Есть ощущение, что сейчас так называемая подростковая проза довольно здорово развивается. Как будто этот жанр был очень развит в Советском Союзе: повести Железникова, “Баранкин, будь человеком”, “Дикая собака динго”, Гайдар какой-то в конце концов.
А что из чисто подросткового любили читать вы? Я несколько раз перечитывала “Между нами девочками” латышской писательницы Зенты Эргле. Наверное, из-за иллюстраций. Поэтому выкладываю это чудо отдельным постом.
Давайте обсудим книги для подростков, в которых действуют настоящие подростки из реальной реальности.
А что из чисто подросткового любили читать вы? Я несколько раз перечитывала “Между нами девочками” латышской писательницы Зенты Эргле. Наверное, из-за иллюстраций. Поэтому выкладываю это чудо отдельным постом.
Давайте обсудим книги для подростков, в которых действуют настоящие подростки из реальной реальности.
❤2👍1
На эскалаторе мне по лицу заехали сумкой
Hermes
Ибо, на меньшее я не согласна
Хоть бы не паль
Hermes
Ибо, на меньшее я не согласна
😁13❤2👍2🤣2👏1👾1
Закрепщик, Алексей Колесников
Штош, я прочитала 7 из 10 книг в шорте БК. И “Закрепщик” – на мой вкус, лучшая. Сразу скажу, что язык мне больше понравился в “Крууге” и “Поповиче”, а “Колокольчики Достоевского” вышли более интеллектуальными. И все же “Закрепщик”. У романа стальной стержень, а еще он кажется прямым наследником классической русской школы.
СЮЖЕТ И ЮМОР
Действие происходит в неназванном городе Белгородской области или в одной из соседних областей (сам Колесников – белгородец). Главный герой работает закрепщиком на ювелирном заводе – закрепляет камни в украшения. Об этой части ювелирного бизнеса жутко интересно читать: помимо рутины и организации производства, здесь еще затрагиваются темы драгоценного ценообразования.
А еще юмор. Господи, я давно так не смеялась. Почти всю первую половину можно конспектировать как отличные шутки. Пусть местами и грубоватые (см. выше).
ГЕРОЙ
С именем главного героя будет связана своя интрига, которая раскроется в самом конце. А так это довольно простой парень, которому нет еще 30. С одной стороны, он постоянно описывает происходящее глазами Федора Д. или Льва Т., с другой… Вот помните такой типаж английского героя 90-х-нулевых – кино- или книжного – который как бы такой отчужденный и наблюдает за жизнью, и вроде как интегрирован в нее, и даже строит отношения, но больше не живет, а следит за жизни развитием – эдакий трейнспоттинг. Вот и наш закрепщик также. Взаимодействие с коллегами, дружба, отношения с братиком Севой и родителями, с Анечкой и Женей Продан показаны через стекло что ли. И ненавидим мы, и любим мы случайно, ничем не жертвуя ни злобе, ни любви, и царствует в душе какой-то тайный холод, когда огонь кипит в крови. Вот такой герой нашего времени.
И если герой скорее осторожен, словно боится обжечься, то со стороны других героев – Жени Продан, прежде всего – мы считываем прямое равнодушие и эгоизм. Особенно хорошо это видно на примере отношений в семье, когда люди друг друга не слышат и по-своему мучают.
Периодически ГГ будет рассуждать о социализме и, в целом, как и Герману Ставецкого ему будто бы свойственно уйти в собственный великий поход, дабы не примкнуть... Вот только… Вот тольков городе начинаются бомбежки. И метафора равнодушия перекидывается сильно дальше . Человек – остров, а не часть материка и колокол звонит только по тебе. Покеда! И единственной опорой нашего героя становится…
ФИНАЛ
Если в тексте часто упоминаются Лев Т. и Федор Д., то финал, как по мне – прямое следование пушкинско-гоголевской традиции. Начав в началеворовать ради мечты, в конце ГГ чахнет над златом, как скупой рыцарь. Опереться не на кого и не на что, остается только накопительство.
В книге потрясающей силы послесловие, лишенное, впрочем, и намека на какой-либо пафос. С одной стороны, мы как будто слегка получаем объяснение трактовки некоторых событий (ненадежное, но дающее простор додумать их на свой лад), с другой – для меня это почему-то стало прямо отсылкой – уверена, что иррациональной и автор этого не говорил –к “Повестям Белкина”.
8 маленьких человек с (ювелирной) иглой в руке
Штош, я прочитала 7 из 10 книг в шорте БК. И “Закрепщик” – на мой вкус, лучшая. Сразу скажу, что язык мне больше понравился в “Крууге” и “Поповиче”, а “Колокольчики Достоевского” вышли более интеллектуальными. И все же “Закрепщик”. У романа стальной стержень, а еще он кажется прямым наследником классической русской школы.
“Да… книги — это не хуйня”.
“Хорошая женщина должна любить книги”.
СЮЖЕТ И ЮМОР
Действие происходит в неназванном городе Белгородской области или в одной из соседних областей (сам Колесников – белгородец). Главный герой работает закрепщиком на ювелирном заводе – закрепляет камни в украшения. Об этой части ювелирного бизнеса жутко интересно читать: помимо рутины и организации производства, здесь еще затрагиваются темы драгоценного ценообразования.
