопубликованные тексты. Организаторы замечают, что слушателям интересен сам момент рождения литературы: возможность услышать рассказ ещё до выхода книги. «Это билет в закулисье писательства», — говорит Лада. Через год такой текст может измениться после редактуры почти до неузнаваемости, но на чтениях он существует в своей самой живой форме.
На вечера приходят и опытные авторы, и те, кто впервые читает текст перед аудиторией. Иногда организаторы сами зовут писателей, иногда авторы присылают рассказы через open call. Бывает и так, что участие в чтениях становится для человека первым публичным литературным опытом.
Сами мероприятия устроены довольно неформально. Между рассказами ведущие разговаривают со зрителями, музыканты импровизируют прямо во время чтений, а обсуждения после официальной части часто продолжаются уже за столиками бара.
Один из запомнившихся вечеров случился, когда на чтения случайно зашла девушка, которая ничего не знала о проекте и была далека от литературной среды, но начала задавать авторам вопросы о текстах и писательской работе. По сути, она стала центром вечера — и в результате почти все гости вместе ушли гулять после мероприятия.
Вот так, в мире, где текст всё чаще просто пролистывают глазами, «Люди читают рассказы» возвращают ему голос — и слушателей.
Слушала чтения Ольга Фаерович
«Точка чтения» поговорила с организаторами — писателями Яной Верзун, Иван Бевзом, Настей Лавреновой и книжной обозревательницей Ладой Кулинич — чтобы разобраться, как публичное чтение меняет прозу.
«Хотелось показать, что современная проза существует и может оторвать людей от пива в баре не хуже стендапа», — говорит Ваня.
Идея появилась почти случайно. Ваня и Настя познакомились ещё в 2020 году на литературном форуме «Липки», а спустя несколько лет встретились в Москве после долгого перерыва и эмиграции. Настя тогда организовывала мероприятия для бара и рассказывала Ване про поэтические чтения, которые недавно провела. Разговор неожиданно свернул к прозе.
«Я сначала не поверила в эту идею, — вспоминает Настя. — Казалось, что проза слишком большая, люди устанут слушать. Но Ваня сказал: так можно же читать рассказы».
Так появилось название «Люди читают рассказы»: организаторы шутят, что оно нужно было ещё и как инструкция — длинные тексты здесь не читают. Первый вечер прошёл летом 2023 года. На чтения позвали знакомых писателей, а сама площадка больше напоминала небольшую кальянную, чем литературное пространство. Но формат сработал: люди пришли именно слушать рассказы.
Стало понятно, что рассказы вообще хорошо существуют в устном формате. «Рассказ проще воспринимать на слух, — говорит Яна Верзун. — Плюс законченный текст всегда лучше кусочка». При этом Яна подчёркивает: короткая проза — совсем не “лёгкий” жанр. Хороший рассказ требует высокой точности — особенно когда его читают вслух .
Для участников проекта важно то, как текст меняется, когда начинает звучать вслух. «Очень многое зависит от чтеца: от настроения, голоса, даже от того, насколько ему самому сейчас откликается собственный текст», — говорит Лада.
По её словам, восприятие рассказа складывается не только из слов. На него влияет атмосфера вечера: музыка, шум бара, реакция слушателей, разговоры за соседними столиками и даже то, насколько удачным оказался заказанный напиток.
«Обычно чтение — тихий и одинокий процесс, — говорит Лада. — А здесь появляется возможность связать обе стороны литературного процесса — читателей и писателей».
Из-за этого слушатели часто запоминают не весь рассказ целиком, а отдельные вспышки: одну реплику, неожиданную шутку или несколько фраз, совпавших с собственным опытом. В устном чтении текст начинает работать иначе — не как закрытая конструкция, а как событие, которое складывается прямо в моменте.
Особенно хорошо в таком формате работают неопубликованные тексты. Организаторы замечают, что слушателям интересен сам момент рождения литературы: возможность услышать рассказ ещё до выхода книги. «Это билет в закулисье писательства», — говорит Лада. Через год такой текст может измениться после редактуры почти до неузнаваемости, но на чтениях он существует в своей самой живой форме.
На вечера приходят и опытные авторы, и те, кто впервые читает текст перед аудиторией. Иногда организаторы сами зовут писателей, иногда авторы присылают рассказы через open call. Бывает и так, что участие в чтениях становится для человека первым публичным литературным опытом.
Сами мероприятия устроены довольно неформально. Между рассказами ведущие разговаривают со зрителями, музыканты импровизируют прямо во время чтений, а обсуждения после официальной части часто продолжаются уже за столиками бара.
