👩‍💼 Уже завтра выступаю на II Международной онлайн-конференции «Цифровое государственное управление и администрирование: глобальные и междисциплинарные перспективы» (организатор — Международная лаборатория цифровой трансформации в государственном управлении, ВШЭ).
🗓 5 июня 2025
📍 Формат: онлайн
🔗 Подробнее: https://ipag.hse.ru/dtpa/announcements/1011137029.html
📌 Тема моего выступления:
«Цифровая трансформация образования как общественный процесс: инфраструктура, доступ и прозрачность источников данных»
Расскажу о том, почему данные об образовании – это не просто "побочный продукт" управления, а важный общественный ресурс.
Затрону вопросы:
- как анализировать цифровую трансформацию "на местах",
- почему привычные индикаторы не работают,
- что можно было бы сделать для повышения образовательных результатов при помощи цифровых технологий.

Буду рада видеть коллег и всех, кому интересны цифровые следы, образование и данные как общественное благо.

Меня зовут Ирина Дворецкая. Я работаю в университете, исследую и руковожу исследованиями в сфере цифровизации образования, занимаюсь аналитикой, разрабатываю курсы и образовательные продукты для взрослых, студентов и детей. Пишу статьи, выступаю на конференциях и в СМИ, консультирую компании и образовательные организации. Еще я занимаюсь семейной генеалогией и меня очень интересует то, как она позволяет развить у себя сложные навыки работы с информацией.

Мои научные интересы: цифровые технологии в образовании, формирование навыков для работы в технологически насыщенной среде, данные об и в образовании, нарастающий второй и третий цифровые разрывы.

Хобби: цифровая генеалогия и восстановление истории рода.

Этот канал — моя внешняя база знаний: здесь о трендах в EdTech, аналитике данных, образовательных проектах и немного о жизни.

🔗 Подписывайтесь:
📌 TG: @redhothut

📌 Мои научные профили:
https://www.researchgate.net/profile/Irina-Dvoretskaya?ev=hdr_xprf | https://www.hse.ru/staff/idvor/

Поехали! 🚀

Тем временем, уже в эту субботу 21 июня рассказываю про ИИ-инструменты для самообразования взрослых в открытом лектории библиотеки Некрасовки (внимание, это Бауманская). Сделаю попытку обобщить свой многолетний (больше 5 лет!) опыт изучения ИИ в образовании на примере этой требовательной и безумно интересной истории о взрослых профессионалах. Лекция будет носить обзорный характер. Будет и hightech- high touch, потому что как без него.
Думали ли мы об этом, отлаживая код на LISP? Нет, не думали.

Ссылка на событие и регистрацию: https://nekrasovka.ru/afisha/21-06-2025/7317

Вова (2.8) мирно смотрит планшет, пока я собираюсь с силами и кофе (да, у нас есть просмотр ютьюбкидс, Каю и трактор Карл). Вслушиваюсь: интерактив, там надо сказать, дойдет ли змейка до домика. Сын дает правильные ответы.

Либо это случайное угадывание.
Либо потомок не только взлом замков освоил, но и начатки вычислительного мышления, которое следует развивать уже с дошкольного возраста (надо как-нибудь собраться и обстоятельно написать про движение new math и его влияние на всех-всех).

Нашумевший свежий препринт ученых из MIT о когнитивном долге от использования БЯМ важно рассмотреть и как первую ласточку подтверждения того, что и так было понятно опытным практикам образования эти два с половиной года, и как убедительное «мене-тэкел-фарес», проступающее сквозь экран, причем Валтасаром здесь будет наша способность к всему творческому, нелинейному и нестандартному.

Что же делать?

Вариантов не так много и все они были описаны еще классиками. И тогда, возможно, навыки работы с ИИ и развиваемые через такую работу метанавыки и станут минимальным требованием к образованному человеку.

