Вчера я сделала одну вещь, которую до этого не делала (ну делала, но только с книгами) - я начала пересматривать сериал на следующий день после того как закончила его смотреть в первый раз. Но удивительно для меня даже не это само по себе, а то, что жанр Killing Eve мне в принципе не близок - я никогда не смотрю сериалы (и фильмы) про шпионов, спецагентов, международную преступность, не смотрю триллеры и детективы, и вот нате вам пожалуйста.
Прежде всего, эта моя ситуация напомнила мне про недавно прочитанную книжку про феминистские читательские стратегии работы с аффектом, а конкретно про одну главу под названием Daughters of privilege: Class, sexuality, affect and the Gilmore Girls. Тайминг был как нельзя более кстати - как раз в тот момент я пересматривала Гилмор Герлз и оочень сильно понимала, про что писала исследовательница. А она писала как раз про эту свою аффективную вовлеченность в сериал, и для нее проблема была в том что она, как феминистка, видела все не очень хорошие штуки в сериале, но все равно не могла отказать себе в УДОВОЛЬСТВИИ от просмотра (нехорошие штуки там, например, что там все главные героини и герои белые суперпривилегированные супергетеро женщины высшего класса). Она очень хорошо там разбирает свой квир-феминистский аффект (под которым понимает интенсивность чувства и силу реакции, в том числе телесной, на медиа-опыт) - раздражение, бешенство, ироничную фрустрацию, но при этом ничего не может поделать со своей любовью к нему.
С Killling Eve ситуация, разумеется, совершенно другая в том смысле, что это квир-феминистская интервенция в традиционно очень мужской и гетеронормативный жанр, но все равно сила моей реакции меня очень удивила, учитывая мою неприязнь именно к жанровым конвенциям, в которых разворачивается история, к наличию множества малоправдоподобных сюжетных линий или ситуаций и, хоть и в меньшей степени, развесистой клюквы, когда дело касается России (чего только стоят сотрудницы и сотрудники женской тюрьмы, все поголовно знающие английский - мелочь, а досадно).
Я уже облазила интернет, конечно, прочитала все что смогла найти про сериал, но одно из главных удивительных открытий было то, что авторка сценария оказалась авторкой (а также исполнительницей главной роли) британского сериала Feabag Phoebe Waller-Bridge, а я любила этот сериал всей душой! Сейчас я пойду ДОПЕРЕСМАТРИВАТЬ, а потом обсуждать это со знакомой - такой же сериалозависимой, как оказалось - и это, конечно, отдельное удовольствие когда есть с кем поделиться.
Прежде всего, эта моя ситуация напомнила мне про недавно прочитанную книжку про феминистские читательские стратегии работы с аффектом, а конкретно про одну главу под названием Daughters of privilege: Class, sexuality, affect and the Gilmore Girls. Тайминг был как нельзя более кстати - как раз в тот момент я пересматривала Гилмор Герлз и оочень сильно понимала, про что писала исследовательница. А она писала как раз про эту свою аффективную вовлеченность в сериал, и для нее проблема была в том что она, как феминистка, видела все не очень хорошие штуки в сериале, но все равно не могла отказать себе в УДОВОЛЬСТВИИ от просмотра (нехорошие штуки там, например, что там все главные героини и герои белые суперпривилегированные супергетеро женщины высшего класса). Она очень хорошо там разбирает свой квир-феминистский аффект (под которым понимает интенсивность чувства и силу реакции, в том числе телесной, на медиа-опыт) - раздражение, бешенство, ироничную фрустрацию, но при этом ничего не может поделать со своей любовью к нему.
С Killling Eve ситуация, разумеется, совершенно другая в том смысле, что это квир-феминистская интервенция в традиционно очень мужской и гетеронормативный жанр, но все равно сила моей реакции меня очень удивила, учитывая мою неприязнь именно к жанровым конвенциям, в которых разворачивается история, к наличию множества малоправдоподобных сюжетных линий или ситуаций и, хоть и в меньшей степени, развесистой клюквы, когда дело касается России (чего только стоят сотрудницы и сотрудники женской тюрьмы, все поголовно знающие английский - мелочь, а досадно).