Один из запомнившихся вечеров случился, когда на чтения случайно зашла девушка, которая ничего не знала о проекте и была далека от литературной среды, но начала задавать авторам вопросы о текстах и писательской работе. По сути, она стала центром вечера — и в результате почти все гости вместе ушли гулять после мероприятия.
Вот так, в мире, где текст всё чаще просто пролистывают глазами, «Люди читают рассказы» возвращают ему голос — и слушателей.
Слушала чтения Ольга Фаерович
🔥11❤🔥9❤6🥰2👾1
Когда мы покупаем книгу, кажется, что между автором и читателем почти никого нет: написал — издали — поставили на полку.
Но читатели догадываются, что за кулисами книжного мира есть целая вселенная, в которой существуют самые необычные профессии.
Книжный скаут.
Пока мы стоим в книжном магазине и думаем, что хотим почитать, книжный скаут уже давно всё прочитал и принял решение: книга заслужила появиться на книжной полке.
Он просматривает сотни рукописей и следит за книжным рынком. По первым 50 страницам он должен понять, стоит ли передавать рукопись в издательство. Почти как экстрасенс на интуиции и опыте, должен почувствовать, что перед ним стоящая книга, которая может зацепить читателя.
Однажды книжное скаутство спасло «Дюну» Фрэнка Герберта после 23 отказов. Редактор издательства Chilton Books, специализировавшегося на технических справочниках и автомобильных руководствах, Стерлинг Ланье прочитал журнальную версию романа и предложил Герберту контракт. Книга увидела свет в 1965 году и в том же году получила премию «Небьюла».
Российских скаутов немного, их можно перечислить пофамильно, хотя в других странах существуют целые агентства. Зачастую в России эту функцию выполняют редакторы или литературные агенты.
Библиотерапевт.
Специалист, который подберет книги для любого человека как инструмент психологической поддержки.
Библиотерапевт анализирует проблемы или потребности клиента и подбирает книги с таким сюжетом, который позволит взглянуть на себя со стороны, разобраться в своих чувствах или прожить негативный опыт.
Конечно, библиотерапевту необходимо иметь психологическое образование. Заглянув на ресурс «Профи», можно найти 3433 специалиста, которые помимо прочих услуг предлагают и библиотерапию.
Уверены, что читающие люди не раз ощущали на себе терапевтический эффект книг.
Архивный исследователь.
Это Индиана Джонс книжного мира. Только вместо артефактов у него — рукописи и архивы.
Архивный исследователь изучает письма, черновики, заметки, даты, исторические события, несоответствия. Этот человек может подсказать, что ваш герой не мог идти по улице Ленина в городе Х в 1926 году, потому что ее там никогда не было.
Наряду с поиском сведений о генеалогическом древе, архивные исследователи предлагают проработку литературных и научных текстов. Хотя в век интернета авторы всё чаще проверяют информацию своими силами. Известное дело: в браузер писателя страшно заглядывать.
Иногда исследователям удаётся отыскать действительно уникальные документы. Например, маленькое чудо произошло с учеными Гейлом Кроутером и Питером К. Стейнбергом, которые собирали материалы в архивах библиотеки Лилли при Университете Индианы и нашли в записной книжке американской поэтессы Сильвии Плат копировальный лист, а на нём — два неизвестных стихотворения. И такие находки обнаруживаются периодически, как, например, скрытые страницы дневника Анны Франк с размышлениями о взрослении и сексуальности — их она заклеила плотной бумагой.
Книжный сыщик.
Это почти мифическая профессия, но она всегда существовала.
В 19 веке были специальные люди-сборщики, которые отлично разбирались в книгах и их стоимости. Обрастая связями, они быстро находили нужные издания. При формировании частных библиотек и поиске эксклюзивных книг сыщики были просто незаменимы: зачастую книготорговцы хантили друг у друга особо ценные кадры.
В России существовали книжные сыщики, даже организовывались целые агентства по розыску редких книг. Их услугами пользовались коллекционеры, научные сотрудники в поисках конкретного труда или клиенты, ностальгирующие по книге из детства.
Сейчас поиском и скупкой занимаются антиквары, книжные магазины предлагают свои услуги по розыску редких изданий, есть сообщества в социальных сетях. Поиск стал проще, а романтика профессии литературного сыщика осталась в прошлом.
Книжный мир — странное место. Здесь люди могут годами искать одну книгу, спорить из-за рукописей и всерьёз менять чужую жизнь удачно подобранным романом.
А какие необычные книжные профессии знаете вы? Или сами принадлежите к такой?
Изучала мир книжных профессий Любовь Безбородова
Но читатели догадываются, что за кулисами книжного мира есть целая вселенная, в которой существуют самые необычные профессии.
