Нагрузка на бизнес в 2026 году усилилась — к концу апреля общий объем обязательств компаний достиг рекордных ₽293 трлн, следует из доклада Росстата, который изучили «Известия».

Почти половина суммы — чуть больше ₽141 трлн — пришлась на обязательства перед поставщиками и работниками, а также платежи по налогам, сборам, пенсионному и медицинскому страхованию сотрудников. Еще почти ₽152 трлн составили займы и банковские кредиты.

Чем больше таких обязательств, тем дороже компаниям их обслуживать: по ссудам начисляются проценты, а при задержке платежей перед государством — например, по налогам — добавляются пени. Поэтому особенно тревожно выглядит динамика просрочки: по сравнению с прошлым годом она увеличилась на 18% и достигла ₽7 трлн, следует из данных Росстата. Это 2,4% от совокупных долгов бизнеса.

Больше всего просроченной задолженности перед поставщиками и работниками в апреле накопилось в обрабатывающих производствах — почти ₽2,5 трлн. Далее идут торговля — ₽950 млрд, добыча полезных ископаемых — почти ₽800 млрд и строительство — ₽321 млрд, говорится в докладе.

Проблема не ограничивается просрочкой — на выплату процентов компании уже направляют рекордные 37% прибыли. Самая высокая долговая нагрузка фиксируется в машиностроении, деревообработке, сфере услуг и строительстве. В последнем секторе чистые обязательства достигли 481% EBITDA, то есть почти в 5 раз превысили операционную прибыль.

Один из главных факторов давления — все еще высокая ключевая. С начала года она снизилась лишь на 1,75 п.п. — до 14,25%. В «Инго Банке» подчеркивают, что ставка напрямую влияет на стоимость обслуживания займов: при дорогих деньгах кредиты обходятся дороже, а компаниям сложнее рефинансировать прежние обязательства. В результате часть организаций оказывается в замкнутом круге. По словам экспертов, некоторые из них вынуждены брать новые займы, чтобы рассчитаться по старым. Это усиливает нагрузку и повышает риск долговой спирали.

Эта тенденция уже отражается в банковской статистике. По данным ЦБ, в I квартале 2026-го объем проблемных кредитов юрлиц вырос более чем на 4% — до 11 трлн. Наиболее заметно ситуация ухудшилась у небольших компаний в строительстве, недвижимости, торговле и промышленности. В сегменте МСП доля «нехороших» ссуд увеличилась почти на 1 п.п. — до 19%.

Кроме того, размер пеней за просрочку платежей тоже привязан к ключевой ставке, уточнил Василий Кутьин. Поэтому даже небольшая задержка при дорогих деньгах обходится бизнесу заметно дороже.

Но высокая стоимость денег — не единственная причина увеличения задолженности. На финансовое положение компаний также давят подорожание логистики, нестабильный курс рубля и колебания потребительского спроса, отмечают в BBNP. Из-за этого расходы растут, а прибыль сокращается. Дополнительно повлияло и повышение налоговой нагрузки — с 2026 года ставка НДС выросла с 20% до 22%, а порог дохода для обязательной уплаты налога на «упрощенке» снизили с ₽60 млн до ₽20 млн.

При этом в ФНС заявили, что по оперативным данным на 1 июля не видят рост задолженности по налогам и сборам. В то же время соотношение долга к поступлениям налоговых платежей составляет 5,6% — это ниже среднего показателя последних 6 лет. В ряде других стран он может превышать 100%.

Ранее стало известно, что к апрелю налоговые долги граждан и бизнеса достигли рекордных ₽4 трлн — примерно на треть больше, чем годом ранее.

Почти 55% просрочки — около 4 трлн — пришлось на обязательства перед поставщиками, следует из данных Росстата. Это значит, что задержки с расчетами могут передаваться по цепочке от одной компании к другой, отмечают во Freedom Global.

Особенно болезненно это для малых предприятий. Как рассказывал «Известиям» на ПМЭФ глава ТПП Сергей Катырин, они часто выполняют заказы крупных партнеров, но оплату иногда ждут очень долго. При этом оборотных средств не хватает, а кредиты остаются дорогими — в итоге кассовые разрывы становятся для такого бизнеса серьезным ударом.

Масштаб проблемы уже выходит за рамки отдельных отраслей. Совокупные обязательства компаний почти на треть превышают ожидаемый властями номинальный ВВП на этот год — ₽228 трлн. Рост долгов, который опережает динамику экономики и сопровождается увеличением просрочки, может говорить о том, что бизнес все сильнее зависит от заемных средств, отмечают в BBNP.

Предприятия уже реагируют на это снижением вложений в будущее. Инвестиции в собственное развитие в первые три месяца 2026 года упали на 14%. Когда значительная часть средств уходит на обслуживание долгов и закрытие кассовых разрывов, компании чаще откладывают расширение производства, модернизацию и наем сотрудников. По словам экспертов, для граждан это может обернуться медленным ростом зарплат, сокращением числа вакансий в уязвимых отраслях, а также подорожанием товаров и услуг.

Как отмечает директор аудиторско-консалтинговой группы «Юникон» Михаил Курдюков, в I квартале 2026-го ВВП снизился на 0,2%, рост реальных зарплат в апреле замедлился до 5,1%, а прибыль компаний в первые 3 месяца года упала более чем на четверть — до ₽5,2 трлн. На этом фоне обслуживать растущие долги бизнесу становится все сложнее. Если нагрузка выйдет из-под контроля, это может спровоцировать банкротства среди компаний и граждан.

Замедлить рост задолженности, по мнению опрошенных экспертов, могло бы снижение ключевой ставки хотя бы до 12–13%, а в дальнейшем — до однозначного уровня. Среди других мер они называют смягчение фискального давления, упрощение административной нагрузки и адресную поддержку уязвимых отраслей, включая угольную промышленность и нефтепереработку.

Таким образом, бизнес все чаще тратит деньги не на рост, а на выживание. Долги, проценты и кассовые разрывы съедают ресурсы, которые могли бы пойти на инвестиции, зарплаты и новые рабочие места. И если эта цепочка не разорвется, долговая нагрузка может стать проблемой не только для компаний, но и для всей экономики.