Расчитать / Егор Федоров
1.04K subscribers
61 photos
1 video
1 file
437 links
Привет! Меня зовут Егор Фёдоров, я журналист из Сибири, работаю в Медиазоне.

Здесь я слежу за важными текстами от русскоязычных СМИ и за новостями из мира медиа

(и даже иногда что-то пересказываю и перевожу)

Для связи: @eg_fedorov
Download Telegram
BBC запустили проект по борьбе с фейками — еще одна история борьбы за доверие аудитории

Продолжим тему прозрачности перед читателями, о которой я рассказывал вчера — вот как к этому подходит крупнейшая в мире вещательная компания, но с олдскульными подписями к материалам.

«Читателей постоянно бомбардируют неточной или лживой информацией, с фальшивыми изображениями, в том числе сгенерированными AI. В потоке шума и сенсаций люди должны видеть наши старания, чтобы мы могли дальше поддерживать доверие BBC. Люди хотят знать не просто, что мы знаем (или не знаем), но и как мы это узнали».

С такой формулировкой BBC придумали Verify. Над проектом работают около 60 журналистов: они занимаются фактчекингом, проверяют видео, анализируют данные, объясняют сложное простым языком — в общем, всеми способами борются с дезинформацией и фейками.

По словам главы BBC News Деборы Тёрнесс, журналисты будут сидеть в отдельном месте внутри лондонской редакции, у них будет своя студия.

«BBC Verify станет местом узконаправленной экспертизы и технологий. Но я хочу, чтобы принцип объяснения того, как мы работаем, разделял каждый наш журналист. И спасибо тем, кто уже экспериментирует в этом направлении. "Если мы знаем, как это сделано, мы можем верить этому", — считает наша аудитория. Доверие завоевывают, и прозрачность поможет нам в этом», — говорит Тёрнесс.

Ну и чтобы далеко не ходить, BBC показывают, как работает Verify.

Аналитик Рос Эткинс разобрал видео атаки дронов на Кремль в начале мая, а Даниэль Палумбо и Эрван Риво изучили спутниковые снимки и узнали, как Россия готовится к украинскому контрнаступлению (материал на русском)

Источник: BBC

#новости
Прочитать за час. Дайджест текстов от русскоязычных медиа за 23 и 24 мая

Вчера не успел опубликовать подборку, поэтому сегодня она будет за два дня и выйдет объемной

▪️7x7. Редакция рассказывает, как неподготовленные срочники в Белгородской области переживают атаки на приграничную территорию России / 20 минут

▪️Верстка. Рита Логинова рассказывает, как россияне с ВИЧ и гепатитом воюют в Украине / 15 минут

▪️Такие дела. Ирина Беляева и Фёдор Телков съездили в Курганскую область и встретились с пострадавшими от лесных пожаров, во время которых погиб 21 человек / 11 минут

▪️Важные истории. Лидия Михальченко рассказывает историю одесского историка Александра Бабича, который с 2014 года готовился к войне с Россией / 11 минут

▪️The Insider. Александр Белокобыльский поговорил с людьми в Украине, которые отказались сотрудничать с оккупационными властями России, несмотря на угрозы / 11 минут

▪️Важные истории. Соня Савина на примере фонда губернатора Ленинградской области рассказывает, куда уходят удержанные из зарплат бюджетников пожертвования для армии РФ / 10 минут

▪️Медуза. Маргарита Лютова и Настя Жвик поговорили с волонтерами и бывшими сотрудниками «Гринписа», который признали нежелательной организацией в России, о том, как это решение отразится на российской природе / 10 минут

▪️Новая вкладка. Михаил Данилович поговорил с секс-работницами и сотрудниками некоммерческих организаций о клиентах-военных с оружием и всплеске штрафов за проституцию / 6 минут

#дайджест
Журналист WSJ написал книгу про загадочное убийство агента ФБР в Донбассе

Репортер The Wall Street Journal Бретт Форрест выпустил книгу «Пропавший сын: американская семья в ловушке секретных войн ФБР»

Это история американца Билли Рейли, который под прикрытием спецслужб США работал в России. До сотрудничества с ФБР он самостоятельно следил за исламскими террористами на Ближнем Востоке и вычислял людей, интересующихся джихадом.