Книжный скаут.
Пока мы стоим в книжном магазине и думаем, что хотим почитать, книжный скаут уже давно всё прочитал и принял решение: книга заслужила появиться на книжной полке.
Он просматривает сотни рукописей и следит за книжным рынком. По первым 50 страницам он должен понять, стоит ли передавать рукопись в издательство. Почти как экстрасенс на интуиции и опыте, должен почувствовать, что перед ним стоящая книга, которая может зацепить читателя.
Однажды книжное скаутство спасло «Дюну» Фрэнка Герберта после 23 отказов. Редактор издательства Chilton Books, специализировавшегося на технических справочниках и автомобильных руководствах, Стерлинг Ланье прочитал журнальную версию романа и предложил Герберту контракт. Книга увидела свет в 1965 году и в том же году получила премию «Небьюла».
Российских скаутов немного, их можно перечислить пофамильно, хотя в других странах существуют целые агентства. Зачастую в России эту функцию выполняют редакторы или литературные агенты.
Библиотерапевт.
Специалист, который подберет книги для любого человека как инструмент психологической поддержки.
Библиотерапевт анализирует проблемы или потребности клиента и подбирает книги с таким сюжетом, который позволит взглянуть на себя со стороны, разобраться в своих чувствах или прожить негативный опыт.
Конечно, библиотерапевту необходимо иметь психологическое образование. Заглянув на ресурс «Профи», можно найти 3433 специалиста, которые помимо прочих услуг предлагают и библиотерапию.
Уверены, что читающие люди не раз ощущали на себе терапевтический эффект книг.
Архивный исследователь.
Это Индиана Джонс книжного мира. Только вместо артефактов у него — рукописи и архивы.
Архивный исследователь изучает письма, черновики, заметки, даты, исторические события, несоответствия. Этот человек может подсказать, что ваш герой не мог идти по улице Ленина в городе Х в 1926 году, потому что ее там никогда не было.
Наряду с поиском сведений о генеалогическом древе, архивные исследователи предлагают проработку литературных и научных текстов. Хотя в век интернета авторы всё чаще проверяют информацию своими силами. Известное дело: в браузер писателя страшно заглядывать.
Иногда исследователям удаётся отыскать действительно уникальные документы. Например, маленькое чудо произошло с учеными Гейлом Кроутером и Питером К. Стейнбергом, которые собирали материалы в архивах библиотеки Лилли при Университете Индианы и нашли в записной книжке американской поэтессы Сильвии Плат копировальный лист, а на нём — два неизвестных стихотворения. И такие находки обнаруживаются периодически, как, например, скрытые страницы дневника Анны Франк с размышлениями о взрослении и сексуальности — их она заклеила плотной бумагой.
Книжный сыщик.
Это почти мифическая профессия, но она всегда существовала.
В 19 веке были специальные люди-сборщики, которые отлично разбирались в книгах и их стоимости. Обрастая связями, они быстро находили нужные издания. При формировании частных библиотек и поиске эксклюзивных книг сыщики были просто незаменимы: зачастую книготорговцы хантили друг у друга особо ценные кадры.
В России существовали книжные сыщики, даже организовывались целые агентства по розыску редких книг. Их услугами пользовались коллекционеры, научные сотрудники в поисках конкретного труда или клиенты, ностальгирующие по книге из детства.
Сейчас поиском и скупкой занимаются антиквары, книжные магазины предлагают свои услуги по розыску редких изданий, есть сообщества в социальных сетях. Поиск стал проще, а романтика профессии литературного сыщика осталась в прошлом.
Книжный мир — странное место. Здесь люди могут годами искать одну книгу, спорить из-за рукописей и всерьёз менять чужую жизнь удачно подобранным романом.
А какие необычные книжные профессии знаете вы? Или сами принадлежите к такой?
Изучала мир книжных профессий Любовь Безбородова
❤19✍10🔥9👏3
В мае перечитываем биографии: от взлётов и бездн Булгакова до смеха сквозь слёзы Тэффи и духовного уединения Уайта.
🍭 15 мая 1891 года в семье доцента духовной академии и преподавательницы женской гимназии родился Михаил Афанасьевич Булгаков — русский писатель, врач, драматург, театральный режиссёр и актёр.
Михаил был старшим ребёнком в большой интеллигентной и музыкальной семье Булгаковых.
Амосфера родного дома и характеры родных позже легли в основу семьи Турбиных в романе «Белая гвардия» и его театральной версии.
Был женат трижды, но ни в одном браке детей не было.
