Докладывая про разные стороны цифровой трансформации образования, я пока не особо научилась отвечать на вопрос, а зачем она нужна и не лучше ли говорить про более насущное?

Нет, не лучше.

Системы образования развитых и развивающихся стран сталкиваются с вполне очевидными трендами, и нет, это не умные учебники и не мультимодальная педагогика (whatever it means). Все таки, латинское основание термина про устойчивое направление разворачивания процессов, а процессы, о которых я говорю дальше, вполне устойчивы.

Это:
📌Демографические изменения: уменьшение числа детей, старение учительского корпуса.
📌Бюрократизация школы. Бюрократизация бумажная сменяется цифровой.
📌Отток учителей из школ, с чем сталкиваются практически все развитые страны. Низкий престиж профессии, низкая результативность и п.3. тому причины.
📌Рост расходов домохозяйств на детей, дети становятся все дороже. К этому добавляются расходы на репетиторов и дополнительные образовательные услуги. Кроме, разумеется, тех стран, где это жестко регулируется.
📌Отток детей из школ: все больше родителей выбирают учить детей не в школе. Появляются разные гибриды, где классическое отбывание уроков в школе сочетается с учебой на результат за стенами школы- самостоятельной, в кружках, на платформах или с тьюторами/репетиторами.
📌Нарастающая пропасть между селективной школой (1-5% от генеральной совокупности) и школой массовой (все остальные).
📌Сюда же близкое: результаты образовательной работы школы невысоки. Это имеет свойство накапливаться дальше (когда на инженерные специальности поступают люди с пробелами в школьной физике или не умеющие проверять источники информации, например) и это же убедительно демонстрируют результаты последнего PIAAC.
📌ИИ как читкод. Школьная машинерия ожиданий от ребенка взламывается использованием генеративного ИИ. При этом действительно эффективные способы работы с ИИ, позволяющие достичь высоких образовательных результатов, широко не обсуждаются и не могут широко внедряться.

Инерционный сценарий развития, по которому идут разные страны, в перспективе нескольких лет ухудшит ситуацию. Социальные свои обязательства система образования не выполняет полностью нигде, это очень дорого. Если только не переходить на рельсы трасформации, и здесь цифровая среда и инструменты, новые процессы и процедуры работы, новые способы работы с смыслами могут помочь. На бумаге же пытались похожее сделать с планами ГУС, а так же с школами, работающими по Дальтон-плану, знатоки истории образования знают, почему ничего не взлетело.
#наука

Наконец-то вышла очень важная для меня статья, обобщающая итоги и большого исследовательского проекта (РФФИ), и большого федерального мониторингового проекта с школами, которую мы писали с Александром Юрьевичем Уваровым (статья по ссылке в открытом доступе [1]).

Мы часто сталкиваемся с мнением, что цифровая трансформация школы- это просто компьютеры и интернет, максимум видосики. Сегодня к этом можно было бы добавить бесконечные боты в ТГ, в которых можно генерить картинки, тексты и просить решать задачки по физике (чем бы это отличалось от ГДЗ, кто бы знал). Но на самом деле все гораздо сложнее. Потому что за движением к идеальной модели цифровой трансформацией скрывается изменение логики образовательного процесса: что и как изучают школьники, как устроена учебная среда, и как школа управляется изнутри, как меняются взаимоотношения с местным сообществом, и т.д.
Этот процесс начался не вчера - он идёт уже больше 50 лет, и сейчас особенно ускоряется, потому что цифровые технологии плотнее вошли в нашу жизнь, меняется общественный заказ к школе, ожидания от подготовки выпускников.

Для того, чтобы ухватить качественные, а не номенклатурные изменения, мы придумали 4-х этапную модель цифрового обновления. Она позволила увидеть различающиеся уклады школ.

Результаты (на смещенной выборке) показали:
📌 Школы преимущественно решают задачи обновления цифровой инфраструктуры и использования (эпизодического) цифровых инструментов на разных предметах. Это то, что происходит в подавляющем большинстве российских школ и школ в других системах образования.
📌 Но чтобы понять, действительно ли трансформируется школа (два верхних этапа цифрового обновления) или просто «оцифровывает» старые процессы, изменения надо мерять по другому. Мы попробовали предложить способ и, конечно же, точку здесь ставить совсем нельзя.

