«Технологии для чтения»: представляем новый проект «Системного Блока»

Цифровые технологии давно стали частью читательского опыта. Они помогают находить книги, обсуждать их с другими читателями и анализировать тексты.

Мы запускаем проект о том, как технологии меняют читательский опыт. На одной странице мы собрали материалы для тех, кто любит книги и хочет узнать, как цифровые инструменты помогают внимательнее читать , глубже анализировать литературу и по-новому смотреть на знакомые произведения.

В проекте рассказываем, как работают цифровые читательские клубы, почему выбор шрифта влияет на восприятие текста и какие книжные трекеры действительно помогают не потеряться среди прочитанного.

Мы также собрали материалы о цифровой филологии. Вы узнаете, как компьютерный анализ помогает исследовать стиль писателей, искать языковые особенности стихов Маяковского и Есенина, определять автора средневекового текста, строить сети персонажей «Войны и мира» и изучать звуковую атмосферу романов.

А еще мы собрали тесты и интерактивные материалы. Угадайте писателя по любимым словам или проверьте, насколько хорошо вы знаете методы дальнего чтения.

Подробнее — на странице проекта.

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

10 правил цифрового читательского клуба

Цифровые технологии изменили не только то, как мы читаем, но и то, как обсуждаем книги. Сегодня, чтобы стать участником читательского клуба, не нужно искать библиотеку или книжный магазин — достаточно открыть соцсеть или мессенджер. Разбираемся, по каким правилам живут такие сообщества.

Читайте вместе, а не в одиночку
Главная ценность клуба — возможность сравнить свое понимание книги с интерпретациями других читателей. Именно обсуждение превращает индивидуальное чтение в коллективный опыт.

Не обязательно встречаться офлайн
Цифровой книжный клуб существует в Telegram, ВК или другом онлайн-пространстве. Платформа становится не просто местом общения, а средой, которая задает правила взаимодействия участников.

Обсуждение может идти круглые сутки
В асинхронных клубах никто не ждет общего собрания. Мысли о книге можно написать сразу после прочтения главы — утром, ночью или через несколько дней.

Не все обсуждения проходят в переписке
Часть цифровых клубов устраивает встречи в видеозвонках или голосовых чатах. В отличие от асинхронных обсуждений, здесь участники одновременно разговаривают о книге, отвечают друг другу и вместе разбирают спорные моменты.

Иногда нужно быть «здесь и сейчас»
В синхронных клубах обсуждения проходят в видеозвонках или голосовых чатах. Здесь важны живой разговор, быстрые реакции и ощущение совместного присутствия.

За хорошие обсуждения иногда платят
Коммерческие клубы продают не только доступ к встречам, но и организацию процесса: модерацию, подбор книг, приглашенных спикеров, игровые механики и дополнительные материалы. Стоимость участия может начинаться от 200 рублей за одну встречу.

Но можно быть членом клуба и бесплатно
Некоммерческие сообщества существуют благодаря энтузиазму участников, иногда — на донаты или рекламные доходы. Их объединяет желание обсуждать книги, а не бизнес-модель.

Не обязательно читать одну и ту же книгу
Большинство клубов работают по модели single-title — все обсуждают одно произведение. Но есть и формат multi-title, где одновременно читают несколько книг или целую тематическую подборку.

У каждого клуба — свой сценарий обсуждения
Одни сообщества строятся вокруг коллективной дискуссии, где каждый участник предлагает собственное прочтение книги. Другие работают в формате авторского клуба: обсуждение ведет филолог, критик или блогер, а участники откликаются на его интерпретацию.

Обсуждение не заканчивается вместе со встречей
В отличие от офлайн-клубов, в цифровых сообществах разговор о книге сохраняется в переписке. Участники могут перечитывать старые обсуждения, возвращаться к отдельным эпизодам и подключаться к разговору даже спустя долгое время.

В полной версии материала мы подробно рассказываем не только о том, как устроены цифровые читательские клубы, но и знакомим с некоторыми из них. А в нашем новом проекте изучаем, как технологии меняют чтение.

Время чтения: 9 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

Тест: вы Лев Толстой на словах или на деле?

Хлуп, тырла, фендрик… Лев Толстой не просто знал эти странные слова, он использовал их в своих произведениях. А вы сможете угадать их значения без подсказок?

