– Как бы ни были важны макроэкономические, социальные, какие угодно еще последствия и аспекты нанесения ударов по нашим объектам инфраструктуры, производства и складам, меня из всех плачевных для нас результатов ударов ВСУ по российским тылам больше всего волнует и очень сильно удручает число жертв среди мирного населения, которое неуклонно растёт. Особенно сильно – в течение первой половины 2026 года. Пострадавшие и погибшие. И пока этот печальный и трагичный тренд не меняется.

И непонятно, что должно произойти, чтобы по всей европейской части России перестали гибнуть мирные люди. Какое резкое качественное изменение, какой скачок эффективности наших противобеспилотных, противоракетных систем.

На мой взгляд, ущерб от этих атак – погибшие и пострадавшие люди – очень сильно недооценен обществом. Я считаю этот ущерб большим, чем любые сожженные производства.

А что, у Wildberries нет бизнес-врагов или тех, кто был бы заинтересован в их разорении или в банкротстве? Конечно, есть. Могут ли эти люди относиться к тем, кого принято называть олигархами? То есть к сверхмалому количеству сверхбогатых людей, которые есть и в России, и на Украине, и во всех странах СНГ, и во всех других странах. И уровень богатства которых уже просто запредельный…

Знаем ли мы о том, что люди из этой сферы напрямую общаются с политическими лидерами? Знаем. И причем знаем мы это со слов президента Путина, который прямо говорил о том, что один из таких людей советовался с ним перед поездкой на разговор с Зеленским.

Соответственно, можно ли утверждать, что удары по Wildberries могут быть заказаны или делаться в интересах кого-то из бизнес-игроков? Утверждать нельзя, потому что нет данных. А можно ли предположить? Наверное, можно.

Безусловно, у ударов по нефтеперерабатывающим заводам есть и прямая военная цель. Это никакая не психологическая атака в чистом виде, как об этом почему-то многие решили говорить. Осложнения логистики, удары по НПЗ, удары по нефтехранилищам, удары по бензовозам – всё это так или иначе не может не сказываться на вооруженных силах. На конкретных подразделениях, а через конкретные подразделения – и на всей системе.

Конечно, запас прочности есть, и он большой. Но, как и всё реальное в мире, ничто не бывает бесконечным. Кроме того, не исключаю, что в этих ударах ВСУ есть и прямой экономический смысл. Что они могут быть отчасти заказаны или производиться в пользу тех или иных совершенно конкретных игроков большого нефтяного рынка.

Буквально на днях президент Азербайджана на одном из публичных мероприятий сделал заявление, что Россия, мол, неспособна больше поставлять в прежних объемах нефтепродукты или сырую нефть на внешний рынок. А вот Азербайджан, как заявил он, мог бы при нужных инвестициях со стороны европейских партнеров заполнить эту брешь на рынке.

Можно ли утверждать, что эти удары делаются с целью помощи от украинских партнеров азербайджанским партнерам? Утверждать нельзя, нет данных для этого. Но предположить это, я считаю, можно вполне резонно.

«Над Брянской, Курской, Белгородской, Волгоградской, Воронежской, Кировской, Липецкой, Нижегородской, Орловской, Ростовской, Рязанской, Самарской, Саратовской, Тульской, Ульяновской областями, Краснодарским краем, Крымом, Московским регионом, Чувашией, Марий Эл, Башкирией, Калмыкией и над акваторией Азовского моря».

«Противник видел и понимал, по кому он направляет удар, целенаправленно бил по мирным жителям. Вопиющее преступление, которое свойственно только украинскому режиму. К сожалению, для них это война, где они не в состоянии выходить к равным и поэтому устраивают охоту на мирных жителей, женщин, детей.

Искренние соболезнования семьям, потерявшим родных», — заявил глава региона Балицкий.

📍 в порту «Николаев» (государственное предприятие «Николаевский морской торговый порт») в момент разгрузки поражен сухогруз, доставивший грузы, предназначенные для обеспечения ВСУ;

📍 в порту «Одесса» (государственное предприятие «Морской торговый порт «Одесса») поражены объекты портовой инфраструктуры, предназначенные для разгрузки и хранения грузов военного назначения;

📍 в порту «Измаил» (государственное предприятие «Измаильский морской торговый порт») поражены объекты портовой инфраструктуры, предназначенные для разгрузки и хранения горюче-смазочных материалов, а также склад с военным имуществом ВСУ.

«Президент Путин, несмотря на ужасную войну на Украине, сказал мне, что не будет продавать оружие Ирану.

Он понимает, что я продаю оружие не Украине, а странам НАТО. Они платят полную цену, а как распределяется это оружие, я понятия не имею.

Поэтому две крупные страны, о которых часто говорят в контексте Ирана, на мой взгляд, не участвуют в этом процессе. Если бы они участвовали, это было бы для них очень плохо — безусловно, не в их интересах».

«Все это надо останавливать», – заявил президент Казахстана во время встречи с Путиным.