Его третья супруга Елена Сергеевна стала прототипом Маргариты из романа «Мастер и Маргарита» — именно она сохранила рукопись романа и добилась его публикации спустя 26 лет после смерти автора.
В 1930 году Булгаков, оказавшись в нищете и под запретом цензуры, обратился с письмом к руководству страны.
Ему лично позвонил Иосиф Сталин. В результате Булгакову разрешили работать режиссёром-ассистентом во МХАТе.
🍭 21 мая 1872 года родилась Надежда Тэффи (настоящее имя — Надежда Лохвицкая) — популярная писательница и мемуаристка дореволюционной России, чьими рассказами зачитывались Николай II и... Владимир Ленин.
Её псевдоним появился благодаря одному из слуг )
«Нужно такое имя, которое принесло бы счастье. Лучше всего имя какого-нибудь дурака — дураки всегда счастливы...
Звали его Степан, а домашние называли его Стэффи. Отбросив из деликатности первую букву (чтобы дурак не зазнался), я решила подписать пьеску свою «Тэффи» и, будь что будет, послала ее прямо в дирекцию Суворинского театра».
В России начала XX века популярность Тэффи была настолько велика, что в продажу были выпущены духи и шоколадные конфеты «Тэффи» с её портретом на упаковке.
Писательница вспоминала, что однажды в порыве гордости съела почти трёхфунтовую (около 1,2 кг) коробку этих конфет — так она «объелась своей славой до тошноты».
Тэффи панически скрывала свой настоящий возраст.
Она ретушировала фотографии, путала биографов и часто убавляла себе от 10 до 15 лет в документах (особенно при эмиграции во Францию).
Из-за этого точный год её рождения историки установили не сразу.
🍭 28 мая 1912 года родился австралийский писатель Патрик Уайт, считающийся одним из самых выдающихся англоязычных романистов XX века.
Уайт родился в Англии в семье австралийцев, детство провёл в Австралии, учился в Кембридже, во время Второй мировой войны служил офицером разведки в Королевских ВВС Великобритании на Ближнем Востоке и в Греции.
Патрик Уайт стал первым и пока единственным австралийцем, получившим Нобелевскую премию по литературе в 1973 году «За эпическое и психологическое мастерство, благодаря которому был открыт новый литературный материк».
После войны Уайт вернулся в Австралию и купил небольшую ферму в пригороде Сиднея.
Именно там, занимаясь разведением коз и выращиванием овощей, он написал свои самые известные романы — «Древо человеческое» (1955) и «Фосс» (1957).
Его проза отличается очень сложным, метафизическим и лирическим стилем. Критики отмечали его способность сочетать детальное описание быта с глубоким психологизмом и почти мистическим исследованием внутреннего мира персонажей.
Биографии изучала Мария Масленникова
Михаил был старшим ребёнком в большой интеллигентной и музыкальной семье Булгаковых.
Амосфера родного дома и характеры родных позже легли в основу семьи Турбиных в романе «Белая гвардия» и его театральной версии.
Был женат трижды, но ни в одном браке детей не было.
Его третья супруга Елена Сергеевна стала прототипом Маргариты из романа «Мастер и Маргарита» — именно она сохранила рукопись романа и добилась его публикации спустя 26 лет после смерти автора.
В 1930 году Булгаков, оказавшись в нищете и под запретом цензуры, обратился с письмом к руководству страны.
Ему лично позвонил Иосиф Сталин. В результате Булгакову разрешили работать режиссёром-ассистентом во МХАТе.
Злых людей нет на свете, есть только люди несчастливые.
(«Мастер и Маргарита» Михаил Булгаков).
Её псевдоним появился благодаря одному из слуг )
«Нужно такое имя, которое принесло бы счастье. Лучше всего имя какого-нибудь дурака — дураки всегда счастливы...
Звали его Степан, а домашние называли его Стэффи. Отбросив из деликатности первую букву (чтобы дурак не зазнался), я решила подписать пьеску свою «Тэффи» и, будь что будет, послала ее прямо в дирекцию Суворинского театра».
В России начала XX века популярность Тэффи была настолько велика, что в продажу были выпущены духи и шоколадные конфеты «Тэффи» с её портретом на упаковке.
Писательница вспоминала, что однажды в порыве гордости съела почти трёхфунтовую (около 1,2 кг) коробку этих конфет — так она «объелась своей славой до тошноты».
Тэффи панически скрывала свой настоящий возраст.
Она ретушировала фотографии, путала биографов и часто убавляла себе от 10 до 15 лет в документах (особенно при эмиграции во Францию).
Из-за этого точный год её рождения историки установили не сразу.
