Вдогонку: если автор поста ⬆️ прав в своих догадках, то занятно, что в качестве референсов художник взял несколько представителей командования 1-й армии: собственно, главнокомандующего графа Остен-Сакена, дежурного генерала Ольдекопа и генерал-майора Набокова (командира 3-й пехотной дивизии).
Надо отметить, что эти люди действительно поучаствовали в следствии и суде над декабристами. Только не в Петербурге, а в расположении 1-й армии.

После подавления восстания Черниговского полка генерал Остен-Сакен лично учредил 2 военно-судные комиссии (и сам же определил составы обеих комиссий).
Первую - при главной квартире 1-й армии в Могилёве, и её задачей были следствие и суд над мятежными офицерами ЧП (Соловьев, Сухинов, Мозалевский и Ко). Как раз её-то и возглавил упомянутый выше генерал-майор Набоков.
Вторую - в Белой Церкви, и её задачей был суд над нижними чинами ЧП. Председателем был назначен командир 2-й бригады 12-й пехотной дивизии генерал-майор Антропов.

Ещё ДО того, как этот суд над нижними чинами ЧП в Белой Церкви начал свою работу, 25 января 1826 г. Остен-Сакен направил в Петербург, начальнику Главного Штаба Дибичу, следующий проект приговора для высочайшего утверждения (можете сами оценить степень гуманности и сам факт существования предварительного приговора до начала суда):

(Орфография и пунктуация подлинника. Выделение текста - моё)

"... я мнением моим полагаю, всех Фельдвебелей и Унтер-Офицеров, <...> взятых с оружием в руках, судить военным судом и выполнить над ними в точности наказание, к коему они по Воинскому Артикулу Государя Петра Великаго приговорены будут. Рядовые могли быть вовлечены в преступление внезапностию и недоумением; но Унтер-Офицеры будучи и опытнее и разумнее их, и имея уже навык начальствовать, должны были найти разрешение в приверженности своей к Престолу и законной власти. Муравьев мог обманом собрать полк в полковую Штаб-квартиру и в сем случае Фельдвебели и Унтер-офицеры могли оправдываться обязанностию повиновения, но как скоро зделалась речь о низпровержении Престола и стали читать возмутительный катехизис, столь ясно преступные замыслы объясняющий, тогда по совести и присяге их, окончились пределы всякаго повиновения. Они явно увидели тогда в начальнике своем гнуснейшаго преступника; им следовало воспротивиться ему, и нет сомнения, что рядовые последовали бы примеру их. А потому Фельдвебели и Унтер-Офицеры явно изобличаются в злонамерении против Правительства.
Равным образом я полагаю судить и наказать нижних чинов из числа мятежников, которые оказываются виновными в противу законных поступках; ибо они явно изобличаются в злонамерении. Сверх того полагаю нужным, чтоб Суд разсмотрел поведение нижних чинов, помещенных в список уклонившихся разновремянно от мятежников, дабы привести в известность, в какой мере они учавствовали в мятеже.
Чтож касается до всех прочих рядовых, музыкантов и нестроевых, <...> взятых с оружием в руках, то из уважения, что солдат редко разсуждает, но привык следовать примеру начальников и товарищей, почему они легко могли быть вовлечены в преступление недоумением; а также во уважение искрянняго их раскаяния, я полагаю распределить их всех, без суда по разным крепостям в крепостную работу арестованными, мушкетеров и нестроевых на восемь лет, а гренадеров, в коих предполагается более опытности и твердости на десять лет. По истечении сего времяни, обратить их на службу в самые отдаленнейшие гарнизоны, лишив на всегда отставки."

Апдейт к этому посту.

Забавно, но история расследования вокруг этой картины приняла новый оборот, и то, что на ней столь велика концентрация персонажей, имеющих отношение к 1-й армии, оказалось совершенно неслучайно, т.к. никакого отношения к петербургскому Следственному комитету происходящее на картине не имеет.

В комментариях к посту на канале "Исторические мелочи" юзер Павел Калмыков принёс информацию, что оригинал картины находится в Беларуси, в Могилёвском музее этнографии. Полное наименование полотна: «Заседание Могилевской комиссии Военного суда по поводу восстания Черниговского пехотного полка в феврале-марте 1826 г.» (год создания - 2003). Его автор - белорусский художник Григорий Тоболич.

Как я уже писала, в интересующее нас время в Могилёве находилась главная квартира 1-й армии, и через него провезли всех офицеров, участвовавших в бунте Черниговского полка. Лидеров восстания - Сергея и Матвея Муравьевых-Апостолов и Михаила Бестужева-Рюмина - после первых допросов отправили в Петербург, а остальных мятежных офицеров ЧП судили именно в Могилёве.

Таким образом, офицер, изображенный на картине стоящим в кандалах перед следователями - с большой долей вероятности штабс-капитан ЧП барон Вениамин Соловьев. Перед ним на первом плане сидит главнокомандующий 1-й армии, граф Остен-Сакен. За столом стоит генерал-майор Набоков, возглавлявший военно-судную комиссию в Могилёве. По правую руку от него, за подсвечником, сидит дежурный генерал 1-й армии Ольдекоп, а по левую руку, за зерцалом, по моим прикидкам - генерал Толь, начальник штаба 1-й армии.

Но всех вопросов к художнику новая информация всё же не снимает.
Опознать двух гражданских лиц, сидящих по краям стола - весьма сложная задача (вообще не очень понятно, что делают гражданские чиновники в военно-судной комиссии, где и асессоры, и писари назначались из военных чинов).
Совершенно однозначно опознаваемый генерал Ермолов, сидящий к зрителю спиной вполоборота, точно не имел никакого отношения к следствию и суду в Могилёве. В комментариях встретилась версия, что художнику просто был нужен референс генерала в таком ракурсе, и известный портрет Ермолова кисти Доу оказался наиболее подходящим.
Ну и, если автор канала "Исторические мелочи" прав, что персонаж, сидящий за Остен-Сакеном, списан с портрета генерала Сергея Волконского, то в искомое время тот сам был подследственным, только в Петербурге.
🤷‍♀️