Занимаясь темой конфликта в Донбассе (еще до полномасштабного вторжения), Рейли пропал. Его тело нашли только через три года в Донецкой области. В поисках сына семья американца обратилась за помощью к Форресту — журналисту с опытом работы в России и Украине, экспертом в теме национальной безопасности США.

В 2019 году Форрест выпустил расследование — и это, наверное, один из самых захватывающих текстов, которые я тогда читал. В одном флаконе: секретная американская разведка, жажда приключений молодого человека, слежка ФСБ.

«С большим мастерством и глубокой человечностью Форрест отслеживает каждый шаг Билли, когда тот пробирается по лабиринту американской национальной безопасности, пересекает линию тени и попадает не туда. Захватывающая, великолепно рассказанная история, более загадочная, чем художественная литература», — хвалит теперь уже книгу Пулитцеровский лауреат Тим Вайнер.

Я пока думаю насчет покупки, а вы можете глянуть мой пересказ расследования для «Медузы» (время чтения: 6 минут). Помню, после выхода его много цитировали украинские сайты, а один из героев текста, вербовщик украинских сепаратистов Михаил «Хрусталик» Полынков, комментировал его в своем ЖЖ.

#новости
📰 Прочитать за час. О чем писали российские медиа 25 мая

Эмиграция, лесные пожары, алтайское кино, секта и губернатор-оккультист

Сегодня много сюжетов о том, как люди, простые и не очень, сходят с ума. Будьте готовы

▪️Би-би-си. Мария Киселева и Виктория Сафронова рассказывают и показывают на графиках о новой волне российских эмигрантов: кто они, сколько их и куда уехали / 30 минут

▪️Такие дела. Светлана Ломакина рассказывает, как родственники попавшей в религиозную секту женщины десять лет пытаются вернуть ее в семью / 22 минуты

▪️Спектр и Новая вкладка. Марина-Майя Говзман разбиралась, почему люди верят, что за лесными пожарами в Сибири стоят «украинские диверсанты» / 19 минут

▪️Медиазона. Дима Швец рассказывает историю экс-губернатора Белгородской области Евгения Савченко, который попал под влияние религиозного учения о боге Моностон / 16 минут

▪️Нож. Виктория Хрусталева поговорила с основателем киностудии «Алтайфильм» Михаилом Кулунаковым о съемках кино в регионах и конкретно в республике / 11 минут

#дайджест
👨🏻‍⚕️ Как добрые новости могут «исцелять» аудиторию

Думаю, все понимают, что плохие новости негативно влияют на наше здоровье — даже 2-4 минуты в твиттере или ютубе способны изменить наше настроение

Кэтрин Бучанан и Джиллиан Сэндсторм провели исследование и выяснили, что позитивные сюжеты — в особенности видео и тексты о добрых поступках — способы «исцелить» последствия новостного негатива.

Что они сделали? Исследовательницы показали 1800 участникам новостные сюжеты. Часть из них видела только негатив: видео с теракта на Манчестер Арене, издевательства над животными и случаи насилия.

Другим показывали негативную новость, за которой сразу же шла позитивная: героические поступки, примеры заботы о бездомных животных или поддержки бездомных людей.

Затем у участников спросили про самочувствие. У группы с позитивными новостями меньше упало настроение, они более положительно отзывались о людях в целом.

Чтобы понять, есть ли что-то особенное в добрых новостях, Бучанан и Сэндсторм проверили, как будут вести себя участники после негативных новостей, а затем забавных: матерящихся попугаев, шуток или нелепых ситуаций — добрые новости оказались эффективнее.

Исследовательницы называют несколько причин, почему доброта может защитить наше самочувствие.

Первая — это общечеловеческие ценности. Добрые поступки могут напомнить нам о связи с другими людьми, это также поддерживают нашу веру в то, что люди и мир — добрые.

«Положительное поведение облегчает нашу боль после того, как мы увидели чужие страдания», — говорится в выводах исследования.

Еще одно объяснение эффекта — наблюдение за нравственными поступками других людей вызывает отклик, который действует как кнопка перезагрузки. Цинизм заменяют чувства надежды, любви и оптимизма.

