Как я потеряла работу в Бэггинсе

Этот человек издевался надо мной в реабилитационном центре

Как я потеряла работу в Бэггинсе

Если помните, я села на метадон прошлой зимой из-за жорика савенко, который превратил мою жизнь в пиздец и ебандос. Употребление метадона поспособствовало долгожданному разрыву болезненных отношений и после, когда я стала свободна, метадон оказался мне не нужен. Но теперь уже я стала ему нужна. Ломки заебали, метадон говно лютое, и я решила лечь на убод, переломаться во сне. Отпросилась с работы на 4 дня. Убод занимал три. На убод меня не взяли из-за плохих анализов крови, вместо этого держали на нейролептоте, превращая мое сознание в кашу на всем протяжении моего нахождения в наркуше. Я была в невменозе, ниче не понимала, и вдруг мне сказали, что мы едем к гематологу. Я собрала вещи и поехала на прием к врачу. Но вместо больницы меня привезли за город в какой то дом, полный жалких ноющих безвольных людей, жалеющих себя, и всех этих людей буквально удерживали там насильно два долбоеба-извращенца - и фото одного из них вы можете видеть наверху. Меня размазанную на нейролептиках не беспокоила смена обстановки, я лежала в постели, меня не трогали. И водили курить. Но однажды мне сказали, что я бросаю курить, потому что у них не курят, это правило общины. И тут меня настигло понимание: я попала в секту, пытающуюся походить на реабилитационный центр, но по сути являющуюся местом самоутверждения этих двух долбоебов, которые не стеснялись издеваться надо мной, когда я была очень ослаблена и потеряна, отвечать мне грубо, и кидать насмешки мне в лицо, когда я просила их дать мне позвонить, потому что это какая то ошибка, я не должна быть здесь, мне нужно на работу. Я плакала, они смеялись, говоря, что мне нужна их помощь, что я здесь надолго, выхода нет, и моя мать дала согласие на мое здесь пребывание. Я истерила и не верила, грозилась им самовыпилом, если меня здесь запрут, но они смеялись и снимали меня на видео, чтобы потом, наверное, потом вспоминать, как же классно было с позиции сильного издеваться над испуганной плачущей девочкой. Я начала планировать побег, попутно саботируя их собрания саможаления и нытья, громко стуча тростью и издеваясь над их пиздостраданиями и смеясь над психологами, которые несли хуйню. Параллельно я вспомнила про бритву, оставшуюся после шмона у меня среди вещей случайно, и носила ее с собой, чтобы перерезать себе горло, если вдруг окажется так, что мне не удастся сбежать или выбраться иным образом. С собраний нытиков меня удалили, прогоняли с их сектантских сборищ, и я спланировала побег, заручившись поддержкой пары местных мужиков, знающих лазейки. Я продолжала шуметь и материться, громко ругаться, попутно рассказывая о том, как я люблю колоться и никогда не брошу, потому что мне по кайфу, и они никогда не бросят тоже, потому что им нравится, и что они обманывают сами себя, пытаясь бросить, но будут продолжать колоться, ведь они тоже так любят инъекции, так любят, как и я. Только я говорю об этом прямо и не пытаюсь казаться жертвой обстоятельств. И все в этом духе. Но тут мне предложили связаться с матерью. Сказали на листочке написать сообщение, они же отправят фото листочка ей в вотсап. Я написала что-то в духе МАМА ЭТО ЕБАНАЯ СЕКТА, КАК ТЫ МОГЛА ТАК СО МНОЙ ПОСТУПИТЬ, ОНИ ОБМАНУЛИ МЕНЯ И ЗАПЕРЛИ ЗДЕСЬ, И ПЫТАЮТСЯ УЧИТЬ МЕНЯ ЖИТЬ МНЕ ПЛОХО ЗАБРАЛИ СИГАРЕТЫ. Они сфотографировали, отправили, с ухмылками ожидая, что мать скажет мне что-то в духе "доченька тебе нужна помощь и решаю за тебя я как тебе жить надо", и они смогут насладиться моим бессилием и истерикой. Я продолжала хуесосить весь их центр, к слову, на что они мне отвечали, что деваться мне некуда, я запуталась в жизни, и они помогут. Что типа злись сколько угодно, ты ничего не изменишь. Но тут меня позвал один из извращенцев и сказал собирать вещи. Отдал мне документы и разбитый умерший в их холодном сейфе телефон, сказал, что я могу уйти. За мной приедут. Я свободна! Я скоро выкурю сигарету!

