У меня нет для вас никаких рецептов на тему как оставаться продуктивной, работая над диссертацией из дома (пока). На прошлой неделе я еще ходила на кампус – мне разрешили как ассистентке преподавателя, хотя вообще студентам вход на кампус запрещен. На этой неделе я сижу дома и по большей части разлагаюсь.

Хотя нет: вот впервые полностью прочитала Gender Trouble Джудит Батлер.

Да, я делаю phd в гендерных исследованиях и только сейчас прочитала Gender Trouble.

В свою защиту могу сказать, что раньше это было бы (и было) бессмысленно (я пыталась): вот положа руку на сердце, только сейчас, на третьем году PhD, я была способна понять. Процентов 85-90.

Хроники карантина: я сделала апельсиновый джем и теперь обсуждаю рецепт в Фейсбуке с нашим проректором по социальным и гуманитарным наукам.

На прошлой неделе я создала себе расписание жизни. Расписание такое: с утра либо йога (with Adriene) либо бег. Эта физкультура – уже более-менее давняя привычка, бегаю уже лет шесть on and off, а йога тоже несколько месяцев, началось как попытка спастись от зажимов в спине, ну и втянулась. Потом завтрак, потом начинается рабочий день. Вернуться к диссертации я пока не смогла, мозг считает, что он все еще в стрессе, но я читаю для диссертации и сразу пишу конспекты того, что мне пригодится. А, и кажется у меня план перечитать за время карантина всю Батлер еще. Я даже переодеваюсь в более официальную одежду, чем пижамные штаны, надеваю часы и какую-нибудь бижутерию и немного поливаюсь духами, чтобы отделить домашнее от рабочего. Работаю до пяти-шести, иногда выхожу в магазин или на прогулку (у нас можно), главное что до вечера я не смотрю сериальчики. Ну и потом ужин, несколько серий, и час-полтора перед сном читаю художественные книжки. Ложусь в десять, но и встаю рано, в шесть-начале седьмого.

Полторы недели расписание работало, но пару дней назад все пошло по пизде и вот я завтракаю за сериалом, обедаю и ужинаю за сериалом, а в перерывах валяюсь на диване с книжками Джейн Остин и гоняюсь пообниматься с котом, который немного прифигел от того, что я всегда дома и уже явно не чувствует во мне той потребности, как когда-то.
Но хоть физкультура не пострадала.

Собираюсь с понедельника снова взять себя в руки, потому что подоспели и официальные обязанности – семестр закончился, время проверять финальные работы в рамках моей преподавательской практики.

Ни в какие руки я себя не взяла, конечно. Сегодня с утра сходила на пробежку, потом читала книжку, стирала, сбегала на рынок в двух шагах от дома, приготовила обед, тупила в сериалы, и сейчас на полном серьезе убеждаю себя, что это достаточно продуктивный день. Особой силы убеждения, впрочем, не требуется, я себе охотно верю.

От работы над главой пока отказалась; вся энергия уходит на то, чтобы, во-первых, не сойти с ума и, во-вторых, проверить задания и курсовые в моем ТА классе. На последнее (на первое, кажется, тоже) уходит столько сил, что на следующий день я еле-еле продираю глаза по будильнику и мозгу требуется на час больше сна.
_________________
С однокурсницей обсуждали, что для людей, которые живут одни, карантины и локдауны неэтичны и по большому счету бесчеловечны и выльются в большие проблемы с ментальным здоровьем; там должно быть придумано другое решение. Говорит, в Италии вроде был общественный разговор на эту тему, но кажется это ни к чему не привело: если ты живешь одна, то тебе разрешена, условно говоря, не пяти-, а десятиминутная прогулка – что проблему не решает совершенно.

Мне-то еще не так плохо - у меня есть кот. Всегда есть с кем завтракать и ужинать и всегда есть кто-то, кто ждет тебя из душа.
________________
В Венгрии пик заболеваемости ожидают в начале мая, а в Вене уже возвращаются к нормальной жизни – люди возвращаются на работу, открываются магазины и тд. Даже не верится, что такое бывает.
________________
В магазины вернулись дрожжи. Планирую жареные пирожки с картошкой и с луком и яйцом. Comfort food.