А еще юмор. Господи, я давно так не смеялась. Почти всю первую половину можно конспектировать как отличные шутки. Пусть местами и грубоватые (см. выше).
ГЕРОЙ
С именем главного героя будет связана своя интрига, которая раскроется в самом конце. А так это довольно простой парень, которому нет еще 30. С одной стороны, он постоянно описывает происходящее глазами Федора Д. или Льва Т., с другой… Вот помните такой типаж английского героя 90-х-нулевых – кино- или книжного – который как бы такой отчужденный и наблюдает за жизнью, и вроде как интегрирован в нее, и даже строит отношения, но больше не живет, а следит за жизни развитием – эдакий трейнспоттинг. Вот и наш закрепщик также. Взаимодействие с коллегами, дружба, отношения с братиком Севой и родителями, с Анечкой и Женей Продан показаны через стекло что ли. И ненавидим мы, и любим мы случайно, ничем не жертвуя ни злобе, ни любви, и царствует в душе какой-то тайный холод, когда огонь кипит в крови. Вот такой герой нашего времени.
И если герой скорее осторожен, словно боится обжечься, то со стороны других героев – Жени Продан, прежде всего – мы считываем прямое равнодушие и эгоизм. Особенно хорошо это видно на примере отношений в семье, когда люди друг друга не слышат и по-своему мучают.
Периодически ГГ будет рассуждать о социализме и, в целом, как и Герману Ставецкого ему будто бы свойственно уйти в собственный великий поход, дабы не примкнуть... Вот только… Вот только
ФИНАЛ
Если в тексте часто упоминаются Лев Т. и Федор Д., то финал, как по мне – прямое следование пушкинско-гоголевской традиции. Начав в начале
В книге потрясающей силы послесловие, лишенное, впрочем, и намека на какой-либо пафос. С одной стороны, мы как будто слегка получаем объяснение трактовки некоторых событий (ненадежное, но дающее простор додумать их на свой лад), с другой – для меня это почему-то стало прямо отсылкой – уверена, что иррациональной и автор этого не говорил –
8 маленьких человек с (ювелирной) иглой в руке
❤9👍3
DRUZHBA, Дания Жанси
#книга_на_выходные (очень замечательная)
Книга невероятным образом попала ко мне, поэтому всем от души советую. Особенно, если вам понравился “Улан Далай”.
Делаю пост в среду, а не как обычно в четверг, потому что вдруг вы в Москве, а завтра, 30 июля, в 19:30 в магазине Пархоменко (Татарская, 14) состоится встреча с автором.
В книге две ветки повествования.
В первой действие происходит в Казани времен Первой мировой войны. Молодой наборщик из зажиточной татарской семьи влюблен в красавицу Алию, предназначенную другому. Сунчеляй – растяпа, не доучился в медресе, весь такой болезненный, с отцом не общается – короче, позор семьи. А еще он поэтс небольшой, но ухватистой силою.
Во второй линии, в начале 2000-х, внук той самой Алии приезжает в Муйнак – небольшой городок в Узбекистане, где когда-то плескалось Аральское море, чтобы продать дом своей бабушки. Как и у далекого Сунчеляя, он крайне неуверен в себе и безответно влюблен в недоступную девушку – умницу Эвелину.
DRUZHBA – это, конечно, про безответную (или невозможную) любовь, робость, френдзону и так далее. Но все же это – роман об идентичности, поиске себя и попытках найти баланс между прогрессом и традицией.
Одна из ключевых тем – татарская и каракалпакская идентичность. Сунчеляй не просто пишет стихи на татарском, но размышляет об алфавите (в разное время в ходу были арабский, латиница и кириллица). Вообще, конечно, удивительно, но художественные произведения на татарском появляются только в начале ХХ века (поправьте, если не права). И здесь, конечно, очевидна параллель между Сунчеляем и Габдуллой Тукаем, тоже имевшим проблемы со здоровьем: герои даже коротко пересекаются незадолго до смерти реального поэта. Сунчеляй в своих размышлениях и поэзии опирается на родные мифы и легенды; в далеком 21-м веке теми же образами мыслит и Булат. Это делает язык романа пестрым и певучим.
Еще один из важнейших образов – ушедшее Аральское море.
И на фоне этих эпохальных событий, мифов и легенд, Булат в 2002 году в доме у таксиста, подключившись к интернету по модему, читает новости о Тату, Энрике Иглесиасе и Анне Курниковой, первой чернокожей девушке Бонда, свадьбе Гвен Стефани и о том, как Анджелина Джоли обменивается кровью с бывшим мужем. Как искренне любили, как верили в себя!
В прошлом году я впервые побывала в Казани и, видимо, замучила местных гидов расспросами обо всем на свете. И удивительно, моя реально-воображаемая Казань полностью совпадает с той, что описана у Жанси. Поэтому я читала буквально в формате 5D. А еще мой единственный хоть где-то опубликованный хиленький рассказ для меня морально очень близок к DRUZHBA (ну, мне бы хотелось, чтобы так было).
9 портретов, вклеенных в сердце поглубже
#книга_на_выходные (очень замечательная)
Книга невероятным образом попала ко мне, поэтому всем от души советую. Особенно, если вам понравился “Улан Далай”.