На открытой лекции в субботу очень интересный получился разговор, по сути об этапности использования инструментов ИИ (вообще, там для меня получилось много инсайтов, буду ими делиться).
Поясню: выделять этапы- это старый добрый способ рассмотреть качественные различия в устройстве сложных систем еще с Маркса (Маркс так не считал, это уже потом кибернетики и системные аналитики развили эту идею, упоминая в том числе пятистадийную схему). Его взяли на вооружение люди, занимавшиеся внедрением ИКТ. Так, Ноулен еще в 70е предложил поэтапную модель внедрения ИКТ в коммерческих организациях[1]. Исследователи Карнеги-Мелон пустили в народ свою модель зрелости разработки софта [2]. Мы в своих работах так же предлагаем одномерную шкалу движения школы к цифровой трансформации [3], используя эту же идею «через голову не прыгнешь».
Я перечислила институциональные сюжеты, но в индивидуальных сюжетах тоже есть место для идеи поэтапности. Например, таксономия учебных целей Блума, уровни использования цифровых технологий по Пуэнтедура [4]. Здесь тоже используется идея «выше головы не прыгнешь».

А ЧТО ИИ?

Уровни использования ИИ тоже можно выделить, и это, скорее всего, будет средовая история, а не индивидуальная, даже вне институций. Ближайшая аналогия тут – наша поэтапная модель цифрового обновления школы. Этапы следует воспринимать не как ориентиры для компетентности индивида, а как смену среды и задач, которые направляют и навыки, и ожидания, и то, что сосед делает. Но ключевое здесь про прыжки и голову.

На этапе “Любопытно” (ближайший аналог – этап компьютеризации): освоение подключения к инструментам генеративного ИИ (как наиболее понятного и демократичного класса инструментов ИИ).
На этапе “Автоматизирую” (ближайший аналог – этап ранней информатизации): делегирование ИИ разных задач на генерацию (изображения, всякие войлочные буквы и стеклянные овощи, тексты, презентации, код, словом, артефакты, которые до того производил сам человек). Вокруг становится больше людей с роликами про котиков и стеклянные овощи, и это хорошо.
На этапе “Делаю с ИИ” (ближайший аналог – этап зрелой информатизации): ИИ как когнитивный спарринг-партнер для того, чтобы создавать цифровые продукты. Создание рутинных продуктов с ИИ: инструкции, медиа форматы, шаблоны. Автоматизация и агентизация при помощи ИИ (алгоритмы и постановка задач).
На этапе “Творю с ИИ” (ближайший аналог – этап цифровой трансформации): соавторство, сотворчество, генерация идей, гибридные цепочки действий с участием ИИ и человека. Примерами артефактов тут выступают среды, “сады решений”, архитектуры. И как можно заметить, первый и четвертый этапы могут проходить вне ИИ-насыщенной среды, но в среде, насыщенной диалогами с кожаными.

[1] Nolan R. L. Managing the computer resource: a stage hypothesis //Communications of the ACM. – 1973. – Т. 16. – №. 7. – С. 399-405.
[2] https://en.wikipedia.org/wiki/Capability_Maturity_Model_Integration
[3] Дворецкая И. В., Уваров А. Ю. Готовы ли школы к цифровой трансформации: о результатах мониторинга общеобразовательных организаций //Вопросы образования. – 2025. – №. 1. – С. 140-168.
[4] https://www.hippasus.com/rrpweblog/archives/2013/04/16/SAMRGettingToTransformation.pdf

Несколько дней подряд разговаривала с разными людьми, читала отчеты и прогнозы рынка труда и ИИ-зации, мнения экспертов.
Небольшая заметка/размышление на полях шляпы о сдвигах, которые напрямую касаются школы, послешкольного образования и дополнительного образования.

1. Без джунов и без наставников.

