ОСТАНОВИЛСЯ ПОЕЗД (обещаю, в последний раз про кино пишу)

Заголовок фильма предельно чëтко задаёт завязку и проблематику сюжета: остановился поезд, погиб машинист. Единственным абсолютным и однозначным фактом остаётся лишь одно – его смерть. И вот, все свидетели этой трагедии остаются наедине с непоправимой и неосозноваемой пустотой, пытаясь каким-то образом вглядеться в неё и что-то ей противопоставить, каждый по-своему.

Следователь Ермаков, роль которого сыграл Олег Борисов, ведёт дело в провинциальном городке. Случай сводит его с персонажем Солоницына, писателем Малининым, который приехал сюда из-за этого же события с целью написать статью «Подвиг машиниста». Поначалу следователь и журналист даже подружилась, ведь объединяет их общая цель, и лишь случайно произнесённая Ермаковым фраза: «Поменьше бы таких подвигов» намечает сущность их будущего конфликта.

Со временем раскрывается правда: трагедия произошла из-за череды фатальных совпадений и халатности работников депо. Ермаков принципиально продолжает расследование, но почти сразу же сталкивается с косностью здешних порядков: на людей давлеет загадочная, понятная только им самим, норма (сами собой напрашиваются ассоциации с кафкианским «Замком»). Выражается это в предельно противоречивой максиме железнодорожного сцепщика: «Мало ли что пишут в инструкции, а если и по инструкции, то дорогу вообще закрыть надо». Жители города настойчиво противостоят попыткам чужака вмешаться в их внутренние дела, и как показывает развитие событий, опасения эти не беспочвенны. От непрекословного следования букве закона могут пострадать новые люди, что потенциально и предотвратит одну трагедию, но может породить новую. Вскоре происходит худший сценарий из возможных: умирает подозреваемый, и смерть эта точно происходит из-за психологического давления следователя. Не нарушил ли этим Ермаков свои же принципы?

В этом свете особенно интересно было читать комментарии на ютубе, которые дали хороший срез трактовок этого сюжета аудиторией. Дело в том, что в этом фильме авторский дуэт Абдрашитова-Миндадзе будто старался воздерживаться от однозначных оценок в отличии например от более публицистического «Плюмбума...», но то ли Олег Борисов сыграл свою роль убедительнее, чем Анатолий Солоницын (вряд ли), но симпатии зрителей в основном были на стороне следователя, а не журналиста. При этом складывается впечатление, что для комментаторов Ермаков выступает в роли эдакого Жеглова времён застоя, который способен всë исправить сильной рукой, хотя на самом деле эти типажи абсолютно разные: персонаж Высоцкого скорее вигилант, в ходе борьбы с преступностью во многом уподобившийся объекту своей ненависти, Ермаков же это про следование уставу и непоколебимую веру в законность и порядок.

И вот, идёт торжественный митинг, чиновники, которые наименее всего заинтересованы в каком-либо позитивном изменении ситуации и завершении следствия, произносят насколько громкие, настолько же формальные речи, журналисты фиксируют происходящее, и лишь принципиальный следователь, человек советского типажа, плоть от плоти этой системы, не находит в ней себе места. Играет музыка Эдуарда Артемьева, ограничивающая пространства реальности и мифа, а Ермаков словно идёт поперёк, поперёк процессу его становления.

Так проходит гражданская панихида, воспевающая героическую жертвенность машиниста, правда ритуал этот больше был похож на отмашку, нежели на искреннее желание не допустить подобного вновь. Но вроде и по-другому нельзя, да по-другому и не принято, ведь именно так работает может самый посконный, оттого и интуитивно понятный механизм человеческой памяти, переживания личной и коллективной травмы. Так может пусть лучше это будет подвиг? Или нам всем банально проще так считать?

Ввиду того, насколько проклят иногда бывает китайский тик-ток/доуинь, думаю ИИ-клип этой песне подходит идеально

Блин, коллаборация Блэйда и Дэвида Тибета оказалась максимально внезапной для меня и стилистически очевидной одновременно. Такое ощущение, будто я подсознательно чувствовал эту связь ещё тогда, во время карантинной хандры, когда музыка этих двоих буквально спасла меня. Но всё же, я тогда и мечтать не мог об их совместной песне

если вам не нравится чебурашка, у вас нет сердца

MISTER ПРОНЬКА, HE'S A RUSSIAN

Не знаю, видели вы или нет, но какое-то время назад на слуху были дико уморительные треки рэперов Gorilla Glu и Lil Nakur. Популярность этого дуэта постепенно нарастала в течении года, а теперь вроде наступил пик их карьеры – ремикс от главного «mad russian» американского рэпа Гуччи Мейна. Коллаборация эта кстати вполне органичная, королю трэп-китча всегда была к лицу русская клюква.