«Возможно, разбавление новостной повестки добротой поможет справиться с "синдромом злого мира" — когда нам кажется, что окружающее опаснее, чем есть на самом деле, а это приводит к повышению страха, тревоги и пессимизма», — резюмирует Бучанан.

Источник: Nieman Lab

#новости
1👍1
📰 Прочитать за час. О чем писали российские медиа 26 мая

Тюрьмы для украинцев, 10 протоколов
и Маша-Бентли

▪️Медуза
. Лилия Яппарова рассказывает, как устроены тюрьмы, в которых российские спецслужбы держат мирных украинцев, захваченных на оккупированных территориях / 18 минут

▪️Сибирь.Реалии. Редакция рассказывает историю читинца, который получил 10 протоколов о «дискредитации» армии за комментарии — его могут оштрафовать на 300 тысяч рублей / 7 минут

▪️The Insider. Сергей Канев рассказывает, как экс-секретарь российского постпредства в ООН «Маша-Бентли» оказалась завербована ГРУ и разбогатела из-за связи с депутатом Госдумы «Леней-Вертолетом» / 5 минут
👍1
🤔 Совет недели — от лауреатки Пулитцеровской премии Джеки Банашински

«Не бывает только одного пути к истории. Попали в тупик? Отойдите назад и поищите обход. И не стесняйтесь спрашивать у других, как пройти»

В новом выпуске почтовой рассылки Nieman Storyboard журналистка Джеки Банашински рассуждает о пользе постоянной практики письма, самодисциплины и поиске мотивации

Опытные журналисты эти советы, скорее всего, слышали кучу раз и сами могут написать парочку, но вдруг прямо сейчас вы сомневаетесь в себе как в профессионале, и вам срочно требуются виртуальные обнимашки от старшей коллеги, то вот они:

▪️ Чтобы писать, нужно писать. Чтобы писать хорошо, иногда придется писать не очень хорошо. Чтобы написать что-то стоящее, вам должно хотеться что-то сказать.

▪️ Дедлайн — твой друг. Когда наступает дедлайн, нажимай кнопку «Отправить».

«Пять лет в Storyboard стали для меня подарком, благодаря которому я углубила свои знания. Не каждая неделя проходит гладко, но — пост за постом, рассылка за рассылкой — я стараюсь придерживаться главной цели: рассказывать об инструментах и вдохновении для сообщества журналистов», — пишет Банашински.

Если честно, с этой же целью я и завел когда-то этот блог — совершенствование в ремесле и вдохновение себя и других. Но поверить в то, что эта миссия действительно МОЯ я смог только после недавней поездки в США — когда пообщался с людьми, которым уже давно за сорок, а они не только не устали, но и все еще горят своим делом, продолжая перепахивать медийные грядки.

Да, у них другие условия, но и мы не те же.

#своемнение
❤‍🔥21
🎙 Как создавался подкаст про теракт в Буденновске

«Буденновск» — это подкаст Кати Голенковой и «Кавказ.Реалий» о теракте 1995 года в Ставропольском крае, когда группа чеченских террористов во главе с Шамилем Басаевым захватила более 1200 человек в местной больнице. Погибли 129 человек. Этот теракт стал последним случаем, когда федеральные власти действительно пытались спасти людей, пойдя на переговоры с захватчиками.

Композиция. Подкаст состоит из пяти эпизодов: в четырех из них свою историю рассказывают сами свидетели событий, а в пятом Голенкова рефлексирует свое отношение к этой теме.

«Я понимала, что у меня есть очень большой объем информации, и мне нужен соавтор. Я позвала в проект Георгия Устинова поговорить со мной и придумать концепцию. Мы придумали пять конфликтов — очевидные (террористы и заложники, переговорщики и правительство, общество и власть) и не очевидные (отцы и дети или я и Буденновск)», — говорит Голенкова.

Сбор информации. Журналистка была в Буденновске четыре раза. Первый раз она попала туда в 23 года — как раз на 23-летие теракта. Так появился проект одноименный проект «Таких дел». Позже, вернувшись в город, она поговорила с бывшими заложниками. Последний раз Голенкова была в Буденновске летом 2022 года.