Мы можем изучать эти слова благодаря проекту «Слово Толстого», цифровому путеводителю по наследию писателя. Такие платформы — пример того, как технологии меняют чтение.

Пройти тест можно на сайте. А если вы хотите знать больше, как цифровые инструменты помогают глубже понимать и анализировать текст, читайте наш новый проект.

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

Исторические личности в русской прозе: кто, почему и где упоминается чаще всех?

Пушкин, Шекспир, Гоголь или Наполеон, Суворов и Александр I? Кто из них в русской литературе XIX века упоминался чаще? Дарья Герасименко из НИУ ВШЭ решила выяснить это с помощью библиотеки SlovNet. Она проанализировала больше пятисот прозаических произведений и обнаружила, что главными «героями» русской прозы были вовсе не императоры и полководцы. Кто же оказался в топе?

Наполеон Наполеону рознь — отбор материала

В исследование вошли только прямые упоминания исторических личностей в разных вариантах написания имен. Иносказания не учитывались, а исторические деятели, ставшие персонажами произведений, исключались: толстовский Наполеон не вошел в выборку, зато Наполеон из теории Раскольникова — вошел. Всего исследовательница проанализировала 571 имя.

Техническая сторона исследования

Для анализа использовалась библиотека SlovNet, которая распознает именованные сущности (NER), Navec для автоматизированной обработки текста и корпус русской нарративной прозы XIX века Олега Собчука и Евгении Лекаревич. В него входят 506 прозаических произведений, опубликованных в XIX — начале XX века.

Пики частотности

Первые пики упоминаний исторических личностей приходятся на 1830-е годы — время расцвета исторического романа после выхода «Юрия Милославского» Михаила Загоскина и «Дмитрия Самозванца» Фаддея Булгарина. Новые всплески наблюдаются в 1860–1870-х и 1880–1890-х годах — их исследовательница связывает с ростом числа публикаций и переломными общественно-политическими событиями.

Самые упоминаемые исторические личности

Неожиданно восемь из десяти самых часто упоминаемых персоналий в прозе 1860–1890-х годов — литераторы. Из нелитераторов в десятку вошли только Александр Суворов и Емельян Пугачев. Суворова вспоминают как образец воинской доблести, цитируют его высказывания и используют для характеристики персонажей, а Пугачев чаще появляется как символ бунта и в разговорах о политике.

Самые упоминаемые литераторы

С огромным отрывом лидирует Александр Пушкин. За ним следуют Уильям Шекспир, Николай Гоголь, Вольтер, Виссарион Белинский, Иван Тургенев, Михаил Лермонтов и Фридрих Шиллер. Их произведения цитируют, а книжные предпочтения героев становятся способом характеристики персонажей — это подтверждает литературоцентричность русской прозы XIX века.

Писатели как лица эпохи

Чаще всего исторические личности встречаются у Петра Якубовича, Ивана Кущевского, Сергея Максимова, Ивана Гончарова и Александра Эртеля. Исследование показывает, что в русской прозе XIX века именно писатели становятся главными культурными ориентирами, а обращения к историческим личностям помогают героям осмыслять прошлое и говорить о настоящем.

О деталях исследования читайте в полной версии материала. А если вы хотите знать больше, как цифровые инструменты помогают глубже понимать и анализировать текст, читайте наш новый проект «Технологии для чтения».

Время чтения: 10 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

Три шага до «Hello, world!»: как научиться программировать самому

Программирование постепенно превращается из узкоспециального навыка в универсальный: оно требуется аналитикам, маркетологам, преподавателям — для обработки текстов, сбора данных или создания простых приложений. Несмотня на бум ИИ-кодинга, понимание основ программирования не обесценивается, а становится ещё актуальнее. Научиться можно самостоятельно, если двигаться поэтапно: сначала разобраться в логике, и только потом — в синтаксисе. Публикуем гайд, который поможет вам начать осваивать создание кода.

