° #зарисовка ° #адероны °

– Детка, расслабься, Господи, – на выдохе шепчет Кэмерон, впиваясь ногтями в крепкие, влажные от пота бёдра.
Адам делает вид, что не слышит его. Он краснеет даже шеей и кончиками ушей, дышит ртом, широко распахнув истерзанные поцелуями губы. Его глупые, блестящие глаза ищут, за что зацепиться, но старательно игнорируют Кэмерона. Именно поэтому тот понимает, что Шерр на самом деле слышит все комплименты и нежные издёвки.
А ещё потому, что тело Адама особенно ярко реагирует на нежные прозвища: он сжимает Кэмерона внутри и неосознанно изгибается навстречу.
– Так и не скажешь, что этот котёночек убивал людей, – воркует Клебер, слегка шлёпая и слыша тихий, приглушённый стон, который парень неудачно пытался заменить рыком. – Какой опасный и... нежный, – продолжает Кэмерон, опуская ладонь ниже, к сжимающему его анусу. – Если продолжишь меня так сильно сжимать, придётся тебя ещё лучше растянуть. Будешь, как маленькая шлюшка. Расслабься, детка, ну же... – повторяет более требовательно.

Аааааааа, 500

Боже, спасибо большое! Это.... пиздец много. Мне надо что-то масштабное сделать в благодарность ааа... 🥹

° #зарисовка ° #эдильямы °

Эдвард невозмутимо занимает кресло, крутится на нём из стороны в сторону и безучастно смотрит на ворох испорченных документов. Мистер Хитклиф стоит к нему спиной, оперевшись на стол. Его тяжёлое дыхание слишком громкое, но уже достаточно поздно, чтобы их не тревожила ни дочь Уильяма, ни прислуга. Эдвард рассматривает оставленные им на чужой спине царапины, невольно ёрзает, ощущая и у себя под лопатами беспорядочные полосы. Засосы – это несерьёзно, с риском попасться, по-подростковому. Ощущение чужой кожи под ногтями интимнее. Как и тот факт, что увидеть этот отпечаток страсти может только оставивший его.
Хитклиф натягивает на себя рубашку и оборачивается. Он не смотрит на Эдварда. Эдвард же сверлит взглядом, читает отвращение на лице. Отвращение к себе. И так после каждой встречи. Эдвард понимает, что стал для Уильяма способом это отвращение почувствовать, и совсем не хочет понимать, зачем богатому чистокровке себя унижать.

У отцов Скэра не может быть нормальных отношений.

Пхпххп, знаете, если говорить о противостоянии Скэриэла и Готье, то в битве "У кого есть отец" Скэр побеждает 2:0

Это шутка

2:1

° #даблхитклифы °

У меня сегодня желание плохо шутить (на самом деле, я удивлюсь, если до этого с даблхитклифами не было этой шутки, ведь она лучше всего им подходит)

Готье: – Папочка, передай соль, пожалуйста.
Уильям: – Да, сейчас.
Гедеон: – Конечно, Готье.

1/1, у них обоих по одному отцу сдохло

У меня нет фантазии, поэтому что бы вы хотели в качестве подарка на 500 подписчиков? 👉👈

Зарисовку, фанфик, переписку... Может, вообще конкурс?

Если вам стыдно (в смысле? Здесь никому не должно быть стыдно) писать свои предложения в комментариях, есть анонимка

° #зарисовка ° ° #люмтьескары °

❗Puppy play❗

Оскар и Люмьер вдвоём, и Готье не стоило соглашаться на игру без участия в ней Гедеона. Тот мог успокоить обоих, где-то проявить грубость ради дисциплины или дать наказание за любую мелочь. Готье же только пробовал себя в этой роли, и Оскар с Люмьером часто пользовались его неопытностью. Они делали то, что Гедеон не допускал – выясняли отношения прямо во время секса: «кто быстрее заставит кончить?», «с кем будет сухой оргазм?», «кто доведёт до слёз?». Иногда они спорили, а иногда удивительно слаженно работали.
– Оскар для хозяина слишком большой. Нужно хорошенько его подготовить.
После этих слов Люмьер вылизывал Готье почти час. Проникал языком и пальцами так глубоко, что Хитклиф вскрикивал от желания, но кончить не мог из-за давящего на головку пальца Уолдина. Нельзя. Это же только начало.
Оскар его успокаивал, гладя по волосам и аккуратно насаживая ртом на свой член.
– Вы же чувствуете? Он правда большой. Нужно подготовиться, хозяин...