Своих героев она нашла в группе «ВКонтакте» «Подслушано в Буденновске»: перед одной из поездок она написала пост, в котором рассказала о себе, и предложила людям поговорить — он набрал 144 комментария. Кто-то откликнулся, познакомил с другими свидетелями — и дальше по цепочке.

Мне очень понравилось, что Катя говорит о праве людей, родившихся уже после теракта, говорить об этой теме: «Мы имеем право на собственную память, даже о том событии, которого не видели»

Что еще рассказывает о трагедии в Буденновске:

▪️Спецпроект «Таких дел»

▪️Документальный фильм «Редакции»

Источник: Podcasts.ru

#чужойопыт
👋 Привет! Это дайджест с материалами, вышедшими на этой неделе. Я рассказывал вам про:

▪️Плюсы и минусы использования авторского «я» в журналистских текстах

▪️Новые подписи к авторским текстам в The New York Times

▪️Новый проект BBC по борьбе с фейками

▪️Книгу американского репотера про убийство агента ФБР в Донбассе

▪️Пользу «добрых» новостей для читателей

▪️Создание подкаста про теракт в Буденновске

Что у меня в планах на следующую неделю. Я накопил кучу интересных лонгридов от англоязычных медиа, вышедших на этой неделе. Буду потихоньку читать их и пересказывать вам, отмечая, что мне понравилось в работе журналистов.

А еще расскажу про свою поездку в США, где я встречался с журналистами CNN, NPR и Bloomberg. Будет что-то типа краткого отчета с фотографиями. К сожалению, многие встречи проходили не под запись, поэтому какие-то детали придется опустить.

Да, очень жду ваших вопросов и комментариев, потому что пока плохо понимаю, какой контент лучше всего заходит (счетчик просмотров в этом плане не сильно дает ориентир)
5
💬 Российские журналисты рассказали о своих командировках в регионы России в 2022 году

Одна из моих профессиональных болей — после эмиграции (а если копать глубже: после ковида) я больше не могу заниматься чисто репортерской работой: куда-то сходить, быть там посланным тоже куда-то, поговорить со случайными людьми и так далее.

Телефонные интервью — это вообще не мое, я не мастер разговоров с людьми на расстоянии. Дезориентация из-за того, что не можешь, простите, понюхать человека.

Проект региональных журналистов «Новая вкладка» опубликовал истории их командировок по России в 2022 году — когда работа в поле стала как никогда опасной с точки зрения физической безопасности.

Алтайский край и Республика Алтай. Роман Чертовских написал сотне человек, съездил в Южную Сибирь и поговорил с десятками людьми, чтобы рассказать, как местные жители, получая миллионные штрафы, тоннами выкапывают краснокнижное растение.

«Морально готовился к тому, что зря прокатаю командировочные. Риск, к счастью, оказался оправдан. Сейчас я [текстом] недоволен: читаю и думаю, какие вопросы надо было раскрыть полнее, чего добавить там и тут. Но это норма, наверное»

Свердловская область. Анонимная журналистка съездила в лагерь для мобилизованных в Елани, прославившийся повальным пьянством.

Она с фотографом (тоже девушка) сходила на территорию, полную пьяных и агрессивных мужчин, и вышла, мягко говоря, под большим впечатлением.

«На следующий день после командировки меня тошнило, к горлу натурально подкатывала дурнота, когда я вспоминала запахи и нечистоты, которые мы видели»

Татарстан. Михаил Данилович и фотограф Вадим Брайдов съездили в село, где на кладбище за полгода дважды спилили православные кресты.

Темой — как живут православные в мусульманском районе России — он заинтересовался после новости о кресте, поставленном по ошибке среди могил мусульман.

«Это такой перевёртыш: в стране, где за оскорбление чувств верующих, прежде всего православных, можно сесть в тюрьму, есть места, где всё наоборот»

Кировская область. Татьяна Горина рассказала про предпринимателя, который из-за антивоенной позиции поссорился со своим окружением и потерял часть покупателей.

