Мы считаем себя достаточно рациональными существами – и являемся такими, конечно же. Но не рациональностью единой жив человек. Зачастую мы рационализируем поступки, имеющие иррациональную природу. А уж для достижения самых иррациональных целей мы прибегаем к предельно рациональным средствам. Все эти махинации разума известны когнитивным психологам.

Есть, например, набор человеческих, слишком человеческих заблуждений, связанных с безвозвратными тратами. Sunk cost fallacy. Начинаете вы, к примеру, какое-то рискованное предприятие, требующее труда, капиталовложений, эмоциональной вовлечённости, да и много чего ещё. Работаете-работаете, прямо как раб на галере работаете, инвестировали уже сверх всякой меры, а дело не идёт. Траты есть, доходов нет. Вот хоть ты тресни! И со стороны-то понятно, что изначально был некачественный бизнес-план, не тот подход, что пора фиксировать убытки и переключаться на что-то другое. Но это со стороны, от лиц нейтральных, а вам-то лично после всего потраченного представляется самоочевидным, что отказаться от проекта совершенно невозможно. Неужели, всё зря?! Не может этого быть, не должно! И вы продолжаете, но уже ориентируетесь не на изначальную цель и критический анализ возможности её достичь, а на вложенные в достижение цели средства. Говорят, цель оправдывает средства. А в случае sunk cost fallacy получается, что безвозвратно потерянные средства уже становятся самодовлеющим фактором, затмевающим изначальную цель.

Железная леди Маргарет Тэтчер как-то вывела собственный вариант категорического императива. Она сказала, что не существует никакого «общества», а есть индивидуальные мужчины, женщины и семьи, которые строят свою жизнь так, как посчитают нужным. Умение брать ответственность на себя, понимание разницы между «я» и «не-я», а также между «моё» и «не-моё» – важный элемент интеллектуального взросления и формирования полноценного человека современной эпохи. В этом контексте любые формулы в духе «весь наш народ поддерживает то-то», «всё наше поколение готово на то-то», «все мы должны делать то-то», выходящие за рамки мытья рук перед едой или своевременной оплаты налогов, – пример архаизации сознания.

С конца февраля на дежурный вопрос «Как дела?» я меланхолично отвечал: «От победы к победе». Подумалось, что в последние дни этот же недежурный ответ может быть истолкован превратно.

Говорить правду легко и приятно. А для людей, имеющих мало-мальское отношение хоть к какой-то науке и/или аналитике, – просто необходимо. В том числе в чувствительных вопросах. И даже в первую очередь в чувствительных вопросах современности. Я стараюсь не углубляться в дела военные, это не моя сфера компетенции и интересов. There are better things in life. Тем не менее порой попадаются тексты, так или иначе касающиеся этой темы. И взгляд спотыкается на фразах вроде «освобождение такого-то населённого пункта». Спотыкаясь, приходится уточнять, чей холоп. А если писать нейтрально, как это и требуется, то получится, что вооружённые силы страны А вытеснили вооружённые силы страны B из населённого пункта X, находящегося там-то.

Я — Олег Кашин, я создал кучу каналов и сейчас на всех них размещу это сообщение.

Достаточно ли уже было сделано для того, чтобы концепции вроде суверенитета или многополярного мира стали токсичными?

Когда хочешь отвлечься от печальных дум об актуальной повестке по преодолению американоцентричного мира (and all that crap), нужно переключиться на что-нибудь априори весёленькое типа деконструкции криптоколониального дискурса. Здесь можем заметить, что антиколониальные активисты как-то слабо налегают на Закавказье. На термин, в смысле. Что весьма странно, ведь обозначаемые таким образом государства, признанные и не очень, находятся «за» Кавказом исключительно с точки зрения (то есть по отношению к) России. А с точки зрения Турции или Ирана они, наоборот, Прикавказье. Да и по-английски это дело называется Transcaucasia: сравним с Transnistria, то есть Приднестровье. Существенная недоработка. А вот с Прибалтикой/Балтией, напротив, перемудрили. Ведь с какой стороны ни глянь – хоть с севера, хоть с юга, хоть с запада и даже с востока, – а Латвия, Литва и Эстония всё равно будут находиться «при» – то есть прилегать к Балтийскому морю. Никакой отнесённости к России здесь нет (как если бы в этом было что-то плохое). Больше бдительности, актив!

В лихие девяностые и в нулевые национал-патриотические критики власти сетовали на то, что Россию превратили в сырьевой придаток Запада. Дальше ситуация заметно улучшилась, экспорт стал разнообразнее, страна уверенно встроилась в глобальную экономическую систему, получив от этого огромные выгоды, выразившиеся в стремительном росте качества жизни. Никогда русские и Россия не жили в таком достатке, как в последние два десятилетия. Потом внезапно оказалось, что это всё миф, обман, иллюзия, а мировой порядок глубоко несправедлив по отношению к нам (а если вы этого не видите, то не верьте глазам своим). Надо менять. Но как-то быстро, буквально за несколько месяцев, мы пришли к тому, что хотим более-менее одного – чтобы нам дали спокойно торговать своим сырьём, то есть, иными словами, возвратиться к status quo ante. Меня терзают смутные сомнения.