Я уже облазила интернет, конечно, прочитала все что смогла найти про сериал, но одно из главных удивительных открытий было то, что авторка сценария оказалась авторкой (а также исполнительницей главной роли) британского сериала Feabag Phoebe Waller-Bridge, а я любила этот сериал всей душой! Сейчас я пойду ДОПЕРЕСМАТРИВАТЬ, а потом обсуждать это со знакомой - такой же сериалозависимой, как оказалось - и это, конечно, отдельное удовольствие когда есть с кем поделиться.
Я изо всех сил стараюсь НЕ НАЧАТЬ ПЕРЕСМАТРИВАТЬ Killing Eve В ТРЕТИЙ РАЗ ПОДРЯД. Советы, рекомендации, поддержка? 🙃
Своевольная девочка (Сара Ахмед о сказке братье Гримм)
Расскажу про свои недавние феминистско-читательские радости. В своей совсем свежей книге Living a Feminist Life (2017) Сара Ахмед обращается к одной из сказок братьев Гримм про своевольное дитя.
Сказка такая: жило-было своевольное дитя, которое не хотело слушаться мать. И поэтому бог стал ею недоволен и сделал ее больной, и доктора не могли ей помочь, и она умерла. Ее положили в землю и сверху засыпали землей, но неожиданно ее рука поднялась из-под земли. Тогда руку снова положили под землю и насыпали земли сверху, но все было бесполезно – рука всегда поднималась снова. И тогда они сказали матери самой пойти к могиле и побить руку прутом, и она это сделала, и дитя наконец обрело покой.
И дальше Ахмед разбирает эту жуткую историю (она кстати замечает, что в немецком оригинале дитя не имеет гендера, в английском иногда переводится как "он", но, по ее мнению, дитя здесь явно девочка, ибо своеволие обычно приписывается девочкам, потому что девочки не должны иметь своей воли, а когда они имеют и показывают ее, их считают своевольными). Для Ахмед эта упрямая рука, продолжающая настойчиво подниматься из-под земли, имеет феминистскую историю; более того, для нее эта рука и есть феминистская история.
Сказка, в ахмедовском анализе, учит, воспитывает, при этом она одновременно и учебный инструмент и учение об инструментах (семья, бог, прутья, доктора - вся машинерия власти). Очень конкретное изображение и трактовка своеволия в сказке является частью дисциплинарного аппарата: на деле мы не знаем никаких подробностей в этой истории, мы не знаем, почему именно девочка не слушалась мать и чего именно она не слушалась. Все, что мы видим, это что непослушание и своеволие уже само по себе вина. Понятие своеволия мобилизуется для того чтобы оправдать насилие, которое, в свою очередь, представлено как забота и дисциплина.
Ахмед пишет, что это совсем неудивительно, что рука в этой истории - одна, ведь в этом как раз и заключается идеологическое послание о том, что непослушание не только всегда наказуемо, но и всегда одиноко и никем не поддерживаемо. Удивительно скорее то, что даже после смерти ребенка рука продолажает жить своей своевольной жизнью, продолжает упрямо подниматься. Эта рука "настаивает, и она своевольна, и поднимается, ибо история еще не закончена. Рука – это свидетельство того, что своеволие остается даже после смерти... рука как жизнь после смерти. Рука как надежда. Даже после того как ребенка не стало, какая-то энергия, какая-то искра все еще продолжает быть". Ахмедовское феминистское прочтение предлагает посмотреть на эту руку как на призыв присоединиться, призыв объединить руки как оружие (здесь игра слов, которую, впрочем, можно и на русском проследить: рука (arm) и оружие (arms)), объединиться в феминистскую армию.
Поскольку эта история рассказана не с точки зрения девочки, а скорее с точки зрения прута (власти), прут здесь нарисован как необходимость и благо. Сказка не просто рассказывает о смерти девочки - она приговаривает ее к смерти. И то, что делают феминистки - это пытаются рассказать историю девочки с точки зрения девочки, то есть рассказать, что на самом деле произошло с ней, вскрыть то, о чем сказка умалчивает, и услышать то, о чем нам пытается рассказать поднимающаяся рука. Мы должны рассказать свою историю о насилии и жестокости, которым подвергалась девочка, и показать, что ее смерть - это убийство.
У меня еще долго мурашки бегали и от гриммовской истории, и от ахмедовской интерпретации (но от Ахмед у меня так вообще часто).
Расскажу про свои недавние феминистско-читательские радости. В своей совсем свежей книге Living a Feminist Life (2017) Сара Ахмед обращается к одной из сказок братьев Гримм про своевольное дитя.