«Он пошёл на этот эксперимент во многом, мне кажется, для того, чтобы ещё раз попытаться достучаться до тех, до кого он достучаться не может. А ещё — чтобы сделать маленькую личную засечку в большом процессе истории: я такой-то человек, и я против войны, занесите в протокол»

Больше других историй —
по ссылке

#чужойопыт
📰 Прочитать за час. О чем писали российские медиа 29 мая

История одного села, одного города и одного фотографа

▪️Новая вкладка.
Редакция съездила в кировское село Спасское, в котором нет водопровода, но жители которого поддерживают трату денег на военные памятники / 17 мин

▪️Спектр. Дмитрий Дурнев съездил в Торецк — украинский город, который российская армия в последнее время часто обстреливает / 10 минут

▪️Медиазона. Сергей Голубев поговорил с фотожурналисткой Николь Танг, которая больше десяти освещает военные конфликты — о работе в Украине / 6 минут

📹 Видео. Трехчасовое интервью Юрия Дудя с актрисой Яной Трояновой
🕵️ Как журналистка The Washington Post закончила расследование убитого репортера из Лас-Вегаса

В сентябре 2022 года 69-летнего репортера Las Vegas Review-Journal Джеффа Германа зарезали возле его дома. По подозрению в убийстве полиция арестовала чиновника округа Кларк (Невада) Роберта Теллеса — про него Герман выпустил расследование, в котором говорилось, что Теллес некорректно обращался с подчиненными, нарушая закон.

У Германа осталось незавершенным другое расследование — о финансовой пирамиде, от которой пострадали мормоны. Редакция из Лас-Вегаса обратились за помощью к The Washington Post.

Тему Германа подхватила Лиззи Джонсон, она занималась ей три месяца: изучила тысячи страниц судебных материалов, записала телефонные и текстовые интервью с одним из создателей пирамиды и поговорила более чем с тремя десятками жертв.

«Эта работа — делать материал вместо павшего журналиста — была очень напряженной, — говорит Джонсон. — Я старалась сосредоточиться на репортаже, чтобы меня не полностью придавило под тяжестью задачи».

Расследование Джонсон вышло 1 февраля — получилась история на 4900 слов о мошеннической схеме на 500 миллионов долларов.

Текст начинается со сцены перестрелки создателя пирамиды с агентами ФБР, который сразу захватывает читателя, а завершается историей одной из жертв схемы, с которой Джонсон провела несколько дней — разведенная мать-одиночка пытается восстановиться после финансового краха.

— С какими сложностями ты столкнулась в процессе работы?

— Убедить жертв поговорить со мной. Был страх, что если они согласятся говорить под своим именем, знакомые посчитают их тупыми, наивными или жадными. Я отправляла им голосовые сообщения и письма — десятки согласились на интервью, но только несколько — под запись.

— Сколько времени у тебя заняли сбор информации, написание и редактура?

— В ноябре я отправилась в Нью-Йорк и Лас-Вегас для интервью — в разгар переезда и болезни ковидом, что немного замедлило работу. Весь декабрь и начало января я писала, редактировала, проверяла факты и работала с фотографом, чтобы получить правильные картинки.

— Какую роль сыграли редакторы?

— Мне повезло работать с Линдой Робинсон. Она знает, сколько времени и терпения занимает такая работа. Она невероятно полезный советчик, понимающий, какой должна быть структура истории, особенно когда я чувствую себя перегруженной. Иногда мы часами обсуждали по телефону, как должен выглядеть мой материал. Редактор Германа Ронда Паст давала мне советы, которые могли бы быть полезны. Это редкость, когда у тебя есть столько поддержки по проекту, и история стала только лучше от этого

Источник: Nieman Storyboard

#чужойопыт
👍1
📰 Прочитать за час. О чем писали российские медиа 30 мая

Вчера все писали про последствия атаки дронов по Москве (можно почитать тут), поэтому оригинальных историй не так много

▪️Такие дела. Николай Жуков рассказывает про 27-летнюю Ясмину Карданову, хирурга из Северной Осетии, которая уехала в Турцию помогать пострадавшим от февральского землетрясения / 13 минут

▪️Север.Реалии. Редакция рассказывает истории двоих священников из Ленинградской области, которые не поддерживают войну в Украине / 10 минут

▪️Радио Свобода. Николай Берг съездил на западную границу Грузии, где живут этнические грузины, бежавшие из-за войны в Абхазии / 10 минут

#дайджест
👍1
📱Как журналистка The Washington Post рассказывает о своей работе в инстаграме

Ой, еще один пост про WP, простите

Ноутбук, недоеденный салат в салоне автомобиля. Список слов и фраз для вдохновения в заметках на телефоне. Записка для профессора, который пережил стрельбу. Пост с новым выпуском газеты и рассказом о проделанной работе для статьи.