Такой рэп не мог появится в другое время. Лирика хоть и босяцкая такая, но вполне дефолтная, вместо упоминания запрещенки – самогоночка с оладушками (даже ник Лил Накуру пришлось поменять!), и вообще, у одних «Матушка-Земля», а у других «Браги два бидона». Это буквально сюжет какого-то советского анекдота про очередного Левшу из наукограда, который в этот раз изобрел не ламповый процессор, а трэп на баяне. Самое удивительное, что эта максимально банальная формула (Zaytoven-с-гармошками тайп бит) сработала.

Помню, как у меня почти сразу же появилась ассоциация с группой «Парк Горького», которая стала успешной в Америке примерно по похожей причине, но вместо трэпа у них был глэм-метал с хаерами и гитарами в форме балалайки. Продюсерский центр Стаса Намина тогда точнее всех русских рокеров сумел понять запрос западной аудитории: от советских экспортных артистов ждали что-то очень понятное любому американцу, но при этом с экзотичной эстетикой. С Лил Накуром и Гориллой Глу всё сработало примерно по тому же сценарию.

Но самое интересное на мой взгляд это, конечно, реакция российской аудитории на их хайп на Западе. Вот казалось бы, времена сейчас тяжелые, ко всем иностранцам недоверие и вообще «нам ваших Штатов и даром не нать, и с деньгами не нать», но стоит только получить хоть какое-то одобрение от них, так в людях сразу же просыпается любовь ко всему американскому и тяга к братанию. Короче, нужен Лил Накуру и Горилле Глу контракт с мейджором, тур по США и англоязычный микстейп – из этого точно бы вышла сказка про Мистера Проньку-американина

Про Лил Накура и Гориллу Глу это всё напускное было, конечно. Просто я нашëл повод выразить свою любовь к экранизациям сказок Бориса Шергина. Как говорят у нас на Леттербоксе, это буквально Мартынко Великолепный

Почти год назад я уже писал о феномене CUPSIZE. Тогда ск-истерия была на пике, новая музыка производила на слушателей, и меня в том числе, огромное впечатление. Было ощущение появления чего-то абсолютно нового. Сейчас же всё поулеглось, и можно более обстоятельно следить за развитием карьер этого нового поколения артистов без флера загадочности.

Спустя время у меня сложилось ощущение, будто CUPSIZE окончательно для всех стали своими. Они спокойно могут выступать на одной сцене вместе с Сироткиным, органично выглядя при этом и в сетлисте очередного ивента Дурки. Их музыка релевантна как для журналистов, так и молодой аудитории, и даже хейт в тик-токе вряд ли может этого отменить.

Явление это во всех отношениях уникальное, во многом демонстрирующее слом привычных жанровых стереотипов и ярлыков, который с течением времени проявляется только сильнее. CUPSIZE это группа или только псевдоним фронтмена Коли Лифонова, а если всё таки группа, то насколько тогда вообще корректно игнорировать других музыкантов? CUPSIZE это рэп? Или может панк, гиперпоп (да, был и такой этап), гараж, блюз? Их звучанию любят придумывать различные тэги, которые правда чаще всего выглядят очень натянуто. Я искренне не понимаю, зачем это нужно делать – любят эти песни явно не за изощренный звук. Тем не менее, вряд ли в этой неопределенности есть что-то плохое, ведь подобная история обычна для действительно больших артистов.

Можно сказать точно – это гитарная музыка, сыгранная людьми, выросшими на рэпе. Проявляется это, например, в формате релиза: Толя Пситеррор абсолютно верно отметил, «заставь меня плакать» это не альбом, а микстейп, срез звучания группы во всех его проявлениях. Помогают раскрыть это разнообразие и более экспериментальные «блюзовые» треки, они добавляют те новые эмоциональные регистры, которых мне не хватало в их раннем творчестве. Находится место и бэнгерам с привычным для группы грязным звучанием.

Но за всем этим рэперским выебоном разглядывается, конечно, ранимость и такой чисто панковский надрыв: ну не стал бы современный рэпер настолько напрямую петь про школьный буллинг например. Вообще, в этих песнях детская наивность и ироничность соседствует с переживанием горя, есть в этом какая-то своя неподдельная интонация. И назвать их комфортными или стерильными тоже нельзя. В них переплетается всё: неврозы, селфхарм, психиатрические больницы, случайные связи, любовь и насилие. Иногда даже будто непонятно, от чьего лица спеты эти песни, от лица жертвы или агрессора.

Песни CUPSIZE кстати мне неожиданно напомнили Автоматических Удовлетворителей, «вся моя жизнь говно» или «напорносайтах» вполне ведь мог бы спеть Свин. Нарочитый примитив, прямая как удар в челюсть лирика, чётко схваченные бытовые детали и откуда-то берущийся выход из всей этой повседневности в драйвовом разъëбе. В этом, мне кажется, и заключается их главная красота