Про книжные тренды 2024 в прямом эфире РБК, backstage 📽️

Как жаль, что нельзя снимать с такого ракурса — по-моему, так гораздо лучше))))

В офисе проходил кастинг на ручки, достойные подержать «Слово пацана» для фотки к посту. Победили мои шпикачки.

А пост о том, что в среду, 31 января в 19:00 в «Читай-городе» в ТРЦ «Европейский» пройдет встреча с автором книги, Робертом Гараевым. Дискуссия, вопросики, автограф-сессия. В общем, мы готовы все. И знаем, что делать, когда замес начнётся.

Так что пригоняйте.

Мое любимое произведение Чехова еще со школьных времен - рассказ "Канитель". Про старушку, которая пришла в храм подавать записочки, но запуталась, кого записывать "за здравие" а кого "за упокой". В итоге дьячок, что называется, психанул и отправил старушку к дьякону:

"Пущай он разберет, кто живой, а кто мертвый; он в семинарии обучался, а я этих самых делов... хоть убей, ничего не понимаю"

А есть у вас такое произведение Чехова, которое запомнилось вам больше всего?

В зимнее время становлюсь буквально пожирателем книг. Никогда не читаю столько, сколько в этот период.

Вот и сейчас посчитала: январь заканчивается, а у меня уже четыре прочитанные книги за месяц. С двумя вообще за неделю управилась. И еще одну неспешно почитываю в офисе по работе. Для меня это правда высокий темп, и я знаю, что это ненадолго. Поэтому ловлю момент и поглощаю максимально.

Аналогии с едой не случайны. Завтра будет отзыв про орущий из всех утюгов «Голод. Нетолстый роман». Сегодня ещё перевариваю. И да, это все ещё аналогии с едой.

За выходные прочитала нашумевший «Голод. Нетолстый роман» Светланы Павловой. Книга вышла в РЕШ и была первой во всех рекомендательных списках ярмарки non/fiction. Что уже само по себе — заявка на некую мощь.

Героине романа немножко за 30, у нее ипотека, заурядная офисная жизнь, желание понравиться начальству, плохие воспоминания о матери, любовники с придурью, хреновый терапевт… и булимия. Каждый вечер к ней эшелонами едут курьеры с едой, которую она моментально и бездумно уничтожает, а потом тут же избавляется от нее. Она изнуряет себя диетами, тренировками. До следующего срыва. Она все знает о калориях, обертываниях, липосакции. Но не знает главного — куда катится её жизнь. Она отправляется на групповую терапию для обжор. Однажды туда по ошибке заходит клептоман Ваня. Естественно, искра, буря и безумие врываются в чат. Точнее, никакой особой бури нет — скорее, комплиментарность со спокойным сексом и бытовым юмором в качестве бонуса. Надолго ли?

Местами, конечно, прямо жалко девочку. Больно за нее. Обнять хочется.

Но при всей болезненности и кипучести, книга не обременена интеллектом. К слогу так и тянет придраться. Многое в этой книге непонятно зачем. Зачем-то называет оксюмороном то, что им не является. Зачем-то выносит в примечания определение слова «кружочки» (заюш, ты это серьезно?) Зачем-то вставляет пустые насмешки над феминитивами. При этом в середине романа героиня всерьез задумывается о феминизме, но о принятии своего тела и счастье впервые заходит речь только когда в ее жизни появляется мужчина.

И все же фишка книги — вовсе не слог, а пронзительная неудобная откровенность. В одном лишь абзаце она впроброс обличает культуру новой искренности в соцсетях. Мол, все давно спокойно выставляют свои проблемы напоказ, но это ненастоящая искренность. А вот вам настоящая, моя.

«Про неконтролируемый жор, про враньё близким. Про истерики, клизмы, рвоту, ненависть к себе».

И все это приправлено иллюстрациями — кстати, совершенно бесподобными.

Так что если роман оценивать как попытку переписать культуру искренности, как заявление на право поднять неудобную тему бодипозитива — восторженные восклицания вокруг книги понятны и ожидаемы.
Но если вы фанат мысли, развернутой не на уровне поста ВК, скорее всего, роман вас не впечатлит.

Эта тенденция меня тревожит. Может, действительно, литературный успех порой в том, что достаточно просто заговорить? А как — уже не столь важно?

Ведь читателю, в общем-то, много не надо — порой всего лишь знать, что он не один. И в этом смысле «Голод» утоляет. Девочки пару раз точно сочувственно вздохнут.

Только не путайте, пожалуйста, сочувствие к героине с восторгом от прочитанного. Поймайте эту грань и не дайте себя обмануть. Манойло и Васякина тоже пишут честно и неудобно. Но еще они пишут хорошо. И в этом вся разница.

#буквормно

В офисе царит легкая Канемания. Боссами рекомендовано прочитать эту книгу. Читаю примерно по 15 страниц в день.

Пока что мне видится более простым уволиться, чем продраться через все эти дебри исследований. Но я не из робкого десятка и еще пободаюсь.

Началась встреча с Робертом Гараевым.

Первая цитата со встречи: «Когда я оцениваю свою популярность с тем, что сейчас происходит с актером, сыгравшим Марата, меня немного отпускает» :)

Эта встреча однозначно вошла в мой личный золотой фонд мероприятий в «Читай-городе» 💔

А с таких встреч обязательно должна оставаться книга с автографом ✍️

Сегодня Евгению Замятину 140 лет. Разослали по СМИ вот такой релизик:

Не только “Мы”

В сети книжных магазинов “Читай-город” обратили внимание, что из произведений Евгения Замятина покупатели преимущественно выбирают роман “Мы”. За 2023 год в “Читай-городе” было продано свыше 40 тысяч экземпляров. Это в 2 раза больше, чем “О дивный новый мир” Олдоса Хаксли и в 2 раза меньше, чем “1984” Джорджа Оруэлла. Так, Евгений Замятин занимает 2 место в рейтинге классических антиутопий за 2023 год.

При этом другие произведения Евгения Замятина покупают гораздо реже. За 2023 год сборники рассказов автора в сети были проданы в количестве 1008 экземпляров – в 40 раз меньше, чем “Мы”.

Согласно рейтингу русской классики 2023 года, Евгений Замятин замыкает пятерку самых продаваемых книг русских классиков. В сети “Читай-город” представлено более 50 изданий произведения “Мы”. Само произведение в этом году также отмечает необычный юбилей – 100-летие перевода на английский язык.

У Замятина вчера прочла рассказ «Девушка». Безумно красиво и жарко. На чтение ушло всего 15 минут. А на размышления о юношеской любви — весь вечер.

Вот что значит слово, и как много оно может в руках настоящего мастера.