Делаю пост в среду, а не как обычно в четверг, потому что вдруг вы в Москве, а завтра, 30 июля, в 19:30 в магазине Пархоменко (Татарская, 14) состоится встреча с автором.
В книге две ветки повествования.
В первой действие происходит в Казани времен Первой мировой войны. Молодой наборщик из зажиточной татарской семьи влюблен в красавицу Алию, предназначенную другому. Сунчеляй – растяпа, не доучился в медресе, весь такой болезненный, с отцом не общается – короче, позор семьи. А еще он поэт
Во второй линии, в начале 2000-х, внук той самой Алии приезжает в Муйнак – небольшой городок в Узбекистане, где когда-то плескалось Аральское море, чтобы продать дом своей бабушки. Как и у далекого Сунчеляя, он крайне неуверен в себе и безответно влюблен в недоступную девушку – умницу Эвелину.
DRUZHBA – это, конечно, про безответную (или невозможную) любовь, робость, френдзону и так далее. Но все же это – роман об идентичности, поиске себя и попытках найти баланс между прогрессом и традицией.
Одна из ключевых тем – татарская и каракалпакская идентичность. Сунчеляй не просто пишет стихи на татарском, но размышляет об алфавите (в разное время в ходу были арабский, латиница и кириллица). Вообще, конечно, удивительно, но художественные произведения на татарском появляются только в начале ХХ века (поправьте, если не права). И здесь, конечно, очевидна параллель между Сунчеляем и Габдуллой Тукаем, тоже имевшим проблемы со здоровьем: герои даже коротко пересекаются незадолго до смерти реального поэта. Сунчеляй в своих размышлениях и поэзии опирается на родные мифы и легенды; в далеком 21-м веке теми же образами мыслит и Булат. Это делает язык романа пестрым и певучим.
Еще один из важнейших образов – ушедшее Аральское море.
“Только говорят же старики, что Арал уходил и приходил уже не раз. Море уходит, реагирует на большое зло. Было так, когда Чингисхан брал Хорезм силой и, чтобы освободить его, закидали трупами Амударью. А еще раньше, когда приходил Тимур и после долгой осады Куни Ургенча перенаправил воды бешено реки Джейхун в Каспийское море. Только всегда море возвращалось через сотню-другую лет. Не выдерживает оно мирового зла, вот и уходит. Сейчас времена тоже не самые добрые. Может, вернется еще потом?”
И на фоне этих эпохальных событий, мифов и легенд, Булат в 2002 году в доме у таксиста, подключившись к интернету по модему, читает новости о Тату, Энрике Иглесиасе и Анне Курниковой, первой чернокожей девушке Бонда, свадьбе Гвен Стефани и о том, как Анджелина Джоли обменивается кровью с бывшим мужем. Как искренне любили, как верили в себя!
В прошлом году я впервые побывала в Казани и, видимо, замучила местных гидов расспросами обо всем на свете. И удивительно, моя реально-воображаемая Казань полностью совпадает с той, что описана у Жанси. Поэтому я читала буквально в формате 5D.
9 портретов, вклеенных в сердце поглубже
❤8✍2👍2🔥1
Непокои, Маргарита Ронжина
Что ж, научившись отличать Марину Степнову и Марию Степанову, найти отличия между Настасьей Реньжиной и Маргаритой Ронжиной – легко. “Последний паром” и “Бабушка” – по мне, очень крутые триллеры, а вот “Непокои” – как будто одна из худших книг, прочитанных за последнее время.
Начало двухтысячных, Екатеринбург, дружба трех подростков: брата и сестры Сережи и Кати, и Ромы обрывается тем, что Сергей пропадает где-то в горах. И вот три части написаны от лица каждого из героев. Сначала Катя топит потерю в умате дурного, потом возвращается моряк Роман, и у них Катей завязывается неземная любовь с подробным сексом, пока ее муж занят делами, а его девушки где-то там. Ну и в конце мы получаем ретроспективу от Сергея с легким безумием. И он как будто самый приятный персонаж из всей троицы, но только когда мы доберемся до него, книгу можно уже возненавидеть (ну, я, по крайней мере) так сделала).
Текст жутко пафосный, напыщенный, при этом грязно физиологически подробный и… глупый?
Герои, Катя и Роман, смотрят на других с каким-то отвращением, при этом сами они не так не такие как все. Мне было прямо гадко от того, как описаны пикаперские отношения Ромы и девушек (до Кати, которая ГРАНДНЕТАКУСЯ).
А потом (с приходом бабок) прогресс до:
И таких подробностей очень много. Герои презирают окружающих, но сами они какие-то… ничтожные что ли.
Ну и мое любимое:
Видимо, редактор в это время читал “Мертвые души” Булагакова и звОнил друзьям
Слог, в целом неплохой, но все же драный и при этом слишком напыщенный, относящийся к себе с трепетным пафосом.
В общем, вот такое возвращение в Брайдсхед для бедных получилось.
2 Идиота Толстого
Что ж, научившись отличать Марину Степнову и Марию Степанову, найти отличия между Настасьей Реньжиной и Маргаритой Ронжиной – легко. “Последний паром” и “Бабушка” – по мне, очень крутые триллеры, а вот “Непокои” – как будто одна из худших книг, прочитанных за последнее время.