Вакансию джуна сегодня надо еще постараться найти. Это ошибочно связывается с результатами массовой “спиллдоксизации”, но тут, скорее, причина комплексна: и внедрение ИИ-инструментов на службе сокращения издержек, и отсутствие крепкой базы, которую просто не дают краткосрочные программы. ИИ-инструменты делают лишними начальные роли во многих профессиях: дизайнеров, кодеров, ассистентов, редакторов.
То, что раньше давали "на попробовать" студентам и выпускникам, теперь автоматизируется. Это убивает привычную траекторию обучения под профессию. Оборотная сторона – некого учить сложившимся профессионалам, а ведь обычно это большая и значимая часть профессиональной мотивации. То есть, неформально складывающийся институт наставников разрушается, не успев оформиться.

2. Умение решать задачи при помощи ИИ как база.

Даже не в IT-сферах от специалистов ждут:
– использования ИИ в своей работе,
– умения автоматизировать рутину,
– самостоятельного освоения новых инструментов.
С точки зрения формирования образовательных результатов, это комплексная задача. Например, как развить навык самостоятельного решения задач без такой необходимости, причем естественной, не искусственной?

3. В “Красную книгу” мышления надо вносить системное мышление.

Туман нажатия кнопки и легкий путь к получению результата убивает системное мышление. Раньше мы писали код, разбирались в логике вызова функций, в математике и логике высказываний, настраивали окружение, запускали командную строку — не потому, что это было приятно. А потому что иначе не работало.
При этом именно системное мышление в этом мороке быстроусваиваемых артифактов становится решающим:
– оно дает понимание сложных взаимосвязей,
– позволяет видеть, где ИИ работает эффективно, а где его решения опасны,
– помогает собирать не случайные решения из разнородных инструментов, под меняющийся контекст.

Надо отдельно написать, что же нужно развивать и во что вкладываться морально, ментально и временем.

Известный австралийский исследователь цифровых технологий в образовании Нил Селвин и датский технопсихолог Йеспер Огор, обосновывая в своей статье [1] необходимость запрета в школах мобильных устройств, приводят такое соображение: это учит воспринимать ресурс цифры как конечный и ограниченный, подчас невосполнимый.
Сегодня мы видим много аналогий запрета мобильников с запретом инструментов ИИ, о чем пишу уже я [2].
Какие-то ограничения на уровне самих сервисов ИИ, впрочем, есть: число доступных генераций, длина промпта, точность отклика, зависимость от качества данных. Это про то, что инструменты ИИ встроены в контекст ограниченных вычислительных, когнитивных и социальных ресурсов.

Почему это для нас важно в контексте ползучего ИИ?

Педагогически осмысленные ограничения могут быть не реакцией страха/нежелания что-то менять, а способом научить жить в мире конечных цифровых ресурсов, а инструменты ИИ – не забыть написать про это – развиваются в условиях ограниченной ресурсной среды. Тем более, что живем мы этом мире воображаемой цифровой неограниченности в условиях собственного индивидуального конечного хронотопа.


[1] Selwyn N., Aagaard J. Banning mobile phones from classrooms—An opportunity to advance understandings of technology addiction, distraction and cyberbullying //British journal of educational technology. – 2021. – Т. 52. – №. 1. – С. 8-19.
[2] Dvoretskaya I. Unlocking potential: understanding mobile device use patterns among year 9–11 students for learning //Behaviour & Information Technology. – 2024. – С. 1-11.

В Британии в некоторых школах начали устанавливать акустические сенсоры в туалетах. Они «слушают», чтобы вовремя уловить вэйпинг, агрессию или крики помощи, и тут же отправляют тревожное SMS администрации школы[1]. Похожую технологию, HALO Smart Sensor, используют более чем в 1500 школах США [2].
Ключевой момент: родительское согласие не требуется — персданные не собираются, просто приходит сигнал «тревоги».

Шошана Зубофф об этом писала давно, так что чего удивляться: на первый взгляд благие цели надзорного капитализма, которые в вакууме выглядят хорошо – благополучие детей, но в комплексе не очень – излишне полагаться на технологии, не рассматривая ни профилактику буллинга, ни сами особенности школы (1500 школ – внушительно, вряд ли там был особый отбор школ в зоне риска), ни профилактику вейпинга. Прошел уже год – и что-то я не нашла каких-то пресс-релизов про эффекты такого вмешательства. Пока попадаются только такие заметки, что это да, все еще проблема [3].