Пару недель пытаюсь смириться с фактом того, что две мои потенциальные годичные стажировки, на которых я основывала все видение будущего, проебались и я осталась без какого-то внятного плана на следующий академический год. Меня не взяли ни в Берлин, ни в Бухарест (в Бухарест!). Все вокруг твердят, что это реалии жизни в академии, - и не то чтобы я этого не знала, но легче как-то не становится, а стипендия заканчивается в августе.
______________________
Больше всего хочу сейчас быть способной вернуться к работе над диссертацией и писать, писать. Сегодня час скайпилась с научной руководительницей. Очень помогло – даже выпросила у нее организовать мне дедлайн через две недели, в который я должна выслать ей переработанный черновик второй написанной главы. Если это не прижмет мою жопку к рабочему стулу, то я не знаю.
______________________
Самоизоляция в Будапеште продолжается, но я все еще настаиваю, что для живущих в одиночестве людей самоизоляция это не больше ни меньше existential threat, экзистенциальная угроза «я», угроза распада, ибо нет Другого, через которого мы только и существуем. И вся эта онлайн херня тут мало помогает.

На прошлой неделе я заполняла отчет о годовом прогрессе. Достижения такие. Диссертация: написаны первые черновики двух глав; выступлений на конференциях – одно (принята еще на три, все отменили); грантовых заявок написано – три, из них грантов получено – ноль; месяцев проебано – два.

Сейчас будет длинно и про кота, с ветеринарными открытиями в конце.

Потому что кроме шуток, главное достижение на текущий момент связано с котом. В мае мы сходили на ультразвук и увидели, что там грустно с почками (что была не новость, но вот степень грустности была новостью). Сейчас у Гоши все хорошо, жизнь нормальная, на специальной диете, на лекарствах и тд; в целом с таким диагнозом прогноз плохой, но опять, это может быть и два года, и пять лет, никто не знает. Смысл, короче, в том, что чтобы избежать состояния обезвоженности (постоянная угроза при почечных диагнозах), надо вливать в кота жидкость подкожными капельницами. Это реально капельница, но не внутривенная, а подкожная, обычно колется в коже сзади на шее. Капельницы нужно делать раз в два дня минут по 5-10. Пару лет назад я научила Гошу пить таблетки, также по ютубовским видео, и это вообще перестало быть проблемой, но капельница, согласитесь, это какой-то высший пилотаж, меня к такому жизнь не готовила.

Наш врач меня научил, ссылок на ютуб прислал, я все посмотрела. В клинике все прошло блестяще: оказалось, у меня нет паники перед иголками, я относительно спокойно всаживаю их куда надо, но проблема оказалась не во мне, а в коте. Если в клинике кот напуган и этой процедуре не сопротивляется, то вот дома я пыталась поставить это дело на поток две недели, что осложнялось тем, что я с ним один на один, дополнительных рук на моей стороне нет. Две руки против четырех лап, так сказать. И только после двух недель по большей части безуспешных попыток, тщательного анализа реакций, направления движений, рывков и прыжков кота и обзора предлагаемых ютубом техник, собственных открытий и изобретений, а также, в неменьшей степени злости и отчаяния (if this is what it takes to keep this little bastard alive, I’m gonna find out how to do it no matter what), я разработала гениальную систему, которая позволяет удерживать кота на капельнице так долго, как нужно.

Держите, вдруг пригодится. Секрет, во-первых, в специальном широком поясе на липучках (сшила из старой пары джинс), который надевается как седло и под который пропускается иголка со шлангом для ее лучшей фиксации. Во-вторых, секрет в том, чтобы надеть на кота ошейник и поводок и поместить левым боком к себе: наматываете поводок на левую руку и крепко держите от возможных рывков, левой же рукой оттягиваете кожу на холке и ставите капельницу. Крепко держать поводок и кота и обнимать от пяти до десяти минут. Готово, вы молодцы.

Иногда для того чтобы подзарядить свои диссертационно-писательские батареи, я читаю книги о том, как написать диссертацию. Сейчас, после двух с половиной месяцев простоя, мне это было особенно нужно, хотя я уже и вошла в что-то, более или менее напоминающее рабочий график, еще в начале июня (новый сезон, новый месяц, новая неделя – магия выпадания первого числа на понедельник, ну вот это вот все). Сижу, пытаюсь каждый день понемногу колупаться там.

Короче: читаю знаменитую книгу How to Write Your Dissertation in Fifteen Minutes a Day (Joan Bolker), и в какой-то момент вижу совет для тех, кто уже хорошо так находится в стадии написания, уже вот прямо год-два до сдачи: не затевайте переезд. Также дают совет не заводить детей и собак и вообще поддерживать очень рутинное существование, чтобы ни на что глобальное не отвлекаться и сосредоточиться только на письме, но вот на этом про переезд я прямо прослезилась. К концу следующего академического, моего четвертого года, я планирую по идее дописать все, и в течение года меня ждет несколько международных переездов. Один летом из Будапешта, и потом один зимой, в Вену, а потом вообще бог знает что, где и куда.

oh honey, как говорится.

