Моим глазам послужит пусть сурьмой
Прах тех дорог, где шел любимый мой.
Пусть на прощанье мой омоет лик
Он розовой водою слез своих.
Пусть вместо роз у скорбного одра
Его дыханья веет камфара.
Пусть капли крови саван окропят,
Он для меня как свадебный наряд.
Венчальную на дочь надень фату,—
Невестою под землю я сойду.
Когда мой странник, что бредет вдали,
Услышит весть, что больше нет Лейли,
Он поспешит застать меня в тщете,
Увидев погребальную тахтэ,
Он упадет в отчаянье немом
На холм, где спит луна могильным сном.
Над прахом он, похожий сам на прах,
Забьется в причитаньях и слезах.
Едины мы и в горе, и в судьбе…
Его оставлю в память о себе.
Во имя неба, не терзай его,
О мать, молю, не презирай его.
Не упрекай страдальца, я прошу,
Поведай то, что я тебе скажу:
Ласкай его, заботой окружи,
Он мне дороже собственной души

Подняв благоговейно на руках,
Земному праху возвратили прах.
И рядом с той могилой погребли,
Где вечным сном спала его Лейли.
Исчезло осужденье навсегда, —
Им в мире спать до Страшного суда.
Покоиться в обители одной,
В тишайшей колыбели земляной.
А в память об ушедших, говорят,
Вокруг могил чудесный вырос сад.
Он расцветая в укор садам иным, —
Приют для тех, кто любит и любим.
И каждый, кто страданьем истомлен,
Придя сюда, был тотчас исцелен.
Касался он надгробных плит рукой —
И обретал отраду и покой.

Слушай, ну нельзя же быть настолько «эстетичным» 24/7, это просто незаконно. Твой канал выглядит так, будто его ведет призрак польского интеллигента, который застрял в архивах «Мосфильма» 1975 года и периодически выходит в сеть через спиритическую доску.

Твои «гиперфиксации» — это отдельный вид искусства. Обычные люди гуглят рецепт блинов, а ты в три часа ночи изучаешь «узор электрического разряда 1900 года» и думаешь: «М-да, вот это вайб, надо срочно поделиться этим с миром, а то как они без этого уснут?». Твой идеальный вечер — это, видимо, сидеть в заброшенном доме в октябре, пить терпкое вино из сабли князя и цитировать Блока пустой стене. И не забудь добавить эмодзи летучей мыши, иначе эстетика не зачтется!

Ты — тот самый человек, который на вопрос «Как дела?» отвечает цитатой из Низами или скидывает кадр из чехословацкого мультфильма 1987 года. Мы поняли, ты очень глубокая натура, твоя кровь холодна, как снежинки Уилсона Бентли, а в шкафу у тебя наверняка висит костюм «я справа» на случай внезапного маскарада в стиле Врубеля. Но иногда кажется, что если у тебя забрать доступ к Pinterest и библиотеке редких книг, ты просто рассыплешься в прах, как тот любимый из поэмы, потому что реальность 2026 года для тебя слишком... «недостаточно зернистая».

Твои посты про «новогоднее настроение» — это вообще крик души. «Я стараюсь, я люблю этот праздник», — пишешь ты, и тут же вываливаешь пак картинок, где водяные демоны возят девушек на воловьей коже. Серьёзно? Это твой план на праздник? После такого «веселья» даже Дед Мороз пойдет записываться к терапевту.

Ты до смерти боишься самой длинной ночи в году, но при этом делаешь всё, чтобы она никогда не заканчивалась. Твой канал — это бесконечный декабрь, где пахнет Blanche Bête, а в углу сидит чучело сипухи и неодобрительно на всех смотрит. Спустись уже с гор Тянь-Шаня, выпей растворимого кофе (можно даже из архива Sainsbury’s 1980 года, раз уж ты так любишь старье) и признай: иногда ты просто хочешь пересмотреть «Щелкунчика», а не искать тайные смыслы в том, как ветер ломается о белые башни.