Счастье человеческое очень редко, наблюдать его очень трудно, потому что находится оно совсем не в том месте, где ему быть надлежит.
(«Счастье» НадеждаТэффи).
Уайт родился в Англии в семье австралийцев, детство провёл в Австралии, учился в Кембридже, во время Второй мировой войны служил офицером разведки в Королевских ВВС Великобритании на Ближнем Востоке и в Греции.
Патрик Уайт стал первым и пока единственным австралийцем, получившим Нобелевскую премию по литературе в 1973 году «За эпическое и психологическое мастерство, благодаря которому был открыт новый литературный материк».
После войны Уайт вернулся в Австралию и купил небольшую ферму в пригороде Сиднея.
Именно там, занимаясь разведением коз и выращиванием овощей, он написал свои самые известные романы — «Древо человеческое» (1955) и «Фосс» (1957).
Его проза отличается очень сложным, метафизическим и лирическим стилем. Критики отмечали его способность сочетать детальное описание быта с глубоким психологизмом и почти мистическим исследованием внутреннего мира персонажей.
Чем меньше надеяться, тем легче жить...
(«Древо человеческое» Патрик Уайт).
Биографии изучала Мария Масленникова
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤13🔥8🥰5💯1
Некоторые полагают, что литературные премии – это элитарный междусобойчик и разговоры о том, кто лучше всего пишет. Награда в книжном мире действительно ценится как признание автора и его мастерства. Но она этим не ограничивается: литературу можно сравнить с очень чутким датчиком, который улавливает всё, что происходит в мире. Предлагаем посмотреть на списки премий 2026 года и узнать, что на самом деле волнует людей.
Страх перед концом света
Ласло Краснахоркаи не случайно стал лауреатом Нобелевской премии по литературе в 2025 году. В его произведениях мы видим мир на грани разрушения. Темы его книг пришлись как нельзя кстати в то время, когда на земле стало так сложно отыскать безопасное и мирное место. Лоран Бине со своим романом «Игра перспектив/ы», который попал в шорт-лист Дублинской литературной премии, пишет о похожем. Сквозь призму детективного сюжета времён Ренессанса автор показывает, что только искусство способно упорядочить хаос и унять страх перед будущим.
Память как способ залечить раны
Реконструкция прошлого иногда становится единственным способом выжить. Так, Брижит Жиро в романе «Живи быстро» (шорт-лист Дублинской премии) пытается распутать клубок случайностей, из-за которых погиб её муж, посекундно вспоминая жизнь до трагедии. А у нас, в лонг-листе «Большой книги» такой подход виден в двух историях: Андрей Плахов в «Тарковском и мы» и Александр Снегирёв в «По линии матери» буквально собирают разорванную личность из кусочков архивов и личных воспоминаний.
Как идеологии перемалывают человека
И Международный Букер, и «Ясная Поляна» в этом году почти одновременно выбрали сюжеты об обычных людях, которые оказались в жерновах истории. В шорт-листе Букера Шида Базьяр пишет об изгнании и революциях («Ночи тихи в Тегеране»). А в «Ясной Поляне» есть роман Антонио Муньоса Молины «Ночь времён»), главный герой которого оказывается разлучён с любимой из-за гражданской войны в Испании.
Сексуальность и общественные нормы*
Тема идентичности выходит за рамки простого самоопределения и становится столкновением с религией, классом и традициями. В шорт-лист Дублинской премии вошла книга «Что я знаю о тебе» Эрика Шакура. Это история египетского врача, чей тайный роман разрушает границы консервативного общества. А в шорт-листе Международной Букеровской премии мы находим произведение «Та, кто осталась» Рене Карабаш. Оно рассказывает о девушке-подростке, которая, желая избежать брака по расчёту, принимает обет девственности и отказывается от женственности, чтобы жить в мужском обличье.
Близость, которая кажется невозможной
В мире, где так много границ, премии всё равно стараются найти то, что нас объединяет. Оушен Вуонг в своей книге «Император радости» (Дублинская премия) рассказывает о дружбе подростка и женщины с деменцией, которая возникает несмотря на все предрассудки. А Ян Шуан-цзы в «Тайваньском путеводителе» (Международный Букер) через историю о кулинарном путешествии японской писательницы по Тайваню показывает, что даже колониальное прошлое можно осмыслить по-новому, если посмотреть на него через личный опыт.
Темы, которые поднимают книги в 2026 году, показывают: хотя мы говорим на разных языках и границы часто закрыты, литература будто вернулась к самым насущным понятиям. Нас по-прежнему ранит прошлое и пугает, что будет завтра. Книги возвращают нам способность сопереживать другому человеку, каким бы непохожим на нас он ни казался.