Что думаете?
#технологиивобразовании

[1] https://schoolsweek.co.uk/schools-install-toilet-sensors-that-actively-listen-to-pupils/
[2] https://thelead.uk/overheard-school-toilets-dangerous-rise-surveillance-uk-classrooms
[3] https://www.liverpoolworld.uk/community/schools-across-liverpool-offered-hi-tech-vape-sensor-5133538

Вова (2.10) понемногу обретает вкус к детскому словотворчеству.
Мы живем неподалеку от аэропорта, я не сразу поняла, почему часть самолетов в небе он называет самолетами, а часть- покалетами. Пока не сообразила, что покалеты набирают высоту и летят прочь от Внукова!
#вова #творческое

Не так давно OpenAI открыл режим Study Mode [1] в своих продуктах. Событие знаковое: ChatGPT продолжает наращивать аудиторию, читинг в мире, ориентированном на результаты, поражает самые смелые фантазии (впрочем, неаргументированное подозрение в читинге тоже имеет место и оно ничем не лучше выдачи сгенерированного за свое). Так почему бы не возглавить бунт и не помочь дойти до готового ответа вместо того, чтобы выдать его на блюдечке? И почему бы не помочь ИИ сменить роль с официанта на собеседника?

💡 Что, как заявлено, делает Study Mode:

1. Сократические вопросы и подсказки — ИИ не отвечает, а претендует на вовлечение в мышление.
2. Квизы для самопроверки — с обратной связью.
3. Открытые вопросы

🔧 Как включить:
• Откройте ChatGPT (любой тариф, в том числе бесплатный)
• Меню → Tools / Инструменты → Study and learn / Учёба и обучение

Я пока попробовала на примере венгерского (попросила для начала план работы), и должна сказать, что оптимизму тут ("всего 3-5 часов в неделю") не занимать, а материалы даются в основном недоступные в нашей стране (а ведь предупреждала, предупреждала), русскую терминологию модель не знает (мы не говорим постпозитивы, это просто суффиксы), задания дает сомнительные с точки зрения грамматики, и тут полезнее не принимать на веру, а разобраться вместе с Сильвией Сита, Кларой Ваврой и Энико Сий. Но это еще и инструмент продвижения эдтека, даже для такой нишевой цели, как изучение редкого сложного языка без перспективы использования.

📢Использовали уже? Что не понравилось?

[1] https://www.edweek.org/technology/what-teachers-should-know-about-chatgpts-new-study-mode-feature/2025/07

Делаю мини-игру для школьников на подбор сильных паролей, естественно, нужна фактура на отечественных сервисах.

Ну как бы вот.

Относительно свежий пост [1] известного британского социолога Роберта Дингуолла про то, что хватит интерпретировать Азимова как апологета алгоритмов и правил. Дингуолла мы еще помним по критике нагнетания истерии правительствами в отношении COVID-19. Немного поразмыслила на мои любимые темы теории возможностей, рациональности и сценарного планирования в образовании.

🤖 Итак, о чем там речь?

Азимова часто цитируют как вдохновителя идеи «мир можно описать правилами» — например, широко известны три закона робототехники. Но сам писатель в своих произведениях скорее показывал их уязвимость: правила работают, пока не приходит контекст, который ломает систему.

📌 Современный ИИ напоминает эту ситуацию:
- мы строим модели, надеясь, что больше данных = точнее прогноз;
- но любая модель основана на априорных предположениях (как в байесовском подходе) - а ведь реальность может неожиданно сместить вероятности.

