Flying Dutchman
Man Ray
1920

Картина «Летучий голландец» основана на ранней фотографии Ман Рэя «Движущаяся скульптура», сделанной из простыней, натянутых на бельевой верёвке в Нью-Йорке. Название картины предполагает, что изображение напоминало ему о парусах кораблей, а точнее, о знаменитой трагической опере Рихарда Вагнера «Летучий голландец» (1843), основанной на легенде о корабле-призраке, обречённом на вечные бесцельные странствия с изорванными в клочья парусами.

Что ж. Буду честен со всеми вами. О том дне, когда моё сердце разбилось, и я обратился ко злу. Когда я был совсем ребёнком, ещё совсем зелёным и не совсем устоявшимся, я встретил самую прекрасную девушку в школе Монтессори, где изучал антропологию и английскую литературу. У неё была хрупкая красота. Её волосы были словно льняные нити, вплетенные в великолепный гобелен, ниспадающий на плечи. Большие, прекрасные карие глаза, которые становились янтарными в тёплых солнечных лучах. Мягкие, гибкие губы, на которых появлялись ямочки в уголках, когда она растягивала их в улыбку. Она была настоящей поэзией в движении, а её интеллект был поистине выдающимся. Я до сих пор помню, как она играла с кубиками с буквами, какое удивительное слово она из них составляла. «AAWAAMAG» – каждый день после занятий по пазлам в школе Монтессори мы сидели на скамейке в парке и разговаривали друг с другом. Просто разговаривали. Мы смеялись, читали друг другу стихи и вспоминали дни, когда помогали одноклассникам складывать уголки картинки с тигром в большом лесу. Мы говорили обо всем. Нашими любимыми темами были колодостроение из Yugioh TCG и политические драмы между нашими оригинальными персонажами Котов-Воителей. Я искренне, глубоко любил ее за то, кем она была, и знал, что моя любовь никогда не будет безответной. Я знал это до того дня, пока она не перестала со мной разговаривать. Неделями она игнорировала меня. И все же я каждый день садился на одну и ту же скамейку. Я убеждал себя, что делаю это только для того, чтобы отдохнуть после томительных 45 минут сборки пазла из трех желтых рыбок рядом с водорослями, но реальность была такова, что я ждал, надеясь, что она займет свое место рядом со мной. Прошло 3 месяца, прежде чем она снова села рядом. Облегчение и счастье были неописуемы, это были самые сильные ощущения в моей жизни. Я ждал, чтобы услышать ее голос, сладкую музыку, которую я жаждал, которую так терпеливо ждал, чтобы услышать снова. И все же то, что она мне сказала, заставило мое сердце уйти в пятки. «А-анон, извини, что мы не разговаривали. Просто... ты знаешь, что такое lookmatch?» Я был в ярости. Я встал и ушёл. Я повернулся к ней спиной, повернулся к свету, к чистоте. Тогда я решил игнорировать доброту и милосердие. Той школы Монтессори больше не существует. Через неделю после этого Honda Civic 2003 года, оснащённая 10-тонной взрывчаткой, въехала в школу и взорвалась прямо во время урока по алфавиту. От неё почти ничего не осталось. Почти ничего, кроме одного локона, похожего на клочок льняного гобелена. В последнее время я представляю себя «героем-киборгом-трансформером», похожим на персонажей «Камен Райдера». В эти минуты, когда я предаюсь полёту фантазии и воображения, я откидываюсь назад, складываю руки на животе и шепчу «Хэнсин». Часто я фантазирую о своей старой школе Монтессори, где меня сделали изгоем из-за любви к Сонику и колодам Yu-Gioh, где использовались дешёвые и простые приёмы. Я представляю себя там, в окружении мрачных и глумливых лиц, и принимаю коронную позу «Хэнсин». Именно тогда я исполняю коронные боевые приёмы Камен Райдера: удар рукой, или, может быть, удар ногой. Рубящий удар, если я глубоко погружен в свои фантазии. Я представляю, как быстро расправлюсь со своими бывшими одноклассниками, и волна внутренностей поднимется до моих лодыжек. Именно в этот кульминационный момент я открываю глаза и тепло улыбаюсь, прежде чем отправлять личные сообщения порнографам-фембоям на onlyfans.