[1] https://vo.hse.ru/article/view/19763

Еще одно руководство по промпт-инжинирингу (техникам составления запросов к БЯМ для получения приемлимого результата генерации- картинки, текста, решения задачи, совета- да мало ли там чего?), на этот раз от Google [1]. За этим важно следить не потому, что техники и приемы сильно меняются. Скорее, мы видим процесс углубления специализации промт-инжиниринга. Например, это руководство включает в себя довольно большой блок описания техник промптинга для решения чисто дата-инженерных и дата-аналитических задач: от работы с Schema до правильной выдачи JSON. Много примеров, кода, кейсов. Понятна и позиция автора, СТО одного из подразделений Google, Ли Бонстра: он на стороне хорошего P&L.

В таком руководстве я вижу попытку упорядочить неизбежное зло – отравление репозиториев кода продуктами ИИ-кодинга без понимания целей, задач, инженерных решений, системного анализа и системной целесообразности каждого нового коммита. Когда происходит подмена человеческого мышления техническим ухищрением. Потому что когда это понимание есть, то даже использование ИИ не может его испортить.

А вот что интересно во взаимодействии с БЯМ, так это изменение в антропологических материях: насколько меняется у человека понимание ценности своего развития, удовлетворенность условиями самореализации? А ведь мы ради этого и учимся, и работаем, по идее. И пока за два года мы не увидели ни одной попытки, ну, кроме известного слитого манифеста [2], остановиться и поразмыслить над местом человека в этом кризисе воспроизводства воспроизводства.


[1] https://www.kaggle.com/whitepaper-prompt-engineering
[2] https://futureoflife.org/open-letter/pause-giant-ai-experiments/

Штош: большой праздник сегодня.
А этот портрет Гагарина в день возвращения сделал мой дед, фотокорреспондент Валерий Иванов, большой мастер схватить суть мгновения.

Разблокировала профиль в LinkedIn. Что-то на допрошложизненном, смутное, как детские крепкие сны. Половина бывших коллег ушла в коучинг – тенденция, однако. Половина в ИИ. Много перепостов труизмов разной степени добротности. Если в 2019м все занимались growth hacking, то сейчас многие научились в реинжиниринг бизнес-процессов с помощью ИИ, что не может не радовать.
В Москве почти никого.
#рабочее

Учу студентов и аспирантов писать определения, а меня учит отец кибернетики Ноберт Винер (1894-1964) с своим бессмертным "Информация есть информация, а не материя и не энергия”. #рабочее

Со времен разговорчивой Eliza фантазия автоматизации high touch не останавливается в своем развитии, теперь многие прогнозы нас пугают тем, что взаимодействия между ИИ агентами и людьми будут усложняться, это, в свою очередь, повлияет на требования к трудовым функциям, бизнес-процессам, к оценке и управлению самими ИИ-агентами и к управленческой культуре в целом.

Но чтобы разобраться с стенами и мостами, надо в начале понять, как выглядят кирпичи. Вот [1] неплохая классификация ИИ-агентов, заточенная под энтерпрайз. За образование же можно быть спокойным (нет). #рабочее

[1] https://www.multimodal.dev/post/13-types-of-ai-agents

Несколько дней лента обсуждает статью Стива Йегге "Revenge of the Junior Developer"[1] про джунов в условиях всеобщей ИИ-зации. Мало чего понимаю в джунах, зато понимаю в школе/университете как зеркале общества и экономики.
Мне кажется, что на смену оптимизму по поводу "молодых капитанов, которые зададут правильные вопросы" должен прийти осторожный скептицизм. Ведь тренды не про то, что ИИ-агентами и ИИ-флотом надо учиться управлять, а про то, что людские тенденции – демографические, культурные, экономические, антропологические – не преломляются через колено с помощью технологий.
Когда юношам и девушкам дают чатбот вместо менторов, ученикам – БЯМ вместо учителя, а студентам – умелую автогенерацию вместо получения своего опыта набивания шишек, мы теряем не эффективность — мы теряем контекст взросления. Когда результат сложной интеллектуальной работы можно подменить выдачей БЯМ, мы теряем возможность пройти через простые шаги и операции, из которых и складывается в итоге мастерство.
Если в школе и университете нет задач, ответственности, структуры, где новичок может расти — то и в обществе таких мест не будет.
"Молодые капитаны" не станут капитанами, если им некуда плыть, не с кем ссориться, не на чем делать ошибки.
И никакой ИИ этого не заменит.
Экономическая эффективность, разумеется, про другое. Но и вопрос-то цивилизационный.