Шаг 1. Собрать программу из блоков

Визуальное программирование позволяет начать с алгоритмов, не изучая синтаксис языка. Пользователь соединяет готовые блоки, как детали конструктора, и сосредотачивается на логике программы. Освоить это можно на двух платформах:

✔️ Scratch — здесь можно делать игры, интерактивные истории и комиксы, изучая циклы, условия и переменные. Блоки перетаскиваются на рабочее поле и складываются в простые игры, интерактивные истории или комиксы;

✔️ MIT App Inventor — в этой среде можно создавать полноценные мобильные приложения для Android и iOS: работать с кнопками, формами ввода, базами данных и сетевыми сервисами. Проект помогает освоить принципы разработки и даже создавать приложения для анализа больших массивов данных

Шаг 2. Перейти к настоящему коду

Когда логика уже понятна, можно переходить к написанию настоящего кода, то есть к тексту команд, а не к блокам. Один из инструментов для мягкого перехода к текстовому программированию — Ri IDE, среда разработки для учебного русскоязычного языка Ri. Благодаря синтаксису на русском языке можно сосредоточиться на логике, а не на запоминании английских команд.

В Ri IDE создают анимации, игры и графические проекты, одновременно изучая базовые конструкции программирования — переменные, функции, условия и циклы.

Шаг 3. Закрепить через игру

Когда азы освоены, главной задачей обучения становится регулярная практика. Здесь помогают приложения, которые превращают тренировку кода в игру с заданиями и прогрессом. Например:

✔️ Coding Dojo — приложение с более чем 70 задачами на программирование разного уровня сложности и отдельным режимом тренировки алгоритмического мышления;

✔️ Fibu — позволяет пошагово собрать собственную игру на Python, HTML/CSS и JavaScript: каждый урок добавляет новую работающую часть игры;

✔️ Coddy Tech — короткие ежедневные уроки (15–20 минут) с реальным кодом, оформленные как в приложениях для изучения языков.

Подробнее о каждом инструменте рассказываем в полной версии материала.

Время чтения: 8 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

От Пикуля к ИИ: как создавалась и на чём держится книжная империя «Эксмо-АСТ»

Как студент авиационного института стал главным книжным издателем страны? Из чего вырос самый большой издательский холдинг? Почему на российском книжном рынке растут цены и падают тиражи? Чем он отличается от мирового и чем похож? Рассказываем историю холдинга «Эксмо-АСТ» от первых томиков Пикуля до сегодняшней империи — и делимся самыми интересными выводами.

Как строилась империя

Олег Новиков начал с экспедирования книг из Москвы в Харьков на третьем курсе МАИ. Постепенно компания выросла в издательство, нашла первый хит — «Антикиллер» Корецкого — и выстроила собственную розницу. Стратегия Новикова — вертикальная интеграция: контролировать всю цепочку от поиска автора до продажи. В 2013-м он купил АСТ, позже — «Азбуку-Аттикус» и «ЛитРес». Сегодня на четыре крупнейших издательства холдинга приходится более 50% тиража художественной литературы и нон-фикшна в России.

Обороты растут — тиражи падают

В 2025 году оборот книжной розницы вырос на 2,7% — но только в деньгах. Количество проданных в России книг упало на 9%, средний тираж за 20 лет сократился вдвое — с 7 тысяч до 3,5 тысячи экземпляров. Средняя цена книги осенью 2025-го — 559 рублей, за год она выросла на 12%. Это порочный круг: маленькие тиражи подстегивают цены, высокие цены снижают продажи, продажи падают — тиражи вместе с ними.

Монополия на ярмарке

Книжные ярмарки переживают подъем — для небольших издательств это главный способ выйти к читателю напрямую. «Эксмо-АСТ» подхватил этот тренд: на одну ярмарку нередко заявляются сразу несколько брендов, принадлежащих холдингу. Мы посчитали участников нескольких региональных ярмарок: доля издательств холдинга может быть от 1 до 22%.

Монополии есть не только в России

Консолидация книжного рынка — глобальный процесс. Пять крупнейших мировых издателей контролируют сегодня более 60% академических публикаций — против 20% в 1973 году. В 2022-м американский суд заблокировал слияние Penguin Random House и Simon & Schuster: объединённая компания контролировала бы 49% рынка бестселлеров США.

Подробная хронология развития «Эксмо-АСТ», скандалы на фоне качества изданий и графики, иллюстрирующие состояние книжного рынка — в полной версии исследования.

Время чтения: 20 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

«Обучая ИИ — мы учимся»: о чем говорили на главной мировой конференции по цифровым гуманитарным наукам

Что сегодня находится в фокусе цифровых гуманитарных наук? Как ученые используют ИИ-агентов в исторических и литературоведческих исследованиях? Наш постоянный автор Дмитрий Пронин побывал на DH2026 и делится наблюдениями.