Мировые литературные премии изучала Ольга Петегирич.
*Данный материал носит информационный/художественный характер. Автор не преследует целей пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений, предпочтений или смены пола. Материал предназначен для лиц старше 18 лет.
Страх перед концом света
Ласло Краснахоркаи не случайно стал лауреатом Нобелевской премии по литературе в 2025 году. В его произведениях мы видим мир на грани разрушения. Темы его книг пришлись как нельзя кстати в то время, когда на земле стало так сложно отыскать безопасное и мирное место. Лоран Бине со своим романом «Игра перспектив/ы», который попал в шорт-лист Дублинской литературной премии, пишет о похожем. Сквозь призму детективного сюжета времён Ренессанса автор показывает, что только искусство способно упорядочить хаос и унять страх перед будущим.
Память как способ залечить раны
Реконструкция прошлого иногда становится единственным способом выжить. Так, Брижит Жиро в романе «Живи быстро» (шорт-лист Дублинской премии) пытается распутать клубок случайностей, из-за которых погиб её муж, посекундно вспоминая жизнь до трагедии. А у нас, в лонг-листе «Большой книги» такой подход виден в двух историях: Андрей Плахов в «Тарковском и мы» и Александр Снегирёв в «По линии матери» буквально собирают разорванную личность из кусочков архивов и личных воспоминаний.
Как идеологии перемалывают человека
И Международный Букер, и «Ясная Поляна» в этом году почти одновременно выбрали сюжеты об обычных людях, которые оказались в жерновах истории. В шорт-листе Букера Шида Базьяр пишет об изгнании и революциях («Ночи тихи в Тегеране»). А в «Ясной Поляне» есть роман Антонио Муньоса Молины «Ночь времён»), главный герой которого оказывается разлучён с любимой из-за гражданской войны в Испании.
Сексуальность и общественные нормы*
Тема идентичности выходит за рамки простого самоопределения и становится столкновением с религией, классом и традициями. В шорт-лист Дублинской премии вошла книга «Что я знаю о тебе» Эрика Шакура. Это история египетского врача, чей тайный роман разрушает границы консервативного общества. А в шорт-листе Международной Букеровской премии мы находим произведение «Та, кто осталась» Рене Карабаш. Оно рассказывает о девушке-подростке, которая, желая избежать брака по расчёту, принимает обет девственности и отказывается от женственности, чтобы жить в мужском обличье.
Близость, которая кажется невозможной
В мире, где так много границ, премии всё равно стараются найти то, что нас объединяет. Оушен Вуонг в своей книге «Император радости» (Дублинская премия) рассказывает о дружбе подростка и женщины с деменцией, которая возникает несмотря на все предрассудки. А Ян Шуан-цзы в «Тайваньском путеводителе» (Международный Букер) через историю о кулинарном путешествии японской писательницы по Тайваню показывает, что даже колониальное прошлое можно осмыслить по-новому, если посмотреть на него через личный опыт.
Темы, которые поднимают книги в 2026 году, показывают: хотя мы говорим на разных языках и границы часто закрыты, литература будто вернулась к самым насущным понятиям. Нас по-прежнему ранит прошлое и пугает, что будет завтра. Книги возвращают нам способность сопереживать другому человеку, каким бы непохожим на нас он ни казался.
Мировые литературные премии изучала Ольга Петегирич.
*
🔥10❤8👏3
«О библиотечныхъ знакахъ, так-называемыхъ ex-libris’ахъ»
Каждая с любовью составленная коллекция книг без сомнения может называться личной библиотекой, а экслибрис добавит ей ещё больше индивидуальности и стиля.
Экслибрис — именной печатный знак, которым владелец помечает экземпляры из своего собрания (латинское происхождение слова — ex libris, «из книг»). Это придумали, когда книги были значительно труднее в производстве и, соответственно, дороже. Оставить у себя помеченное издание для личного пользования нечестивец мог, а вот перепродать — уже вряд ли. Сейчас такие персональные знаки — со всех сторон эстетика и еще один опыт взаимодействия с книгами.
Первые экслибрисы в современном понимании появились вслед за изобретением книгопечатания, в Европе после Гуттенберга, в России после Ивана Федорова — вручную книги подписывали и раньше. Знак можно было вклеить или впечатать (штампы публичных библиотек — тоже в своем роде экслибрисы). Одни владельцы обходились просто указанием имени и фамилии, другие подходили к делу изобретательно, прибегали к помощи известных художников — получались произведения искусства.