Перечитал Нагорную проповедь. Не нашёл ничего про многополярный мир, историческую справедливость или хотя бы критику конструктивистского подхода к концепции нации. Нет, не то, чтобы я ожидал там всё это увидеть. Напротив, я помнил, что этого там нет и быть не могло. Но сейчас время такое, никому нельзя доверять, даже себе и своей памяти. Поэтому решил убедиться. А то мало ли, переписали…

В англосаксонском учебнике по теориям международных отношений, который я использую при чтении соответствующего курса, есть глава по классическому реализму. Она заканчивается утверждением, что great powers are their own worst enemies, то бишь злейшие враги великих держав – это они сами. Кстати, в главе пространно критикуется война США против Ирака. Это уже к вопросу об академической свободе.

Можно ли быть страной европейской культуры, как Россия, но при этом выступать в качестве флагмана коллективного не-Запада? Теоретически, конечно, можно. Стивен Коткин в своё время предложил вполне рабочее разделение «Европы» и «Запада», где первое относится к доминирующей культуре соответствующей страны, а второе – к её институтам, разделению властей, свободе слова, конкурентным выборам и прочему, что мы любим. В этом смысле можно быть «Европой», не будучи «Западом», – и наоборот. Другой вопрос, что нельзя быть европейским защитником униженных и оскорблённых коллективного не-Запада, если последний этого совсем не хочет. Причём не хочет весьма, так сказать, активно. Ну а поболеть, конечно, кто-то в личном качестве может. «Да! Покажите этим янки!»

Как перестать беспокоиться и полюбить бомбу? Точнее, войну. Здесь должны совместно действовать несколько факторов: 1) ощущение моральной правоты своей стороны; 2) кратковременность военной кампании; 3) победный исход; 4) низкое количество жертв; 5) отсутствие лично у вас перспективы стать участником или жертвой войны. Вот и считайте.

Журналист из дружественного издания попросил комментарий об усилении авторитарных тенденций в... на Украине. Нет, я сам люблю постмодерн, сарказм, абсурдизм, 1984 и вот это всё, но...

Меланхолично бреду по улице Баумана в Казани. А из ресторана справа ревёт "Демобилизация" от ВИА "Сектор газа".

Жить в эпоху перемен, тем более перемен к худшему, - такое себе. Об этом ещё древние китайцы говорили. Но если уж угораздило переродиться именно сейчас, то нужно находить и в этом моменте что-то положительное. Скажем, если вы интересуетесь общественными и поведенческими науками, всякими психологиями, социологиями, политологиями да философиями, не говоря уже об историях, то есть возможность увидеть во всех подробностях то, о чём только читали. Дилемма безопасности, проблема коллективного (без)действия, механизм психологической защиты по типу идентификации с агрессором, расчеловечивание, секьюритизация, rally round the flag, unintended consequences...

Сегодня в рамках республиканского форума "Конструктив", проходившего в казанском Технопарке, провёл сеанс групповой психотерапии, слегка завуалированный под лекцию о национализме, глобализации и месте России в меняющемся мире. Посчитал себя обязанным дать аудитории, офф- и онлайновой, умеренно-оптимистическую перспективу возможного будущего, контрастирующую с имеющими место сегодня контрпросвещенческими поползновениями. Среди воображаемых большинств и фальшивых энтузиазмов необходимо сохранять критичность, осознанность и – да! – человечность.

Интересная страна Куба. Автопарк там архаичный, а референдумы - совсем наоборот.

Снова заговорили о национальных интересах, которые нужно защищать. Как уже было сказано, национальные интересы – это, собственно, повышение благосостояния граждан и обеспечение государственной безопасности, которая, в свою очередь, понимается двояким образом – как сохранность границ и внутреннего общественного порядка. Всё. Здесь нет никакой эзотерики. Естественно, к внутреннему общественному порядку относится и, скажем, возможность выйти на улицу и пойти в школу или, почему нет, в военкомат без угрозы для собственного здоровья или даже жизни. Поэтому всякий раз, когда кто-то, от низов до самых до верхов, в очередной раз говорит о защите национальных интересов, следует задавать простой вопрос: где мой сыр? Иначе говоря, обеспечивается ли повышение благосостояния наших сограждан (и ваше личное) и государственная безопасность теми решениями властей, которые предлагаются. Если нет, то речь не идёт о защите национальных интересов.

История повторяется не дважды, а трижды. Первый раз в виде трагедии, второй – фарса, а третий – в виде ядерного алкопокалипсиса.

На одном из своих недавних стримов Олег Кашин рассказал такую историю. Общается он со своим знакомым из властных коридоров, тот хвалит колонки Кашина, но при этом сетует: зря ты, мол, Олег, к либералам подался – а так бы твои статьи попадали в мониторинг, тебя бы читали серьёзные люди. Я, конечно, не знаю, о каких серьёзных людях идёт речь, но если судить по тому самому заседанию Совбеза РФ, уровень серьёзности впечатлил всю страну.

Но я о другом – я о принципе эхо-камер, об отрицательном отборе и отсутствии обратной связи, особенно негативной. Когда аналитика или, скажем, мнение оценивается не по своей адекватности реальности, но по тому, исходит оно от «дружественного» (лоялистского, сервильного, обскурантистского – нужное подчеркнуть) источника или от «врага», у вас большие проблемы. Собственно, большие проблемы не являются на сегодняшний день большой новостью. Что не отменяет необходимости критической рефлексии над причинами появления этих проблем.