Начало двухтысячных, Екатеринбург, дружба трех подростков: брата и сестры Сережи и Кати, и Ромы обрывается тем, что Сергей пропадает где-то в горах. И вот три части написаны от лица каждого из героев. Сначала Катя топит потерю в умате дурного, потом возвращается моряк Роман, и у них Катей завязывается неземная любовь с подробным сексом, пока ее муж занят делами, а его девушки где-то там. Ну и в конце мы получаем ретроспективу от Сергея с легким безумием. И он как будто самый приятный персонаж из всей троицы, но только когда мы доберемся до него, книгу можно уже возненавидеть (ну, я, по крайней мере) так сделала).
Текст жутко пафосный, напыщенный, при этом грязно физиологически подробный и… глупый?
Герои, Катя и Роман, смотрят на других с каким-то отвращением, при этом сами они не так не такие как все. Мне было прямо гадко от того, как описаны пикаперские отношения Ромы и девушек (до Кати, которая ГРАНДНЕТАКУСЯ).
“Смутно помню их вульгарные лица, размалеванные тела, с молодой, но иногда неупругой или синюшной кожей, сежиками отросших, неопрятно и нечисто выбритых подмышек и лобков ”.
А потом (с приходом бабок) прогресс до:
“Девушки, и правда, были уже другого толка: они вкусно пахли, изящно красились, следили за модой, брили все, что ниже шеи: подмышки, живот, лобок, пальцы на ногах”.
И таких подробностей очень много. Герои презирают окружающих, но сами они какие-то… ничтожные что ли.
Ну и мое любимое:
“Брал в аптечку лекарства и кремА от ран, ссадин, грибка, геморроя”.
“...в атмосферу из книг Достоевского, как смеялась одна из девчонок, с которой тогда недолго встречался (даже не вспомнил ее имени, хоть и начал читать ‘Воскресение’, бросил на десятой странице)”
Видимо, редактор в это время читал “Мертвые души” Булагакова и звОнил друзьям
Слог, в целом неплохой, но все же драный и при этом слишком напыщенный, относящийся к себе с трепетным пафосом.
В общем, вот такое возвращение в Брайдсхед для бедных получилось.
2 Идиота Толстого
😁5🔥4
Двойная тень, Ирина Лейк
#Книга_на_выходные (терапевтическая)
В некотором смысле “Двойная тень” и “Непокои” исследуют одну и ту же травму.
История, как я люблю (тяжелый вздох), начинается на кладбище. Ну, пожалуйста, давайте сходим в музей или там в цирк. Родители Девочки часто приходят сюда к Мальчику, а Девочка в это время играет с местными постояльцами. Мальчик, которого не стало еще до ее рождения, всегда будет лучше, а Девочка — так.
Девочка, вообще-то её зовут Николетта — в честь мальчика — но она предпочитает звать себя Кирой, становится взрослой женщиной и почти гениальным вирусологом. Но при этом она жутко не уверена в себе…
Признаться, я раздражалась примерно первую половину книги: ну да, ну да, ты НАСТОЛЬКО хороша, но при этом тебе ТАК плохо, и ты всё ещё самозванка. Но постепенно повествование закручивается, и ты начинаешь Кире-Николетте верить и переживать за неё. “Главный злодей” и его “злодейство”, как будто, довольно быстро становятся очевидными. Хотя то, что финальный твист будет именно таким, я не ожидала.
В “Двойной тени” можно бесконечно долго искать, к чему придраться, но она выполняет свою главную задачу – после прочтения ты становишься чуть сильнее и чуть больше доверяешь себя. Это терапевтическая сказка о манипуляторах рядом и вере в себя и силе в тебе. История на время станет неплохой подпоркой, если вы зажали 5 тыщ на психолога.
6 Вероник решают есть, молиться и любить.
А на следующей неделе будет противостояние Волшебника и Сказочника
#Книга_на_выходные (терапевтическая)
В некотором смысле “Двойная тень” и “Непокои” исследуют одну и ту же травму.
История, как я люблю (тяжелый вздох), начинается на кладбище. Ну, пожалуйста, давайте сходим в музей или там в цирк. Родители Девочки часто приходят сюда к Мальчику, а Девочка в это время играет с местными постояльцами. Мальчик, которого не стало еще до ее рождения, всегда будет лучше, а Девочка — так.
Девочка, вообще-то её зовут Николетта — в честь мальчика — но она предпочитает звать себя Кирой, становится взрослой женщиной и почти гениальным вирусологом. Но при этом она жутко не уверена в себе…
Признаться, я раздражалась примерно первую половину книги: ну да, ну да, ты НАСТОЛЬКО хороша, но при этом тебе ТАК плохо, и ты всё ещё самозванка. Но постепенно повествование закручивается, и ты начинаешь Кире-Николетте верить и переживать за неё. “Главный злодей” и его “злодейство”, как будто, довольно быстро становятся очевидными. Хотя то, что финальный твист будет именно таким, я не ожидала.
В “Двойной тени” можно бесконечно долго искать, к чему придраться, но она выполняет свою главную задачу – после прочтения ты становишься чуть сильнее и чуть больше доверяешь себя. Это терапевтическая сказка о манипуляторах рядом и вере в себя и силе в тебе. История на время станет неплохой подпоркой, если вы зажали 5 тыщ на психолога.
6 Вероник решают есть, молиться и любить.