В Москве на Пушечной улице работает камерный Музей экслибриса и миниатюрной книги, располагающий внушительной коллекцией экслибрисов знаменитых владельцев и работ известных художников. Возможно, когда-нибудь там окажется и ваш, если вы захотите его сделать! Услуги предлагают и большие копировальные центры, и частные мастера — изготовить можно и обычную «офисную» печать, и резиновые клише, и винтажного вида штемпели (похожими раньше заклеивали сургуч). Еще вариант — отпечатать набор наклеек, но штампы выглядят всё-таки удобнее и атмосфернее.
На наших карточках можно рассмотреть некоторые экспонаты музея поближе.
В эпоху электронных библиотек и безликих рекомендаций экслибрис остаётся странной, немного старомодной, но очень обаятельной привычкой — способом оставить в книге след не только карандашными пометками, но и собственным характером.
Хотя, будем честны: штамп с собственным книжным знаком — это в первую очередь красивый способ сказать “верните мою книгу обратно”.
Рассматривала экслибрисы Ксения Загребная
Каждая с любовью составленная коллекция книг без сомнения может называться личной библиотекой, а экслибрис добавит ей ещё больше индивидуальности и стиля.
Экслибрис — именной печатный знак, которым владелец помечает экземпляры из своего собрания (латинское происхождение слова — ex libris, «из книг»). Это придумали, когда книги были значительно труднее в производстве и, соответственно, дороже. Оставить у себя помеченное издание для личного пользования нечестивец мог, а вот перепродать — уже вряд ли. Сейчас такие персональные знаки — со всех сторон эстетика и еще один опыт взаимодействия с книгами.
Первые экслибрисы в современном понимании появились вслед за изобретением книгопечатания, в Европе после Гуттенберга, в России после Ивана Федорова — вручную книги подписывали и раньше. Знак можно было вклеить или впечатать (штампы публичных библиотек — тоже в своем роде экслибрисы). Одни владельцы обходились просто указанием имени и фамилии, другие подходили к делу изобретательно, прибегали к помощи известных художников — получались произведения искусства.
В Москве на Пушечной улице работает камерный Музей экслибриса и миниатюрной книги, располагающий внушительной коллекцией экслибрисов знаменитых владельцев и работ известных художников. Возможно, когда-нибудь там окажется и ваш, если вы захотите его сделать! Услуги предлагают и большие копировальные центры, и частные мастера — изготовить можно и обычную «офисную» печать, и резиновые клише, и винтажного вида штемпели (похожими раньше заклеивали сургуч). Еще вариант — отпечатать набор наклеек, но штампы выглядят всё-таки удобнее и атмосфернее.
На наших карточках можно рассмотреть некоторые экспонаты музея поближе.
В эпоху электронных библиотек и безликих рекомендаций экслибрис остаётся странной, немного старомодной, но очень обаятельной привычкой — способом оставить в книге след не только карандашными пометками, но и собственным характером.
Хотя, будем честны: штамп с собственным книжным знаком — это в первую очередь красивый способ сказать “верните мою книгу обратно”.
Рассматривала экслибрисы Ксения Загребная
❤13🔥8👍5👀1
Куда сдать ненужные книги, чтобы освободить место для новых
Покупать книги обычно намного проще, чем потом решать, что с ними делать. В какой-то момент полки заканчиваются, стопки начинают жить на подоконниках и стульях, а часть книг уже вряд ли будет перечитана. Хорошая новость: необязательно хранить их вечно или нести к мусорным бакам. Собрали несколько идей, как освободить место и подарить ненужным книгам новую жизнь.
Re:books: минимум усилий
Это проект, миссией которого — предоставить доступ к литературе даже в
отдаленных уголках нашей необъятной. Сдать книги в специальные контейнеры можно в Москве и Санкт-Петербурге. Книги принимают любые и в любом состоянии, можно сдать как новые, так и старые издания, и даже рваные. Хорошие книги поедут в сельские библиотеки, непригодные — в макулатуру. Всему найдётся применение. Это хороший способ, если вам не хочется прикладывать много усилий по организации книжного расхламления: просто собрал книги, опустил в контейнер и получил приятное чувство причастности к благотворительности. Если совсем не хочется никуда ехать, можно заказать вывоз книг из дома, но это уже платно.
Благотворительные проекты: книги помогают
Книги приносят в нашу жизнь много хорошего. Это добро хочется нести дальше и один из лучших способов избавиться от ненужных книг — отдать на благотворительные
цели. В этом стремлении могут помочь, например, такие проекты, как
📒 Помощь сельским библиотекам Русского Севера, проект охватывает многие регионы нашей страны, или
📒 Гаражные распродажи от проекта Фонарь, где продают книги в пользу благотворительных фондов и заодно устраивают небольшие книжные фестивали.