[1] https://sourcegraph.com/blog/revenge-of-the-junior-developer

🇺🇾 Сегодня умер Хосе Мухика — бывший президент Уругвая, которого часто называли «самым бедным президентом в мире». Он отказался от роскоши, жил на ферме, жертвовал 90% своей зарплаты и говорил, что настоящая свобода — это способность довольствоваться малым.
Но в сфере образования Мухика никогда не довольствовался «малым».
📡 Старая, но чрезвычайно важная идея отца цифровой экономики Николаса Негропонте – дать каждому ребенку цифровое устройство (one laptop per child) много где использовалась, в том числе на субсидии международных организаций, но только в Уругвае эта программа под названием Plan Ceibal превратилась во всестороннюю государственную стратегию цифрового равенства: с интернетом в деревнях, онлайн-курсами, образовательной аналитикой, обучением учителей и локальным сообществом разработчиков EdTech. Лаптоп в руках младшешкольника стало окном в цифровой мир для всей семьи. Как президент, Хосе Мухика поддержал инициативу своего предшественника, Табаре Васкеса.
🧩 Plan Ceibal — это не просто про компьютеры. Это про социальную справедливость, локальные инициативы, инвестиции в учителей и детей, про веру в то, что технологии в образовании — не элитный бонус, а базовая необходимость.
🌱 Пусть его уход напомнит нам, что хорошее образование начинается с политического выбора в пользу детей и длинной же политической воли (как и у классиков). Моральная политика, адептом которой был покойный, звучит как оксюморон, но любые иные отклонения обходятся чрезвычайно дорого.

Как известно, с античности школа (а, вернее, организация обучения подрастающего поколения) прошла путь от диалога к полнейшему молчанию ученика. Если мы зайдем в современный класс, то, скорее всего, мы не увидим место беседе, вопрошанию. Ученик будет слушать, сидеть, писать. Если говорить, то “говори правильно”. Это оборотная сторона массовизации образования, экстенсивного пути развития школы, когда ограниченными ресурсами надо было обеспечить обучение миллионов, и обеспечивалось молчание миллионов.

Цифровые среды – не все, но многие – тоже реплицируют эту логику молчания: видео, кнопки, баллы, прогресс-бары, тесты (сейчас я даже не про то, что тесты бывают разные). Попробуйте взять любой EdTech-продукт и поискать там возможность задать вопрос, неправильный, неловкий, глупый, или задаться вопросом, выйти в размышления, в диалог. Это, к сожалению, не входит в контур продуктового дизайна и не обсчитывается метриками.

А вот сегодня мы видим скрытый разворот к диалогу за счет ИИ чат-ботов (как, в принципе, чат-боты и задумывались, не инженерные решения, но гуманитарные инструменты), и здесь, наконец-то, легитимизируется вопрос и диалог. Пусть это имитация, выдача искусственного за человеческое, но пока не просматривается альтернатив, полностью пересобирающих современную школу, лишенную права на диалог.


#AIinEducation #EdTech

👩‍💼 Уже завтра выступаю на II Международной онлайн-конференции «Цифровое государственное управление и администрирование: глобальные и междисциплинарные перспективы» (организатор — Международная лаборатория цифровой трансформации в государственном управлении, ВШЭ).
🗓 5 июня 2025
📍 Формат: онлайн
🔗 Подробнее: https://ipag.hse.ru/dtpa/announcements/1011137029.html
📌 Тема моего выступления:
«Цифровая трансформация образования как общественный процесс: инфраструктура, доступ и прозрачность источников данных»
Расскажу о том, почему данные об образовании – это не просто "побочный продукт" управления, а важный общественный ресурс.
Затрону вопросы:
- как анализировать цифровую трансформацию "на местах",
- почему привычные индикаторы не работают,
- что можно было бы сделать для повышения образовательных результатов при помощи цифровых технологий.

Буду рада видеть коллег и всех, кому интересны цифровые следы, образование и данные как общественное благо.

Меня зовут Ирина Дворецкая. Я работаю в университете, исследую и руковожу исследованиями в сфере цифровизации образования, занимаюсь аналитикой, разрабатываю курсы и образовательные продукты для взрослых, студентов и детей. Пишу статьи, выступаю на конференциях и в СМИ, консультирую компании и образовательные организации. Еще я занимаюсь семейной генеалогией и меня очень интересует то, как она позволяет развить у себя сложные навыки работы с информацией.

Мои научные интересы: цифровые технологии в образовании, формирование навыков для работы в технологически насыщенной среде, данные об и в образовании, нарастающий второй и третий цифровые разрывы.

Хобби: цифровая генеалогия и восстановление истории рода.

Этот канал — моя внешняя база знаний: здесь о трендах в EdTech, аналитике данных, образовательных проектах и немного о жизни.