Сказка такая: жило-было своевольное дитя, которое не хотело слушаться мать. И поэтому бог стал ею недоволен и сделал ее больной, и доктора не могли ей помочь, и она умерла. Ее положили в землю и сверху засыпали землей, но неожиданно ее рука поднялась из-под земли. Тогда руку снова положили под землю и насыпали земли сверху, но все было бесполезно – рука всегда поднималась снова. И тогда они сказали матери самой пойти к могиле и побить руку прутом, и она это сделала, и дитя наконец обрело покой.
И дальше Ахмед разбирает эту жуткую историю (она кстати замечает, что в немецком оригинале дитя не имеет гендера, в английском иногда переводится как "он", но, по ее мнению, дитя здесь явно девочка, ибо своеволие обычно приписывается девочкам, потому что девочки не должны иметь своей воли, а когда они имеют и показывают ее, их считают своевольными). Для Ахмед эта упрямая рука, продолжающая настойчиво подниматься из-под земли, имеет феминистскую историю; более того, для нее эта рука и есть феминистская история.
Сказка, в ахмедовском анализе, учит, воспитывает, при этом она одновременно и учебный инструмент и учение об инструментах (семья, бог, прутья, доктора - вся машинерия власти). Очень конкретное изображение и трактовка своеволия в сказке является частью дисциплинарного аппарата: на деле мы не знаем никаких подробностей в этой истории, мы не знаем, почему именно девочка не слушалась мать и чего именно она не слушалась. Все, что мы видим, это что непослушание и своеволие уже само по себе вина. Понятие своеволия мобилизуется для того чтобы оправдать насилие, которое, в свою очередь, представлено как забота и дисциплина.
Ахмед пишет, что это совсем неудивительно, что рука в этой истории - одна, ведь в этом как раз и заключается идеологическое послание о том, что непослушание не только всегда наказуемо, но и всегда одиноко и никем не поддерживаемо. Удивительно скорее то, что даже после смерти ребенка рука продолажает жить своей своевольной жизнью, продолжает упрямо подниматься. Эта рука "настаивает, и она своевольна, и поднимается, ибо история еще не закончена. Рука – это свидетельство того, что своеволие остается даже после смерти... рука как жизнь после смерти. Рука как надежда. Даже после того как ребенка не стало, какая-то энергия, какая-то искра все еще продолжает быть". Ахмедовское феминистское прочтение предлагает посмотреть на эту руку как на призыв присоединиться, призыв объединить руки как оружие (здесь игра слов, которую, впрочем, можно и на русском проследить: рука (arm) и оружие (arms)), объединиться в феминистскую армию.
Поскольку эта история рассказана не с точки зрения девочки, а скорее с точки зрения прута (власти), прут здесь нарисован как необходимость и благо. Сказка не просто рассказывает о смерти девочки - она приговаривает ее к смерти. И то, что делают феминистки - это пытаются рассказать историю девочки с точки зрения девочки, то есть рассказать, что на самом деле произошло с ней, вскрыть то, о чем сказка умалчивает, и услышать то, о чем нам пытается рассказать поднимающаяся рука. Мы должны рассказать свою историю о насилии и жестокости, которым подвергалась девочка, и показать, что ее смерть - это убийство.
У меня еще долго мурашки бегали и от гриммовской истории, и от ахмедовской интерпретации (но от Ахмед у меня так вообще часто).
Сегодня в фб наткнулась на видюшку из прошлого - красноярскому ИФИЯКу 10 лет (то, что сейчас называется институтом филологии и языковой коммуникации, а раньше лет 20 существовало под более приличным названием факультет филологии и журналистики, который я закончила и где три года преподавала). Видюшку я посмотрела, пожертвовав почти полчаса своей жизни. На видюшке - студия университетского телевидения, в которой преподаватели кафедры и студенты вспоминают, как оно все было и стало. Все те же лица (преподавательские; студенты, понятно, меняются), ну и как-то все сильно убогенько, я не могу слова подобрать просто! Начиная с монтажа и заканчивая, что для меня было самым страшным, как они все (почти) говорят, включая тех, кто записал видеопоздравления - это убожество в языке, в тоне, какие-то советские штампы. Тоска, тоска.