Так выглядит рабочий инстаграм 25-летней репортерки The Washington Post Эмили Дэвис, которая специализируется на теме криминала и часто общается с обычными людьми, пострадавшими от преступлений.

В своем блоге она рассказывает о своей ежедневной рабочей рутине: от подготовки к освещению протестов до стратегий по борьбе с эмоциональным истощением.

Как Дэвис пришла к этому? Журналистка завела свою страницу в конце января этого года. Раньше она была подписана на свои источники с личного инстаграма, но ей хотелось разграничить рабочие связи и профиль с личными фотографиями, но в то же время открыться людям, которые ей помогают по работе — ответить взаимностью на их чувство уязвимости.

Дэвис считает это особенно важным во время, когда доверие к СМИ подорвано, а взгляд юного репортера может изменить читательский скепсис.

Как Дэвис ведет свой инстаграм? У журналистки нет четкого графика публикаций. Если неделя выдается очень загруженной, не хватает энергии, Дэвис откладывает блог — лучше позже выложить обзор событий за неделю. На сами посты у репортерки уходит не так много времени — 5-10 минут.

«В некоторых постах я пытаюсь рассказать, сколько усилий потрачено для каждой заметки, даже если она не больше 200 слов», — говорит Дэвис (вот пример). Журналистка хочет, чтобы ее источники понимали, что не весь добытый материал публикуется: «Нам важен фактчекинг, мы стараемся связаться с каждым пострадавшим, даже если он не отвечает».

Дэвис говорит, что, помимо источников и жителей Вашингтона, за ней следяет знакомые журналисты и подсевшие на новости читатели The Post. За несколько месяцев ведения блога на нее подписались более тысячи человек.

Первая волна популярности случилась, когда репортерка рассказала, как она освещала полицейское убийство чернокожего мужчины в Мемфисе. В галерее: фото протестов, ночные перекусы, стакан кофе — что подчеркивает, в каких условиях приходится работать журналисту в срочной командировке.

В блоге Дэвис спрашивала у читателей, какие вопросы им было бы интересно задать родителям погибшего, и получила несколько сообщений. «Эта командировка дала ощущение, что с инстаграмом все получится, и он добавит что-то к диалогу [с читателями]», — признается журналистка.

Как в редакции относятся к блогу Дэвис? Криминальный редактор The Washington Post Мэтт Запотоски считает, что от аккаунта Дэвис есть польза: все больше людей узнают ее, когда она появляется на местах преступлений.

«Когда она пришла к нам с этой идеей, мы думали о том, как сделать издание более надежным и авторитетным источником новостей об общественной безопасности, на который полагаются люди и к которому хотят обращаться с новостями, — объясняет редактор. — Читатели хотят знать о рабочих процессах: кто стоит за ними, какие обсуждения перед велись. Поэтому мы хотим делиться этим в инстаграме»

Редакционный тренер по социальным медиа Эмма Гразадо помогла Дэвис с заполнением странички: подсказала, что поставить в описание, и в каком тоне вести блог. Если журналистка сомневается над постами, она советуется с Гразадо и Запотоски.

«Она прекрасно понимает, кто ее главная аудитория, какой контент и в какой форме она хочет публиковать, и как управлять соцсетью», — хвалит коллегу Гразадо.

Опытом Дэвис вдохновилась ее коллега Карина Элвуд, которая освещает тему образования — теперь у нее тоже есть свой «лично-рабочий» инстаграм. Инстаграм The Post также старается рассказывать о работе своих журналистов, — например, собкоров за границей.

Вот несколько примеров, за кем стоит следить: Мишель Е Хи Ли (Токио, Сеул), Изабель Хуршудьян (Киев), Ребекка Тан (Южная Азия), Шивон О'Грейди (Каир). А еще у WP есть команда молодых политических журналистов (Next Gen) в TikTok.

