Гэнки Кавамура «Если все кошки в мире исчезнут». Из архива 11 мая 2020 года

Главный герой книги — 30-летний мужчина. Он одинок, работает почтальоном и живёт с котом по имени Капуста. Ему диагностируют опухоль мозга на последней стадии. Почти сразу в его квартире появляется дьявол (да, тот самый) и предлагает крайне соблазнительную (ну ещё бы) сделку. В обмен на один день жизни героя во всем мире исчезает одна вещь. Какая именно — выбирает сам дьявол, именуемый в книге Алохой за любовь к ярким гавайским рубашкам.

Сперва в мире исчезают телефоны. Далее — все фильмы, после — часы. Герой пытается жить в новых реалиях, рассуждая об утерянном. И вот Алоха сообщает, что завтра в мире исчезнут все кошки...

Даже если бы я не знала, что это книга японского автора, я бы все равно это поняла. Они умеют передавать зыбкие, интимные вещи очень простыми словами — это даже не стиль, а их естественная форма существования в литературе.

В целом книга — одна сплошная рефлексия. Это не судорожное чтение взахлёб, там нет ничего шокирующего, история легко написана. Концовка пусть и предсказуема, но не бесит - наоборот, даже радует: хоть что-то ты ещё способен знать наверняка.

Сегодня мы лишились очень многого, без чего раньше себя не видели. Но заметьте, мы неустанно повторяем: "Это временно, скоро все снова вернётся в нашу жизнь". Грандиозное утешение, без которого мы бы и дня не усидели в нашей бетонной коробке. А в этой истории все исчезает НАСОВСЕМ.

Без чего каждый из нас может обойтись? И ради чего вообще стоит жить? На самом деле, вечные, но хорошие вопросы.

И пусть я люблю кошек довольно сдержанно, но мир без них не представляю. Как и без фильмов. А вот посмотреть, как бы мы жили без часов, было бы интересно. Ну и дьявол по имени Алоха — это, конечно, восторг.

Книга в самый раз для тех, кто предпочитает аттракционы без крутых виражей, с лёгким ветерком и все же с ощущением полноты жизни. На карантине — то, что доктор прописал.

Просто быть живым само по себе ещё не самое главное. Важно то, как ты живёшь.

Какого маньхуа?

Так получилось, что помимо «пацанской» эта рабочая неделя была для меня еще и азиатской.

Все релизы и комментарии, которые я писала на этой неделе, так или иначе имели отношение к теме Азии. Это понятно и уже не удивляет — тренд набрал обороты и продолжает обретать новые формы. Это создает необходимость глубже копаться в теме.

Например, от «Коммерсанта» пришел запрос про статистику продаж манхвы и вебтунов. Если слово «манхва» мне еще было знакомо по касательной, то про вебтуны я услышала впервые. А у нас, оказывается, на сайте уже даже есть такие подборки. Чтобы сформулировать ответ, пришлось разбираться.

В итоге на экваторе работ я поняла, что вообще пишу все неправильно. Я писала про продажи по вебтунам, манхве и маньхуа. А по последней не нужно было. Потому что это маньхуа — это китайские комиксы. А меня спросили про манхву. Это южнокорейские комиксы. И вот я узнала, что вообще-то это не одно и то же слово, которое говорят по-разному, а два разных термина.

Тут с мангой еле-еле разобрались, а теперь еще куча терминов, в которых черт ногу сломит. Но я все же вроде как разобралась и финализирую для вас эту жизненно важную инфу:

Манга — это японские комиксы. Ну, это мы давно знаем.
Маньхуа — это китайские комиксы.
Манхва — это корейские комиксы.
Вебтуны — это тоже манхва. Но написанная изначально для цифрового формата. Название взялось как раз с портала, где начался самиздат манхвы.

Сохраните себе, чтобы не потерять:)

Параллельно с этим я узнала, что такое сянься, чем оно отличается от ранобэ и маньхуа, и какого маньхуа там делают русскоязычные авторы. Но про это как-нибудь в другой раз и не в пятницу вечером.

На следующей неделе у меня как раз ещё один запрос от СМИ, уже про Китай. Предвкушаю новый опыт)

А сейчас — хороших выходных!

Всё, что нужно знать про моего мужа — он выиграл смартфон во Вкусно и Точка.

Это пример совершенно инопланетного и при этом очаровательного типа добытчика. С ним не только не пропадешь, но ещё и не соскучишься.

В Калининграде отменен книжный фестиваль независимых издательств «Поляндрия» и NoAge. Программа была настолько крутейшая, что хотелось сорваться и поехать. И настолько крутейшая, что власти в итоге отменили фест без объяснения причины.

Это ещё один пример того, что Россия, к сожалению, уже давно никакая не самая читающая страна. И отчасти не по своей воле.

В самой читающей стране не отменяют авторов, не отменяют книжные фесты и знают хотя бы еще кого-то, кроме своих классиков. Но пока мы только бьем себя кулаком в грудь, что у нас Пушкин, Толстой, Достоевский и т.д. Это не плохо, но есть в этой риторике какое-то слишком безобразное удобство. Ведь они уже не скажут лишнего, в отличие от современных авторов.

Это при том, что российскому читателю и так доступно всего 4% от мирового книжного контента.