(попутно - идея учить журналистике пять лет все еще кажется мне безумной, но я рада тому, что в нашей программе было много (оочень много) литературы - хотя скорее истории литературы, и там тоже было куда стремиться, но мне очень интересно, как бы моя жизнь сложилась, если бы я пошла не на журналистику, а на филологию. Наверное, делала бы phd по русской литературе где-нибудь, и это были гораздо более понятные карьерные перспективы в академии в будущем, а не то что сейчас)
(попутно - идея учить журналистике пять лет все еще кажется мне безумной, но я рада тому, что в нашей программе было много (оочень много) литературы - хотя скорее истории литературы, и там тоже было куда стремиться, но мне очень интересно, как бы моя жизнь сложилась, если бы я пошла не на журналистику, а на филологию. Наверное, делала бы phd по русской литературе где-нибудь, и это были гораздо более понятные карьерные перспективы в академии в будущем, а не то что сейчас)
Сейчас вечером ходила встречалась с подругой-коллегой перед нашими разъездами на лето (не верится, что увидимся только в конце августа!). Меня не было дома около трёх часов, но котик так соскучился, что специальными помявкиваниями приказал мне сесть на кровать и улёгся мне на колени, радостно мурча. Лежит уже почти час, вот это я понимаю любовь!
Сегодня официально худший день 2018-го (хотя конечно никто не знает что случится в оставшиеся полгода, мало ли!).
Ещё и котик приболел чуть-чуть.
И работать я так и не начала (но это самая мелочь из всего пиздеца).
(не хочу звучать мелодраматично, но и не написать не могу)
Ещё и котик приболел чуть-чуть.
И работать я так и не начала (но это самая мелочь из всего пиздеца).
(не хочу звучать мелодраматично, но и не написать не могу)
Поскольку это блог о пчд и коте, кажется, в равной степени, и поскольку в области пчд уже очень давно ничего не происходит (из серии решила сделать в райтинге перерыв на 10 минут, а он затянулся на шесть месяцев, как недавно постили в Shit Academics Say), то вот снова про котика.
У него недавно появилась какая-то припухлость на передней лапке между пальцами и мне пришлось его хватать и тащить к врачу (благо, я нашла небольшую ветклинику в трех минутах от дома и долго шутила с Л. о том, что когда приспичит, котик сам туда пешком сможет дойти). В первый визит нам сказали делать теплые компрессы и пить антибиотики. Компрессы были внушительные - я обкладывалась мисками с горячей водой, бинтами, полэтиленовой пленкой и скотчем. В результате компрессы были настолько хорошо укрепленными, что кот вполне даже спокойно (на удивление) ходил с ними по часу, после чего я их снимала. С таблетками тоже все выходит на удивление спокойно, что вообще-то говоря совершенно поразительно, учитывая истории его предыдущих болезней и лечений, когда впихнуть в кота таблетку требовало каскадерской ловкости и все равно часто не удавалось!
И вот сегодня пошли на второй прием, был другой доктор, который очень плохо говорил по-английски, и этот прием был примечателен тем, что я почти грохнулась в обморок! и это не метафора. Доктор начал расковыривать шишку, я держала кота и смотрела на кровь и процесс расковыривания и мне становилось все херовее и херовее (думаю, даже не то чтобы от вида крови как таковой, а то что это происходило на моем коте), это какие-то были приливы жара и я постепенно отключалась и очнулась в тот момент когда доктор подтолкнул меня к стулу. И принес воды. Вообще в первый раз такое со мной было!! я почему-то думала что я посильнее! После шли домой тоже живописно - кот в переноске, я бледная и с забрызганными кровью шортами.
У него недавно появилась какая-то припухлость на передней лапке между пальцами и мне пришлось его хватать и тащить к врачу (благо, я нашла небольшую ветклинику в трех минутах от дома и долго шутила с Л. о том, что когда приспичит, котик сам туда пешком сможет дойти). В первый визит нам сказали делать теплые компрессы и пить антибиотики. Компрессы были внушительные - я обкладывалась мисками с горячей водой, бинтами, полэтиленовой пленкой и скотчем. В результате компрессы были настолько хорошо укрепленными, что кот вполне даже спокойно (на удивление) ходил с ними по часу, после чего я их снимала. С таблетками тоже все выходит на удивление спокойно, что вообще-то говоря совершенно поразительно, учитывая истории его предыдущих болезней и лечений, когда впихнуть в кота таблетку требовало каскадерской ловкости и все равно часто не удавалось!