Как оказалось потом, моей матери сказали, что мне нужна помощь гематолога из-за проблем с кровью, нужна госпитализация в специализированную клинику. Она отдала деньги, как она думала, за госпитализацию в гематологии. А по сути меня перевели обманным путем в тоталитарного типа секту реабилитантов и их надзирателей, которые, кстати говоря, не брезговали иногда поебаться с реабилитанточками. Узнав, что я нахожусь не в больнице, а в плену у двух мужиков, питающихся моими страданиями, она тут же велела отпустить меня незамедлительно, так как МОЯ МАМА САМАЯ ЛУЧШАЯ и позволяет мне самой выбирать, как жить и чем заниматься, и никогда не навязывает свою точку зрения. Она считает, что принуждение к чему-либо - это недопустимо. В том числе и принуждение к "лечению".

В итоге, оказавшись дома, я зашла в интернет через ноутбук, потому как телефон, в отличие от меня, не пережил заточения в логове долбоебов и умер. Оказалось, что я пропустила гораздо больше дней на работе, чем отпрашивалась, без предупреждения не вышла на смены, пропала. Я даже связаться не могла с работодателем - телефон отнимали, потом он умер, а контактов кофейни у меня не было никаких больше, кроме вотсапа. Случайно чисто один хороший мальчик подарил мне телефон, я забрала его и сразу же кинулась звонить и писать коллегам. Одной девочке, бариста, которая показалась мне нормальной, я написала большое сообщение, где все досконально обьяснила, описала ситуацию, и поинтересовалась о моем дальнейшем участии в судьбе кофейни, спросила ее совета. Но в ответ она меня просто кинула в ЧС.
Написав другой сменщице, я выяснила, что мне в кофейне рады не будут, все, что я могу - занести униформу и забыть о работе.
О работе я забыла, а вот униформу не отдала - начала неистово колоться сразу же, как узнала о своём увольнении, и мне было вообще не до этого. Как и сейчас мне не до этого, в принципе.

И самое интересное - недавно какой то мужик стал подкатывать к моей подруге, называясь моим психиатром. Я удивилась, ведь на фото был не Михаил Сергеевич, а у меня он один, родной, а какой то другой мужик. Приглядевшись, я узнала его - того, который улыбался, издеваясь надо мной, когда я плакала и просила о помощи. Более того, он скинул ей видео, где я, растрёпанная и заплаканная, грозилась нахуй себя убить, если они запрут меня в этом доме долбоебизма и заставят меня находиться здесь против воли. Я плакала и в невменозе несла какую-то дичь, а он снимал меня и хихикал. И я вспомнила, кто он. И я попросила свою подругу обоссать ему от меня ебало, потому что это все, чего он в жизни заслуживает. А она отшучивалась, говоря, что он такой весь хороший, что про меня и слова не сказал плохого, и что он нормальный ухажёр и как психолог ничего. Естественно, что он не говорил про меня хуйни, ведь хотел подкатить яйца к подруге. Подруга моя закуролесила с ним вместо того, чтобы просто обоссать ему лицо. И в итоге он обоссал лицо сам себе, видимо, по привычке, попутно забрызгав своей ссаниной ещё и мою подругу, оказавшуюся рядом. Подруга, как ни странно, удивилась: как это так он обоссал свое лицо? А очень просто: развел, обещал помочь (подруга страдает от тревожности), воспользовался доверием, обманул, обидел, посмеялся и свалил, довольно потирая свои ручонки, получив дозу любимого своего кайфа - бессильных девичьих горьких слез. Вытирая капли его золотого дождя со своей физиономии, моя подруга грустит и бухает. Впервые в жизни с ней обошлись, как с животным, разыграв сцену неравнодушия, обманули, когда она нуждалась в помощи, и вытерли ноги об ее доверие.
А все потому, что этот человек - обоссан, обоссан судьбой, человек, который ссыт сам себе в лицо и облизывается, и хочет, чтобы моча никогда не высыхала на его щеках, и каждый, кто увидит его - сделайте пожалуйста доброе дело, обоссыте ему ебало, ведь это единственное, чем вы можете ему помочь.

Мент родился

Чё там с ментом?

Ever since my baby went away
It's been the blackest day