Самая захватывающая новость лета - на кампусе открыли наш аспирантский офис.

По пиэйчди-времени сейчас должен быть конец марта - последний раз, когда я там была перед тем как закрыли университет.

Моя повседневность сейчас это хрен пойми что – хотя вот сегодня утро было героическим, не меньше. Подъем, йога, душ, капельница коту (он такой зайчик сегодня был, даже не пикнул и не дернулся и почти спокойно сидел пять минут, хотя в предыдущие пару раз начал со мной драться, реально драться - кусать за руки и один раз врезал мне лапой по лицу, это конечно было фрустрирующе, но в то же время я чуть не умерла от умиления, такой он был хорошенький в этих попытках меня испугать), и ЧИСТКА ФИЛЬТРОВ КОНДИЦИОНЕРА.

На кондиционер мы с Гошей молимся, потому что в адской будапештской жаре мне хочется умереть каждую минуту. Поэтому когда аппарат вчера замигал, мол, пора чистить фильтры, я сначала запаниковала, но потом взяла себя в руки и с божьей помощью и инструкцией в руке вскрыла кондиционер, вытащила фильтры и помыла их. Чтобы окончание авантюры прошло успешно, вечером, как вернусь домой, мне предстоит их вставить назад и ткнуть кнопку reset. Кнопка запрятана глубоко и чтобы ее ткнуть, нужен шток цилиндра. Что такое шток цилиндра, инструкция не разъясняет, а я в душе не ебу, так что интрига пока сохраняется.

Еще одна интрига будет получить счет за электричество в конце месяца, но я уже в том положении, когда готова душу дьяволу продать, не то что больший счет оплатить.

Трудно представить себе человека в своём уме, который стала бы читать научные статьи, если в этом нет профессиональной необходимости. 15 лет назад я даже не знала, что их кто-то пишет. Сейчас половина разговоров, которые со мной случаются, посвящены статьям и журналам. И если кто-то хочет со мной поговорить не об этом, за мое внимание ещё придётся побороться. Такой период. Надеюсь, будут и другие. Насчёт недописанных текстов, интересно, это только моя особенность или так со многими. Когда я близка к завершению и остаются только косметические работы, я очень боюсь умереть и не успеть доделать. В таких случаях я назначаю кого-нибудь опекуншей моего текста и беру обещание в случае моей смерти довести дело до конца. Может, в прошлой жизни я была Карл Маркс? Я даже живу рядом с его могилой. Это было бы ужасно жаль, если бы столько трудов просто пропало с внезапным прекращением меня. Хоть я и собираюсь прожить свою вторую половину, Энгельса на текущую статью надо всяко назначить от греха.

Выше это репост из канала Ани Шадриной, которая недавно защитила докторскую в Лондоне. Я, когда прочитала, подумала, что как с меня писали. Во-первых, лучшие разговоры это те, где можно обсуждать статьи, а с тех пор, как на меня снизошел главный аргумент моей диссертации, самые лучшие разговоры это те, где люди спрашивают про мой рисерч и аргумент, и так не просто из вежливости, знаете. И во-вторых, когда начался коронавирус и я размышляла над тем, что у меня, как и у всех, тоже есть вероятность заболеть и умереть, моей второй реакцией было сожаление, что я не допишу диссертацию и никто никогда не узнает, какая она интересная (первой была мысль, что это был бы an easy way out).

И еще из новостей. В начале августа я планирую свалить из Будапешта обратно на Русь. В начале августа потому, что а) раньше не позволяет вакцинация Гоши, надо ждать тридцать дней, а кто-то протупил и вакцинировал только в начале июля, и б) я буду жить у подруг в Петербурге, и коли меня посадят на самоизоляцию, будет удобно туда заселиться тогда, когда они улетят в отпуск, что тоже есть начало августа.

Дальше интересное: как известно, рейсов в Россию из Европы нет, когда будут неизвестно, хотя билеты продают уже с 1-го августа. Я этому не очень верю пока. Поэтому безумный план заключается в том, чтобы вылететь Будапешт – Минск, оттуда трансфером на машине через границу до Москвы, от Москвы сапсаном до Петербурга, и помоги нам с Гошей господь.

В жизни не думала, что буду так рваться в Россию, но на самом деле уже хочу туда поскорее – никогда долго не жила в Петербурге, а вот теперь буду там до января и очень радуюсь.