И вот сегодня пошли на второй прием, был другой доктор, который очень плохо говорил по-английски, и этот прием был примечателен тем, что я почти грохнулась в обморок! и это не метафора. Доктор начал расковыривать шишку, я держала кота и смотрела на кровь и процесс расковыривания и мне становилось все херовее и херовее (думаю, даже не то чтобы от вида крови как таковой, а то что это происходило на моем коте), это какие-то были приливы жара и я постепенно отключалась и очнулась в тот момент когда доктор подтолкнул меня к стулу. И принес воды. Вообще в первый раз такое со мной было!! я почему-то думала что я посильнее! После шли домой тоже живописно - кот в переноске, я бледная и с забрызганными кровью шортами.
Сидела читала около шестидесяти имейлов, накопившихся от университета за последние пару недель что я не открывала почту. Очень увлекательно! Столько интересных событий, на которые я ещё успею. А сколько интересных событий, которые я пропустила!
Ровно год назад я защитила магистерскую (Makeover Television in Russia: Imagining Queer through the Post-Soviet Aphasia). Без приключений не обошлось: защита была назначена на десять утра, все собрались (я, моя группа поддержки, моя научница, со-руководитель), а главы панели все не было и не было. Ей стали звонить и выяснилось, что она все перепутала в своем гугл-календаре и являться не планировала. Защиту перенесли на два часа дня, и мне пришлось четыре часа болтаться по кампусу в диком стрессе (без небольших рыданий тоже не обошлось на скамейке в парке).
На самой защите моя руководительница задавала ужасные длинные запутанные вопросы (как она всегда делает), которые я даже не понимала и что-то мямлила в ответ; другие члены панели спрашивали что-то, на что я могла ответить вполне внятно; по итогу оценка А, диплом с distinction, я магистр_ гендерных исследований, а также это официально подтвердило мой прием на докторскую программу (ибо мое поступление зависело от оценки, которую я получу за диссертацию, она не могла быть ниже А-). Меньше чем через неделю я наконец-то уехала домой на каникулы, о чем сейчас, с болезнью котика, могу пока только мечтать.
На самой защите моя руководительница задавала ужасные длинные запутанные вопросы (как она всегда делает), которые я даже не понимала и что-то мямлила в ответ; другие члены панели спрашивали что-то, на что я могла ответить вполне внятно; по итогу оценка А, диплом с distinction, я магистр_ гендерных исследований, а также это официально подтвердило мой прием на докторскую программу (ибо мое поступление зависело от оценки, которую я получу за диссертацию, она не могла быть ниже А-). Меньше чем через неделю я наконец-то уехала домой на каникулы, о чем сейчас, с болезнью котика, могу пока только мечтать.
Настроение (уже несколько недель): радуешься, что жильцы соседней квартиры дома и у них работает телевизор, и слышны голоса соседки и её ребёнка (благодаря странной будапештской архитектуре входы в квартиры и часть окон расположены на внутренней галерее во дворе-колодце, так что от моего окна до ее входной двери реально не больше полутора метров, так что летом при открытых настежь окнах и дверях я слышу как, например, ее кот хрумкает сухой корм из своей чашки). А также: в попытках закомфортиться смотришь "Когда Гарри встретил Салли" (вообще не знаю откуда это всплыло).
Вчера в гости на чай заходили мои друзья-коллеги, и по этому поводу я постряпала блинчики (также это был повод для открытия очередной банки сгущенки, ибо на Новый год мама мне их прислала аж пять!). Но написать хочу даже не о том, как приятно было хоть на три часа оказаться дома в компании других хороших людей, а о том, как нежно я люблю людей, которые нежно и уважительно знакомятся и общаются с котиком (ну то есть не бегут хватать его на руки например (хотя новым для него людям я этого и не разрешаю прямо так сразу)). Или спрашивают о его здоровье, зная про проблемы в последнее время. И вообще готовы поддерживать о нем разговор дольше двух минут. Это мои самые любимые люди! В общем, да, очень мииило было вчера 💚
Котик
Предварительный диагноз (который я сама нагуглила и с которым они согласились) - плазмоцитарный пододерматит - воспаление подушечек лап из-за скопления там клеток плазмы. А почему они там скапливаются - хз, так иммунная система решила на что-то среагировать (на то, что я скоро уезжаю? зря я это ему рассказала). Все как мы любим - идиопатическое или аутоиммунное, котик с тенденцией к и историей селф-харма.