#чужойопыт
Советы Дэвис для начинающих. Она рекомендует почаще проверять свой блокнот, галерею на телефоне, диктофонные записи, сообщения в мессенджерах — все эти кусочки, которые появляются в процессе работы, могут стать контентом для инстаграма: «Поймите, чем вы занимаетесь, и найдите площадку, которая лучше всего раскрутит это».

Ее редактор Мэтт Запотоски добавляет, что инстаграм может стать отличным подспорьем для ответа на критику материалов в будущем: «Это часть того, что у людей есть возможность задать вопросы о нашем рабочем процессе».

Подписаться на Эмили Дэвис — можно тут.

И напишите, за какими журналистами вы следите в инстаграме, и почему вам они интересны. Я не думал, что свою рутину можно так органично превращать во что-то интересное для других людей.

Источник: Nieman Lab
🇺🇸 Как я ездил в США по работе и что нового узнал. Начало

Две недели назад я вернулся из Вашингтона. В американской столице я встречался с местными журналистами, европейскими дипломатами, американскими законодателями и политическими аналитиками.

Попал я в Штаты по журналистской стипендии Вацлава Гавела (вот ссылка, про суть программы расскажу позже). Вообще, лететь я должен был в прошлом году, но тогда у меня не все срослось с ковидными ограничениями, поэтому наверстывал сейчас.

В течение недели я был в Конгрессе и Госдепартаменте США, аналитических центрах (не знаю, как лучше перевести на русский слово think tank), которые занимаются проблемами стран из регионов Восточной Европы. Со мной были коллеги из Украины, Беларуси, Грузии и Молдовы.

Неделя вышла очень интенсивная. Вы постоянно куда-то едете, идете, где-то сидите, с кем-то общаетесь — и так по 8-10 часов каждый день. Первую половину недели на фоне джетлага мозг не понимал, зачем над ним издеваются, а как только адаптировался, пришло время возвращаться — и снова здравствуйте, джетлаг на восемь часов, из-за которого спишь днем и работаешь ночью (я до сих пор до конца не перестроился).

Мне было не очень легко в эти дни. Во-первых, из-за качества моего разговорного английского: для таких поездок должен быть если не proficient, то хотя бы advanced уровень. Потому что говорить приходилось много и на специфичные темы: media freedom, policy-making, foreign affairs и так далее.

Я со своим intermediate каждый вечер готовился к встречам, писал шпаргалки на телефоне и заранее составлял вопросы. С такими костылями работать можно, но, к сожалению, полной вовлеченности в дискуссию у меня не вышло. Есть в чем расти, да.

Вчера на сайте русской службы Свободы вышла моя колонка про эту поездку: она больше про личные впечатления, чем про «что полезного узнал», но для затравки советую почитать

Завтра я начну рассказать подробнее, где был и что нового узнал. В первой части — кого я встретил в Конгрессе США и в организации Freedom House

#своемнение
👍7
📰 Прочитать за час. О чем писали российские медиа 31 мая

Ненцы на войне, весенний призыв, похищение украинских детей, провластный митрополит и экология

▪️Медиазона
. Софья Романова рассказывает истории троих ненцев: добровольца, заключенного-вагнеровца и мобилизованного. Двое из них уже погибли в Украине, а третий получил контузию, но все равно оказался на фронте / 14 минут

▪️Верстка. Дарья Кучеренко поговорила с юристами и призывниками о том, как они пытаются избежать срочной службы на фоне войны / 12 минут

▪️Важные истории. Катя Бонч-Осмоловская рассказывает, как российские власти похищают украинских детей и пытаются воспитать из них «россиян» / 9 минут

▪️Новая.Европа. Алексей Малютин собрал портрет «Пригожина в рясе» — московского митрополита Леонида, который пишет матерные стихи о противниках войны и доносы на священников / 8 минут

▪️Кедр. Арина Васильчук разбиралась, как бойкот со стороны западных стран сказывается на экологической политике России / 7 минут

*️⃣А еще Дарья Серенко из Феминистского антивоенного сопротивления (ФАС) взяла интервью у журналистки Елены Костюченко — в нем много подробностей о работе в полевых условиях во время войны. Правда, страница, где оно опубликовано, почему-то не открывается. Вот ссылка на архивную копию (31 минута)
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔎 Исследователи опросили американцев об их видении локальной журналистики. Что они узнали — часть первая

Вы спросите: а какое дело российской индустрии до США, с цензурой и прочими приколами, которых нет у них. Штука в том, что локальные сообщества в Америке и России, как мне кажется, очень похожи. То есть дело не в самих медиа, а в том, как люди пользуются информацией.