Так, у меня идея

Давайте я напишу много зарисовок по каждой идее? Они будут небольшие, по размеру такие же, какие обычно выходят, но, наверное, большинство получит своё.

Либо можем устроить опрос, выберем одну идею, и я напишу фанфик по ней.

Ниже будет опрос, завтра я его завершу. До этого момента можете писать идеи под постом в ответе, если кто-то ещё не писал (давайте каждый по одной, пожалуйста 🥺)

По анонимке, конечно, не понятно будет, сколько кто написал, но вы же меня любите? 🥺🥺🥺

Я такой пиздец пишу, но вы же будете меня дальше любить? 🥺🥹

Принято!

Эта зарисовка по идее, что написали в комментариях (скидываю ответственность, да). И мне захотелось написать что-то очень странно-пугающе-ненормальное по этой теме. Я бы в любом случае это написал, даже если в итоге победит фанфик, а не зарисовки. Но, если они победят, давайте засчитаем её как одну из этих подарочных зарисовок?

Ну и да, выкладываю я её сейчас. Готовы?

° #зарисовка ° ° #дабллафары °

❗Инцест, разница в возрасте, пиздец❗

Эллиот больной, он сам это понимает, но ничего сделать не может. Эллиот правда пытался избавиться от этого, встречался с девушками и парнями, даже переписывался с сороколетним мужчиной. Но дело было не в поле и не в возрасте, даже не в том, что им всегда были недовольны – то он недостаточно мужественный, то ведёт себя слишком откровенно, вызывая ревность или даже зависть.
Франку нравился Эллиот абсолютно любым. И, наверное, это нормально для родителей – любить ребёнка несмотря ни на что, но мысли Эллиота начали идти дальше в двенадцать, когда он впервые задумался о том, что его отец очень красивый. Чем старше Элли становился, тем безумнее были его фантазии.
И тем безумнее становился он сам, переворачивая чувства внутри себя. Любовь к матери сменилась обидой. Любовь к отцу переросла в ненормальное желание.

Эллиот громко дышит, нависая над уснувшим в своём кресле Франком. Его пальцы мягко поглаживают бедро отца и поднимаются выше. К ремню.

Я собрал на этом канале лучших людей пхпхпх (я думал, меня отменит фандом)

Фанфакт, я выложил пост, и мне написала завкафедры "что за ужас?". Оказалось, это было к статье, которую я отправил на конференцию, но вы сами понимаете, что у меня чуть сердце не встало

° #зарисовка ° #люмтье °

У Готье по спине бегут мурашки. Сначала от прикосновения холодных пальцев к боку, а потом от осознания, что они в нескольких метрах от толпы первокурсников. Хитклиф просто не может держать лицо, пока чужая ладонь поднимается выше под его рубашкой. Это странно.
И это возбуждает.
Люмьер прижимается пахом к бёдрам Готье и запускает под рубашку вторую руку. Хитклиф судорожно выдыхает, опираясь локтём на шершавую стену. Губы Уолдина нежно касаются его шеи, руки всё бесстыднее исследуют дрожащее тело, но не касаются там, где Готье было бы особенно приятно. Иначе они бы точно спалились.
Парень разочарованно хнычет, когда Люмьер отстраняется и самостоятельно заправляет рубашку Готье в брюки.
– Хорошего дня, мой принц, – горячим шёпотом произносит Уолдин и касается небольшого бугорка на брюках Готье. – Учитесь хорошо, и я вам обязательно с этим помогу.
Готье только поджимает губы и, прикрыв тетрадью свой пах, пытается отвлечься. А Люмьер просто скрывается в толпе, словно ничего не произошло.