Вчера начали лечение уже именно этого, а не антибиотики. В ветеринарке я спросила, можно ли мне в сторонке посидеть, пока они будут у животного кровь брать, а то я знаю его (и себя знаю; мне кажется, мне там нервнее в сто раз было, чем ему), и они так понимающе, вспомнив почти-обморок - да, конечно, посидите, мы позовем. Я честно предупредила, что кот будет бороться за свою жизнь ибо будет думать, что врачи хотят его убить во время взятия крови на анализ, и дала им его пластиковый воротник на всякий случай. Они засомневались, но взяли. Вопли кота я услышала даже с улицы, и когда мне его вернули, воротник был на нем. Докторка успокаивала меня, что в момент самых громких воплей они к нему даже не прикасались (чему я верю, конечно, я-то знаю его позицию по отношению к врачам).
Меня отправили в человеческую аптеку за преднизалоном (и это блять гигантские таблетки для маленького котика, которых мне надо в него запихивать полторы штуки два сука раза в день) и мазью. Первый наш самостоятельный прием этих таблетосов длился минут пятнадцать и сопровождался активным сопротивлением. В итоге если и не полторы, то 1,38 таблетки мне в него точно удалось впихнуть. Потом я долго переживала и гуглила видосы на ютубе и решила утром попробовать новую технику, и она оказалась эффективнее и утром у нас все заняло минуты три от силы. Техника в том, чтобы положить ладонь сверху на голову кота, на лоб, и большим и указательным пальцем задрать голову вверх за верхнюю челюсть, - другой рукой оттягиваешь нижнюю челюсть и закидываешь поглубже таблетку, обмазанную во влажном корме или другой вкусняшке (йогурте там). И потом сразу давать вкусную еду или вкусняшку, чтобы загладить свою вину! Тьфу-тьфу, сработало.
Ситуация осложняется тем, что в начале июля я уезжаю на лето. Кот остается. С ним будет жить девочка, подруга знакомой, и ей придется его долечивать, хотя бы этот курс иммуннодепрессантов. Фишка аутоиммунных болезней в том, что они могут сами исчезнуть так же, как и сами из ниоткуда появились.
Предварительный диагноз (который я сама нагуглила и с которым они согласились) - плазмоцитарный пододерматит - воспаление подушечек лап из-за скопления там клеток плазмы. А почему они там скапливаются - хз, так иммунная система решила на что-то среагировать (на то, что я скоро уезжаю? зря я это ему рассказала). Все как мы любим - идиопатическое или аутоиммунное, котик с тенденцией к и историей селф-харма.
Вчера начали лечение уже именно этого, а не антибиотики. В ветеринарке я спросила, можно ли мне в сторонке посидеть, пока они будут у животного кровь брать, а то я знаю его (и себя знаю; мне кажется, мне там нервнее в сто раз было, чем ему), и они так понимающе, вспомнив почти-обморок - да, конечно, посидите, мы позовем. Я честно предупредила, что кот будет бороться за свою жизнь ибо будет думать, что врачи хотят его убить во время взятия крови на анализ, и дала им его пластиковый воротник на всякий случай. Они засомневались, но взяли. Вопли кота я услышала даже с улицы, и когда мне его вернули, воротник был на нем. Докторка успокаивала меня, что в момент самых громких воплей они к нему даже не прикасались (чему я верю, конечно, я-то знаю его позицию по отношению к врачам).
Меня отправили в человеческую аптеку за преднизалоном (и это блять гигантские таблетки для маленького котика, которых мне надо в него запихивать полторы штуки два сука раза в день) и мазью. Первый наш самостоятельный прием этих таблетосов длился минут пятнадцать и сопровождался активным сопротивлением. В итоге если и не полторы, то 1,38 таблетки мне в него точно удалось впихнуть. Потом я долго переживала и гуглила видосы на ютубе и решила утром попробовать новую технику, и она оказалась эффективнее и утром у нас все заняло минуты три от силы. Техника в том, чтобы положить ладонь сверху на голову кота, на лоб, и большим и указательным пальцем задрать голову вверх за верхнюю челюсть, - другой рукой оттягиваешь нижнюю челюсть и закидываешь поглубже таблетку, обмазанную во влажном корме или другой вкусняшке (йогурте там). И потом сразу давать вкусную еду или вкусняшку, чтобы загладить свою вину! Тьфу-тьфу, сработало.