Сегодня во время обеденного перерыва браузила Russian Review и наткнулась там на статью о «Что? Где? Когда?», ну и все, прощайте планы дать отдохнуть глазам. Там, короче, шоу, особенно его перестроечные и постперестроечные годы, рассматривается как пример того, как поздняя советская интеллигенция ощущала себя во время либеральных реформ 1980-х и 90-х – а также участвовала в, так сказать, формировании дискурсивного поля для этих реформ.

Там особый фокус в том, как игра начинается – а начинается она (кажется, и до сих пор так?) арией Германа из оперы Чайковского «Пиковая дама», «что наша жизнь? Игррррааа!» И автор разбирает, почему тут важна разница между «Пиковой дамой» Чайковского и «Пиковой дамой» Пушкина (отсылки к обоим произведениям так или иначе есть в оформлении шоу), почему вообще тут про рулетку, ну помимо очевидного что это казино, хоть и интеллектуальное. Но в этом и прикол – своими мантрами о том, что "Что? Где? Когда?" это единственное казино, где каждый может заработать деньги своим собственным умом, Ворошилов выстилал путь капиталистическим реформам и как бы легитимировал их в публичном дискурсе. Вся целевая аудитория передачи – простой советский «средний класс», инженеры, ученые, техническая интеллигенция – приглашалась к тому, чтобы сделать ставку на монетизацию своих интеллектуальных способностей, на то, чтобы разбогатеть и не чувствовать себя при этом виноватыми, на то, чтобы поставить все на поддержку нового режима, который с самого начала был очевидно выгоден лишь небольшому проценту, а остальным принес ухудшение условий жизни и массовое обеднение (показательно, что, например, одним из первых спонсоров программы был МММ). И все это в обмен на ограниченное число личных свобод за счет коллективных. Позднесоветская и затем постсоветская интеллигенция, «знатоки», с одной стороны ставили на этот вот все, особенно на ельцинские и чубайсовские реформы, а с другой переживали по этому поводу все-таки, терзались немножко.

Там еще в конце немножко про проклятие постсоветской интеллигенции никогда не говорить ничего хорошего про социалистический проект, проклятие, которое до сих пор в силе.

(Pavel Khazanov, “What Is Our Life? A Game!”: What? Where? When? and the Capitalist Gamble of the Soviet Intelligentsia. Russian Review, 2020. )

Это я к чему. Все-таки моя до сих пор идентифицирующая себя как cultural studies душонка не может без этого вот всего. Может, поэтому у меня сейчас сильный крен в психоанализ в диссертации случился, что недостаточно мне материалистских объяснений и социального конструктивизма, мне нужна тревожность, страх, желание, ну и еще Пушкина с Чайковским прихватить для пущего счастья.

Приезжала Л. из Вены, увидела мои представления по вливанию физраствора в Гошу и теперь зовёт меня не иначе как матерью драконов.
И если вы когда-нибудь делали подкожные капельницы коту, вы понимаете, насколько это близко к правде.

Моя новая академическая любовь, Маргрит Шилдрик, приводит операции по разделению сросшихся близнецов как парадигмальный пример фукодианской идеи про продуктивность власти. Операция по разделению становится наглядной реализацией этой метафоры - власть не только угнетает и запрещает, но и обладает производительной силой, и в данном случае разрез скальпеля не столько про наказание, сколько буквально про субъективацию, создание новых субъектов. Работа регуляционных технологий в интересах нормативности. Похожими примерами будут, конечно, операции по коррекции пола для интерсекс- или транс-людей, но случай со сросшимися близнецами ещё и наглядно демонстрирует либеральное понимание субъекта как автономного индивида.

Новости моей грешной жизни: эвакуация из Будапешта уже в полном разгаре. Провела множественные переговоры с БелАвиа по перелету кота Гоши в салоне; задонатила в шелтер килограммы еды, которую Гоша решительно отказался есть, и переноску, которая не вписывается в стандарты БелАвиа; купила новую переноску, но она тоже не вписывается в стандарты БелАвиа; пристроила всякие уютные штуки для дома, которыми обросла за четыре года тут, и матрац; неожиданно организую прощальную вечеринку в руин-пабе, в котором мой департамент открывал учебный год тогда, когда я поступила в магистратуру четыре года назад. Full circle.

Остроты добавляет то, что смертельный номер по эвакуации на родину себя и кота при отсутствии регулярного с ней сообщения я решила начать в свой день рождения 7 августа, я умею развлекаться.