Идет не "демонтаж отдельных представляющих угрозу участков здания", как вчера сообщала пресс-служба Разумишкина, а просто снос всего дома экскаватором-разрушителем.

О доме Лялевича сегодня пишут везде, но многие - что якобы начали демонтировать "аварийные фрагменты" или "аварийные перекрытия". Но в реальности весь дом просто крушит целиком тяжелая техника!

Некоторые СМИ уже уверяют, что дом якобы "начал осыпаться при демонтаже аварийных перекрытий"! Это уже совсем вранье - на видео все видно. Интересно, а если бы к дому авторов этих текстов подогнали экскаватор, он бы тоже "сам начал осыпаться"?
Более того - у нас есть информация, что решение снести дом целиком было принято еще вчера. Насколько это оправдано безопасностью людей - судить не можем.

Между тем, вместо того, чтобы платить бюджетные деньги демонтажникам из "Прайда", можно было давно - и с выгодой для бюджета - продать здание под капитальный ремонт, как неоднократно просили петербургские предприниматели.

"Демонтаж аварийных фрагментов" добрался до незатронутой вчерашним обрушением части здания.

Дом Лялевича. Итоги первого дня "противоаварийных работ"

Дом Лялевича стал первой жертвой КРТ в Петербурге

Как сказал вчера вице-губернатор Разумишкин, "Дом находится в зоне исторической застройки, прилегающей к бывшему заводу «Красный треугольник», в связи с чем были приостановлены все мероприятия по его вовлечению в хозяйственный оборот (продажу или передачу инвесторам)".

В законе 820-7 "О зонах охраны" и в федеральном законе об объектах культурного наследия никаких "зон исторической застройки" нет, зато в Правилах землепользования и застройки дом Лялевича включен в программу КРТ.

Из-за этого, видимо, его и гноили столько лет, а можно было бы уже давно продать инвестору - и был бы дом отремонтирован, как Шкапина 42.

В самой последней редакции ПЗЗ дом Лялевича из КРТ убрали. То есть теперь его можно было бы продать на торгах - но он до них не дожил.

Краткая историческая справка по Розенштейна 39.

Вопреки устоявшемуся названию - дом Лялевича - архитектор Мариан Лялевич никогда не был его владельцем.
Это первая работа Лялевича в Петербурге, но собственниками участка являлись другие люди. Первоначально проект был выполнен в 1903 году по заказу Алексея Васильевича Антонова (который владел и соседними участками по Лейхтенбергской улице). По этому проекту к маю 1904 года были возведены лицевой и один дворовый корпуса, после чего Лялевич изменил конфигурацию остальной дворовой застройки для нового владельца, Абрама Юдовича Энненберга.
Последней хозяйкой участка на 1917 год была Варвара Степановна Манжелей, "жена генерал-майора артиллерии".

Остается пока не вполне выясненным вопрос с декором на фасадах. Мариан Лялевич, конечно, проектировал совсем не такой скромный облик, который дом имел перед вчерашним сносом. На проектных чертежах мы видим гораздо более представительное и интересное здание.
Бывали ситуации, когда владельцы по финансовым или другим причинам отказывались от пышного оформления. Но по Розенштейна 39 есть и фиксационные чертежи из архива Городского кредитного общества - и они в целом соответствуют проектным. Материалы из этого фонда, за редкими исключениями, отражают реальный облик домов на момент составления чертежа.

Окончательную точку в вопросе могли бы поставить старые советские снимки - но их, к сожалению, пока не найдено.
В любом случае, при восстановлении дома на Розенштейна 39, наверное, уместно придать ему тот облик, который был задуман его знаменитым автором.