А на следующей неделе будет противостояние Волшебника и Сказочника
👍5❤2🔥1
А вы уже смотрели “Одиссею” Нолана?
Мне ужасно очень-преочень понравилось.
Во-первых, я теперь хожу в кино раз в тысячу лет. И, к сожалению, последним фильмом был “Авиатор” по Водолазкину. Он очень, очень плох. Поэтому я просто дивилась на красивые картинки, как сельский дурак на ярмарке.
Во-вторых, Нолан – один из моих любимых режиссеров, я очень люблю рителлинги, и миф об Одиссее для меня один из самых любимых. И Нолан рассказал его именно так, как я вижу. Мои спутники нашли довольно много слабых мест. Да и в целом критика справедлива. Но со мной фильм сработал на каком-то бОльшем уровне, как пение сирен – дотронулся до чего-то внутри.
Пожалуй, первая претензия – сам Одиссей. Не сказать, что в фильме он какой-то особо многоумный... Ну и в целом, если пересказывать его поступки, согласно Гомеру, то человек он, прямо-таки скажем, овно. С другой стороны, глупо мерить события 3000-летней давности (только вдумайтесь!) современными линейками. И с каждым новым пересказом, с каждым новым осмыслением Одиссей ближе к нашему видению. Нолан показал апдейт героя до наших дней.
Если очень грубо, Одиссей – остроумный, по-своему благородный человек, которому выпало некое дерьмо, и он действует соответственно обстоятельствам. Ну да, он воин и вынужден убивать и быть жестоким к подчиненным. Ну, да помимо Калипсо, была еще Навсикая(рада, что в фильме ее не было) … Но как будто спустя эти три тысячелетия остался образ, героя мечущегося, страстного, старающегося, как лучше, более умного и “более лучшего”, чем окружение, который борется до последнего, но в итоге "рок событий" оказывается сильнее.
Я нежно люблю роман “Одиссей, Сын Лаэрта” Олди. Читала эту книгу на прекрасном Кипре в какой-то другой жизни. Так вот, тот Одиссей – в моих воспоминаниях, по крайней мере – вполне себе близок к нолановскому “У меня есть бессмертная покровительница – и я люблю ее! У меня есть друзья – и я люблю их! У меня есть отец с матерью…”
И мне понравилось, что у Нолана “И в ночь, когда из чрева лошади на Трою Спустилась смерть, как и положено, крылата” с Одиссеем что-то происходит. И весь фильм становится не только высказыванием, но и историей об искуплении. И еще о попытках спасти и невозможности, предопределенности.
В общем, да, Мэтт Деймон – мой Одиссей. Хотя пару шуток хотелось бы ему добавить, конечно.
И, Господи, какая же красивая и (внезапно!) живая здесь Пенелопа Хэтэуэй. Лупита Нионго все свои минутки экранного времени отрабатывает. Мне кажется, надо большое мужество (и талант), чтобы согласится на такую роль и на такой хайпохейт.
Еще мне очень понравился Телемах Холланда. Никакой он неАнтилох. Ну, разве что чуть-чуть. Мать его абьюзит, Бетмен-вампир прилюдно унижает, в свои 20+ он такой слегка Митрофанушка. Вон а девкой был бы краше (не горжусь сказанным) Синон в его годы уже несколько лет как под Троей лямку тянул. Но как будто в этой чистоте и есть смысл персонажа. Поэтому единственный его минус как по мне – что он все-таки убил того слугу с оружием. Он не должен был убивать и дойти до финала чистым. С другой стороны, он исполнил мечту всех чморимых подростков, потому что его батя действительно оказался космонавтом.
Ну и еще я очень ждала линию с собакой. Она получилось не такой, как я ожидала. А ожидала я твист в духе собаки Фрая. Но такая скупость даже лучше.
Надо просто очень любить этот лук
PS Какой же жуткий получился Агамемнон. И как точен Менелай.
Мне ужасно очень-преочень понравилось.
Во-первых, я теперь хожу в кино раз в тысячу лет. И, к сожалению, последним фильмом был “Авиатор” по Водолазкину. Он очень, очень плох. Поэтому я просто дивилась на красивые картинки, как сельский дурак на ярмарке.
Во-вторых, Нолан – один из моих любимых режиссеров, я очень люблю рителлинги, и миф об Одиссее для меня один из самых любимых. И Нолан рассказал его именно так, как я вижу. Мои спутники нашли довольно много слабых мест. Да и в целом критика справедлива. Но со мной фильм сработал на каком-то бОльшем уровне, как пение сирен – дотронулся до чего-то внутри.
Пожалуй, первая претензия – сам Одиссей. Не сказать, что в фильме он какой-то особо многоумный... Ну и в целом, если пересказывать его поступки, согласно Гомеру, то человек он, прямо-таки скажем, овно. С другой стороны, глупо мерить события 3000-летней давности (только вдумайтесь!) современными линейками. И с каждым новым пересказом, с каждым новым осмыслением Одиссей ближе к нашему видению. Нолан показал апдейт героя до наших дней.