Исследователи American Journalism Project решили разобраться, какие новости от местных медиа жители хотели бы получать. Они провели социологический опрос пяти тысяч американцев из восьми штатов (Техас, Калифорния и другие).

Поговорили в том числе с людьми, которые не получают новости из-за пейволла на сайтах СМИ, недостатка грамотности или языкового барьера.

▪️Вот главные выводы исследования:

1. Люди хотят видеть больше местных новостей

«Если бы зомби-апокалипсис начался в месте, где я живу, я узнал бы об этом слишком поздно»

Многие опрошенные жалуются, что когда в их местности происходит что-то, они не знают, от кого можно узнать про это. Люди также недовольны тем, что местные издания часто выпускают новости из других регионов — распространенная проблема СМИ, которые стараются охватить как можно большую аудиторию из-за сокращения рекламных бюджетов на местном уровне. В больших же городах люди интересуются тем, что происходит в их районе.

2. Люди хотят общий, надежный источник фактов

Читатели в курсе о дезинформации, которая может распространяться в их кругах. Поэтому они хотят иметь доступ к центральному источнику, к которому можно обратиться, если какая-то информация вызывает сомнения.

В политически поляризованных регионах жители говорят, что это не работает, поскольку местные новостные издания пытаются угодить какой-либо из партий. Они хотели бы, чтобы новостные издания меньше обращали внимание на противоречия и больше — на факты, давая аудитории возможность самой формировать мнение.

3. Люди хотят полной, сбалансированной картины о жизни в их местности

Жителей бедных районов, чернокожих и иммигрантов во всех штатах бесит, что репортеры крупных изданий освещают их жизнь, только когда нужно рассказать сенсационную историю о преступлении. Многие оценивают местные новости как несбалансированную, негативную картину их городов — без предложения решений или какой-либо полезной информации.

У респондентов есть запрос на безопасность, однако они не хотят узнавать о местной преступности по сенсационным заголовкам с кровавыми подробностями — им нужны факты и информация о том, как обеспечить безопасность своим семьям или как заставить правоохранительные органы работать.

Непропорциональное внимание к преступности создает ложное представление о жизни в районах. Местные жители говорят, что не могут доверять журналистам, которые приходят освещать только негативные события.

О том, почему людям полезны «добрые новости», я как раз писал недавнопочитайте

4. Люди хотят заранее знать о планах властей, и чтобы лица, принимающие решения, несли за них ответственность

Местные сообщества заинтересованы в том, чтобы журналисты добивались прозрачности властей своей работой.

Респонденты признают, что им не хватает «проактивной» журналистики, потому что они часто узнают о решениях властей, когда они уже приняты. Они хотели бы, чтобы журналисты сообщали об инициативах, когда еще есть возможность на что-то повлиять. Жители крупных регионов полагают, что журналисты не освещают бОльшую часть того, что принимают местные власти.

А еще люди хотят, чтобы журналисты больше следили за развитием событий после принятия решений. По их мнению, медиа уделяют внимание громким историям в их сообществах, но лишь на короткий промежуток времени. Они хотят, чтобы журналисты привлекали внимание к проблемам, пока они не будут решены.

#чужойопыт
1👍1👏1
Расчитать / Егор Федоров
🇺🇸 Как я ездил в США по работе и что нового узнал. Начало Две недели назад я вернулся из Вашингтона. В американской столице я встречался с местными журналистами, европейскими дипломатами, американскими законодателями и политическими аналитиками. Попал я…
🇺🇸 Как я ездил в США. Часть первая: Конгресс, Freedom House и Bloomberg

А вот и первая часть трэвел-блога.

В нем я знакомлюсь с ортодоксальным противником Байдена, узнаю, где в Конгрессе сидит любимица журналистов РИА Новостей, кто следит за уровнем свобод в России и как в Bloomberg верифицируют эксклюзивы от источников.

Во второй части расскажу — о National Press Club, NED и NPR
👍4