🔗 Подписывайтесь:
📌 TG: @redhothut

📌 Мои научные профили:
https://www.researchgate.net/profile/Irina-Dvoretskaya?ev=hdr_xprf | https://www.hse.ru/staff/idvor/

Поехали! 🚀

Тем временем, уже в эту субботу 21 июня рассказываю про ИИ-инструменты для самообразования взрослых в открытом лектории библиотеки Некрасовки (внимание, это Бауманская). Сделаю попытку обобщить свой многолетний (больше 5 лет!) опыт изучения ИИ в образовании на примере этой требовательной и безумно интересной истории о взрослых профессионалах. Лекция будет носить обзорный характер. Будет и hightech- high touch, потому что как без него.
Думали ли мы об этом, отлаживая код на LISP? Нет, не думали.

Ссылка на событие и регистрацию: https://nekrasovka.ru/afisha/21-06-2025/7317

Вова (2.8) мирно смотрит планшет, пока я собираюсь с силами и кофе (да, у нас есть просмотр ютьюбкидс, Каю и трактор Карл). Вслушиваюсь: интерактив, там надо сказать, дойдет ли змейка до домика. Сын дает правильные ответы.

Либо это случайное угадывание.
Либо потомок не только взлом замков освоил, но и начатки вычислительного мышления, которое следует развивать уже с дошкольного возраста (надо как-нибудь собраться и обстоятельно написать про движение new math и его влияние на всех-всех).

Нашумевший свежий препринт ученых из MIT о когнитивном долге от использования БЯМ важно рассмотреть и как первую ласточку подтверждения того, что и так было понятно опытным практикам образования эти два с половиной года, и как убедительное «мене-тэкел-фарес», проступающее сквозь экран, причем Валтасаром здесь будет наша способность к всему творческому, нелинейному и нестандартному.

Что же делать?

Вариантов не так много и все они были описаны еще классиками. И тогда, возможно, навыки работы с ИИ и развиваемые через такую работу метанавыки и станут минимальным требованием к образованному человеку.

На открытой лекции в субботу очень интересный получился разговор, по сути об этапности использования инструментов ИИ (вообще, там для меня получилось много инсайтов, буду ими делиться).
Поясню: выделять этапы- это старый добрый способ рассмотреть качественные различия в устройстве сложных систем еще с Маркса (Маркс так не считал, это уже потом кибернетики и системные аналитики развили эту идею, упоминая в том числе пятистадийную схему). Его взяли на вооружение люди, занимавшиеся внедрением ИКТ. Так, Ноулен еще в 70е предложил поэтапную модель внедрения ИКТ в коммерческих организациях[1]. Исследователи Карнеги-Мелон пустили в народ свою модель зрелости разработки софта [2]. Мы в своих работах так же предлагаем одномерную шкалу движения школы к цифровой трансформации [3], используя эту же идею «через голову не прыгнешь».
Я перечислила институциональные сюжеты, но в индивидуальных сюжетах тоже есть место для идеи поэтапности. Например, таксономия учебных целей Блума, уровни использования цифровых технологий по Пуэнтедура [4]. Здесь тоже используется идея «выше головы не прыгнешь».

А ЧТО ИИ?

Уровни использования ИИ тоже можно выделить, и это, скорее всего, будет средовая история, а не индивидуальная, даже вне институций. Ближайшая аналогия тут – наша поэтапная модель цифрового обновления школы. Этапы следует воспринимать не как ориентиры для компетентности индивида, а как смену среды и задач, которые направляют и навыки, и ожидания, и то, что сосед делает. Но ключевое здесь про прыжки и голову.

На этапе “Любопытно” (ближайший аналог – этап компьютеризации): освоение подключения к инструментам генеративного ИИ (как наиболее понятного и демократичного класса инструментов ИИ).
На этапе “Автоматизирую” (ближайший аналог – этап ранней информатизации): делегирование ИИ разных задач на генерацию (изображения, всякие войлочные буквы и стеклянные овощи, тексты, презентации, код, словом, артефакты, которые до того производил сам человек). Вокруг становится больше людей с роликами про котиков и стеклянные овощи, и это хорошо.
На этапе “Делаю с ИИ” (ближайший аналог – этап зрелой информатизации): ИИ как когнитивный спарринг-партнер для того, чтобы создавать цифровые продукты. Создание рутинных продуктов с ИИ: инструкции, медиа форматы, шаблоны. Автоматизация и агентизация при помощи ИИ (алгоритмы и постановка задач).
На этапе “Творю с ИИ” (ближайший аналог – этап цифровой трансформации): соавторство, сотворчество, генерация идей, гибридные цепочки действий с участием ИИ и человека. Примерами артефактов тут выступают среды, “сады решений”, архитектуры. И как можно заметить, первый и четвертый этапы могут проходить вне ИИ-насыщенной среды, но в среде, насыщенной диалогами с кожаными.