Если очень грубо, Одиссей – остроумный, по-своему благородный человек, которому выпало некое дерьмо, и он действует соответственно обстоятельствам. Ну да, он воин и вынужден убивать и быть жестоким к подчиненным. Ну, да помимо Калипсо, была еще Навсикая
Я нежно люблю роман “Одиссей, Сын Лаэрта” Олди. Читала эту книгу на прекрасном Кипре в какой-то другой жизни. Так вот, тот Одиссей – в моих воспоминаниях, по крайней мере – вполне себе близок к нолановскому “У меня есть бессмертная покровительница – и я люблю ее! У меня есть друзья – и я люблю их! У меня есть отец с матерью…”
И мне понравилось, что у Нолана “И в ночь, когда из чрева лошади на Трою Спустилась смерть, как и положено, крылата” с Одиссеем что-то происходит. И весь фильм становится не только высказыванием, но и историей об искуплении. И еще о попытках спасти и невозможности, предопределенности.
В общем, да, Мэтт Деймон – мой Одиссей. Хотя пару шуток хотелось бы ему добавить, конечно.
И, Господи, какая же красивая и (внезапно!) живая здесь Пенелопа Хэтэуэй. Лупита Нионго все свои минутки экранного времени отрабатывает. Мне кажется, надо большое мужество (и талант), чтобы согласится на такую роль и на такой хайпохейт.
Еще мне очень понравился Телемах Холланда. Никакой он не
Ну и еще я очень ждала линию с собакой. Она получилось не такой, как я ожидала. А ожидала я твист в духе собаки Фрая. Но такая скупость даже лучше.
Надо просто очень любить этот лук
PS Какой же жуткий получился Агамемнон. И как точен Менелай.
🔥8⚡1❤1👏1
По волнам Одиссеи и моей памяти
Представьте, что вы древней грек (или древняя гречка). Вы бы какого бога выбрали себе в покровители?
(Маленькая императрица тоже считается)
Представьте, что вы древней грек (или древняя гречка). Вы бы какого бога выбрали себе в покровители?
(Маленькая императрица тоже считается)
Евгений Шварц: Судьба Сказочника в эпоху Дракона, Наталья Громова, Татьяна Позднякова
Я довольно мало читаю нонфик вообще и биографии в частности. Вот и о биографии Шварца я знаю очень мало. При этом, его пьесы – пожалуй, одни из моих самых любимых. Вернее так: для меня это нравственная основа. Поэтому эта книга какие-то очень важные – местами тяжелые, местами светлые вещи -- затронула в душе – то, о чем обычно не говорят.
Вне зависимости от вашего отношения к Шварцу – я бы ее очень советовала: она светлая, хоть и ужасно печальная. А еще она больше расскажет об истории и о людях вообще.
Шварц родился в 1896 году. В этот же год родились Фаина Раневская и Скотт Фицджеральд. Вообще удивительно, что в 1890-х родилось так много талантливых писателей, во многом определивших ХХ век – лучшее, что в нем было. От Есенина (1895) до Хемингуэя (1899). Но это так, размышление в сторону.
И все же главную силу Бог дал Шварцу – быть утешителем, не спасти, но облегчить страдание тех, кто рядом. Даже в блокадном Ленинграде, отощавший почти до дистрофии, он находил для ближних пару шуток и добрых слов
Сказки Шварца и как будто сама его жизнь о том, что быть смелым – значит быть добрым, смелость – это не про отсутствие страха, а про то, чтобы остаться человеком. Добро, свет – неискоренимы и правильны, хотя всегда найдутся те, кто свои корявые, наглые, уродливые представления о жизни попытается навязать всем остальным. И часто успешно. Об этом “Тень”, об этом “Дракон”.
Мне очень понравилось, насколько эмоционально написана книга, как бережно работают с цитатами авторы (Татьяна Позднякова написала только первые 3 главы и скончалась, большую часть работы проделала Наталья Громова).
Я кратко расскажу о трех эпизодах – возможно, не самых значимых.
Удивительно рассказано о жизни в детской редакции Маршака, ее свободе и легком творческом безумии в начале молодой Советской страны. И о том, как она распадается после прихода туда “бывалых людей”: “настоящих” писателей решено было разбавить представителями настоящих рабочих профессий. Писать, они не могли и редактировать их тексты приходилось тем, кого они в скором времени обвинили в самом разном.
В день ареста Николай Заболоцкий должен был читать отрывки из своего перевода “Слова о полку Игореве”. Меня этот факт поразил, потому что этот перевод казался таким легким и современным – слишком простым даже, мне и в голову не приходило, каким горем он отмечен.
И наконец во время съемок “Золушки” Янина Жеймо наотрез отказывалась безропотно надевать туфельку Анне: ей, прошедшей войну, эвакуацию, тяжелый развод (муж думал, что она погибла и женился на другой), не могло прийти как можно покорно надеть эту туфельку, отдать свое счастье. Тогда гениальная Раневская симпровизировала:
И только после этого Золушка соглашается.
Шварц прожил всего 61 год – сердце не выдержало.
Я довольно мало читаю нонфик вообще и биографии в частности. Вот и о биографии Шварца я знаю очень мало. При этом, его пьесы – пожалуй, одни из моих самых любимых. Вернее так: для меня это нравственная основа. Поэтому эта книга какие-то очень важные – местами тяжелые, местами светлые вещи -- затронула в душе – то, о чем обычно не говорят.
Вне зависимости от вашего отношения к Шварцу – я бы ее очень советовала: она светлая, хоть и ужасно печальная. А еще она больше расскажет об истории и о людях вообще.
