К научным интерпретациям

Последний московский мистик.

Брюс рано пристрастился к математическим и естественным наукам

Осторожно! Вызывает привыкание

Экспериментальный перевод на испанский романа «Дар» Владимира Набокова

Имеется в виду не реальный испанский язык, а такой, который описан в анекдоте, известном по исполнению Иосифом Бродским.

Поскольку в испанском языке существует слово el dar, которым может быть переведено название романа, то аналогичным образом переданы и все остальные обнаруженные программой существительные в тексте. Существительные даны в словарной форме с добавлением артикля, остальные слова даны без изменений, весь текст транслитерирован в латиницу.

El dub - derevo. El roza - tsvetok. El oleñ - zhivotnoe. El vorobej - ptitsa. El rossija - nashe otechestvo. El smert' neizbezhna.

El dar dlya idei el perevoda el dara — Boris Kovalev.

Boris Orekhov. Nevmenandr/el_dar: V0.0.2. v0.0.2, Zenodo, 13 июль 2025 г., doi:10.5281/zenodo.15874100.

Внезапно волею Нейросети Борнс Орехов вошел в культурно-цифровой пантеон алфавит современности на букву Б

Сейчас мы (человечество) пытаемся понять, изменит ли ИИ нашу жизнь.

Не исключено, что медийный эффект обсуждения успехов нейросетей превышает то реальное влияние, которое технология окажет на нашу повседневность.

Как нейросети изменят рынок труда? В более приземленной формулировке: заменят ли нейросети художников, писателей, программистов, ученых? Нужно ли запретить доступ к технологии?

Все эти вопросы обсудим 22 июля
на лекции с Борисом Ореховым. Приходите в летний лагерь «Ножа» в 17:00.

Вход свободный. Ждём вас по адресу: Бобров переулок, 4с4, Sistema Gallery.

Разбираемся в особенностях инициативы

https://gramota.ru/journal/intervyu/lingvist-boris-orekhov-korpus-russkoy-klassiki-daet-dostup-v-yazykovuyu-laboratoriyu-avtorov

Самый неправдивый жанр — утопия. Обещают одно, а на самом деле там никто не тонет. Ну вот разве что «Игра в бисер», там и правда герой утоп. Но это исключение, к тому же не вполне ясно, насколько роман подходит под определение жанра утопии? Ведь автор сам сюжетно критикует описанное устройство общества.

Полина Колозариди в интересном тексте о возможности симуляции пишет:

Виктор Пелевин принес в русскую литературу идею неподлинной реальности, когда компьютер еще занимал от половины до одной шестой части комнаты.

И тут сразу много всего нуждается в уточнении.

Самое простое про компьютеры. Первое опубликованное произведение Пелевина, раньше которого он не мог ничего принести в литературу (ante quem non), это рассказ «Колдун Игнат и люди», появившийся на страницах журнала «Наука и религия» в 1989 году. Конец 1980-х — это уже наступившая эпоха персональных компьютеров, то есть время компактной вычислительной техники. ПЭВМ, как их называют в Союзе, входят в привычку у пользователей уже с начала 1980-х, а скоро уже появятся и первые ноутбуки, которые совсем не сопоставимы в масштабах с комнатой. Но существуют ли еще большие вычислительные машины? Конечно. Еще активно эксплуатировались ЕС ЭВМ, которые выйдут из употребления в течение следующих 10 лет, и они действительно могли быть великанами. Но не обязательно. Незадолго до публикаци «Колдуна Игната», 15 ноября 1988 года свой единственный полет совершил космический корабль «Буран» с ЭВМ «БИСЕР-4» на борту, секция которой не сильно больше системного блока современного ПК. Так что да, некоторые компьютеры и правда были большими, но это было скорее редкостью.

А вот с тем, что именно Пелевин обладает тут правом первой из 1001 ночи, согласиться никак нельзя. Неподлинная реальность — это предмет пристального внимания литературы романтизма, которая определяла облик художественных текстов на русском языке еще в первой четверти XIX века, только способы симуляции были другими, не цифровыми: сон («Пиковая дама») или горячка («Лесной царь»). Что в принципе литература про эту тему знала раньше Пелевина, в исходном тексте даже сказано, но надо бы заострить. Затем эту тему подхватит Набоков, превративший тему ненастоящей жизни в базовую метафору, как в рассказе «Облако, озеро, башня». Возможно, Пелевин первым привлек к раскрытию этой темы именно компьютерную реальность, потому что написал «Принц Госплана», но если так, то это вышло случайно, потому что неподлинная реальность его, конечно, очень интересовала, но не столько цифровая, сколько во вполне романтическом духе как плод измененного сознания («Жизнь насекомых») или душевной болезни («Чапаев и Пустота»). А компьютеры в то время у него были всемогущими скорее ситуативно, как в рассказе «Святочный киберпанк».

При этом несомненно, что Пелевин как-то очень прицельно попал в моду своего времени, которая включала терпкий коктейль из дзен-буддизма, психоактивных веществ и некоторых идей западной философии, а вот техническая вычислительная нота туда добавилась скорее уже после «Матрицы»; предшественники, вроде «Газонокосильщика», были эксцессами, отчасти и потому что компьютерная графика была тогда недостаточно убедительной.

В декорациях сериала «Падение дома Ашеров» все готово к съемкам очередного видео «Демонтажа красноречия»

И я знаю, почему. Потому что русы против ящеров.

Есть такой коранический термин йак̣ӣн (аподиктичность, убежденность, позднее — знание). Возможно, что это слово легло в основу имени персонажа «Песни Льда и Пламени» Якена Хгара.

Во-первых, Якен представлен как наемник «из вольного города Лората», а позднее как один из Безликих — член тайного общества убийц из города Браавоса. Оба города находятся на восточном континенте, так что коранические ассоциации уместны. Во-вторых, заимствование имен, ключевых терминов вымышленного мира и проч. из восточных языков — это конструктивный принцип, активно использовавшийся Фрэнком Гербертом в «Дюне», где его и мог подсмотреть Мартин, поставивший перед собой сходную по архитектонике задачу. Ну и очевидно, что Якен Хгар носитель особенного знания, которого позволяет ему быть в своих действиях убедительным и конкретным.