В каком бы состоянии мы ни находились, мы всегда должны делать то, что хотим, и если мы хотим отправиться в путешествие, то мы должны это сделать и не беспокоиться о своем состоянии, даже если оно самое худшее из возможных, потому что, если это так, то нам все равно конец, независимо от того, отправимся мы в путешествие или нет, и лучше умереть, совершив путешествие, о котором мы так мечтали, чем задыхаться от своей тоски.

Я собираюсь написать что-то забавное про Настю Ливаднову, но в то же время я боюсь этого, и в этот момент страха я уже потерпел неудачу и больше не могу начать.

мы говорим, что любим своих родителей, но на самом деле мы их ненавидим, потому что не можем любить своих создателей, не будучи счастливыми людьми. Наше несчастье не является вымышленным, как наше счастье, в которое мы каждый день пытаемся поверить, чтобы найти в себе силы встать с постели...

Я презираю тех, кто постоянно фотографирует и ходит с фотоаппаратом на шее. Они постоянно ищут объект для съемки и фотографируют все, даже самые бессмысленные вещи. У них в голове нет ничего другого, кроме как выставлять себя напоказ, причем всегда самым отвратительным образом, но они даже не осознают этого. На своих фотографиях они запечатлевают извращенно деформированный мир, который не имеет ничего общего с реальным, кроме извращенной деформации, в которой они сами виноваты. Фотографирование — это мелкая мания, которой постепенно заражается весь человеческий род, потому что он не только влюблен в деформацию и извращенность, но даже сходит с ума от них и со временем, фотографируя, фактически принимает деформированный и извращенный мир за единственно истинный. Те, кто фотографируют, совершают одно из самых мелких преступлений, которые только можно совершить, потому что в своих фотографиях они превращают природу в извращенное и гротескное зрелище. В их фотографиях люди – смешные марионетки, искаженные, даже изуродованные до неузнаваемости, которые тупо и отвратительно смотрят в страхе на их презренный объектив. Фотография — это гадкая страсть, которой заражены все континенты и все социальные слои, болезнь, поражающая все человечество и от которой оно никогда не сможет излечиться. Изобретатель фотографии — изобретатель самого бесчеловечного из всех искусств. Ему мы обязаны окончательной деформацией природы и человека, живущего в ней, сведенных к извращенной гримасе того и другого. Я никогда не видел на фотографии естественного, то есть настоящего и реального человека, как никогда не видел на фотографии настоящей и реальной природы. Фотография — величайшее бедствие двадцатого века. Смотреть на фотографии мне всегда было тошно, больше, чем что-либо другое.

(с) Александр Родченко

антонен арто
всякое писание есть дерьмо
‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾‾

Все те, кто являются неизвестно откуда и пытаются выразить то, что происходит в их сознании - все они свиньи.
Вся пишущая братия толчется в хлеву, особенно в наше время.
Все те, кто забивает себе цитатами головы, насилуя определенную часть сознания в хорошо изолированной области головного мозга; все те, кто являются виртуозами языка; все те, для кого слова что-то значат; все те, кто верят в высшие сферы духовного и в новые направления философии; дают определения этим новым направлениям и выражают дух времени - я ебал их изысканное мастерство и механический скрежет, издаваемый их мозгами, ибо - все они свиньи.
Те, для кого определенные слова и определенные типы поведения имеют смысл; те, кто так точны; те, кто считают, что чувства могут быть классифицированы и ругаются из-за каких-то расхождений в этих смехотворных классификациях; те, кто все еще верят в “определения”; кто обсуждают преобладающие идеи современности; те, кого дамы так умно обсуждают, да и сами дамы, так красиво рассуждающие о новых веяниях; те, кто продолжают верить в умственное развитие; те, кто следуют чужому примеру, кто сорят именами, кто рекомeдуют книги, все они - грязные свиньи.
Молодой человек, вы совершенно бесполезны!

Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего. Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас.

Евангелии от Матфея (глава 7, стихи 1-6)

Святой Георгий
Василий Кандинский
1911