[1] Nolan R. L. Managing the computer resource: a stage hypothesis //Communications of the ACM. – 1973. – Т. 16. – №. 7. – С. 399-405.
[2] https://en.wikipedia.org/wiki/Capability_Maturity_Model_Integration
[3] Дворецкая И. В., Уваров А. Ю. Готовы ли школы к цифровой трансформации: о результатах мониторинга общеобразовательных организаций //Вопросы образования. – 2025. – №. 1. – С. 140-168.
[4] https://www.hippasus.com/rrpweblog/archives/2013/04/16/SAMRGettingToTransformation.pdf

Несколько дней подряд разговаривала с разными людьми, читала отчеты и прогнозы рынка труда и ИИ-зации, мнения экспертов.
Небольшая заметка/размышление на полях шляпы о сдвигах, которые напрямую касаются школы, послешкольного образования и дополнительного образования.

1. Без джунов и без наставников.

Вакансию джуна сегодня надо еще постараться найти. Это ошибочно связывается с результатами массовой “спиллдоксизации”, но тут, скорее, причина комплексна: и внедрение ИИ-инструментов на службе сокращения издержек, и отсутствие крепкой базы, которую просто не дают краткосрочные программы. ИИ-инструменты делают лишними начальные роли во многих профессиях: дизайнеров, кодеров, ассистентов, редакторов.
То, что раньше давали "на попробовать" студентам и выпускникам, теперь автоматизируется. Это убивает привычную траекторию обучения под профессию. Оборотная сторона – некого учить сложившимся профессионалам, а ведь обычно это большая и значимая часть профессиональной мотивации. То есть, неформально складывающийся институт наставников разрушается, не успев оформиться.

2. Умение решать задачи при помощи ИИ как база.

Даже не в IT-сферах от специалистов ждут:
– использования ИИ в своей работе,
– умения автоматизировать рутину,
– самостоятельного освоения новых инструментов.
С точки зрения формирования образовательных результатов, это комплексная задача. Например, как развить навык самостоятельного решения задач без такой необходимости, причем естественной, не искусственной?

3. В “Красную книгу” мышления надо вносить системное мышление.

Туман нажатия кнопки и легкий путь к получению результата убивает системное мышление. Раньше мы писали код, разбирались в логике вызова функций, в математике и логике высказываний, настраивали окружение, запускали командную строку — не потому, что это было приятно. А потому что иначе не работало.
При этом именно системное мышление в этом мороке быстроусваиваемых артифактов становится решающим:
– оно дает понимание сложных взаимосвязей,
– позволяет видеть, где ИИ работает эффективно, а где его решения опасны,
– помогает собирать не случайные решения из разнородных инструментов, под меняющийся контекст.

Надо отдельно написать, что же нужно развивать и во что вкладываться морально, ментально и временем.

Известный австралийский исследователь цифровых технологий в образовании Нил Селвин и датский технопсихолог Йеспер Огор, обосновывая в своей статье [1] необходимость запрета в школах мобильных устройств, приводят такое соображение: это учит воспринимать ресурс цифры как конечный и ограниченный, подчас невосполнимый.
Сегодня мы видим много аналогий запрета мобильников с запретом инструментов ИИ, о чем пишу уже я [2].
Какие-то ограничения на уровне самих сервисов ИИ, впрочем, есть: число доступных генераций, длина промпта, точность отклика, зависимость от качества данных. Это про то, что инструменты ИИ встроены в контекст ограниченных вычислительных, когнитивных и социальных ресурсов.

Почему это для нас важно в контексте ползучего ИИ?

Педагогически осмысленные ограничения могут быть не реакцией страха/нежелания что-то менять, а способом научить жить в мире конечных цифровых ресурсов, а инструменты ИИ – не забыть написать про это – развиваются в условиях ограниченной ресурсной среды. Тем более, что живем мы этом мире воображаемой цифровой неограниченности в условиях собственного индивидуального конечного хронотопа.


[1] Selwyn N., Aagaard J. Banning mobile phones from classrooms—An opportunity to advance understandings of technology addiction, distraction and cyberbullying //British journal of educational technology. – 2021. – Т. 52. – №. 1. – С. 8-19.
[2] Dvoretskaya I. Unlocking potential: understanding mobile device use patterns among year 9–11 students for learning //Behaviour & Information Technology. – 2024. – С. 1-11.