Буккроссинг: отпустить книги по-интровертски
Очевидное решение и доступное не только в столичных городах. Полки для
буккроссинга есть в библиотеках, кафе, независимых книжных магазинах и даже в продуктовых у дома, например, есть шкафчики в магазинах Пятёрочка. В некоторых домах жители самостоятельно организуют в подъездах подоконники и коробки для обмена книгами. Во многих парках также есть полки, где можно оставить ненужные книги. Удобный способ сбыть лишнее, а если вы ещё и интроверт, то даже контактировать ни с кем не нужно.
Книжный своп: общение с братьями по книге
А вот если вам нравится всячески общаться с такими же любителями книг, то вам может приглянуться такой способ как книжный своп — живая встреча для обмена книгами. Такие свопы проводят в независимых книжных, например, в Москве в Пархоменко, а также в различных культурных пространствах, антикафе и библиотеках.
Информацию о подобных мероприятиях можно поискать через сервис Timepad и в сообществах подходящих мест.
Книжная гаражная распродажа: заработать на новые книги
Если хочется не просто сбыть, но и чуть-чуть подзаработать. В московском
независимом книжном Добролавка периодически устраиваются гаражные распродажи, куда можно передать свои ненужные книги. Заработанное с продажи можно забрать себе или отдать на благотворительные цели, а нераспроданные книги просто передать на буккроссинг при магазине. От вас не понадобится никаких особенных
организационных действий — только доставить книги.
С книгами бывает сложно расставаться, но есть и хорошая новость: вместо них скоро появятся новые.
Разбирала книги Дарина Нгуен
Покупать книги обычно намного проще, чем потом решать, что с ними делать. В какой-то момент полки заканчиваются, стопки начинают жить на подоконниках и стульях, а часть книг уже вряд ли будет перечитана. Хорошая новость: необязательно хранить их вечно или нести к мусорным бакам. Собрали несколько идей, как освободить место и подарить ненужным книгам новую жизнь.
Re:books: минимум усилий
Это проект, миссией которого — предоставить доступ к литературе даже в
отдаленных уголках нашей необъятной. Сдать книги в специальные контейнеры можно в Москве и Санкт-Петербурге. Книги принимают любые и в любом состоянии, можно сдать как новые, так и старые издания, и даже рваные. Хорошие книги поедут в сельские библиотеки, непригодные — в макулатуру. Всему найдётся применение. Это хороший способ, если вам не хочется прикладывать много усилий по организации книжного расхламления: просто собрал книги, опустил в контейнер и получил приятное чувство причастности к благотворительности. Если совсем не хочется никуда ехать, можно заказать вывоз книг из дома, но это уже платно.
Благотворительные проекты: книги помогают
Книги приносят в нашу жизнь много хорошего. Это добро хочется нести дальше и один из лучших способов избавиться от ненужных книг — отдать на благотворительные
цели. В этом стремлении могут помочь, например, такие проекты, как
Буккроссинг: отпустить книги по-интровертски
Очевидное решение и доступное не только в столичных городах. Полки для
буккроссинга есть в библиотеках, кафе, независимых книжных магазинах и даже в продуктовых у дома, например, есть шкафчики в магазинах Пятёрочка. В некоторых домах жители самостоятельно организуют в подъездах подоконники и коробки для обмена книгами. Во многих парках также есть полки, где можно оставить ненужные книги. Удобный способ сбыть лишнее, а если вы ещё и интроверт, то даже контактировать ни с кем не нужно.
Книжный своп: общение с братьями по книге
А вот если вам нравится всячески общаться с такими же любителями книг, то вам может приглянуться такой способ как книжный своп — живая встреча для обмена книгами. Такие свопы проводят в независимых книжных, например, в Москве в Пархоменко, а также в различных культурных пространствах, антикафе и библиотеках.
Информацию о подобных мероприятиях можно поискать через сервис Timepad и в сообществах подходящих мест.
Книжная гаражная распродажа: заработать на новые книги
Если хочется не просто сбыть, но и чуть-чуть подзаработать. В московском
независимом книжном Добролавка периодически устраиваются гаражные распродажи, куда можно передать свои ненужные книги. Заработанное с продажи можно забрать себе или отдать на благотворительные цели, а нераспроданные книги просто передать на буккроссинг при магазине. От вас не понадобится никаких особенных
организационных действий — только доставить книги.
С книгами бывает сложно расставаться, но есть и хорошая новость: вместо них скоро появятся новые.
Разбирала книги Дарина Нгуен
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍10🔥8🥰8❤3