Господи, прости
Наши и их преступления!
Дай нам сил дорасти
До твоего прощения!
Дай наконец понять -
Жить так просто, как дышишь.
Просто, дай знать,
Что ты нас по прежнему слышишь.
Дай нам друг друга обнять.
Друг в друге найдя спасение.
Дай нам сил устоять
Во имя любви, не мщения.

Весна!
Трепещущее молодое солнце согревает
Землю, опять готовую родить.
Природа снова влюблена.
Ей всё равно
Живут здесь или умирают,
Лелеют или убивают,
Дают дышать или хотят душить.
В ней соединены в одно
И жизнь и смерть.
Всё движется по кругу.
Всё - лишь вращенье колеса,
Нам, смертным, остаётся лишь терпеть,
Надеяться и верить.
Там, где сегодня боль, отчаянье и ужас,
Где выгребная яма, дно,
Где только подвиг тысяч мужеств,
Там завтра - поворот и небеса,
Которых не измерить,
И в них любовь и вдохновенье.
Но мы, увы, лишь точка, лишь мгновенье.
Нам до конца не осознать
И не принять круговорот обличий,
Не постичь, ни радости вершин, ни бездн страданий.
Нам эту ношу не поднять.
По факту нашего рожденья
Мы не умеем быть вовне
И состоим из отрицаний.
Нам отвратительно природы безразличье.
Нет - весне!

Итак, дорогие друзья!
Мы всё ещё здесь, всё ещё живы и более того, даже дееспособны.
Доказательством этому может служить то, что 7 апреля, в 20.30, на мансарде клуба А.Козлова состоится наш с Алисой концерт. И не просто концерт, а премьера нового большого сочинения, написанного для дуэта(Алисы Тен и меня), уже знакомого московской публике по старым и новым "куртуазным ариям".
Сочинения написанного кровью, слезами и, не побоюсь этого слова, потом, причём потом, в основном, любовным.
В нём странным, "гибридным" образом, соединяются сюжеты истории о "Робинзоне" и мифа о Пигмалионе и Галатее. А речь в этой истории идёт о любви, оказывающейся сильнее смерти, и о смерти, становящейся прекрасной благодаря любви. Это грустная, но прекрасная история, в которой смерть случается не из-за жажды власти, стремления к превосходству, шизофренических расчётов или коварства, а только силой обстоятельств. И будучи вдохновлённой любовью, перестаёт быть страшным и мучительным концом существования, и наоборот становится началом, своего рода дверью в вечность.
Тех, кому близок подобный взгляд на вещи мы ждём на нашем концерте, как бы мало не оставалось таких людей.
До встречи!

Простите! Вот окончательный вариант. Больше править не буду, обещаю.)

Let it
Flow!
Летит -
Время,
Стальное крыло
Равнодушно взмахнуло.
Не то, чтобы как-то зло,
Просто так, напоследок пнуло.
Жахнуло, поволокло',
Вывернув ногу из стремени.
Просто не повезло!

Твердолобое ищет племя,
Что бы его проняло'
До печёнок,
Ну или
Хотя бы до нервного тика?
Жили-были..
Растили с пелёнок,
А вот поди-ка.
Выросло чадо
И завопило дико:
"Надо мне, надо
Их под ледок, под тонок!
Пусть они тонут, тонут!
И головы, чтобы на пиках
По периметру... Так то лучше.
Величественно и красиво." -
Кости ломая тушей
И, срыгивая брезгливо...
На тысячи миль пролило
Глухую чернильную ночь...

Сегодня не рассвело...
Свинцовое тело реки,
Сломанное весло.
Беззвучно танцует Шива:
"Держитесь за поручни",
Или кому-то влетит
По первое, и по второе число.
Брось рацию и тикай. Теки
Мимо брошенных строчек.
Или, если короче,
Let it
Flow!

Вневременные и внепространственные «Песни Элиота» в исполнении Алисы Тен, Руста Позюмского, Владимира Волкова и Владимира Гаврюшова – 22 апреля, галерея Гранд Солянка.
https://solyanka.org/eliot

Доброе утро!
Ещё один день
Надо как-то прожить.
Под пальцем снова дрожит
Струна - дзенннь.
Ежедневный
Нервный
И нежный труд.
Просто любить то, что любишь,
Всё глубже и всё больней.
Помнить то, что и так не забудешь,
Через силу, и ещё немного сильнее,
Уже где-то на грани внимания -
Тишина и музыка в ней.
Что от знания, что от незнания?
Свет един, но так много теней.

7 мая. 20.00 Ермолаевский 17.
Шедевры европейской музыки для консорта виол.

Дорогие друзья, слушатели!
Спешу сообщить о новой программе проекта "NOVOSELIE", которую уже совсем скоро мы надеемся представить, как москвичам, так и петербуржцам.
Собственно, премьера уже состоялась в мемориальной квартире Святослава Рихтера, по инициативе руководства которой, она и была создана.
Но, конечно же, нам бы хотелось представить её и широкой публике и произойдёт это в Москве 30 мая в клубе Алексея Козлова и 2 июня в Петербурге в Шереметьевском дворце.
В отличие от предыдущего корпуса, в ней преобладают оригинальные Петровские канты, аранжированные мной для голосов и консорта виол, но и новых авторских песен тоже достаточно.
На видео одна из новых композиций, стилизованная под казачью песню, повествующая о свободе, обернувшейся несвободой, о неком царстве внутри нас и о том, каково это царство.
Ждём всех неравнодушных!
Ссылка на билеты во втором комментарии.

Унеси, забери, обесточь
Меня. Некого больше из моря ждать.
Да и незачем. Всё побежало прочь.
Что мне делать? Быть может тоже бежать,
Спотыкаясь и падая,
Ломая ногти.
Бежать не оглядываясь
От высотки к высотке.
Да, я наяда. Я -
Колени и локти.
Во мне три ада для
Случайной красотки.

Где же мне здесь искать личное
Имя тусклое, как броня грозное?
В первый раз было так непривычно и
Во второй непривычно и жалко до слёз
Того, что я угадала, что держала в руке.
Отпустила, вот думала, пойду налегке,
На ходу угадывая,
И слыша в звенящей ноте.
Да, я наяда. Я -
Колени и локти.

Странное чувство, что всё это не со мной,
Скорее, со станцией атомной.
Реакция вышла из под контроля.
Насильственный, вневременной,
Ослепительно бесконечный, дневной
Сон - неизбежный, как фатум,
Навязчивый, как фантом.
Доигрывая роли
Проносятся персонажи,
На бегу торопливо срывая
Цветы и аплодисменты.
Фотографируя и сразу же забывая
Котиков и пейзажи,
Созвездия и континенты.
Говорят,
Что и так бывает.
Горят
Сердца и остывают,
Остаётся лишь горстка сажи.
Ну может, моточек пряжи,
Внучку заштопать носок.
Второй и последний ряд
Опустевших кресел.
Силой родительских чресел
Выдавленные сюда,
Мы, как вода
Уходим в песок.
И внезапно становится сух и пресен,
Откушенный накануне кусок
Только что испечённой судьбы.
Сердцем, в себе носящем порок
В самом начале,
Прорастающий в нас, как грибы,
Стерегущий на мягких лапах.
В конце - мы прокисший сок
Радости и печали.
Ну, и в воздухе призрачный запах
Грима и ворожбы.