📌**Зачем это нам?**

Здесь важно, какую модель неопределенности мы выбираем. Байесовский подход работает там, где можно говорить о шансах и относительных вероятностях. А интересно ли оно? В реальной же жизни нам нужно работать с _возможностями_, а не с вероятностями. И это огромное упущение, что идеи теории возможностей, которые продвигал великий математик и отец нечеткой логики Лотфи Заде, остаются за кадром наших повседневных решений.

👉 Пример: как мать меня не интересует, что шансы того, что мальчики грамматически верно заговорят к трем годам, на nn% ниже, чем у девочек. Меня интересует коридор возможностей развития речи у моего ребенка, чтобы он прекратил говорить "моя папа" и "я попим и поем омлеты ", и я буду играть с ним в игры на развитие речи до посинения. Здесь еще есть много параллелей с персонализированной моделью учебной работы, потому что она как раз требует другого подхода к неопределенности, другого подхода к планированию ресурсов. И, возможно, тут зарыт главный фактор родительской вовлеченности и неимоверных усилий в образовании и развитии детей – потому что родители не будут скучным голосом говорить о тарификации дополнительных часов.

⚖️ И в этом смысле Азимов оказывается куда современнее, чем его фанаты-инженеры: он показывал, что строгие алгоритмы рушатся о живой контекст, а предсказания превращаются в иллюзию контроля. А значит, когда мы говорим об ИИ или образовании, вопрос будет не в том, какие правила задать и какие заборы выстроить, а в том, какие возможности открыть.

[1] https://www.socialsciencespace.com/2025/06/isaac-asimovs-critique-of-algorithmic-thinking/

#idv_читаю #алгоритмическоемышление #иидляжизни

На выходных обстоятельно попрощались с Солнцевым.

Есть время и есть место. Есть несколько таких жизней на одну человеческую жизнь, и есть текучая меняющаяся Москва, вытесняющая воспоминания незыблемыми стрелами улиц и громадами домов.
Опытные скитальцы по съемам, мы въехали в “свое” 8 лет назад, и в первый визит, верная старомосковскому снобизму, я рыдала под звуки забивки свай для школы (“Куда ты меня привез?”), а потом уже с энтузиазмом выбирала вид, эркер, этаж, краску и двери. Хлеб можно было купить на Авиаторов (15 минут пешком), по ночам за ЖК плавно скользила по воздуху неясыть, кофе с собой был только в вестибюле больницы №17 из автомата, из окна моего кабинетика открывался вид на красную диспетчерскую вышку НПО Взлет. Сентябрьский дачный туман с хрустким холодком поднимался и лез в тепло кухни через бракованное окно. С работы я сломя голову бежала на автобус (“раз в час”), и, если опоздать, то можно было поймать такси-маршрутку с его непонятными топонимами – “Старое ГАИ”, “Полтинник” – названиями так и не ставших мне детски-родными.

Что еще? Айвазовские исполинские облака, невозможные больше нигде. Огоньки Внукова и наш дом под крылом самолета. Первые дни с буйным щенком, когда утром открываешь глаза в ужасе, потому что все сначала. Подоконники в цветах. Лучшие вечеринки и шашлык-пати физиков-оптиков. Уютная домашняя тишина, когда мы привезли младенца из роддома. Бесчисленные пироги, бесчисленные тексты.

Оставляем Солнцево с “Братьями Караваевыми” и бамблом на вынос, с ТЦ и детской поликлиникой под боком.

Прощаться с районом мы с сыном пошли в Говоровский парк – а ведь я помню закрытые ворота с хамской надписью, но потом в рамках насильственного благоустройства вдруг исчезли сами ворота, тонны мусора, сухостой, закладочники и милая традиция сливать септик прям в лес. Лес стал чистеньким, безликим – и, все-таки, необыкновенно живым, с нежными россыпями ландышей, мшистыми елями и терпким земляным запахом. Чудесно там было гулять – одной, с собакой, с ребенком.

Говоровский лес провожал нас сценкой вполне в духе победы жизни над урбаниной: на дорожке мышь терзала лягушку, и обе истошно верещали.