Шварц родился в 1896 году. В этот же год родились Фаина Раневская и Скотт Фицджеральд. Вообще удивительно, что в 1890-х родилось так много талантливых писателей, во многом определивших ХХ век – лучшее, что в нем было. От Есенина (1895) до Хемингуэя (1899). Но это так, размышление в сторону.
«Бог поставил меня свидетелем многих бед, но не дал мне силы. И поэтому я вышел из всех бед жизни. Но душа — искалечена. Я не боюсь смерти, но людей боюсь».
И все же главную силу Бог дал Шварцу – быть утешителем, не спасти, но облегчить страдание тех, кто рядом. Даже в блокадном Ленинграде, отощавший почти до дистрофии, он находил для ближних пару шуток и добрых слов
Меня Господь благословил идти,
Брести велел, не думая о цели.
Он петь меня благословил в пути,
Чтоб спутники мои повеселели.
Сказки Шварца и как будто сама его жизнь о том, что быть смелым – значит быть добрым, смелость – это не про отсутствие страха, а про то, чтобы остаться человеком. Добро, свет – неискоренимы и правильны, хотя всегда найдутся те, кто свои корявые, наглые, уродливые представления о жизни попытается навязать всем остальным. И часто успешно. Об этом “Тень”, об этом “Дракон”.
Мне очень понравилось, насколько эмоционально написана книга, как бережно работают с цитатами авторы (Татьяна Позднякова написала только первые 3 главы и скончалась, большую часть работы проделала Наталья Громова).
Я кратко расскажу о трех эпизодах – возможно, не самых значимых.
Удивительно рассказано о жизни в детской редакции Маршака, ее свободе и легком творческом безумии в начале молодой Советской страны. И о том, как она распадается после прихода туда “бывалых людей”: “настоящих” писателей решено было разбавить представителями настоящих рабочих профессий. Писать, они не могли и редактировать их тексты приходилось тем, кого они в скором времени обвинили в самом разном.
В день ареста Николай Заболоцкий должен был читать отрывки из своего перевода “Слова о полку Игореве”. Меня этот факт поразил, потому что этот перевод казался таким легким и современным – слишком простым даже, мне и в голову не приходило, каким горем он отмечен.
И наконец во время съемок “Золушки” Янина Жеймо наотрез отказывалась безропотно надевать туфельку Анне: ей, прошедшей войну, эвакуацию, тяжелый развод (муж думал, что она погибла и женился на другой), не могло прийти как можно покорно надеть эту туфельку, отдать свое счастье. Тогда гениальная Раневская симпровизировала:
– Иди попрощайся с отцом. Я выживу его из его собственного дома. Ты знаешь мои связи. Он умрет на плахе! В тюрьме! В яме! Эй, муженек!
И только после этого Золушка соглашается.
Шварц прожил всего 61 год – сердце не выдержало.
Глядите! Чудо, чудо! Он остался человеком! <...> Мы верим, верим. Любите, любите друг друга, да и всех нас заодно, не отставайте, не отступайте, и вы будете так счастливы, что это просто чудо!
🔥5❤4
Когда заходит солнце. Семья Манн в Санари. Флориан Иллиес.
#книга_на_выходные (солнце и горечь)
Это две очень похожие и очень разные книги, описывающие примерно одно и то же время. О своей любви к Шварцу я говорила, а Манна… я не читала. Ни одного из.Парам-парам-пам. Расходимся. Так что эмоциональной связи с героями у меня было меньше. Да и сама книга другая по тональности.
Как в “1913…” Иллиес пытается сфотографировать мир перед самой катастрофой. Лето 1933 года большое семейство Манн проводит в курортном городке на Санари-сюр-Мер на юге Франции (как же красиво это звучит). Будущее уже предопределено, но верить в него не хочется. Иррациональное замечание: таким же ощущением для меня пропитан сборник рассказов “Кот Блед” Марины Степновой.
Помимо Томаса и Генриха, мы встречаем Олдоса Хаксли, Бертольта Брехта, Арнольда Цвейга (Цвейгов было два?!) и Лиона Фейхтвангера с женой и… хм, секретаршей. Фейхтвангер – один из любимых писателей юности – продолжает меня стойко разочаровывать, а ведь именно там он пишет “Семью Опперман”, так поразившую меня в подростковом возрасте. Ну да ладно, Манны.
Книгу, наверное, не стоит читать подряд с биографиями советских современников, потому что иначе может казаться, что все многочисленное семейство Маннов просто бесится с жиру, увязая в эгоизме и своих… порочных пристрастиях(там прямо будет про это рассказано). Томас вечно ноет, жалуется, как несправедливо обошлась с ним жизнь (надеюсь, цитирование Гарри Поттера всегда уместно) и “скверное ухудшение жизнедовольства”. С другой стороны, все персонажи вышли очень разными, человечными и живыми. Два очень разных брата: “распутный” Генрих и холодный Томас, любимые и нелюбимые дети, что-то там кому-то старающиеся оказать.
Иллиес – не просто документалист, он большой художник, который всегда ловит нужные детали и точно их передает. Как в 1913, “Лето” очень приятно читать и слушать, даже плохо ориентируясь в биографиях героев.