404 доклада, 88 постеров и 111 секций

DH2026 проходила с 27 по 31 июля в Тэджоне — корейском городе университетов и исследовательских центров. Это 36-я ежегодная конференция, которую проводит Alliance of Digital Humanities Organizations. Темой конференции стало Engagement — вовлечение, взаимодействие и сопричастность. Обсуждали как классические направления DH — оцифровку исторических данных, корпуса, TEI-разметку и графы знаний, — так и использование ИИ в исследованиях.

ИИ как историк и литературовед

На мини-конференции Playing Heaven исследователи из Гонконга и Сингапура демонстрировали ИИ-инструменты для изучения раннего Нового времени в Восточной Азии. От языковой модели требовалось связывать людей, места, тексты и философские школы, то есть частично воспроизводить работу историка.

В докладе Simulating the Unlived Past Яо Сун и Ваньцзин Цзян превратили 334 китайских поэта эпох Тан и Сун в автономных агентов. В модель вошли более 16 млн записей и почти 99 тыс. датированных произведений. Исследователи убрали из симуляции восстание Ань Лушаня VIII века, ставшее самым масштабным военным конфликтом эпохи, и посмотрели, как изменилась бы литературная история. Однако авторы подчеркнули — модель не доказывает, что события развивались бы именно так.

Чему ИИ учит человека

В лекции Teaching AI, Training Ourselves профессор Ким Хён предложил считать ИИ не просто инструментом, а интеллектуальной средой, в которой люди ищут информацию, создают тексты и учатся. Он обратился к понятию jiaoxue xiangzhang — преподавание и обучение, взаимно усиливающие друг друга.

Например, человек может несколько раз перерабатывать созданное ИИ сочинение — исправлять его или уточнять промпт. В результате он не только получает текст, но и формулирует собственную позицию, а взаимодействие с моделью становится частью обучения.

Большие проекты начинаются с маленьких действий

Мацей Эдер, разработчик пакета stylo и лауреат премии Антонио Замполли, рассказал о создании Computational Stylistics Group. Сообщество возникло без единого гранта, бюджета или формальной структуры — исследователи встречались на конференциях, проводили семинары, обменивались данными, писали открытый код и подключали новых участников.

DH2026 показала, что классические методы цифровых гуманитарных наук неожиданно возвращаются в центр внимания. Но еще заметнее другое изменение — вопрос о будущем человека в эпоху ИИ уже трудно списать на тревогу техноскептиков. ИИ уже способен обработать миллионы текстов и смоделировать неслучившееся прошлое. Но сам масштаб вычислений не создает знания — для исследования по-прежнему нужны идея и вопрос, который стоит задать.

О чем еще говорили на конференции, читайте в полной версии материала.

Время чтения: 9 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

От пергамента к данным: зачем размечать средневековые грамоты

Оцифровка средневековых грамот уже давно не ограничивается сканированием и публикацией изображений. Чтобы исследовать целый корпус документов, нужно сравнивать десятки актов, отслеживать устойчивые формулы, связывать оригиналы и копии. Для этого используют TEI-разметку, специальные словари и Semantic Web. В новой статье рассказываем, как устроены базы древних документов. 

Что такое грамота и зачем ее изучает дипломатика

Средневековые грамоты фиксировали дарения, продажи, привилегии, судебные решения и распоряжения о земле, воде и правах. Дипломатика изучает не только содержание акта, но и то, как он был оформлен письменно, как составлялся, передавался и сохранялся. Для этого исследователи обращают внимание на оригиналы и копии, печати, подписи, датировку и другие признаки.  

TEI, VID и Semantic Web — три инструмента для одной задачи

Скан делает документ доступным, транскрипция — читаемым. Но они не позволяют автоматически сопоставлять имена, даты, места, формулы или типы актов в корпусе из сотен документов. Разметка превращает эти элементы в сопоставимые данные и сохраняет сложность источника в цифровой форме. 

TEI задает язык машиночитаемой разметки: с его помощью можно выделять имена, даты, места, исправления и другие особенности текста. VID — международный словарь дипломатической терминологии, а Semantic Web позволяет представить грамоту как сеть связанных сущностей: автора, адресата, свидетелей, место, дату, печать, копию и архивную единицу. 