Ситуация осложняется тем, что в начале июля я уезжаю на лето. Кот остается. С ним будет жить девочка, подруга знакомой, и ей придется его долечивать, хотя бы этот курс иммуннодепрессантов. Фишка аутоиммунных болезней в том, что они могут сами исчезнуть так же, как и сами из ниоткуда появились.
Мое тщательно спланированное лето не то чтобы накрылось, но сильно видоизменилось. Во-первых, 28-го июня я должна была оказаться в Киеве, а я нет. К 30-му я должна была внести правки в пиэйчди-пропозал в соответствии с комментариями от докторского комитета, а я нет. Эта два главных факапа.
То есть чтобы понимать масштаб последнего - я не то что не внесла, я его не открыла даже ни разу за месяц, и теперь думаю, как писать извинения 1) научной руководительнице и 2) главе докторской программы и умолять о переносе дедлайна. После долгих колебаний решила зайти завтра на кафедру и, если он там, зайти и поговорить. Может быть, депрессия, кризисы в личной жизни и болезнь кота как-то позволят мне оправдаться.
Достижения - их тоже у меня есть. Одно. Много думала о терапии (до этого думала иногда, но не всерьез), а тут прижало, и я даже сходила на консультацию в университетский психологический центр, и почти час разговаривала с незнакомым мужиком о том, о чем ни с кем никогда не разговаривала (письменно кое с кем обсуждала, но так чтобы лицом к лицу и словами - не было такого). Очень странный опыт, послезавтра иду на еще одну консультацию и потом все, до сентября. Ну и там видно будет, хочу ли я продолжать и если да, то с кем и как.
6 июля лечу в Россию на полтора месяца (и уже не могу представить себя полтора месяца без кота).
То есть чтобы понимать масштаб последнего - я не то что не внесла, я его не открыла даже ни разу за месяц, и теперь думаю, как писать извинения 1) научной руководительнице и 2) главе докторской программы и умолять о переносе дедлайна. После долгих колебаний решила зайти завтра на кафедру и, если он там, зайти и поговорить. Может быть, депрессия, кризисы в личной жизни и болезнь кота как-то позволят мне оправдаться.
Достижения - их тоже у меня есть. Одно. Много думала о терапии (до этого думала иногда, но не всерьез), а тут прижало, и я даже сходила на консультацию в университетский психологический центр, и почти час разговаривала с незнакомым мужиком о том, о чем ни с кем никогда не разговаривала (письменно кое с кем обсуждала, но так чтобы лицом к лицу и словами - не было такого). Очень странный опыт, послезавтра иду на еще одну консультацию и потом все, до сентября. Ну и там видно будет, хочу ли я продолжать и если да, то с кем и как.
6 июля лечу в Россию на полтора месяца (и уже не могу представить себя полтора месяца без кота).
Пришла в университет, глава докторской программы уже в отпуске (he's gone for the better life, как сказала наша координаторка, а я вздрогнула). Сходила в туалет, налила водички, зашла в учебный класс, обнаружила работающий кондиционер, выключила (з - забота), пойду пить кофе. Университет летом это конечно пустота и тишина.
Почему люди, которые хотят рассказать мне какую-то грустную историю про животных, включающую их болезни или смерть, часто не обращают внимание на мой отказ слушать, выраженный очень откровенными словами "прости пожалуйста, но я не хочу это слушать, меня триггерит", все равно продолжают и таки произносят слова и рисуют образы, от которых меня реально триггерит. Сегодня вот например опять. За что, почему.
Расплата за радость оказаться дома - необходимость потратить время на выбор и покупку подарков (подарочков в моем случае). Сегодня провела полдня в магазинах разных и даже молле - и сейчас лежу трупиком в твёрдой уверенности, что моллы вынимают из меня душу. Не повторяйте моих ошибок, дети, не оставляйте все на последний день, когда приходится в панике просить сестру измерить ширину лица ее дочери, потому что кому-то пришло в голову купить племяннице в подарок солнечные очки, а размер лица у трехлетних детей эта кто-то очень слабо себе представляет.
Дивный новый мир, в котором никогда раньше не проверяли документы в автобусе Будапешт-Вена на границе, и вот пожалуйста, стоим. Бесят страшно конечно эти правые правительства.
В Шереметьево мимо проходит кажется пьяный (хотя может и нет!) мужчина в сопровождении полиции и громко кричит "Какое говно! Россия - говно!!"
Так меня встретила родина.
Так меня встретила родина.