А еще не могу не отметить горечь названия: “Когда заходит солнце”. Невольно вспоминается (любимая) “Фиеста” Хемингуэя, второе название которой “И восходит солнце”. И следом за ней еще один любимый – уже современный роман – Себастьяна Фолкса Birdsong, который в русском переводе стал “И пели птицы”. В общем, где твои лучи солнца золотого, которые нравились мне?
1912 из 1913
#книга_на_выходные (солнце и горечь)
Это две очень похожие и очень разные книги, описывающие примерно одно и то же время. О своей любви к Шварцу я говорила, а Манна… я не читала. Ни одного из.
Как в “1913…” Иллиес пытается сфотографировать мир перед самой катастрофой. Лето 1933 года большое семейство Манн проводит в курортном городке на Санари-сюр-Мер на юге Франции (как же красиво это звучит). Будущее уже предопределено, но верить в него не хочется. Иррациональное замечание: таким же ощущением для меня пропитан сборник рассказов “Кот Блед” Марины Степновой.
Помимо Томаса и Генриха, мы встречаем Олдоса Хаксли, Бертольта Брехта, Арнольда Цвейга (Цвейгов было два?!) и Лиона Фейхтвангера с женой и… хм, секретаршей. Фейхтвангер – один из любимых писателей юности – продолжает меня стойко разочаровывать, а ведь именно там он пишет “Семью Опперман”, так поразившую меня в подростковом возрасте. Ну да ладно, Манны.
Книгу, наверное, не стоит читать подряд с биографиями советских современников, потому что иначе может казаться, что все многочисленное семейство Маннов просто бесится с жиру, увязая в эгоизме и своих… порочных пристрастиях
Иллиес – не просто документалист, он большой художник, который всегда ловит нужные детали и точно их передает. Как в 1913, “Лето” очень приятно читать и слушать, даже плохо ориентируясь в биографиях героев.
А еще не могу не отметить горечь названия: “Когда заходит солнце”. Невольно вспоминается (любимая) “Фиеста” Хемингуэя, второе название которой “И восходит солнце”. И следом за ней еще один любимый – уже современный роман – Себастьяна Фолкса Birdsong, который в русском переводе стал “И пели птицы”. В общем, где твои лучи солнца золотого, которые нравились мне?
1912 из 1913
❤5
Ребята, мы тут недавно (строго говоря, это было 3 недели назад – я просто медленно думаю) обсуждали, какие есть современные книги про учителей.
Вспомнили: “Географ глобус пропил”, Асю Володину “Часть картины” и (в меньшей степени) "Протагонист", “Проект “Борода” (но там фоновое скорее), “Работа над ошибками” раннего Полякова.
Но как будто должно быть что-то еще. Может, зарубежное?
Вспомнили: “Географ глобус пропил”, Асю Володину “Часть картины” и (в меньшей степени) "Протагонист", “Проект “Борода” (но там фоновое скорее), “Работа над ошибками” раннего Полякова.
Но как будто должно быть что-то еще. Может, зарубежное?
❤3
Штош, жребий брошен.
С гордостью объявляю о том, что первое заседание уважаемого книжного клуба (с шутка, прибаутками, личными историями и всем на свете) состоится.
Итак(а).
ЧТО: “Первый учитель”, Чингиз Айтматов (он совсем небольшой, 2 часа в аудио)
ГДЕ: здесь, под постом на тему
КОГДА: 3 сентября, четверг, когда горят костры рябин
Но это еще не все, давайте уже сразу и киноклуб сделаем и продолжим отмечать начало учебного года.
ЧТО: фильмы “Географ глобус пропил” и “Общество мертвых поэтов”
ГДЕ: здесь же
КОГДА: 5 сентября, суббота, когда улетел журавлей белый клин
Если хотите все же онлайн-видео, то напишите - подумаю, как лучше все организовать.
Ах да! У нас будет конкурс на самую душевную рецензию и самую смешную шутку. Победитель... (подсказка: рассказ Хемингуэя + уважение)
PS
А на следующей неделе будут две очень разные книги о насилии и достоинстве в эпоху перемен.
Вот только я теперь не знаю, что читать 24-30 ( Подшибякина “Последний день лета”? А еще?
С гордостью объявляю о том, что первое заседание уважаемого книжного клуба (с шутка, прибаутками, личными историями и всем на свете) состоится.
Итак(а).
ЧТО: “Первый учитель”, Чингиз Айтматов (он совсем небольшой, 2 часа в аудио)
ГДЕ: здесь, под постом на тему
КОГДА: 3 сентября, четверг, когда горят костры рябин
Но это еще не все, давайте уже сразу и киноклуб сделаем и продолжим отмечать начало учебного года.
ЧТО: фильмы “Географ глобус пропил” и “Общество мертвых поэтов”
ГДЕ: здесь же
КОГДА: 5 сентября, суббота, когда улетел журавлей белый клин
Если хотите все же онлайн-видео, то напишите - подумаю, как лучше все организовать.
Ах да! У нас будет конкурс на самую душевную рецензию и самую смешную шутку. Победитель... (подсказка: рассказ Хемингуэя + уважение)
PS
А на следующей неделе будут две очень разные книги о насилии и достоинстве в эпоху перемен.
Вот только я теперь не знаю, что читать 24-30 ( Подшибякина “Последний день лета”? А еще?
❤5🔥4