Как устроены базы сербских и каталонских грамот

Проект Medieval Serbian Charters Action при Грацском университете — это база сербских средневековых грамот. Корпус включает около 600 документов, в том числе 330 грамот правителей конца XII — середины XV века; большинство написано на старосербском, около 20% — на греческом и латинском. 

Для исследователя Каталонии особенно важны материалы Архива Короны Арагона. Ресурс объединяет грамоты, регистры, картулярии, делопроизводственную документацию, описания фондов и цифровые изображения. Он прежде всего служит каталогом и точкой доступа к документам. 

Что такое картулярии

Для цифрового корпуса важно размечать не только отдельные грамоты, но и их место в картулярии — рукописном сборнике копий документов. Например, картулярий Liber Feudorum Maior включает документы IX–XII веков и отражает отношения между графами Барселонскими, позднее королями Арагона, и их вассалами. Если сохранить порядок документов, тематические группы и связи с территориями и участниками, картулярий можно изучать как сложную документальную систему. 

Какие вопросы можно задавать цифровым корпусам грамот

Такие корпусы позволяют задавать вопросы о формулах пожалований, свидетелях, оригиналах и копиях, а также связывать документы с картами, просопографическими базами и архивными каталогами. Скан дает изображение, транскрипция — текст, а разметка позволяет сохранить грамоту как часть более широкой системы.

Какие исторические сюжеты раскрывают корпусы цифровых грамот, можно узнать из полной версии материала.

Время чтения: 10 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok

От переводчика до AI-тренера: как меняются профессии в эпоху больших языковых моделей

В новом материале рассказываем, как меняются привычные профессии и какие новые роли появляются на рынке труда. А еще бонус — интервью с AI-тренером. 

Паниковать или готовиться к переменам?

Регулярно выходят исследования о том, как ИИ меняет рынок труда. По данным отчета Future of Jobs 2025, к 2030 году из-за автоматизации исчезнет 92 миллиона рабочих мест — но появится 170 миллионов новых.

Аналитики Anthropic говорят не о полной автоматизации, а о гибридизации: ИИ берет на себя сбор данных, поиск опечаток и генерацию шаблонов, человек отвечает за фактчекинг, этический контроль и творческие решения. Около 80% компаний планируют обучать сотрудников работе с ИИ, а не увольнять их.

Как меняются привычные профессии

Привычные специальности не исчезают — они адаптируются. Например, переводчик все больше занимается локализацией и культурной адаптацией текста. Технический писатель отвечает за структуру, логику и понятность документации, но готовит текст с помощью ИИ. Программист делегирует написание кода языковым моделям, сосредотачиваясь на архитектуре и тестировании.

Новые профессии

Вместе с ИИ появились роли, которых раньше не существовало.

Промпт-инженер проектирует запросы для языковых моделей, создает масштабируемые инструкции и настраивает работу моделей с внешними источниками данных.

AI-тренер — «учитель» нейросети: пишет эталонные ответы на сложные запросы, оценивает и ранжирует выводы модели по степени полезности, безопасности и достоверности.

ИИ-копирайтер выстраивает алгоритм генерации через ИИ-агентов, проводит фактчекинг и адаптирует результат под конкретную аудиторию.

Лингвист-аналитик оценивает качество генерации, выявляет системные ошибки нейросетей и разрабатывает метрики оценки.

Специалист по этике данных следит за безопасностью и ответственностью ИИ-систем: снижает предвзятость алгоритмов, контролирует атрибуцию источников и фильтрует токсичный контент.

Как это выглядит изнутри: AI-тренер

Андрей Мужщинский тренирует ИИ уже 2,5 года — до этого около 20 лет работал в журналистике и спичрайтинге. По его словам, навыки работы с информацией оказались напрямую применимы:

«Найти данные, проанализировать их, профактчекать, написать текст понятным языком — все это пригодилось и в работе AI-тренером».

О будущем профессии Андрей рассуждает без паники:

«Нейросеть уже сейчас хорошо творит, складно и красиво пишет, и многие рутинные задачи будут автоматизироваться еще больше. Но без участия человека всё равно никак не обойтись. Кто-то должен контролировать работу, вовремя замечать сбои, оперативно вмешиваться и исправлять ошибки».

Больше о новых профессиях и о том, как и чему учиться, когда меняется рынок труда, — в полной версии материала.

Время чтения: 10 минут

🤖 «Системный Блокъ» @sysblok